Сопротивление бесполезно

      Пожалуй, Рицуки впервые плакала, чувствуя такие странные эмоции. Это была смесь необычных чувств, начиная от подавленности, опустошения, заканчивая искренней радостью за Итачи. Теперь должно получиться так, как планировала девочка. Нужно было защитить Итачи от Данзо, потому Рика и поступила таким образом. Нужно отдалиться от самого дорого для её сердца, чтобы защитить это. Наверное, все Учиха предпочитали столь странные методы защиты.       Рика на следующий день, скрыв маской лицо, чтобы не было видно её опухших глаз, отправилась к Данзо.       Рассветы с каждым разом казались ей всё более холодными и печальными, чем было когда-то в прошлом. Рицуки хорошо помнила, как, во время ночёвок у главы клана, они вместе с Итачи встречали рассветы, тихо разговаривая с друг друга и споря о какой-нибудь ерунде. Это была инициатива Рики, создавать между ними такие вот небольшие перепалки, но они красили их дружбу, не давали устать друг друга, ведь были и самые спокойные мгновения друг с другом. Тогда рассветы казались столь красивыми, что невозможно передать словами. Эти восходящие лучи солнца, тёплый взгляд Ичи и его мягкий смех от очередной шутки Рицуки — это всё создавало самую приятную и милую атмосферу, которую помнила девочка.       Нынешние рассветы не казались таковыми. Они скорее были наполнены некой печалью. Вот новый день, новые страдания — эти лучи принесут их, давая понять, что ничего больше нельзя вернуть из прошедшего дня. Это дарило лишь чувство очередного опустошения. Руки каждый раз опускались при виде нового рассвета. С каждым днём всё дальше от самого дорого сердцу.       Рицуки появилась перед Данзо, по привычке желая сесть на одно колено и склонить голову.       — Я же говорил тебе, — с насмешливой улыбкой произнёс старейшина, — можешь просто стоять ровно, — для Шимура это всё равно было приятно, раз уж такая преданность, как можно не радоваться столь милому приветствию.       — Да, Данзо-сама, прошу простить, — Рицуки встала так, как было велено.       — Что тебя привело ко мне? — прищурившись, спросил глава Корня. — Разве у тебя не выходной?       — Я бы хотела попросить двухнедельную миссию, любую, — ровный голос девочки не выдавал всего то, что с ней происходило. Данзо вновь усмехнулся, понимая причины этой просьбы — ей нужно алиби.       Данзо задумался о том, стоило ли поощрять такое поведение его подчинённой. С одной стороны, она всё же делала это для него, даже принесла презент хороший. Ко всему прочему, это помогало плану Шимура, ведь дед этой девочки был той ещё занозой. Из-за связи с Рицуки этот старик часто приходил в Корень и часто наводил о нём справки. Это сильно раздражало Данзо, которому приходилось действовать ещё аккуратнее с девочкой, чтобы её дед не создал огромную проблему. Кеничи вполне мог создать ситуацию, что Шимура насильно подчинил его внучку и восстановить крохи репутации клана Учиха… С другой стороны, Данзо осознавал, что Рицуки действовала излишне вольно, не получая приказов. Эта непредсказуемость и вольность могла стать ямой на пути старейшины. Потому сейчас мелькнуло некоторое сомнение — стоило ли ей помогать и невольно становиться ещё большим сообщником, чем он являлся на данный момент?       Однако, Шимура понимал, что сейчас у него в руках был достойный представитель клана Учиха, которого он мог использовать так, как пожелает. Именно по этой причине оказать ей помощь, стать благодетелем для неё. Пусть она воспринимает его кем-то очень важным для своей жизни. Сделать себя её канатом, который поможет выбраться из ямы, либо же оставить её там.       — Хм, — Данзо задумался о том, какую работу мог поручить ей. Сейчас Рицуки нельзя было отпускать далеко от деревни, а значит лучшим решением станет работа внутри организации. — Поможешь с документами в архиве.       — Благодарю, Данзо-сама, — опустив голову, произнесла спокойным голосом девочка, будто бы и не сомневалась в том, что ей дадут миссию. Это вызывало смешок у старейшины.       — Я тут слышал, — наконец касаясь более важной темы, начал старейшина, прищуриваясь и ставя руки на стол в замок, — что ты виделась с Орочимару, — деталей их разговора в кабинете этого змея были неизвестны, потому нужно было получить их.       — Да, Орочимару-сан проверил мои способности, — тут же приступила к небольшому отчёту юная Учиха, — после этой проверки у меня была рана, которую он предложил залечить, я согласилась, так как шиноби Корня должны быть готовы к миссии в любой момент, — Рицуки так зашифровала фразу: «оружие Данзо должно быть готово к использованию» — именно так он видел это всё.       — Что-то ещё было? — прищурившись, спросил Шимура, чувствуя, что что-то осталось скрыто.       — Эм, — Рицуки наклонила голову, неохотно говоря, — Орочимару-сан предложил сделать меня сильнее, — Рика исподлобья наблюдала за главнокомандующим, пытаясь считать его эмоции и поведение.       — Каким же образом? — задумался Данзо, считая это неплохой возможностью сделать свой козырь сильнее, если, конечно, змеиный саннин не задумал подчинить себе его человека.       — Тренировки три раза в неделю по три часа, — тут же ответила девочка, не скрывая от Шимура, — а, также, — старейшина заметил лёгкую заминку в её предложении, — он сказал, что может пересадить мне глаза Учиха, — в эту секунду в лице самого Данзо мелькнуло озарение. Он вдруг пропустил смешок, прикасаясь к подбородку и о чём-то увлечённо думая.       — Хорошо, да, — старейшина усмехнулся, желая лично обсудить с Орочимару детали этого разговора. Если получится сделать Рицуки сильнее, то можно и не бояться других проблем с Учиха! Если всё так, как думал Данзо, то это должно привести только к успеху! Тренировки с санном, да и ещё усиление глаз (так предположил старейшина, так как без причины предлагать такие операции бессмысленно, плюс известно о слепоте Учиха после использования высшей стадии шарингана).       Данзо мог похвастаться своей библиотекой об Учиха, ведь он знал довольно много о них. Именно потому сейчас внутри старейшины мелькало столько возбуждения и радости, если всё так, как он предполагал, то это может обернуться огромной удачей! Сейчас старика Кеничи не было, а значит никто не помешает использовать эту девчонку! Сама идея была просто идеальной, что внутри Данзо всё ликовало. Самое главное, чтобы его теория оказалась верной. Шимура даже был готов отдать обратно те глаза, которые ему принесла Рицуки. Всё равно будут ещё её собственные глаза…       — Вы одобряете? — чуть тише обычного спросила Рика, продолжая холодным взглядом наблюдать за главнокомандующим.       — Сначала сам поговорю с ним, — хмыкнул Данзо, считая, что ему самому нужно убедиться во всём и узнать больше деталей, — можешь пока приступать к работе, попроси комнату рядом с архивом и можешь оставаться там, пока я тебя не позову.       — Хай! — Рицуки сдержала улыбку, зная, что она отразится и в голосе.       После этого разговора она сразу покинула кабинет главнокомандующего и направилась в архив. Её план успешно продвигался. Сейчас нужно было лишь надеяться, что Орочимару-сан поймёт её план. В этом Рика сомневалась лишь немного, она быстро поняла, что змеиный саннин был достаточно умён для сложения такого простого пазла, как ей показалось, по крайней мере. В любом случае, сейчас была очень важная часть плана. Девочка подавила вздох, чувствуя немного страха, но в отличие от прошлых шагов в её плане — это было не так страшно…       Рицуки оставалось сейчас только ждать. Вероятно, самое отвратительное во всех действиях — это ожидание, когда ты не знаешь, какой результат будет, что будет в итоге, как продвигается всё… Ждать было страшно, ведь от тебя ничего не зависело и сделать ничего нельзя было. Это даже вызывало немного смеха, ведь бояться того, что сделают люди, а не собственных действий.       Юная Учиха вспомнила лицо своего друга, который явно был сильно ошарашен и подавлен после её слов. Это заставляло сердце болезненно сжиматься. Рицуки оставалось лишь продолжать делать то, что она начала, ведь теперь уже точно нельзя было никак отступить. Однако, почему же Итачи сказал, что она не сможет сбежать от него? Да и каким образом её милый друг мог это точно обеспечить. Что ещё больше пугало, так это то, что он говорил о каких-то чувствах. Между ними были чувства? Рицуки не помнила, чтобы когда-либо говорила о том, что её сердце чувствовало приятный уют рядом с Итачи, что только он мог подарить ей эти эмоции. Были ли эти чувства той самой любовью?       Однако, когда Рицуки вспоминала поведение Итачи в самый последний миг, когда показалось, что у него внутри всё оборвалось, — это было просто невероятно. Его поведение, которое изменилось до неузнаваемости… Эта уверенность. Это всё заставляло сердце юной Учиха биться быстрее без причины. Рицуки не понимала, почему от этих воспоминаний она невольно забывала дышать от восхищения. Рика совсем не понимала этого ощущения, что Итачи в ту секунду был в сто раз сильнее неё по всем аспектам. Это было слишком удивительно и волнительно, чтобы продолжать тяготить себя этими мыслями.

