Хроники Юки Узумаки или Кей Харуки

***

      Что должен чувствовать человек, когда жизнь начинается с того листа, и все те скелеты в шкафу, лежащие уже давно, никому не важны. Чего больше, называемых плюсов или же минусов, стоит ли бороться за жизнь в надежде, что всё наладится. Или стоит отпустить всё, что было. Может действительно попробовать что-то новое, связанное с новыми людьми, а не принуждениями. Кей оказалась в каком-то лесу, аромат желанной свободы и место для раздумий. Впереди шла тропинка, она довольно узка, но по ней явно недавно проходили. Видимо идти следовало именно по ней.       Бамбуковые деревья лишь дарили наслаждение, хотелось бы вечно бродить там. Тропинка становилась всё шире и шире, пока не стал быть виден дом. Странно, но в доме никого не было. Девушка, не успев осмотреться, поняла, что к её горлу приставлен кунай. — Кто ты? — Нагато не говорил, кто я? — Нет — Новый член Акацуки — Кто? — раздался ещё один голос из-за спины. — Сказала же уже — закатив глаза, девушка убрала кунай от своей шеи. — Подскажите, а в чем ваша проблема, вы такие не гостеприимные, просто ужас. — Мы не знаем, кто ты такая. — сказал парень, с перечеркнутой повязкой листа. — Я — племянница Пейна. — Да ладно, доказательства есть? — парень похожий на рыбы посмеялся. — На, читай. — Кей достала письмо Конан и кинула его в рыбоподобного. — Итачи, она и в правду права. — Тогда, полагаю, тебя определили к нам? — Да, догадливый юноша, меня зовут Кей Харуки, а вас как молодые люди? — Я Кисаме Хошигаке, а он — Итачи Учиха. — Приятно познакомиться, пройдемте в дом?

***

Юки пригласили войти в дом, приятный аромат чем-то напоминал дом в Конохе, возможно, это из-за Итачи. Маленькие комнаты, ванная, кухня, всё совершенно обычное, будто этот дом принадлежал фермерам, покинувшим его давно. Хоть с виду он и казался заброшенным, но внутри было довольно уютно, не пещера какая-то. — Эй, Кей же, да? — Чего? — Не хочешь потренироваться, а то, кажется, ты какая-то слишком уверенная в себе. — Ну как хочешь, пеняй на себя, если я убью тебя. — Ха-ха-ха — послышался откуда-то смех Итачи. — Ах ты маленькая — Кто? — Никто, пошли во двор. Вот и начался бой, они не стали пожимать друг другу руки, лишь улыбнулись. Самоуверенность их двоих зашкаливала. Кисаме разбинтовал свой меч, он показался живым. — Как зовут эту малышку? — спросила Харуки. — Самехада, и она тебе не малышка. Меч был гладок, но от него исходила чакра, которая устрашала. «Смысл бояться, я тоже не пальцем деланная.» Хошигаке начал. Он залил всё поле водой, как бы то ни было, ответа ждать не пришлось. Вся его вода покрылась маслом, не зря Кей проверяла свойства своих новых техник. Масло было легче воды, поэтому оставалось наверху, неужели член Акацуки настолько слаб и это было всё, на что он способен. Оставаясь стоять на масле, девушка пыталась разглядеть, где её противник, неужели под водой? Кажись нет, вокруг девушки плавали акулы. Вдруг одна, сквозь масло напрыгнула на неё, обратившись в противника с мечом. Кисаме не учел, что был весь в масле. Самехада упала прямо на девушку. От веса меча Кей упала. Ей стало хуже, из неё высасывали чакру. Откину меч она отстранилась от Хошикаге. — Что это за приколы с малышкой? Не уж то я такая вкусная? — Не смей называть великий меч малышкой! — Да что ты, я ей явно приглянулась, да Самехада? — Пф — сказал Кисаме, посмотрел на своё оружие. То же в ответ лишь кивнуло и открыло свой рот в улыбке. — Че? Тебе не жить малявка. — Попробуй умник. Напарник Итачи словно изменился, энергия вокруг него изменилась, он явно готовился на что-то большее. Снова техника поднятия волны, снова Кей ничего не видит, она чувствовала, что ей несдобровать. Подняв стену из земли, волна успокоилась. Но через эту стену, словно на серфе перепрыгнул уже не человек, а акула с лица, и плавниками. Стало страшно, скорость была огромной, чакра было ещё больше. «Да что у этого гада за техники?» Юки сложила печати, запечатав его в земляной холм. Это не помогло, земля сразу же распалась пополам. Выхода не было, техника подмена и теневого клонирования. Приходится скрыться на время. Девушка создала своих клонов, а сама спряталась в призванной ей лягушке. Сконцентрировавшись, она вошла в режим саннина. — Где ты Кей? Твоих клонов давно уже не видно, лишь потратила зря чакру. — Обернись — шепот пронзил ухо Кисаме. Девушка выпрыгнула из сразу развеивающейся жабы, пронзив катаной мечника. Он был явно в ярости, но также силен и непредсказуем. Вокруг девушки образовалась вода. Она отпрыгнула, залив поверхность маслом. У неё явно не было сил больше сражаться, хотелось закончить всё по скорее. Пока она находилась в своих мыслях, сзади подкралась водяная рука. Схватив Харуки за ногу, та была поймана, без возможности бежать. Вокруг неё начал образовываться купол, что же делать. Купол закрылся. — Водяная тюрьма. — крикнул Кисаме, разделившись со своим мечом. — Черт — сказала на последнем дыхании девушка. Её глаза всё ещё были открыты. Между ней и мечником из скрытого тумана появился Учиха. Харуки потеряла сознание.

