There You Are / Невидимые шрамы

Каждая история имеет свои корни, глубокие и имеющие множество других ответвлений. История клана Кимов довольна проста на вид, но имеет множество темных сторон и даже в них есть какое-то благородство. Несмотря на то, что оно противоречивое, оно имеет правду и справедливость. Глава семейства Ким почил несколько лет назад, от тяжелой болезни, что оказалась неподвластна даже такому уважаемому человеку. И вся его преступная власть перешла к его сыновьям, Ким Намджуну, Ким Тэхёну и Чон Хосоку, приемышу, что сыграл немаловажную роль в их семье. Госпожа Ким была невероятно красивой бетой, что завоевала сердце импульсивного и властного Тэджуна. Девушка отличалась рассудительностью, холодной логикой и бесстрашием, ведь она прекрасно знала деятельность человека, который добивался её сердца так долго. Являясь дочерью простого фермера, она проложила свой путь в большом городе, работая частным детективом в Тэгу. Так сложилось, что путь привел её к главному лицу преступного мира этого города. Ким Тэджун открыл ей совершенно другой мир, который позже потерпел реформы, так как господин Ким влюбился в детектива Чхве Исыль, позже сыграв скромную свадьбу в деревне её родителей. Вместе они перевернули привычный темный мир, и, благодаря острому уму Исыль, их клан пополнялся за пределами Тэгу; Тэджун вернул былую мощь клану, управляя не только своим родным городом, но и столицей, что когда-то принадлежала их семейству до наступления врагов. Одновременно с этими переворотами, у них рождается первенец Ким Намджун, которому с первых дней жизни достаётся немалое наследство. С его рождения ценности в семействе Ким приобретает более глубокий смысл, и они растят сына с особой любовью и заботой. Спустя два года рождается младший Ким, которого прозвали Тэхёном. Так, двое сыновей унаследовали по слогу из имени их отца. Время шло, маленькие альфы росли и приобретали собственные черты характера, одновременно с этим осваивая боевые навыки. Оба мальчики были талантливыми альфами. Старший был похож на маму, такой же остроумный и спокойный, в то время как Тэхён являлся упрямым человеком, что добивался всего, чего он желал. Совсем как отец. Когда им исполняется четырнадцать и двенадцать лет, их семья пополняется ещё одним человеком. В один день родители приводят домой худощавого мальчика бету, что прятался за спинами взрослых людей, не осмеливаясь смотреть двум альфам. Мальчика звали Чон Хосок. Ему было тринадцать лет. Его жизнь протекала в стенах старого детдома, откуда он пытался сбежать с десяти лет. Реальность была жестока, ведь как только детям исполнялось больше десяти лет, никто из новоиспеченных родителей не брался усыновлять уже устоявшихся в своём характере детей. И тщетно объяснять этим глупым людям, что характер детей формируется почти с двух лет. На следующий день после его поимки, в затхлый детдом приходят статный мужчина и самая красивая женщина, которую когда-либо видел Чон Хосок. Какого же было удивление, когда он узнал, что они пришли за ним. И будучи проницательным малым, он сразу догадался, что это непростые люди. Скорее всего, они даже его видели. С тех пор он жил под одной крышей с семейством Ким, строил отношения с двумя мальчиками альфами, отказываясь называть их братьями. Было слишком поздно для этого, думал он, лежа в мягкой кровати. В собственной комнате, где ему было предоставлено всё, что хотел бы заполучить любой тринадцатилетний мальчишка. — Почему Хосок не называет вас папой и мамой? — задает вопрос родителям Тэхён. Все за столом прекращают есть, ложки в руках застывают. — Сынок, для начала он для тебя хён, — спокойно отвечает Исыль, глядя в глаза своему младшему. Ясные глаза мальчика вдруг становятся виноватыми. — Также Хосок вправе называть нас так, как хочет. Он взрослый свободный человек. — Понятно, пап. Извините, что так резко спросил. Чон не промолвил ни слова, но этот вопрос его немного задел. Он не подумал о том, что раз Тэхён задал такой вопрос, то он принимал Чона как родного брата. В любом случае он не отказался от своего принципа. Потому что он привык к тому, что никому не принадлежит. В какие-то дни он поджидал разговора, после которого его вернули бы если не в детдом, то на улицу, где он чувствовал себя свободным. Но время опять же шло. Он рос с братьями Ким и также обучался боевым