Трансформеры: Оникс, перерождение.

В безграничном пространстве вселенной появляются юные воины, которым суждено защищать свет звезд. Они ярко вспыхивают и стремительно сгорают, словно звездное пламя. Про их приключения рассказывают поэмы и сказания, но те, кто на это способен, навсегда уходят на самую окраину живого мира. Те, кто родились первой вспышкой солнечной звезды, такие красивые и яркие, пообещали в космосе гармонию восстановить. И с этой целью уже много веков проводят циклы наблюдений. Но даже по их словам, их миссия оказывается слишком сложна. Каждый ворн, чья та великая звезда потухает. На какой-нибудь из планет идёт война. И её население отказывается от перемирия. В скором времени, защитников начали выгонять с планет, где они жили. А тем, кто родился вновь, было запрещено становиться на путь благочестия. Спустя миллионы световых лет, к защитникам обратилась тускнеющаяся звезда. Она просила о помощи, чтобы кто-то разделил с ней эту участь. Один из защитников принял на себя удар, но спустя клик, его прах был развеян по всему космосу. На поиски сосуда для неизведанной и могущественной силы, слетелась вся галактика. Но никто не смог вытерпеть то могущество. В конце концов, так ничего и не найдя, с тех пор цикл перезагрузился. Началась новая эра. Так же и новые враги, которые отбирали свет звёзд. Инопланетные существа впали в отчаяние и начали просить помощи у защитников. Именно оттого началась последняя война. Но неизвестно, по какой причине среди защитников появился очередной наш противник. Предатель, отвернувшийся от пути благородства и чести, ранив звезду в самое сердце, он забрал с собой свет замых честейших защитников. Звезда излечила себя вечным пламенем сердца и вселила более яркий и ослепляющий свет в своих союзников. Темные существа, во тьме теряющие свет и цель, страшились вновь увидеть его лучи и направили все свои силы на возрождение тьмы, ибо во тьме нет света. А затем они обратили свое внимание на сами планеты. Наши защитники стали расти и созревать для возрождения, но они не успели вовремя уничтожить всю тьму. Жадность и зависть поселилась на планетах. Начались кровожадные и бесконечные войны. Защитники старались помочь заблудившимся во мраке, и вернуть на путь истины. Обращаясь к помощи «железных гигантов», «мать Звёзд» сумела разделить свою силу и мощь с ними, на благо мира сего. Но тьма, что окутала одного из них, хотела заполучить себе всю силу скиталицы. Разразилась новая война. Матери пришлось покинуть эту планету и, бросив защитников, она продолжила скитания. Но посланники тьмы, преследовали её и преследуют до сих пор… ............... Pov Ханами. Уф-ф-ф, прошло уже несколько месяцев. Из-за ситуации в стране, мы не могли вернуться на базу NEST. Я, Дрифт и Кросс неплохо проводим время, пускай Уилл просил нас не выделяться, на гонки мы частенько ездим. Так же к нам в гости постоянно приезжает Сэмми и Би, Микаэла не в счёт, она можно сказать, поселилась со мной и не хочет съезжать! У них с Сэмом очень натянутые отношения, расспрашивать об этом я не стала, не моё дело вмешиваться в их дела. Рэтчет почти каждую неделю звонит мне и спрашивает про самочувствие, и здоровье моих телохранителей.  Думаю, он действительно волнуется. Это было очень мило с его стороны. Оптимус бывает тоже останавливается возле нашего «убежища» и рассказывает, что да как. Думаю, я обрела друзей. Это греет душу. Но, что-то во всём этом было не так, затишье перед бурей так сказать. Сидя в своей комнате, я перечитывала «Шерлока», заострив своё внимание на одном и том же предложении, пытаясь понять его суть. Тишина и спокойствие продлились ненадолго. В центре комнаты за долю сотой секунды появилась девушка. — Давно не виделись, — девушка подошла к двери и закрыла на замок. Потом она подошла к шторке и закрыла её. Я включила настольную лампу. — Да уж, прошло несколько месяцев с момента твоего визита, Оникс, — глаза человекоподобного существа, предательски свернули жгучим янтарём. — Хорошо ты расположилась, милое местечко. — Спасибо, — Оникс села на стул и скрестила ноги. — … — Как дела с Юкао? — я не стала тянуть резину и спросила напрямую. — Уф-ф-ф-ф. Не называй больше её имени, — Оникс промассировала лоб. — Могу сказать одно: она тебя больше не побеспокоит. Ты дала ей тогда понять, что я мертва, и я ей больше не нужна. Я могу быть совершенно спокойна. Даже обидно. — Мертва? — Ну-у-у-у-у, это трудно объяснить. — Попробуй. Разве ты не говорила, что я — это ты? — я положила книгу на стол и стала внимательно слушать гостью. — У тебя лишь малая часть моих воспоминаний, — Оникс подняла правую руку и указательным пальцем указала