А что если...

«В самом деле уснула...» Канеки съёжился, положив руки на острые колени, и, неестественно для его дуговатой осанки, напрягая мышцы, выпрямил спину. Он и сам не понял, к чему такое замешательство, но пальцы вырисовывали неясный узор на гладкой поверхности брюк, подразумевая собой демонстрацию неловкости ситуации. Взор метнулся к макушке по правое плечо от него самого. Чёрные волосы неряшливо торчали во все стороны, указывая на небрежность, но, возможно, творческую натуру девушки. Кен уже не придавал внимания на два алых пятна на щеках и завороженно потянулся к спадающим прядям. Коснувшись, он прежде всего ощутил шелковистость поверхности, а после наростающее заполошное чувство в низу живота. Это были его первые так называемые «бабочки в животе». Он, не теряя времени даром, напряжно одёрнул руку, испугавшись такой остроты ощущений. «Это что сейчас было?» Ему вздумалось повторить сделанное. Он вновь тянется к волосам девушки, но тут, его руку перехватывают налету. — Ты чего исполняешь? — прошептала Томико. — Прости! — Канеки безумно растерялся. Казалось бы, разве можно стать ещё более красным? — Канеки-сан, что происходит? Я не понимаю. — она вопрошающе уставилась на парня, всё еще держа на весу его запястье. — ... — парню было попросту нечего сказать. Он не мог найти оправдания своему немного глупому деянию. Откровенно говоря, он сам его и в душе не чаял. — У тебя всё хорошо? — уточнила она. — Ты весь красный. — А? — Кен не понял о чём речь. — Д-да, всё хорошо. Спасибо за беспокойство, ещё раз извини. «А на что ты рассчитывал, глупец?» — Ты чего ещё не ушёл? — Ты уснула... Если бы я встал, то разбудил бы тебя... — Но ты и так меня разбудил. — Но я же не знал, что так получится! Девушка на это лишь впрохолодь закатила глаза. — Из-за тебя я сейчас не усну... — изнемождённо вырвалось из её колких уст. — Канеки-сан, но ты можешь всё исправить! — К-как? Вместо ответа она угнездилась прямо ему на ноги, не забыв за собой потянуть любезно принесённое одеяло. — Э-э-э... — Канеки опешил. — Не пойми неправильно, но лавка не пуховая, а мне ещё завтра ночлег искать. Не буду ж я с больной спиной путешествовать по городу. — Х-хорошо, — он конфузливо прикрыл лицо ладонью. — Н-но ты уверена, что даже лёжа на моих коленях, у тебя ничего не заболит? — На данный момент это единственное, в чём я уверена более чем на сто процентов. Уж извини, Канеки-сан. — она неохотно прикрыла глаза, перестав разглядывать оставшуюся видную из под руки часть его лица. Раздался тяжёлый выдох. Ночь предстояла гнетущая. Кен разлепил глаза и тут же вновь удивлённо зажмурился высокому солнцу, что так ярко и неожиданно озарило яркой нугой глаза. Не желая вновь наступить на те же грабли, он медленно приподнял веки, окончательно привыкая к утреннему вялому, как и он сам, светилу. Изначально он понял, что это была его первая с того самого дня ночь, когда он не просыпался от очередного кошмара в тихой, но дичайшей истерике. Отбросив все эти рассуждения, он перевёл взгляд на лежавшую на ногах. — Фурукава-сан... просып... — он выдержал небольшую паузу перед тем, как... — А-а-а! — его тело проткнул твердейший красный сгусток, состоящий из мелких чешуек, а уже вдобавок крови юноши. — Ты чего визжишь, дурно... — проснулась Томико и заметив странное явление над своей головой, помимо кровоточащего Канеки, нечто отдалённо напоминающее баснословные щупальца взмолилась: — А-а-а-а! Э-это что?! — девушка аккуратно приподнялась, ища, что же является источником данного ужаса, но, не успела она и свершить с половину желаемого, как щупальца провернулись внутри Канеки, доставляя ему ещё больший, мягко говоря, дискомфорт. В этот раз Канеки не кричал, а лишь сквозь зубы прошипел. Нужно действовать. Попытавшись сфокусировать свой озлобленный взгляд, он обнаружил облачённую в чёрный мясистую фигуру неподалёку от них самих. Лицо скрывал капюшон, но два алых зрачка виднелись чётко. — Это ты. — презрительным эхом раздалось на пустой улице. — Где она? — спросил незнакомец, вынимая своё орудие из продетой дыры, но при этом обволакивая его вокруг туловища Канеки. Девушка, стоящая