искусством, становясь сильным и ловким мальчиком. С того момента, как он начал заниматься этим, Чон был искренне благодарен Ким Тэджуну, потому что Хосок нашёл это дело действительно занимательным. Ему нравилось бороться и быть сосредоточенным. В такие моменты он переставал думать обо всём, но четко мыслил, как нужно отобразить удар и как защитить себя от удара соперника. Был весенний солнечный день. Солнце уходило в закат, когда семейство Ким вышло на полдник в субботний вечер. У них был просторный задний двор с идеальным газоном и небольшой беседкой для их небольшой семьи. Родители сидели за столом. обсуждая последние новости, а старший сын сидел рядом, читая книгу, не отвлекаясь на их разговоры. Тэхён и Хосок в это время что-то бурно обсуждали чуть поодаль от беседки. В основном младший Ким переходил на более повышенные тона, доказывая свою точку зрения, а Чон лишь язвительно и тихо отвечал, выводя младшего ещё больше. В какой-то момент они начинают драться, сначала это было несерьёзно, но чем больше Тэхёна захватывал Чон, тем больше альфа начинал злиться и отвечать Хосоку грубее, опрокидывая его через плечо. Когда в ход начали идти обидные слова и удары кулаков под ребра, госпожа Ким начинает волноваться, понимая, что это точно не тренировка. — Тэджун, останови их, — обеспокоенно произносит женщина, высматривая своих чад. Намджун поднимает взгляд из-под книги. Старший Ким встаёт и идёт к дерущимся подросткам, оценивая ситуацию. Как он и предполагал, их не останавливает даже присутствие главы семьи. У них обоих пелена гнева перед глазами. Как только он прокашливается, двое мальчиков испуганно оглядываются на Тэджуна и в спешке поднимаются, отряхиваясь и виновато смотря на альфу. Ким строг и справедлив, он сначала молчит, обоих одаривая суровым взглядом. — Хосок, Тэхён, какой вы урок усвоили в ходе вашей драки? Двое молчат, чувствуя, как щеки начинают краснеть. Они оба опустили взгляд и смотрели на потрепанные грязные кроссовки. Шнурки безобразно развязались, обувь выглядела небрежной, как и её владельцы. — Когда я обращаюсь к вам, вы всегда должны держать голову прямо и отвечать за свои проступки. Головы обоих поднимаются, в глазах читается страх. — Вы должны быть смелыми, даже если в чем-то провинились. Я не потерплю такого уничижительного вида. — Да, пап, прости… Прости нас за то, что мы вели себя неподобающе. — Такого больше не повторится, аджосси. Я прошу прощения. — Хорошо, — коротко отвечает Тэджун. — Но вы не ответили на мой первый вопрос. Какой урок вы усвоили? Тэхён и Хосок оглядываются друг на друга, словно бы разговаривая мысленно, но они оба недоумевают, что от них требует отец. Ким в это время мысленно радуется, ведь замечает, что оба мальчика ищут помощи друг у друга. В конце концов старший альфа чуть опускается к ним, смотря обоим в глаза, чтобы они все были наравне. Он видит мальчишеские задорные глаза и их запачканные лица. — Я хочу, чтобы вы запомнили одну вещь, Хосок и Тэхён. Сражаются против врагов, не против родных. Чтобы ни было, я хочу, чтобы вы всегда были друг за друга. — Отец… — Аджосси… Они одновременно обращаются к нему и следом вместе же замолкают, снова смотря друг на друга. Губы Тэджуна тронула маленькая улыбка. Даже несмотря на глупую ссору, эти двое всё равно ищут помощи во взгляде, словно если они посмотрят в глаза, они найдут подходящий ответ. Исыль позже спрашивает у мужа: — Они попросили прощения у тебя, но извинились ли они друг перед другом? Ким вздыхает, оборачиваясь на жену, чтобы посмотреть на неё. — Нет. Им предстоит многому учиться. Но они на верном пути, дорогая. Разговор услышал Намджун, что мимо проходил возле рабочего кабинета родителей. Он закрывается у себя в комнате и зажигает лампу, ожидая глубокой ночи. Луна светила ярко. Молодой альфа сел на подоконник, сжимая в руке кольцо, что подарил ему отец ранее. Он начинал чувствовать груз на своих плечах, нося это кольцо. Конечно же, Намджун знал, какое наследие достанется трем мальчишкам. Он знал, почему они обучаются так усердно и развивают лидерские качества. Порой Намджун знал слишком много для своего возраста. Но он был готов к будущему, страх был для него чужд. Когда время пробивает полночь, он надевает это кольцо на цепочку и прячет под футболку, затем выходит из комнаты. Альфа тихо постукивает в противоположную дверь, получая