на свой мозг. Её глаза по-лисьи прищурились, а губы приняли ухмылку. — Ты не знаешь то, как я появилась и для чего была рождена. Кто был мне родным. Из-за кого я здесь. Кто меня предал, или же что-нибудь о «Гармойне», — она прикрыла глаза и положила руки на коленки. Она была всё в том же белом платье, что и при нашей первой встрече, а с плеч свисали кудрявистые снежные волосы. — Ты ещё полностью не приняла тот факт, что ты — не ты. По сути… — она продолжила. — Я существую лишь как отрывистое воспоминание. И именно ты можешь меня регенерировать. — Получается, это я тебя призвала? — ХАХ, мечтай, — Оникс кивнула. — Даже если так и было, — она открыла глаза и посмотрела в потолок. — Это может происходить или посредством зеркальных проекций, или по какой-то другой причине. А точнее — одним из двух способов. — Э-Э-Э-Э-Э-Э-Э… — я ничего не поняла, честно. — Забудь, — Оникс вновь устремила свой взгляд на меня и слегка улыбнулась. Наступило неловкое минутное молчание. — Расскажи, откуда ты появилась. — В этом нет надобности, скоро в тебе появится доступ к моим воспоминаниям и ты будешь всё помнить и знать. — Я знаю, но я хочу услышать это от тебя, — я немного склонила голову в бок. — Пускай это будет моим другим новым воспоминанием о тебе. Оникс сделала глубокий вдох. Она расстянула руки вверх и прикрыла глаза, сложив их друг (на груди, она их опустила) на друге, она устремила свой взгляд в пол и сказала: «потом». — Но ты ведь… — Я здесь не просто так появилась, Хани, — она стала серьёзнее, пускай в её голосе было слышно ехидство. — Надвигается буря. Зло не дремлет, и оно знает про тебя. Оно идёт. — Ч-что? — Готовься, — она исчезла, расстворившись в туманной дымке. День пролетел незаметно и очень туманно. С этого дня всё пошло наперекосяк. Мне снится один и тот же сон. Начинается все с полной темноты. Темно так, что даже не ясно — открыты у меня глаза или нет. Как будто просыпаешься ночью, когда отрубилось электричество. Все огни погасли, их поглотила тьма. Есть только я и непроглядная ночь. Я ничего не могу поделать. Протягиваю руки вперед, надеясь, что это в самом деле отключили свет, что можно просто оттолкнуть от себя ощущение полного одиночества, словно гору тяжелых одеял. Но темнота не двигается с места. Я всплываю сквозь полночь, словно пытаюсь вынырнуть со дна колодца, а холодные струи одиночества скользят по спине. Потом приходит осознание: выныривать некуда. Колодец тянется вверх бесконечно. Ужас сдавливает грудь, в панике я начинаю задыхаться. Выхода нет. А затем, кто-то или что-то открывает дно колодца, и водоворот затягивает меня все глубже в чернильную тьму. Мой рот открыт в крике, но оттуда не исходит ни звука, лишь тишина. А на что я рассчитывала, если мой рот набит пустотой? Сердце колотится слишком быстро. И когда я уже готова сдаться, я чувствую их. Люди, от которых греет светом и они светятся: маму, папу, автоботов и моих друзей. Я ощущаю их свет. Словно все их тепло, радость, поддержка и смех сплелись так тесно, что не могли не вспыхнуть искрящимся огнем. Мои глаза открыты. Возможно, так было с самого начала, однако лишь теперь я способна видеть. Рядом со мной были несколько девушек и девочек, они спали. Такие прекрасные и умиротворенные лица. Они спят — возможно, видят сны, и окружающая нас тьма не тревожит их. Я протягиваю к ним руки, но они слишком далеко. И тогда я понимаю, что мы падаем. Горизонт большой голубой планеты несется нам навстречу. Я не могу вспомнить, куда мы движемся, навстречу какой опасности стремительно летим. И мне сейчас все равно. Я вижу только, что мои «друзья?» падают. Атмосфера планеты раскаляется, и их огни вспыхивают один за другим. Судорога пронзает мои руки до самых костей. Я хочу поймать их, не дать им упасть — но не могу. Мне не хватает сил, чтобы удержать нас всех вместе. Я подвела их! Руки тянутся к ним, но пальцы вспыхивают и начинают рассыпаться в светящуюся пыль. Последнее, что я вижу, — как эмблемы на груди темнеют и гаснут, когда их свет распадается на мириады светящихся радужных искр. А затем я просыпаюсь. Я в своей кровати, влажное от пота одеяло сбилось в ком. Тьма ушла, вокруг все серо. В последнее время я сплю с открытым окном. Подхожу к нему и выглядываю на улицу. Мягкий свет фонарей облегает меня и заполняет всю комнату хороводом причудливых теней. Над сонной тишью города нависла темнота. Я чувствую, как она простирается в бесконечность. Звезды едва видны, лишь несколько крошечных огоньков спасают небо. Но я знаю, что их гораздо больше. Где-то там, вдалеке. Я заползаю обратно в постель и жду утра. Не сплю. Не могу. Всегда один и тот же сон. Всегда один и тот же.