***

Где-то в деревне, совсем маленькой она сидела у песочницы. Рядом с ней знакомый силуэт с хвостиками и красноволосый мальчишка вдалеке. — Темари, а кто это? — Это мой брат — Гаара. — А почему с ним никто не играет, он же как мы. — Нет Юки, он не как мы, он опасен. — Темари, кто тебе сказал, что дети опасны? — Юки, не надо, ты многого не знаешь. — А зачем мне это знать, если я вижу, что он как мы? — Дело твоё, но отец сказал нам не общаться с ним. — Странный он. — Узумаки встала и пошла к тому ребёнку. -Привет, как твои дела? — спросила она. — Кто ты? — Я Юки Узумаки, и я хочу с тобой подружиться. — Со мной никто не хочет дружить, ты пришла лишь, чтобы сделать мне неприятно. — С чего ты такое взял? — девочка села поближе. — Все так делают. — А я не все, я Юки Узумаки. — Я слышал, как тебя зовут. — Ну тогда тем более, раз слышал, то и сравнивать меня не надо. — Ну тогда зачем ты пришла? — Чтобы стать твоим другом, давай поиграем? — Ну давай — скромно ответил мальчик. В тот день она и познакомилась с тем, кого хотела видеть сейчас больше всего. Странное воспоминание всплыло в её голове.