молчание в ответ. Человек за дверью не спит, альфа был в этом уверен, поэтому Ким открывает дверь и тихо заходит. Он даже не оборачивается и в той же позе сидит на своём подоконнике. — Хосок, — обращается Намджун, подходя ближе и присаживаясь рядом. — Чего тебе, Намджун? — Ты в порядке? — Да. — Знаешь, что отец подарил мне на восемнадцатилетие? — Ким садится напротив Хосока, второй всё же смотрит на собеседника. Надо же, думает он, прошло уже пять лет, как он живёт в этом доме. — Нет. Ты не рассказывал. — Он подарил своё кольцо из особой коллекции. — Одно из трёх которое? — Чон вовсе отвлекается от своих раздумий, переключаясь на историю Намджуна. — Да, — он тянет за цепочку и достаёт кольцо, кладя на свою ладонь. — Он отдал мне первое кольцо, что означает мудрость. Мудрость значит хорошее лидерство. Помнишь его слова? — Конечно. Это кольцо действительно подходит тебе. — Думаешь? Иногда я думаю… я думаю, что могу не справиться. — Я не знаю человека, умнее тебя, Джун, — Хосок редко произносил короткое прозвище альфы, но, когда он это делал, Ким прислушивался внимательнее. — Разве что аджумма. Она ведь невероятная женщина. — Хоби, — так Чона называла только Исыль и изредка старший из сыновей Ким. Бета никогда бы не сказал, что ему приятно, когда его называют так. — В следующем году, когда тебе исполнится, папа подарит тебе второе кольцо. — Наверное. — Ты — часть нашей семьи, Хо. Вместе мы будем управлять нашим кланом. Бета лишь молчит на такое заявление, но улыбается уголком губ. Намджун отвечает ему мягкой улыбкой, ямочки на его щеках проявляются незамедлительно. Они вместе смотрят на луну, возвращаясь в свои мысли. Как и ожидал Намджун, на восемнадцатилетие Хосок получает второе семейное кольцо, что означало свободу. «Свобода есть смелость» — сказал отец тогда, гордо смотря на бету. Той же ночью к нему приходит в комнату Джун, и Чон, не сдержавшись, плачет у него на плече, сжимая кольцо так сильно, что оно начало жечь в кулаке. Он понимает, что к нему слишком долго приходило осознание, что его любят. Что он нужен этой семье. На следующий год третье кольцо получает Тэхён, так долго ждавший этого часа. Он подрос и стал ещё более крепким, уверенным в себе и гордым. На его лице была самодовольная ухмылка, но глаза были полны обожания, когда отец дарил ему последнее кольцо. Он прятал значение каждого кольца и говорил только, когда отдавал его новому владельцу. «Любовь есть сила, сынок» — говорит старший альфа и вручает своему младшему сыну. Тэхён завороженно смотрел на украшение, затем долго думал, что же оно означает. Альфе только исполнилось восемнадцать, и ему предстояло столько всего узнать. Так трое парней получили своё наследие. Когда умер Ким Тэджун, Исыль не проронила слёз на похоронах, лишь с любовью смотрела на своих сыновей, что стали настоящими мужчинами. Она была так горда за своего мужа, который правильно воспитал сыновей, и за мальчиков, что стали не только семьёй, но и верными союзниками. На похоронах было много людей, но под конец остались только Исыль, сыновья Ким и Хосок. Когда к ним подходит среднего роста мужчина с крепким худым телосложением, госпожа Ким пожимает ему руку. Парни стоят позади, наблюдая за взрослыми. — Думаю, пора укрепить сотрудничество, Исыль. — Твой сын — талантливый стрелок, верно, Юнсон? — Не уступает твоему сыну Хосоку. Мужчина ухмыляется и чуть отводит правую руку, кого-то подзывая. Из черной бронированной машины, что была припаркована рядом, выходит светловолосый парень. Тэхён сильно удивляется, увидев своего близкого друга. — Госпожа Ким, — сын Пака вежливо кланяется. — Дети так быстро растут, Юнсон. Теперь всё, что мы вместе строили вместе с Тэджуном и вами, передастся нашим детям, — она смотрит вдаль, прям на надгробие своего мужа. Через пару месяцев, как было ожидаемо, Юнсона Пака убивают в ходе перестрелки со врагами. Весь клан на плечах четырёх парней, что годами оттачивали свои способности и умения. Мир был жесток, но они были готовы к этому. Ценой жизни старшего Пака и трех подчиненных они разгромили врагов, отстаивая свой клан и Сеульский преступный мир. Так братья Ким, Чон Хосок и Пак Чимин начинают своё главенство. Всё наследие, что передали им их отцы, под защитой четырёх молодых мужчин, что познали истинный замысел мира. Намджун повидал многое за свои двадцать пять