Уходи из моей головы!

Гермиона ворочалась лёжа в кровати, хотя было уже далеко за полночь. Ее комната была все так же пуста, безжизненна и покинута, как и сама девушка. Слушая шелест простыней и собственное медленное дыхание, она вдруг почувствовала себя так одиноко и угнетенно, что захотелось завыть на луну. Скомкав одеяло под собой, Гермиона обняла это подобие огромного мягкого бесформенного человека, но чувство одиночества все равно не уходило. Чувствует ли сейчас Фред? Не чувствует. Связи больше нет, все закончилось. Тогда почему она до сих пор о нем думает? Ещё несколько часов назад он буквально был в ее голове, сейчас же он просто не выходил из ее мыслей. Ей даже на секунду показалось, что со связью было проще, ведь она могла бы прямо сейчас, просто лежа в своей кровати, обратится к нему. Всего лишь назвать его имя и он бы тут же возник в ее сознании. Гермиона снова повторила сама себе «Связи больше нет». Он больше не появится в ее голове будто гром среди белого дня, нарушая все ее личные границы. Больше не почувствует ее страх, радость, злость, и не прибежит на помощь, почувствовав ее одиночество, всепоглощающее, как сыпучий песок. С каждой минутой оно все больше засасывало ее. Она могла бы пойти к Гарри или Рону и разбудить их, попросить посидеть с ней у камина, но это бы не утолило ее жажду. Снова побочные эффекты заклинания? Да, однозначно, ведь с чего бы ещё ей сейчас больше всего в мире хотелось… обнять Фреда? «Может с того, что тебе пора уже признать, тупая твоя голова, что он тебе не безразличен?» «Или может с того, что тебе не стоит трактовать свои чувства как влияние связи?» «Ну или просто из-за того, что он такой? Светлый, теплый, как солнышко, привлекательный, смешной, неглупый. Сексуальный, черт его побери? Фред. Фред который сделал тебя счастливее всего за несколько дней» «Ну так встань и поди к нему! Заберись к нему на руки, поцелуй, обними, ударь, да хоть что-то в конце-концов сделай, вместо того, чтобы лежать обнимая одеяло и жалеть саму себя!»

***

Фред так же не находил себе места, было невыносимо ощущать запах ее кожи и духов на собственных простынях и не знать, что она чувствует сейчас. Это как зависимость — чувствовать ее. Он точно знал — связь никак не влияла на его к ней отношение, ему просто оставалось терпеливо ждать, когда она скажет ему о своих чувствах. Но терпеливость была совсем не той чертой характера, которую можно было назвать присущей Фреду. А по этому он обул ноги в комнатные тапочки, и прямо так — в полосатых пижамных штанах и футболке спустился в Гриффиндорскую гостиную, где сидел уже больше часа, смотря на огонь горящий в камине. Языки пламени танцевали на его лице, плед накинутый на плечи немного согревал. Совсем немного по сравнению с горячей кожей Гермионы. Уже после полуночи Фред услышал, как кто-то неуверенно топает по лестнице, спускаясь в гостиную со стороны девчачьего крыла. Перед его глазами из темноты лестничного пролета показался маленький завёрнутый в одеяло человек, больше похожий на пухленький пирожочек на двух тонких ножках. Едва различимое лицо, обрамленное каштановыми кудрявыми волосами, торчащими во все стороны, показалось невероятно милым. Румянец на щеках и блестящие сонные глаза прикрытые длинными пушистыми ресницами. Гермиона. — Я… я как раз думал о тебе, как ты? Я надеюсь с тобой все в порядке. Не знаю, я не мог перестать думать обо всем этом и… И пока Фред пытался несвязно объяснить что-то, Гермиона лишь подошла к нему в притул, уткнувшись носиком в его горячую грудь. Фред на долю секунды растерялся, смотря как девушка ластится к нему, словно маленький котенок, а за тем, просто напросто крепко ее обнял, прижимая к себе. Маленький теплый комочек. И это было лучше любых слов. Он чувствовал, как расслабилось и обмякло ее тело, как она бесшумно выпустила с лёгких весь воздух, полностью отдаваясь его нежному объятью. И он обнимал ее, и готов был обнимать ее вечность, лишь бы она оставалась такой рядом с ним. Чтобы просто была рядом с ним. — Раз тебя больше нет внутри моей головы, — тихо бормотала та, — я просто отчаянно нуждаюсь в твоём постоянном присутствии рядом, Фредди. Фред поцеловал ее в макушку, вдохнув запах ее волос, и на душе стало спокойно. — Я буду рядом. Всегда.