Coma

      Один раз Одри принесла младшему Де Вилю мягкую субстанцию, назвав её что-то как-то вроде «масло для тела» и Карлос влюбился. Нет, Одри, конечно, славная, а еще она дочка Авроры и принца Филиппа и родословная была бы отменная, но речь вовсе не о ней. Карлос предпочел отдать свое сердце этому маслу, которое так ароматно пахло кофе. Просто сказка. А парень просто обожал кофе с тех пор, как впервые попробовал капуч в одной из кофеен Аурадона. (Благодаря кому, как думаете?) Это-то и бесило всех. И нет это не потому, что сын Стервеллы заколебал всех своей идее принять кофейную ванну и сварить шиммер для тела, чтобы блестело там, где надо и не надо со вкусом кофе, а потому что Одри — хорошая. По крайней мере он наивно в это верил. Вообще, Аурадон пошел на пользу всем четверым «избранным». И мальчику больше совсем не грустно, что он стал общаться с VK реже. Сердце ныло о другом, но он даже не позволял себе об этом думать, потому что знал… Если хоть раз допустит эту мысль себе в сердце, то эта мысль станет вихрем и перевернет все с ног на голову внутри. А с внутренней душевной организацией у Карлоса и без этого были большие проблемы. Если его друзьям было чем заняться — Карлос совсем не против. Он, наоборот, только рад. Да, они все еще семья, просто живут в разных плоскостях. Ему и самому было чем заняться. Учеба отнимала много времени, да и мальчик открыл для себя ноутбук с доступом в интернет, где он мог узнать еще больше всего нового и неизведанного. Больше всего его волновал, конечно, вопрос того, что он почти не помнил почти полтора года из своей жизни. Он все мечтал спросить об этом Джея, но…. Они хоть и жили в соседних комнатах, но почти не виделись из-за того, что сын Джафара теперь главная звезда командных турниров и вообще вроде как популярный парень, к которому просто так не подъедешь без красного-то кабриолета и бархатной ковровой дорожки. А куда уж ему, обычному парню из злодейского гетто. (И конечно младший Де Вилль вообще во внимание не брал, что Джей такой же, как он и готов кинуться ему на помощь, отодвинув чуть ли не все на свете… Только, если это не тренировка или важная игра).

***

      Гарри так и не раскололся, что он на самом деле сделал, чтобы Карлос снова стал обычным Карлосом Де Вилем, веселым и юморным парнишкой. Даже Ума не была в таком бешенстве, каком могла… Ведь она хороший друг и отнюдь не слепая. Она видела, чего это стоило Гарри, хоть и не знала правды. Он придумал какую-то очень логичную и внятную историю для Мэл, Джея, Умы и Иви, чтобы те отвязались и больше ничего не спрашивали. Но все-же это была ложь. Частичная… Да и какая разница? Карлос и все VK уехали в Аурадон. И никто не мог запретить Гарри каждый день с собачей тоской пялиться на эти шпили королевской школы, что находилась по ту сторону барьера. Единожды он только обмолвился при Си Джей, и то, случайно, что возможно сделка с Аидом была не самым лучшим решением. А Си Джей уже не смогла оставить всё, как есть и вытрясла из брата всю подноготную. — Ты вылечил уходящего из мира живых? — почти с ужасом шепчет сестра, так тихо, что слова невозможно разобрать, — Уголек Аида. — Да. — Что ты отдал взамен?.. Гарри? — от волнения она начинает накручивать один из своих шикарных блондинистых локонов на руку. Она всегда так делает, когда волнуется. Про себя Гарри даже ухмыльнулся. Ему приятно, что хоть кому-то не все равно на него в этом долбанутом семействе. Про отца и Харриет он даже не упоминает. Бестолку. — Память… Его память обо мне. — А еще? — сестра смотрит внимательно, почти насквозь, — ЧТО ЕЩЁ? — Это я буду поддерживать его здоровье, не давая снова «уходить» ровно до того момента, пока не умру сам. По часам Аида… Не по своим. Голос Гарри непривычно серьезный и разбитый. — И пока не покину остров. Все будет хорошо и с ним и со мной. А если я никогда отсюда не, то… — Гарри, — слезы. Он слышит слезы и не находит сил в себе, чтобы посмотреть сестре в глаза, — Калиста, пожалуйста. Но сестра не останавливается. Она уже не может, и он её не винит. — Ты же всегда мечтал убраться отсюда подальше. Угнать один из кораблей отца и уйти в плаванье в большую воду. — А мне все еще никто это не запрещает. Просто я не знаю, как скоро кончится мое плаванье и я умру. Ведь… Время. Время побежит не так, как сейчас. — А Карлос? Что тогда будет с ним? — А он рано или поздно, но все равно… Это не зависит, сегодня я двину кони или завтра. Главное — это то, что я оставил все свое время «настоящей» жизни в том контракте. А суициднуться я могу хоть сейчас. Карлос от этого не умрет. Аид обещал, а он не врет в своих договорах. Лукавит, изворачивается, не говорит всей правды, но на счет сути не врет. — Ты должен ему рассказать? — Ало… Земля вызывает Си Джей. Он теперь живет в Аурадоне… Как и мечтал. — Тогда это сделаю я. — Тебе никто не поверит. — У тебя был почти год после его чудотворного «восстановления», а ты молчал, как последний трус. Словно ждал, что он исчезнет! — Может и ждал. — Зачем ты вообще полез? Тебе больше всех было надо…? У них там в Аурадоне есть волшебная лампа, исполняющая желания и я уверена, что Джей пизданул бы эту красавицу только ради него. Ты вообще видел, какими глазами он смотрит на мальчика-уже-не-три-дня-до-смерти? Джей. Гарри бесился каждый божий раз, когда его кто-то упоминал в одном предложение с именем Карлоса. Это глупая ревность на которую у него не было никакого права, но тупое сердце… просто тупое сердце. Уже почти мертвое, но еще бьется. Крюк младший не понимал почему он это сделал. Он вообще перестал себя понимать с того момента. И как его внутреннее я согласилось на такую авантюру.