Accidents Happen

Thursday

–Да как мне это.. – обматерив уже каждую пылинку в квартире, Сынмин не может определиться как и когда лучше отдать эту стопку забытых вещей Хенджину. Явно будет странно, если подойти на публике и сказать «Вот твои вещи, забирай». Вытирая тыльной стороной ладони выступившие капельки пота на лбу, Ким просто закидывает эту горочку в черный пакет и кладет в рюкзак. –А стоп, – вспоминая, что Хван в тот день ушел в вещах Кима, брюнет корит себя за свои мучения и решает напомнить Хенджину об этом немного иным способом, – Эта белая толстовка мне идет больше, – Ким гордо улыбается своей идее и выходит из-за этого из дома на пять минут позже обычного.

***

–Мне кажется, или.. – Минхо наклоняется к Хенджину, указывая на Сынмина, который стоит с Чонином возле столовой, а переводя взгляд на Хвана, у которого челюсть отвисла, Ли и вовсе перестает понимать происходящее. Ким замечает старших, что смотрят на него округленными глазами, и подмигивает, щелкая пальцами, оставив их в жесте «пистолетика». –Тебе не кажется, – Блондин трет лоб, когда видит, что Ким и Ян выстроили траекторию прямиком сюда. –Смотрю, ты тоже в моей, – Сынмин стряхивает с плеча Хенджина невидимую пыль, говоря достаточно тихо, чтобы Чонин, который повис на Минхо, не услышал. Хван мнется, не находя ответа. Ситуация слишком забавная – все-таки, когда Минхо говорил о существовании соулмейтов, он не врал. Ким с трудом отлепляет Яна от Хо, по его просьбе, и тащит это дите к Джисону, который плачет от одиночества в общей беседе. «Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать ту боль, которую я испытываю сейчас..» – Хан строчит очередное сообщение, как видит своих друзей в холле. –Я ждал сотню лет! – обиженно скрестив руки на груди, Джисон отворачивается от ребят, – Не врите, в столовке нет таких очередей в эту перемену. –Мы просто встретили хенов, – Чонин садится к Хану, обвивая его шею руками, – Нууу, не дуйся, – сложив губы уточкой, Ян качает приятеля из стороны в сторону. –Хенов значит? – щурясь на Сынмина, который медленно с довольной ухмылкой кивает, спрашивает Хан, – С одеждой то что придумал? –Ну.. Как тебе сказать, – оттягивая ткань ’’своей’’ толстовки, Ким отводит взгляд и проходится языком по клыкам. –Странно это все, – вступил в диалог Чонин, – И чем дальше, тем страньше. Теоретически, был бы Ян чуть смышленее, он бы уже догадался, но довести размышления до конца не позволяет какой-то барьер то ли детской наивности, то ли ожидание увидеть все своими глазами. После обеда в кафе, в процессе которого Сынмин выбил дискорд Хенджина угрозами, он отправился домой перекидывать фотки с фотоаппарата на ноутбук, а Джисон так и не мог собраться с мыслями, чтобы написать Минхо. Но он обещал Сынмину. Сынмин сделал, и он сможет. @Сони Хо, не хочешь увидеться?

@Минхо-хен *печатает*

@Сони Знаю, что не откажешься. Встретимся в аудитории Бан Чана через полчаса.

@Минхо-хен Неужто хочешь осквернить его помещение?