неподалёку, его не интересовала всецело. Канеки молчал, не понимая, о ком говорит этот безумный. Кинув неволокитный взгляд на Томико, он не обнаружил и капли страха; только решимость и злоба. — У-уходи. — обратился он к девушке и напрягся телом, словно захлёбываясь. Она пропустила это мимо ушей и, схватив рюкзак с земли, уже безнадёжно мчалась наподдать неизвестному. Но тут же упала на колени, успев вовремя выставить руки в вязкую грязь, ощущая, как на правую ногу что-то давило со всех сторон. — К-х... — она попыталась разглядеть преграду, но увидя тот самый сгусток во втором экземпляре, вытянулась в изумлении. — Что тебе нужно? — Я не собираюсь с тобой разговаривать, девчонка. А ты, — нападающий нагло тыкнул в его сторону пальцем. — я же задал вопрос и хочу слышать ответ. — он ещё сильнее сжал оба пойманных тела. — ГДЕ ОНА?! — Кто?! — понизив голос, закряхтел он. — Не играй со мной, малец! — незнакомец вновь хотел притеснить Кена, но не успел. Канеки высвободил свой гулий коготь и безумно быстро направил его на противника. Ударив им с размаху, он осознал, что промахнулся, а таинственный незнакомец уже стоял позади, отпустив из эдакового подлейшего капкана ногу девушки. — Хватит со мной играть! Я повторяю ещё раз. Где Ризе? На последних словах парень удивлённо дёрнулся. «Он явно не настроен на мирные переговоры... Что мне ему ответить? То, что его, вероятно, дорогая Ризе мертва, а кагуне её мне перешло чуть ли не по наследству? Да он же нас мигом убьёт» — Она... ушла в другой район? — будто спрашивая у самого себя, пробубнил он себе под нос. — Почему ты пахнешь, как она?! — наконец принюхавшись, глаза гуля загорелись с новой силой, буквально прожигая соперника насквозь. — АХ ТЫ, МЕЛКИЙ УРОДЕЦ, УХЛЁСТЫВАЕШЬ ЗА МОЕЙ ДОЧЕРЬЮ, НЕ УВЕДОМИВ ОТЦА?! «Отца? Отца Ризе?» — Вы – её отец?... Вместо ответа Канеки получил пощёчину. — Да как ты смеешь?! Я тебя убью, гадёныш! Лицо его вновь осунулось от изумления. — Прошу, прекратите, — холодно отрезал он. — В ином случае я буду вынужден Вам противостоять. — обхватив одной рукой живот, сказал он. — А-ха-ха! Да у тебя ноги тоньше моих рук, малец! Не зазнавайся! — Кена настигнул ряд ударов. Парень уже просто не выносил такого поведения. Его глаза начинали угрожающе краснеть, а вены на лбу надуваться. «В этот раз я не могу промахнуться» Канеки придумал план... Черноволосый удивлённо глядел на что-то позади гуля, а тот в свою очередь, обернулся, проследя за взором схваченного. Воспользовавшись замешательством, парень вырвался и наносил удары скорой чередой, забрызгивая всё чужой алой кровью. — Да как ты посмел... Я сделаю тебе всё то, что сделал ты со мной, но намного хуже... — он выдержал паузу. — намного хуже... Обхватив чужую плоть щупальцами, он швырнул ее в стену с настолько страшной силой, что по ней пошли трещины. Каждый удар по телу сопровождался ужасным, всецело пугающим кряхтением. — Ты ужасен, — удар об бетон. — ты омерзителен, — ещё один. — ты ничтожен, — снова. — ты просто мерзость. — Кен, я тебя ненавижу... — словно гулким эхом эти слова раздались по улице. — Так тебе мало было, я погляжу. — губ коснулась ужасающая улыбка. Ухватив руку лежавшего, свободной он ухватил указательный палец и начал прокручивать его вокруг оси. Раздался ужасающий вопль, а после хруст. — Ой, оторвался! Тебе же не больно, да? Не больно ведь? — Кен приблизился к уху. — ОТВЕЧАЙ КОГДА ТЕБЯ СПРАШИВАЮТ, УРОД! — вместо ответа он услышал еле уловимое шипение. Неподвижное тело лежало под ногами Кена, он потянулся к нему рукой и... отодрал крупный кусок мяса с его щеки. Поднёс его ко рту и разом всё засунул внутрь, сопровождая победным чавканьем очередной удар по голове. Не убирая ногу, Канеки приблизил свое лицо. — Где Ризе, говоришь... — пережевывая, начал он. — Да сдохла она недавно, ты бы видел её морду... Ха-ха... Все вы - гули, ничтожные создания, недостойные жизни. Из-за вас я стал таким. — продолжал Кен, размазав рукой кровь по чужому прдбородку. — По вашей вине я не могу стать нормальным. Я тебя уничтожу. — нога замахнулась для ещё одного удара, но вдали послышались полицейские сирены.