***

      Итачи ударил кулаком о ствол дерева. Он пытался обдумать всё, что произошло между ним и Рицуки, но это вызывало только больше ярости в груди. Почему она так поступила? С какой целью врала? Эта глупышка могла думать сколько угодно, но Итачи точно не поверил бы в эту чушь. Рика никак не могла играть с ним, хоть наследник клана и был слишком поражён этой стороной личности его подруги, но он не верил её словам. Рицуки всегда была вела себя искренне на протяжении этих лет вместе.       Однако, большую ярость вызвало то, что она совсем забыла о том, как признавалась ему в любви! Это действительно раздражало. Хоть Итачи и сам вспомнил это совершенно случайно и не так давно, но он помнил эти чувства, которые тогда испытал к ней. Почему же Рицуки совершенно забыла эти эмоции? От этих мыслей хотелось невольно найти её, привязать и заставить вспомнить.       Наследник клана тяжело вздохнул, пытаясь вернуть чувства под контроль. Однако ничего не удавалось. Его сердце бешено билось о грудную клетку, то ли от злости, то ли от этой странной любви, которую мальчик признавал! Это действительно было неприятно, когда человек, которого ты любишь, не замечает самых очевидных вещей! Итачи прикусил губу, вспоминая состояние Рицуки.       Что вызывало у неё такую реакцию? Было видно, что ей очень плохо. Почему эта глупая девчонка всё время скрывает свои эмоции? А самое главное, свою собственную боль! Итачи хотелось временами укусить её, чтобы заставить признать, что ей было больно. Однако, юный Учиха прекрасно видел, что про силу Рицуки говорила честно. Она действительно ценила сильных людей, да и оно было понятно и без этого, не зря ведь она всё время соревновалась, будто подгоняла его.       Итачи было больно, если сказать честно. Это чем-то было похоже на предательство, но на самом деле чем-то немного другим. Рицуки не предавала его. Было бы понятно за всё это время, что она делала. Правда в любом случае вскрывается. Однако, это больше было похоже на отталкивание. Когда самый близкий человек отталкивает — это слишком больно. В груди всё разрывалось от боли. Итачи хотелось кричать, но в силу собственной привычки поведения, он не мог этого сделать, кроме как закусить до крови губу.       — Итачи-кун? — знакомый голос заставил отвлечься от собственных мыслей, мальчик обернулся, встречаясь взглядом с слишком взволнованной Изуми.       — Изуми? Что ты здесь делаешь? — брови наследника чуть сошлись к переносице, когда он увидел знакомую из академии.       Вообще, эта девочка вызывала противоречивые чувства. Итачи считал, что было бы хорошо, если бы они вообще не пересекались без Рицуки. В отличие от его глупой подруги, наследник клана прекрасно видел, что Изуми испытывает к нему чувства. А Рике хоть бы хны! Итачи почувствовал большее раздражение. Ему, честно, не хотелось заводить отношения с кем-то, кроме Рицуки. Это уже было понятно.       В какой-то момент в голове мальчика мелькнула просто безумная мысль: «будет ли ревновать Рика?» — это действительно интересовало Итачи. Были ли у неё вообще хоть какие-нибудь чувства? Хотелось верить на положительный ответ. Мальчик поджал губы, скрывая свои чувства и мысли от Изуми.       — Я искала тебя, — девочка тепло улыбнулась, лёгкий румянец появился на её щеках. — Что ты тут делаешь совсем один? — в её глазах мелькнула небольшая грусть, видимо, она посчитала, что он тут в одиночестве грустит.       — Отдыхаю, — Итачи сдержал вздох, чувствуя небольшое раздражение от излишнего внимания со стороны подруги Рицуки. Это нельзя назвать приятным.       — Тогда, как насчёт погулять вместе? — Изуми переплела свои пальцы, заметно смущаясь от собственного предложения и немного запинаясь.       Итачи лишь кивнул, решая немного отвлечься от эмоций и подумать над своей безумной мыслью. Однако, было бы плохо, если бы отец узнал о симпатии Изуми, ведь место невесты наследника клана ещё свободно. Юный Учиха почувствовал себя странно, когда думал о таком. Хотелось вернуть всё в те времена, когда Рика не думала о глупостях и просто улыбалась ему с теплом. Чтобы она снова продолжала свои эти глупые выходки с соревнованиями и какими-то спорами, а не пыталась его оттолкнуть. Итачи сжал руки в кулаки, чувствуя тяжесть в груди. Непонятная ноющая боль не давала успокоиться.       А ведь если Рицуки не вернётся сама, то придётся её заставить… Она же сама выбрала его когда-то.       Эти мысли вызывали усмешку у Итачи, который не мог никак отпустить Рику. Как и она привыкла наслаждаться этим спокойствием, так и он любил эту их идиллию, пусть и со странными выходками время от времени со стороны Рицуки. Но Итачи теперь точно не мог отказаться от единственного человека, который позволял ему почувствовать свободу, умиротворение и уют.

***

      Орочимару долго думал о том, что же можно было сделать с этим ребёнком из клана Учиха. Уже сейчас змеиный саннин видел, что эта девочка не была просто послушной куклой, очевидно, что она что-то задумала втайне от Данзо. Ко всему прочему, от этого у змея растягивалась весёлая улыбка, Учиха Рицуки не боялась даже его использовать в этом плане. Орочимару было уж слишком любопытно, к чему приведут действия этого ребёнка.       Когда змеиный саннин почувствовал приближение Данзо, то, наверное, даже не удивился. Было понятно, что Шимура заинтересуется встречей между одним из его козырей и ним. Орочимару даже ждал, когда же этот противный человек нагрянет к нему в гости. Это было, к удивлению змея, довольно долго — день. Обычно Данзо реагировал сразу, а тут явно чего-то ждал и что-то узнавал. Скорее всего, Шимура общался с самой Рицуки. Орочимару даже было интересно, что же могла сказать старейшине эта девочка. Змей точно понимал, что эта Учиха не столь глупа, чтобы выкладывать всё как есть, а значит, что это должно быть что-то иное…       — Я слышал, — Шимура шёл с тростью, слегка прищурив взгляд и внимательно оглядывая Орочимару, — что ты встречался с моей подчинённой.       — Вы о Рицуки? — с улыбкой спросил змеиный саннин, чувствуя смех внутри. Этот глупый Данзо даже не подозревал, что эта самая подчинённая довольно умело использовала его в собственных целях.       — Да, — кивнул старейшина, находя стул и садясь на него, в его действиях чётко читалось, кто здесь являлся хозяином, а кто подчинённым. — О чём вы с ней говорили?       — О всяких пустяках, — пропустив смешок, ответил Орочимару, замечая лёгкое раздражение в глазах Шимура. Удивительно, но он явно пребывал в довольно хорошем настроении. — Я бы хотел её тренировать пока буду здесь, — скрещивая руки на груди, произнёс спокойным тоном саннин, слегка прищуривая свой змеиный взгляд.       — И как же будут проходить эти тренировки? — прищурившись, спросил Шимура, он сильнее сжал трость в руках. Орочимару быстро догадался, что он ожидал чего-то ещё.       — Простые тренировки нин, тай и кендзюцу, — посмеявшись, произнёс змей, пожав плечами. Пока Орочимару не собирался рисковать и решил проверить почву, да и сам Данзо долго ходить вокруг, да около обычно не любит (если дело не касается поста Хокаге, на который он так и метит).       — Больше ничего? — Шимура слегка опустил голову, пронзая тяжёлым взглядом медика-экспериментатора. — Что насчёт глаз? — в эту секунду Орочимару понял, что могла придумать его юная сообщница.       — Я бы хотел пересадить ей новые глаза кого-нибудь из Учих, — пожал плечами Орочимару, внимательно наблюдая за реакцией Данзо, который явно очень хотел этого, ведь даже не дал договорить змеиному саннину:       — Глаза предоставлю, сделай без малейших ошибок, — после этого Шимура поднялся и направился прочь, явно узнав всё, что ему требовалось.       Орочимару еле сдержал смех, его глаза безумно сверкнули. Как же хорошо подготовила почву Рицуки-чан! Было понятно, что она говорила достаточно правильно, чтобы подготовить Данзо к этой встрече. Он особо ничем не интересовался, скорее ему было любопытно отношения змея к его подчинённой, что также понял Орочимару. Конечно, саннин не показал своего любопытства открыто. Он скорее проявил интерес к самой операции. Действительно интересная ситуация!       Как только Шимура покинул временное пристанище Орочимару, то последний был вне себя от радости и восхищения этой девочкой. Она создала идеальную почву для этого шага. Помимо того, что (как предположил змей, изучив тело, в котором не было глаз) она предоставила Данзо глаза, заработав к себе благосклонность, так ещё и умудрилась обернуть их встречу во что-то полезное! Этот ребёнок определённо умел извлекать выгоду из ситуаций… Такому тяжело научиться в таком возрасте, обычно опытные шиноби могли точно предположить… Но они, в теории, могли и научить этому.       Орочимару стало интересна жизнь Рицуки. Если он узнает, каким образом в ней воспитали эти черты и навыки, то будет действительно очень удобно! Так как у самого змеиного саннина были достойные планы на будущее, а именно на человека из клана Учиха, то ему было действительно очень интересно именно это! Вдруг Орочимару осознал даже момент, что этот ребёнок даже не побоялся идти на риски. Разве кто-то адекватный позволит себе настолько сильно рисковать? Если бы Орочимару не понял всего, то мог бы лишь навредить ей… Интересно, что бы в этом случае делала эта девочка. Змей облизнулся, чувствуя лишь предвкушение от происходящего.       Помимо того, что Рицуки позволила изучать тело человека из её клана, она также позволила ему повлиять на ситуацию с этими тренировками. В некоторой степени, именно так она добилась одобрения на операцию и тренировки! Восхитительно! Орочимару всё больше проникался этим ребёнком и всё больше желал сделать её своим сосудом… Хотя это действительно было невозможно.       Если Рицуки продумывала так спокойно столь сложные манипуляции, да и не боялась рисковать, то это показывало, что подчинить её себе каким-либо образом будет невозможно. Она уже имела то, что позволяло ей идти вперёд. Не было ниточек для манипуляции. Орочимару даже думал о том, чтобы взять кого-нибудь из её клана для давления на неё, но его змеи смогли лишь узнать, что Рицуки ото всех держалась на расстоянии. Даже Итачи-кун не являлся для неё чем-то ценным, ведь призыв Орочимару смог подслушать интересный диалог… Скорее на самого Итачи-куна можно было повлиять через Рицуки-чан, но это тоже было сомнительно. Их взаимоотношения не были похожи на те, которые можно было бы использовать в своей выгоде, как показалось Орочимару.       А ведь змеиный саннин стал следить за ней сразу после их интересной беседы…       Рицуки оставалось совсем немного до задуманного, ведь второй шаг был успешно сделан.