Сломанный калейдоскоп

***

Когда настала моя очередь заходить в кабинет рентгенолога за своим рентгеном стоп и получать запись в свою медицинскую книжку о наличии или отсутствии причуды, то я сильно волновалась. Мне, честно говоря, не хотелось оставаться и всю жизнь прожить беспричудной. Это же крах моей мечты стать героем! — Тоши-чан, верно? — спросила миловидная женщина с оранжевыми волосами и жёлтыми глазами. — Здравствуйте, — скромно поздоровалась я, прижимаясь к ноге воспитательницы из детдома, Куроды-сан. — Волнуешься? — мягко улыбнулась врач. — Не волнуйся. Видишь этот снимок? Вот тут видно, что у твоих мизинцев нет второго сустава, а значит у тебя будет причуда. — Правда? — облегчённо выдыхаю. И задаю очень сильно интересующий меня вопрос. — А какая у меня причуда? — Боюсь, что этого я не знаю, но могу предположить, что она будет излучающего типа. — А почему нельзя сразу сказать какая у меня будет причуда? — недоумённо моргаю. Мне казалось, что причуду сразу выясняют, мы же кучу анализов ради этого сдавали, когда нам всем исполнилось по четыре года. — Ну, дело в том, что мы не знаем, кто твои родители. Обычно мы предполагаем какая причуда кому достанется исходя из причуд родителей и бабушек с дедушками, но... Сама понимаешь, — женщина неловко улыбнулась, пожав плечами. — Ясно. Спасибо вам, врач-сан, — слегка кланяюсь ей и выхожу вслед за воспитательницей, уже забравшей мою медкнижку с собой.

***

Мне уже девять лет, а это значит, что три года младшей школы уже позади и впереди ещё три. Сейчас у нас с классом должна быть экскурсия в исторический музей, но учитель не может найти одного мальчика, Араки Муракасу. Что странно, ведь Муракаса очень воспитанный и послушный ребёнок. Он же не мог просто сбежать с урока. — Может мы можем помочь поискать его? — предложила Миё Такахаши Втанабэ-сану. — Ну хорошо... Тогда Миё, Тоши, Дайске, Хиро, Тора и Тоука, отправляйтесь в класс искусств. Миура-сан, пожалуйста, проследите за ними, — попросил классрук школьную воспитательницу. И мы под присмотром Миуры отправились в нужный кабинет, в котором у нас проходят уроки труда и искусства. Араки действительно нашёлся в этом кабинете, отчего-то сидящим в дальнем от двери углу и плачущим. Дети недоумённо зашептались. — Муракаса-кун, с тобой всё в порядке? — максимально мягким и нежным тоном спросила Миура-сан, присаживаясь на корточки напротив мальчика. Хорошо, что она обычно носит брючные костюмы. И как всегда я думаю не о том, что важно в первую очередь... — Не-е-ет! — захныкал одноклассник, сопя и размазывая слёзы по лицу. — Мои мама и папа сказали мне, что отдадут меня в приют, потому что я беспричу-удны-ый! Араки продолжил плакаться в объятиях воспитательницы. Ох йопть, бедный мальчик... Как можно отказаться от собственного ребёнка из-за отсутствия причуды или её "злодейности"? А ведь такое уже бывало на моей памяти... Сначала наговорят поддерживающих речей, наподобие "Мы примем тебя таким, какой ты есть, бла-бла-бла...", а потом бросают на произвол судьбы. Меня затопила жгучая обида за мальчика, так что я тоже обняла его, а затем к нам присоединились другие дети в попытке утешить одноклассника и друга. В музей мы закономерно опоздали.