лет. После смерти отца он с головой ушёл в работу, заканчивая дела прошлого лидера. Мама ему часто говорила, что его отец никогда не был один. Он не управлял целой мафией в одиночку, поэтому было очень важно найти верных людей, ради которых ты готов отдать свою жизнь. У Ким Тэджуна была Исыль, что не отказалась от своей первоначальной деятельности и принципов, и у него был его самый близкий друг Пак Юнсон, с которым они вместе росли и воспитывались их отцами. Их дружба уходила в далекие корни, которые теперь передались молодым Тэхену и Чимину. Идеология преступной организации кланов Кима и Пака во многом совпадала, что помогло их сотрудничеству и доверительным отношениям. Им принадлежало несколько клубов по всему городу, баров и престижные закрытые публичные дома, где обслуживались далеко не самые простые люди, что днём ходят с тугим галстуком, а ночью эта вещь может завязываться вокруг запястий. Главное правило, которого придерживалась мафия, это свобода. Никто не принуждает работать людей в таких местах, но почему-то попав к ним однажды, они оттуда не уходят. Но на одном развлечении всё не заканчивалось. У мафии была власть, она была незаметной среди простого народа, но богатые люди, политики, светская знать боялись этой темной иерархии. Всё благодаря умениям Исыль, которая тщательно разгадывала государственные махинации и видела насквозь влиятельных богачей. Но правительство вело слежку за ней, пытаясь её приструнить или даже уничтожить. В итоге холодную битву выигрывает Тэджун, вовлекая Исыль в свои дела. Так она стала союзником Ким Тэджуна, и впоследствии они вместе шли против системы. Имея правду в своих руках, человек становится сильнейшим. Порой контроль над высшим обществом был необходим, ведь они были как голодные цепные псы, что готовы смести всё на своём пути. Справедливостью и честностью обладали те люди, что занимаются непотребными вещами в обществе. Исыль, обладая высокими моральными ценностями, идёт в другую сторону, что, на самом деле, была намного благороднее, чем обманчивая чистота знати перед народом. Наши дни. Плечо альфы неприятно ныло, рука была забинтована и приносила ощутимые неудобства. Тишина вокруг была успокаивающей, даже убаюкивала немного, но в сон его не клонило. Ким, совсем как в детстве, привычно смотрит в окно, но уже не в своей комнате, полной коллекционных игрушек, а в рабочем кабинете, где на каждом углу можно найти хорошо спрятанные оружия, если знаешь владельца. Намджун широко открывает окна и прикрывает глаза, ощущая холодный ветер. Свежий воздух заполняет помещение, дышать становится легче. — Опять не спишь, — раздается голос позади, заставляя Кима обернуться. — Ты тоже, — отвечает альфа, поворачиваясь к собеседнику. Тот идёт к нему и встает совсем рядом, они даже касаются локтями. — Как плечо? — Заживает. — Завтра вылет в Японию? — Хосок облокачивается на подоконник. Ветер снова заявляет о себе, волосы Чона взлохмачиваются. — Продует же, давай окно закрою. — Намджун, ты серьёзно? — Каким бы крутым ты ни был, не недооценивай октябрьский холод. Ты нужен мне здоровым, — Ким всё же закрывает окно. — Я же сказал, мы справимся без тебя. Что ты так переживаешь. Хосок скрещивает руки и хмуро смотрит на альфу. — Но, если ты заболеешь, Тэхён всё в хаос превратит. Знаешь же его. — Эй, дело не в нас. Хватит вечно думать, отдохни в Японии и вернись с вылеченным плечом. — Мечи привезти? — ухмыляется Намджун, зная, что скажет Хосок. — Только если от Хаттори Ханзо.* — Продам тебе за один миллион долларов. — Позёр, — тихо смеётся Чон. — Не говори этого слова, я всегда вспоминаю Юнги и Тэхёна. — Эти двое не выносят друг друга. Только из-за уважения к Чимину, Тэхён еще не прикончил Юнги за это оскорбление. — Тэ заслуживает, он иногда слишком зазнаётся. Двое вместе смеются, после тяжелого дня это было некой терапией. Они, на самом деле, редко могли позволить себе такое. Но каждый раз в этом было что-то особенное. Каждый раз ночные разговоры лечили их души и разум от лишних мыслей. Сложности их деятельности тяжелым грузом прикреплялась к ногам, шагать становилось труднее, но, когда они все вместе, это имело смысл. Когда у них есть семья и вера, в этом был смысл. А семья — это весь клан. Это их люди, подчиненные с тяжелой судьбой, которых не принимает общество, но принимает клан. Смысл был всегда. И он есть.