@Сони Телесное соитие запрещено, ибо это ловушка Демиурга. Сразу видно с Сынмином начал общаться – и книги начал читать. Минхо достаточно дисциплинированный человек и имеет расписание на три дня вперед, также свое свободное время он рассчитывает поминутно – где-то домашку скатать, где-то дораму глянуть. А когда нужно куда-то собираться, его можно назвать грешником – лень традиционно расценивается как порок. Таки настроив себя на встречу, Минхо удается собрать себя в кучку и оторваться от просмотра стрима, чтобы начать собираться. Хватает этого сосредоточенного состояния ненадолго – до момента, когда дело доходит до смены домашней одежды на уличную. –С кем угодно готов держать пари, что он прибьет меня сразу, как только увидит, – зачесывая выпавшие пряди назад, Ли идет самым быстрым шагом, на который только способен, потому что он явно опаздывает и к точному времени не успеет. @Сони Мистер Как-вас-там, вы ведь не опоздаете? Огромные шаги, которые были актуальны до этого уведомления, переключаются в быстрый бег как по щелчку. За две минуты Хо добегает до ворот универа, а за полминуты он поднимается на третий этаж здания, где янтарный свет освещает коридор из окон. eternity – memphis (рекомендация для прослушивания) –Сони? – говоря с отдышкой, Ли заходит в аудиторию, где должен быть Хан. –Не опоздал, – нежно улыбаясь, Джисон отвлекается от рассматривания птиц и облизывает потрескавшиеся губы. Хан стоит в конце комнаты возле панорамного окна, кстати, единственного такого в этом университете, и пробегается пальцами по стенду с виниловыми пластинками, заталкивая одну из них указательным пальцем поглубже, а то некоторые личности не в состоянии даже вернуть чужое на положенное место. Блондин движется изящно, будто плывя в этом пространстве – время для Минхо замерло, этот загадочный парень впечатляет каждый раз. –Я слышал, что ты играл в музыкальной группе, – Джисон прокручивает кольцо на указательном пальце, – А при мне ты играть стеснялся. –Не думал, что тебе это действительно интересно. Да и инструмента не было под рукой, – Минхо делает пару шагов, облокачиваясь об одну из парт. –Точно, – Хан говорит чуть слышно, резко переводя взгляд на стоящий в дальнем углу объект, – Научи меня. Минхо, шумно выдыхает и подходит к фортепиано, пододвигая два стула, чтобы удобно было играть. Ли приглашает жестом Хана сесть рядом и берет первую мелодию, возникшую в голове, транслируя ее на клавиши. Джисон, кажется, заслушивается, прикусив губу, и взгляд держится на остановившихся пальцах по окончанию короткого произведения. –Эта нравится? – Минхо перекидывает волосы на правую сторону, чтобы не видеть чужого взгляда так близко. –Да, – в глазах Хана красный огонь светофора, а голос слегка дрожит, поэтому Минхо решает, что это было не достаточно хорошо. Пальцы захватывают большую часть клавиш, плавно передвигаясь по поверхности – вторая партия продолжает первую, раскрывая новую часть истории. Звучит, будто волны разбиваются о скалы, грань риска падения, паника и безысходность. –А так хорошо все начиналось, – отмечая этот захватывающий переход, Джисон выпадает в некий осадок. –Как у нас. Да? – Ли грустно улыбается и слегка морщится, потому что прошедшие годы неприятно щелкнули в груди. Это дает Хану пищу для размышления, и он хочет извиниться прямо сейчас за то, что он заставляет его играть в отношения по новой. Заставляет снова влюбляться, не замечая того, что его уже ответно любят, так же, как и он сам. Минхо берет его руку в свою, но тут же одергивает себя, извиняясь за лишний контакт. Хан тихо посмеивается, и сам кладет свою ладонь в его, растягивая губы в нежной улыбке. Ли понимает, что всю теорию сейчас пересказывать будет отвратительной ошибкой, разрушающей всю атмосферу, витающую в воздухе. –Положи мои руки на свои, – Минхо подносит руки к клавишам и ждет, пока Хан среагирует, – Я буду играть, а ты будешь чувствовать. Джисон касается трясущимися кончиками пальцев чужих рук поочередно, медленно сокращая расстояние между ними до нуля. Минхо берет мелодию, которая требует ноты на маленькой дистанции, чтобы было комфортно, но это все равно недостаточно удобно. Ли встает, возвращая свой стул на изначальную позицию за партой. –Все так плохо? – Хан, отметив, что Ли сжал зубы, думает, что это занятие приносит ему дискомфорт или вовсе противно. Минхо не отвечает, только улыбается уголками губ, пододвигая Джисона вместе со стулом ближе к фортепиано. Ли встает позади и вытягивает руки через плечи Хана, щелкая пару раз пальцами, чтобы тот среагировал. Блондин моргнул в удивлении и нервно сглотнул – еще больше подобного контакта, и он сам окажется первым, кто сдастся. Хан снова делает это, снова касается чужих рук, только теперь с большей нежностью и практически не стесняется дотронуться или случайно скользнуть между фаланг пальцев. Та мелодия, которую показал Хо, повторяется. Повторяется с большим теплом и набирает обороты, яркие обороты новой истории, которая теперь никогда не закончится. Те волны, скалы и разбитые осколки сейчас звучат как желания, падающие вниз звездами с ночного неба. Минхо знал, он чувствовал – они дополняют друг друга. И так будет всегда.

