"Так не должно быть."

Громкий хлопок двери раздаётся эхом по всему дому Афтонов. Майкл, нахмурив брови, проходит в глубь своей комнаты. После очередной "ссоры" с отцом на душе становится тошно, хочется закричать и наконец отдаться своим чувствам целиком и полностью, но он отчаянно продолжает строить из себя "проблемного подростка", что тщетно, ведь он больше похож на капризную девку. Снова он раздувает проблему буквально из ничего, и в очередной раз, смотря на невозмутимое лицо отца, в порыве гнева уходит в комнату. "А может это и не было гневом?" Каждый раз Майк задаётся этим вопросом и неоднократно находит ответ. Он будто специально пытается нарваться на ссору, в очередной раз ставя гордость выше собственных чувств. "Ты злишься на него, тогда какого чёрта теряешь голову лишь от одного его взгляда, а твои трясущиеся руки говорят сами за себя." Парень безнадёжно падает на кровать, чувствуя как сердце снова начинает колотить. Почему, почему это происходит именно с ним. "Так не должно быть." - он снова впадает в раздумья. Понимая, какими эти чувства являются на самом деле, он пытается скрывать их под маской агрессии и безразличия, будто бы ему вовсе не сдалась эта чёртова любовь. Но кто бы знал, как сильно ему её не хватает. Бывало, Майк часами мог погружаться в себя, мечтал об объятьях отца, в которых хотелось утонуть, о том, как тот шепчет ему на ухо до жути слащавые слова любви, а потом целует в плечи, будто оставляя ожоги на бледной коже... эти мысли не давали спать по ночам, но в какой-то момент сменялись чувством отвращения к самому себе. "Какой же ты, блять, отвратительный." Парень приподнимает голову и проходится взглядом по захламлённой комнате. В принципе как всегда. Даже сквозь темноту можно разглядеть весь этот хаос, что здесь творится. Ну а чего ещё ожидать. После учёбы хочется лишь рухнуть лицом в подушку, а не разгребать накопившийся мусор. Майкл в принципе никогда не отличался чистоплотностью. Будучи маленьким мальчиком, он только и делал, что носился по дому с перемазанным фломастерами лицом, спеша показать папе новый рисунок. А что Уильям? Тот лишь мягко улыбался, потрёпывая волнистые волосы мальчишки, а потом шёл вместе с ним на кухню, вешать очередной шедевр на холодильник. Куда ещё-то, места уже нет, но ребёнка расстраивать всё таки не хочется. Майку хотелось вновь видеть эту ласковую улыбку, чувствовать прикосновения к себе, смотреть в эти, казалось, глубокие глаза. Парень потирает переносицу, пытаясь опомниться и выгнать эти мысли из головы. "Он не должен позволять себе думать о таком." Мимолётно он замечает несколько свёртков, лежащих под рюкзаком. "Наверное опять от очередных девок из колледжа." Те иногда подкидывают ему в учебники аккуратно свёрнутые записки, а потом "мило" хихикают за спиной, но Майклу откровенно плевать. От всех их записей становится тошно, а в особенности от сердечек, нарисованных ручкой чуть ли не после каждого предложения. Такие "любовные письма" чаще всего оказываются скомканными и брошенными куда-то в угол комнаты. К чёрту этих наглых и капризных особ с их наигранными эмоциями. Зачем бегать за ними с цветами, а потом терпеть их обиды, высосанные из пальца. По крайней мере, Майку это точно не нужно. "Почему ты не дашь ей шанс? Ты разве не видел, как она смотрит на тебя?" Подобные вопросы друзей заставали парня врасплох. А Майкл лишь судорожно пожимал плечами, пытаясь скрыть нарастающее волнение. "Никто не должен узнать правду." Из раздумий его выводит гадкий скрип открывающейся двери. Устремив взгляд в дверной проём, парень видит силуэт отца, из-за чего отползает к стене. Зайдя в комнату, Уильям подходит к кровати и садится на неё. Тишина. Она будто давит на него. С каждой секундой обстановка становится всё более напряжённой. Для Майкла. Он сильнее сжимает ткань футболки, бегая взглядом из одного угла в другой. Хочется провалиться под землю, убежать..не важно куда, лишь бы не находиться с ним настолько близко. Уильям резко хватает его, притягивая к себе, а тот, в свою очередь, чуть ли не впечатывается лицом ему в грудь. Майкл пытается выбраться из крепкой хватки, но сил просто нет. Сердце колотится с бешеной скоростью, щёки наливаются румянцем, а руки отчаянно сжимают отцовскую рубашку. Его буквально трясёт в чужих объятьях. Майкл приподнимает голову, встретившись с отцом взглядами. Как и всегда, полные спокойствия глаза, смотрят прямо на него. Секунды тянуться настолько медленно,что казалось прошла целая вечность. Он не должен был этого допустить. Сам того не осознавая, он тянется к отцу, цепляясь пальцами за уже смятую ткань. Уильям заводит руку за затылок парня, ощущая его дыхание. Майк никогда бы не подумал, что поцелуи могут быть настолько приятными. Чувствовать, как отец мягко переминает его губы своими, было восхитительно. От таких ласк Майкл просто обмяк в чужих руках. Похоже, что Уильям давно всё понял.