Сolor splash

      Свет луны падает на холст ровными бликами, отображая нереальную палитру серых цветов закатного вида на гору Чирисан. Мастерски выведены каждые резкие мазки кистью, аккуратные прикосновения мастихином создают шершавость картины, но ничуть не портят её. Зелень деревьев в привычной серой палитре, но оттенки абсолютно разные, и создается впечатление, будто нет ни одного одинакового оттенка серого на всей картине. Даже цвет обыкновенного камня, совершенно обычного для любого туриста, который хотя бы раз видел этот вид с обзорной площадки №3, на картине отображен в непривычно-прекрасных тонах, начиная от светло-серого и заканчивая черным, где в промежутках проскальзывают белые, белоснежные, серебристые, лунно-серые, бетонные и даже серые, как дельфин цвета палитры мира Тэхёна.       Она почти готова. Готова к тому, чтобы покинуть уютную мастерскую расположенную в отеле Марриотт на 38 этаже. Эти апартаменты он приобрел, относительно давно. Наверно после продажи своей четвертой картины, когда его работу заметил молодой генеральный директор. К слову, это тот самый Ким Намджун, генеральный директор «Olla Industries», всемирно известной корпорации, по разработке и внедрению новых технологий в сфере IT. Они знакомы уже почти год и именно Джун подарил Тэхёну возможность реализовать себя как художник, протянул руку помощи и вывел его возможности на новый уровень. Он благодарен ему за все, что тот для него сделал, хотя все время слышал только одну фразу: «Тэ, ну сколько раз повторять,» - с тяжелым вздохом, в очередной раз парировал Намджун. – «Я просто купил их, потому что нереально было не обратить на такие работы внимание. А в мире роскоши и денег непозволительно, когда только у одного толстосума есть картина хорошего мастера. Ты сам добился всего, я просто подкинул тебе хороших клиентов.». Он знал эту фразу наизусть, но не уставал благодарить своего «спасителя».       Тэхён снова отошел на шаг назад от мольберта, и прищурив один глаз, посмотрел на картину через кисть, которую держали изящные тонкие, вымазанные в краске, пальцы на вытянутой руке. Его работы – это его детище, пусть и приносящие не малые деньги. Он любил свою работу, потому что только она спасала Тэ от «серых будней». А когда работа была на вольную тему, что хочу то и рисую, то Тэхён сладостно растягивал удовольствие, но никогда не опаздывал по срокам.       Картина для Джуна, была одной из не многих, что вызывала у художника досаду, ведь ее нужно отдать, а она ему так припала к душе, но он знал, что своего «ребенка» он сможет увидеть в любой день, когда они с Джуном вновь встретятся в элитных апартаментах на окраине Сеула, чтобы выпить по паре бокалов бурбона и поговорить о новых тенденциях современного мира.       Намджун был, как говорят в обществе, «голубых кровей». И нет, это не потому что он гей, хотя об этом знали только близкие и родственники, а потому что он выходец из богатой семьи, где из поколения в поколение рождались дети с «богатым внутренним миром». Так и Джун показал на что он способен, когда его отец отошел от дел. Он смог вывести компанию на новый уровень и заключить тысячи контрактов по всему миру. И это не стало новостью для общества, ведь все знали, что династия Ким не терпит другого исхода.       Тэхён вновь вернулся к мольберту и провел кистью по уходящему за горизонт солнцу. Легким движением руки, он убрал со лба выбившийся из-под берета локон, и довольно вздохнул. «Крошка, ты готова!» - Улыбнулся Тэ своим мыслям и отложил кисть с палитрой в сторону. – «Хотя…». Не успел он додумать, как его прервала трель телефона. Эту мелодию он знал до последней ноты и уже на начале звонка телефона и первых звуков понимал, что звонил Намджун.       -Hola, amigo. – Парировал Тэхён. – Я почти закончил.       - Привет, Тэ. – На выдохе сказал Джун и Тэ знал, что это приветствие наполнено теплотой и заботой. Разница в 8 лет совершенно не ощущалась, чему художник был безгранично рад. Джун для него как старший брат, как отец и наставник. Он ценил его и уважал, спрашивал совета и делился переживаниями. Он знал про все его трудности, про взлеты и падения, про размеренную жизнь, до смерти отца и про то, каково это оставить того, кем дорожишь за пределами новой жизни.       - Как продвигаются разработки новой системы безопасности для внутренних отделов? – Ставя на громкую связь телефон, поинтересовался Тэ.       - Все просто замечательно, идет, как и планировали. – Глухо промычал в трубку Намджун.       - Но как обычно есть «НО». – Усмехнулся Тэхён, вытирая руки от следов краски мягкой тканью, которая когда-то была полотенцем.       - Вот тут ты не прав, мой друг. – Съехидничал Джун и на заднем фоне послышался негромкий удар об стол. По всей видимости это были очки, а раз они упали на стол, а не как обычно были бережно положены, значит у Джуна была тяжелая неделя и есть повод увидится.       - Правильно ли я понимаю, - отбрасывая на стол кусок ткани, Тэ начал замачивать кисти и убирать остатки творческого хаоса со стола. – Нам есть, о чем поговорить?       - Верно мыслишь, - ответил Джун и издал глубокий, хриплый смешок. – Я хотел бы встретится с тобой за чашкой кофе.       - Ты ведь знаешь, - резко оборвал его Тэ. – Я ненавижу кофе.       - Я помню, - так же резко ответил Джун. – Но мне есть что тебе предложить, и я не думаю, что бурбон не опьянит твой разум и ты не примешь ненужное решение.       - Ты заставляешь меня переживать. – Насторожился Тэ.       - Тебе переживать незачем. – Хмыкнул Джун. – Все предельно просто и незамысловато, но об этом при встрече. Адрес ты помнишь, верно?       - Обижаешь, - наиграно хмыкнул Тэ.       - Тогда я буду ждать тебя к 7 вечера. – Деловито отрезал Джун. – До встречи.       - Пока. – Отрывисто бросил Тэ и сбросил вызов.       Его терзали сомнения, но причин для больших переживаний он так и не нашел. Он доверят Намджуну и тот его не разу не подвел. Но в этот раз внутреннее чутье подсказывало Тэ, что все намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Он медленно сложил все краски в выдвижной ящик стола и легонько подтолкнул дверь, чтобы та закрылась. Он не был перфекционистом, но в его мастерской всегда был порядок. Кисти аккуратно стояли на столе в разных стаканах, разделены на группы за размером и качеством ворса. Мастихины лежали в нише стола в гравированной коробке с надписью: «Для вдохновения».       Когда Тэ обвел взглядом мастерскую в поисках вещей, которые не на своем месте, он остановил взгляд на картине и нежно улыбнулся. Она сияла красотой и четкостью деталей, даже в оттенках лунно-серых и серых, как дельфин цветов. Тэхён провел пальцами по высохшим деталям и томно выдохнув оставил мастерскую пустовать.       До 7 вечера у него оставалось 3 с половиной часа, поэтому художник в принципе не особо торопился. Он с легкостью выудил чистое белье с полки шкафа, и шаркая по полу, побрел в ванну, дабы смыть с себя приятный запах краски и долгого дня. Тэхён любил нежится под струями горячей воды, но больше всего он любил себя баловать пенной ванной, на которую сейчас, к большому огорчению, времени не было. Вспенив мочалку своим гелем для душа, с неизменным ароматом персика, Тэ начал нежно массировать кожу, втирая приятный аромат в тело.       - Персиковая кожа и мятные волосы. Неординарно, как всегда. – Ухмыльнулся Тэ своему отражению в зеркале. С этими словами художник покинул ванную комнату и направился выбирать наряд.       Время неумолимо бежало, а Тэ все так же перебирал все возможные варианты одежды, чтобы выйти «в свет». Комбинируя то один элемент одежды, то другой, Тэхён не выдержав собственной нерешимости, достал свое любимое черное, как смола, пальто, такую же черную водолазку и брюки, и бросил все на рядом стоящую кровать. Осталось лишь немного и можно переодеваться.       Когда Тэ покидал свои апартаменты, он выглядел как модель, что сошла с обложки глянцевого журнала. Все в один тон, элегантно и строго.       Приветливо улыбнувшись Айни на рецепции, Тэ пошел к лифту, что вел на нулевой этаж, где размещалась парковка отеля. Его малышка стояла на прежнем месте и радостно моргала фарами, когда хозяин подошел к ней и одним движением руки, по ручке открывания двери, снял с сигнализации и грациозно залез внутрь.       Вырулив с территории отеля, Тэхён направился по главной улице в сторону элитных новостроек, куда ездил не первый раз и прекрасно ориентировался на дороге. Время пути занимало около 20 минут, но и за это время Тэ успевал трижды послушать любимую песню и дважды подпевать в такт уже выученные наизусть слова.       Заезжая на территорию дома, Тэ припарковался у главного входа и поспешил вовнутрь. Его приветливо встретим Джонву, на что Тэ мило улыбнулся и последовал за ним в кабинет Наджуна.       - Господин Ким. – Входя со стуком парировал дворецкий. – К вам гость.       - О, - оторвавшись от бумаг и взглянув через оправу очков на друга, поприветствовал он Тэхёна. – Ты даже раньше приехал, чем я предполагал.       - Джун, ты же знаешь меня, - с ухмылкой ответил Тэ проходя в глубь кабинета, не ожидая приглашения. – Когда меня интригуют, то я делаю все возможное чтобы скорее узнать это.       - И то верно. – Кивнул Намджун. – Что будешь?       - Раз бурбон сегодня отменяется, - обижено ответил художник. – То можно мне чая.       - Ромашковый? – С утверждением поинтересовался Джун.       - Как всегда, хён. – ответил Тэ.       Пока они ждали горячие напитки, Намджун решил завести разговор из далека. Они говорили о работе Джуна, о новых возможностях нано технологий нового проекта «Olla Industries», картинах Тэ, что нет времени продать и о новом заказе Намджуна, хотя предыдущий заказ еще не был на руках хозяина. Но когда Намджун все ближе и ближе подводил разговор к нужной цели, Тэхён все больше смотрел на него с озадаченным выражением лица. И когда прозвучала финальная фраза всего диалога, художник и вовсе опешил. Этого он точно не ожидал.