Thursday evening

Так и не вспомнив, на какой странице тогда захлопнул книгу, Сынмин решил ее перечитать с самого начала. На самом деле уже вконец достал этот глупый стиль заумного писателя. Хочется перечеркнуть каждое написанное слово и стукнуть по голове автора, который это написал, а тому, кто это выпустил в ряды народа – проделать дыру в голове. Гневные оскорбления достаточно забавно звучат, когда Ким в розовой футболке и с хвостиком на голове, перевязанный резинкой с бантиком. Веселая песенка звучит из телефона, повествуя о звонке. –Да-да, иду – Сынмин отвечает, закусывая губу до крови – он потерял счет времени и не слышал предыдущих звонков Хенджина. Поставив ноутбук на бежевое покрывало, Ким включает его и находит в ярлыках дискорд, быстро набирая по данному ему нику Хвану. –Я думал уже не дождусь, – Хенджин достаточно быстро отвечает на входящий звонок. –Так, ладно, давай я быстро тебе покажу и разойдемся, – Сынмин хотел включить демонстрацию экрана, не открывая сам дискорд снова, потому что уже открыл папку с фотосессии, но промахнулся по кнопке и не заметил этого, – Есть в таком цвете, – Хенджин смотрит в экран, не понимая, потому что видит только самого брюнета, – А есть в таком, – продолжает Сынмин, но слышит молчание, – Тебе не нравится что-ли? –Нуу, – Хенджин строит в голове теории, но не находит ответа лучше, – А тебе какая палитра цветов больше нравится? – пропуская маленькие смешки умиления из-за хвостика с бантиком, еле выдавливает из себя юноша. –Вообще – никакая, потому что на фотографиях ты, – Сынмин как обычно холоден, но сейчас Хван может наблюдать эти розовеющие щеки и нежную улыбку, говорящие об обратном, – А если серьезно, то я за первый вариант. –Тогда оставляй первый, это ведь для твоего портфолио, – Хенджин тоже включает камеру, что высвечивается в уведомлении Сынмину на весь экран. –Это зачем? – приподнимая бровь, спрашивает младший. –А ты зачем включил? – опираясь щекой о руку, Хенджин увлеченно разглядывает чужое лицо. –Блять.. – Сынмин бьет себя по лбу, понимая, что видно было не экран, а его, и прочищает горло, – Мне еще раз показывать придется, да? –Ты о фотках или о розовых щеках? – подмигнув, лыбится Хенджин. Захлопнув крышку ноутбука, Сынмин откидывается на спину и шипит, проклиная это создание сквозь сладкую, как сахар, улыбку, и щурясь всякий раз, когда в голове всплывают эти яркие глаза и вишневые губы. Ким бьет по собственным щекам, ловя себя на мысли, что похоже в эту пятницу под напором алкоголя он не сдержится.