***

— Кхм Кхм Девушка откашлялась уже в кровати. Около неё сидел Учиха, у его глаз были потертости красного цвета. Он использовал шаринган, неужели на Кей? Итачи сидел смирно, он спал, и явно был расслаблен. Харуки попыталась подняться. Тело будто бы было слишком тяжёлым. Не стоило ей сразу тратить столько чакры. — Ты уже очнулась? — в комнату вошел Кисаме. — Ты прости, что я не сдержался. Ты совсем зелёная. — Да, очнулась, не переживай, мне ещё учится и учится. Как я здесь оказалась? — Я тебя спас, наложив на Кисаме гендзюцу, чтобы он не закончил свою технику, потом я вытащил тебя из того шара. — сказал Итачи. — Спасибо, но не стоило так перенапрягаться. — ответила девушка. — Я спас тебя, потому что мой напарник не умеет останавливаться. — А я то что? — Ты? Да ты сумасшедший, решил убить родственницу Пейна. — Кого? — врезалась в диалог Юки. — Как тебя взял Пейн в Акацуки, если ты не знаешь его? — сказал Хошигаке — Да знаю я, знаю. Хватит уже шуметь. — Есть будешь? — сказал Учиха — Потом. Напарники вышли из комнаты, оставив Кей одну. Тело казалось ей будто из свинца. Всё болело и ныло. Надо собраться не только с мыслями, но и всем телом. Чакра, реально интересная штука. То чувствуешь себя легче лёгкого, то вообще убийственно. Девушка пролежала почти до глубокой ночи, думая о сегодняшнем дне. Она вспоминала рассказы Саске о выдающемся отступнике — его старшем брате, которому он так хотел отомстить, интересно, знает ли Итачи об этом. И всё-таки, почему член Анбу вообще стал отступником, неужели, он как я — шпион. Потихоньку встав с кровати, она оглядела себя, всё тело в порезах, но вот глаза, глаза почему-то были обведены красным. Прямо как у Джирайи-сенсея. Тихонько она пробралась на кухню. Ночной жор всегда нападает не вовремя. Посмотрев, что есть из продуктов Харуки приняла решение приготовить яичницу. Самое простое блюдо: разбить яйца на сковородку и просто ждать. Посолить и желудок полон счастья. Приготовив еду, Кей отправилась на веранду дома. Свободный воздух, полный запаха сена, полевых цветов и свежести. Несмотря на ночную прохладу, она чувствовала себя комфортно. — Ты здесь, чтобы шпионить? — спросил Итачи. — Чего? — Стоп, как у тебя получилась такая идеальная яичница? — Чего? — Нет правда как? — Я просто сделала всё как обычно. — Как это, как обычно? — Ну — Да я даже мангёке использовал, но не вышло — Зачем так всё усложнять? — И то верно, попробую потом сделать. — Ага, хороший воздух, да, Итачи-сан? — Да Кей, но вот незадача, ты же шпион Конохи? — С чего ты это взял? — Ты убила умирающего феодала, чтобы стать отступницей, но твои друзья не знают об этом. — Откуда ты это знаешь? — Я знаю достаточно, у меня много глаз. — А знаешь ли ты, что твой младший брат стал последователем Орочимару? — Знаю — А знаешь ли ты, что он жаждет мести за смерть родителей? Итачи, он хочет убить тебя. И не остановится. — Знаю. — А знаешь… — Тебе сказать нечего? — Нет, я слишком вкусно готовлю. — Сказала Харуки доев яичницу. — Вот этого я точно не знаю, учитывая, что ты всё съела. — Я тебе потом приготовлю идеальную яичницу. — Ну посмотрим. — Итачи-сан, могу задать вопрос? — подождав начала Кей. — Ну давай — С чего ты взял, что я шпион? — Твои техники — техники Джирайи — одного из великих саннинов. — Да, он тренировал меня одно время. — Если б ты была шпионом, ты бы смогла передать ему одно послание. — Какое? — Ему следует не совать свой нос туда. — Куда — туда? — Ты же не шпион Конохи, так зачем тебе это знать? — Он был моим учителем, неужели твой шаринган может видеть будущее? — Нет, Харуки, такого он видеть не может. — Тогда с чего такие фразы и послания? — Знаешь ли, твой сенсей ввязался не в ту передрягу, откопав старые данные. — Ты в этом уверен? — Да, Харуки, да. Парень встал с кресла, собираясь уже уходить, но Юки схватила его за рукав, чем остановила его. — Зачем ты сказал мне это, ты всё ещё любишь Коноху? — Харуки, поговорим об этом позже, завтра ты не пойдёшь с нами, тебе следует восстановится. — Итачи-сан, я уже восстановилась. — Я сказал, не идёшь, значит не идёшь. — Как скажешь. — Кей отпустила рукав, но Итачи остался стоять на месте. — Ответ на твой вопрос — да — сказал Учиха. — Почему, ты же отступник. — А это уже другой вопрос Харуки. — Итачи-сан… — сказала девушка вслед уходящему члену Акацуки. — Итачи-сан, не хотите выпить чаю с данго? — крикнула она в догонку. — Данго? — Да, у меня как раз есть парочка. — Если ты не против моей компании. — Я же сама позвала тебя. — А ты смелая, раз не боишься приглашать на чай парней. — Конечно смелая, не впервой. — И кого это ты на чай звала в свои, и сколько тебе лет то? — 17 уже, и да, звала. — И кого же? — Да так, одного мальчишку — Мальчишку? — Итачи-сан, почему вы так интересуетесь этим? — Интересно мне, как молодёжь живёт. — Ты же не такой старый. Сколько тебе? — Мне? — Да — Мне 20 — То есть ты старше меня не на много, но всё равно считаешь себя дедом? — Хахаха, дедом, я состою в Акацуку уже больше 6 лет, о чем-ты, малышка? — Ух ты ж, а я всего день — Да ты удивительна. — Итачи-сан, вы меня пугаете. — Шаринганом? — Нет, это в тебе меня не страшит. — А что же тогда страшит? — То, что ты чувствуешь себя дедом. — Правда? — Да, тебе же всего лишь 20. Наоборот самая пора искать невесту. — Ты мне напомнила кое-кого. — И кого же? — Изуми. — А кто это? — Давай в следующий раз, уже поздно, и спасибо за данго, давно их не ел. — Итачи-сан, а когда вы с Кисаме вернётесь? — Дня через три. — Давайте потом потренируемся, ну и я приготовлю данго. — Давай, Харуки. — Спасибо. — Тебе тоже спасибо.