***

Господи, ну почему мне вспомнилось именно это, причём накануне знакомства с будущей приёмной семьёй? Теперь не могу отделаться от мысли, что мне попадутся плохие родители, либо мои биологические родители окажутся живы и заберут меня из счастливой приёмной семьи. Даже не знаю, что может взвинтить настроение ещё больше, чем собственные размышления, поэтому я нервно ёрзаю на диванчике на ресепшне нашего детдома. — Тоши-чан? Может ты хочешь ещё какао? — спросила сидящая рядом Айка, которая старалась поддержать разволновавшуюся меня. — Спасибо, Айка-чан, но не надо, — отрицательно мотаю головой. — Уже тошнит от сладкого. Давай просто посидим вместе и поболтаем? — Ладно, — кивнула подружка. — И не надо так сильно волноваться. Ты же должна радоваться! У тебя ведь будет семья! Помнишь как Аканэ бегала от радости? — Помню, но не могу не волноваться. Ты что, забыла про случай с Озэму? Его первые приёмные родители вернули его в детдом всего через месяц, посчитав что у него слишком злодейская причуда и он пугает свою младшую сестру. Хотя он утверждал, что ничего такого не было! — А может тебе сразу повезёт с приёмной семьёй? Ты же не можешь знать наверняка. — Ну да... — успела ответить я Айке, как меня позвали. — Тоши-чан? Подойди, пожалуйста, — подозвала к себе девушка, сидящая на ресепшне. Перед столом стояли двое незнакомцев. Мужчина с сиреневыми волосами и зелёными глазами, и женщина с розовыми волосами и карими глазами. Выглядят опрятными и милыми. — Познакомься, Тоши-чан. Это Кайоши Сузуки и Мадока Сузуки, твои приёмные родители. Они пришли забрать тебя. — Приятно познакомиться с вами. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, — вежливо поздоровалась я и поклонилась по этикету, слегка улыбнувшись взрослым. Первое впечатление ведь самое важное? — Ох, какая милая и вежливая девочка! — умилилась женщина и потрепала меня по волосам. — Нам тоже приятно познакомиться с тобой. — Ну здравствуй, — добродушно улыбнулся мужчина, заполняя какие-то документы. Закончив, он полностью повернулся к нам двоим и спросил, — Ну что, готова поехать в свой новый дом? — Наверное да, — киваю, вновь улыбнувшись. Кажется, они действительно приятные и милые люди. Вскоре мы оказались в машине, как и мой скромный багаж, и ехали в неизвестном для меня направлении. — Знаешь, у нас ведь есть родная дочь на три года старше тебя. Ей уже четырнадцать. Очень надеюсь, что вы поладите и будете дружить, — возбуждённо делилась информацией Мадока-сан, пока Кайоши-сан рулил. Или правильно теперь называть их мамой и папой? Так непривычно... — Тоже на это надеюсь, — вставила я между делом, пока Сузуки продолжала болтать и рассказывать об их семье. Оказывается, она та ещё болтушка. Через полчаса в разговорах мы приехали к небольшому двухэтажному дому. Кайоши помог мне занести чемоданчик и чехол с гитарой в дом, а Мадока показала, где моя спальня, где ванная, где кухня, в общем весь дом. — А это твоя комната! Мы не знали, кого усыновим или удочерим, поэтому сделали всё в наших любимых цветах, — вещала женщина. Моя новая команата была в жёлтых и сиреневых тонах, что было только в плюс, ведь мне эти цвета тоже нравятся. Тут всё было, как в других обычных спальнях. Кровать, тумбочка возле неё, вместительный шкаф, большая тумба, стол с полочками и стул, пушистый ковёр. Приёмная мать оставила меня одну, чтобы я могла обжиться тут и расставить вещи по местам. — Так ты моя младшая сестра? — раздался девичий голос со стороны двери, где к косяку привалилась молодая девушка с короткими розовыми волосами и зелёными глазами. Не постучалась вежливо, не поздоровалась, ну что за невоспитанность. Хотя, она ведь подросток, а все подростки хотя бы немного бунтовщики. Кстати говоря, Мэюми внешне немного похожа на Сакуру Харуно из Наруто. — Да. Меня зовут Тоши, приятно познакомиться, Мэюми-чан, — и миленько улыбаемся. Моя новая сестра лишь фыркает в ответ. На это я пожимаю плечами и продолжаю раскладывать вещи по местам. Не хочет быть вежливой — и не надо. Хотя, может быть она ревнует родных родителей к приёмной младшей сестре, то есть ко мне, думая, что я украду всё внимание? Тогда её поведение вполне обосновано. — Ты ведь поёшь, так? — Мэю нагло уселась на кровать, не спрашивая разрешения сесть или войти в комнату, и кивнула в сторону гитары. — Я видела парочку твоих видео. — Ага, — утвердительно киваю. — Хочешь спою? — Ну давай. Я откладываю в сторону не до конца разобранный чемодан и беру в руки гитару, присаживаясь рядом с сестрой. Пару минут я просто перебираю струны, мысленно выбирая песню. Затем начинаю петь и играть. — Мне бы крылья, чтобы укрыть тебя; Мне бы вьюгу, чтоб убаюкала; Мне бы звёзды, чтоб осветить твой путь; Мне б увидеть сон твой когда-нибудь. Баю-баю-бай, ветер, ветер - улетай; И до самого утра я останусь ждать тебя. Мне бы небо чёрное показать... Мне бы волны, чтобы тебя укачать; Мне бы колыбельную тишины, Точно корабли проплывают сны. Баю-баю-бай, ветер, ветер - улетай; И до самого утра я останусь ждать тебя. Баю-баю-бай... Баю-баю-бай... — Красиво. Но почему именно колыбельная? Это же ты сама придумала, да? — выгнула бровь Мэюми. Она явно пыталась казаться бесстрастной, но на её лице проглядывался искренний интерес. — Да, сама придумала, — ложь привычно и легко слетает с языка. — Просто мне самой нравится мелодия и смысл песни. Звучит и вправду красиво. — Пфт! Сама себя не похвалишь — никто не похвалит? — скептически фыркнула девушка. — Чертовски верно! — хмыкаю в ответ. Мэюми просит исполнить ещё несколько песен, от чего я не отказываюсь, и из моей комнаты она выходит вполне довольной. Затем ставлю гитару в сторону и продолжаю прибираться. Я смотрю на дверь, вслед сестре, и думаю о том, что мы точно сработаемся.