Апокалипсис-2. Древняя игра

Черно-бурая пыль покрывала сплавившуюся, выжженную землю. Неровные огромные груды камней с торчащими во все стороны толстенными металлическими прутьями. Мертвая вековая тишина в навсегда застывшем воздухе. Все, что осталось от некогда великой цивилизации. Под темным грозным небом, взбираясь на груды оплавленных валунов, шел юноша. Удивительно красновато-коричневый цвет глаз, странные раздвоенные на концах брови, необычного красно-бордового цвета волосы с торчащими темными прядями ясно выдавали представителя клана Тайга. Поднявшись на очередную сплавившуюся груду камней и металла, юноша привычно уселся на удобный плоский камень. Рядом с покосившейся балкой, на небольшой ровной площадке шесть разноцветных призраков играли в странную игру. Не замечая наблюдавшего за ними молодого человека, они гонялись друг за другом, передавая призрачный оранжевый предмет и попеременно забрасывали его в старое покосившееся кольцо. Кагами из клана Тайга нашел их, еще будучи ребенком. Приходя сюда, садился на большом оплавленном холме и часами наблюдал. Его тянуло сюда. Необъяснимая жажда, мания видеть их, находиться рядом заставляла день за днем наблюдать за странной игрой разноцветных призраков. Когда он впервые увидел их страшно испугался, а потом намеренно приходил издали посмотреть на почти прозрачные очертания людей, послушать разговоры, больше похожие на далекие завывания Тора-доки. Год за годом приходил он сюда, чтобы издали полюбоваться на тех, давно умерших, кто жил здесь до него. Год за годом, каждый его приход призраки были здесь. Их не всегда было шесть. Иногда их было двое, иногда трое. Они играли в свою странную игру или просто разговаривали, иногда дурачились, прямо как живые люди, но чаще играли. Самый высокий из них, с фиолетовыми волосами больше всего привлекал внимание, но за ним было скучно наблюдать. Он предпочитал стоять рядом с покосившимся кольцом, мешая другим забрасывать в него странный оранжевый предмет. У призрака меньше ростом были зеленые волосы. Он подбрасывал оранжевый предмет так высоко, что тот полупрозрачный, почти терялся в темном небе и всегда, совершенно всегда попадал прямо в кольцо. Двое призраков с желтыми и синими волосами цветными всполохами метались друг за другом по небольшой площадке. Другой, с красными волосами, чаще всего наблюдал за ними в стороне, отдавая короткие указания. Его неизменно слушались. И никто из призраков никогда не смотрел ему в глаза. Даже у с интересом наблюдавшего за ними Кагами по спине пробегал холодок от мысли, что красноволосый посмотрит на него. У самого интересного призрака были голубые волосы. Он шкодливо появлялся под руками играющих и неожиданно отбирал странный оранжевый предмет. Кагами было смешно каждый раз, когда один из призраков растерянно хлопал глазами, после появления мелкого голубоволосого воришки. Игра явно была интересной. Кагами тоже хотел бы понять правила и сыграть вместе с ними, но было откровенно страшно соваться к этим неведомым существам. Однажды Кагами попытался к ним незаметно подкрасться, но воздух вокруг этой площадки оказался неожиданно холодным. Испугавшись, Кагами повернул назад. Он снова продолжил свои наблюдения, но мысль преодолеть холодную завесу крепла с каждым днем. В клане он рассказал о своей находке всего двоим. Мать после его рассказа сильно испугалась и взяла с сына клятву не подходить к ним. Она сказала, что это неупокоенные души рыщут в поисках жертвы, чтобы вселиться в новое тело. С тяжелым вздохом она рассказала, что в его отца вселился такой не упокоенный дух, и старейшине, чтобы защитить от него клан пришлось отправить его отца в объятия Тэнгу. Если быть честным, Кагами выслушал много историй о смерти отца: его убил двухголовый Тора-доки, он не успел домой и попался в объятия Тэнгу, он спас дочь старейшины из-под обвала, а сам погиб, его похитили и убили клан Тацуя и много других версий. Кагами даже обратился к старейшине и наивно вывалил все предположения матери о смерти отца. Старейшина Гарсия, почесав бороду подтвердил вариант с вселением не упокоенного духа. После такого предупреждения подходить к призракам было откровенно страшно. Второй человек, с которым Кагами поделился своей находкой — Химуро из клана Тацуя. Лучший друг решил, что Кагами сбрендил, и на следующий день отправился вместе с ним. Призраки были все там же, только Химуро их почему-то не видел. Смело вышел на небольшую площадку и даже попинал покосившуюся стойку со щитом. Призраки его тоже не видели и продолжали свою игру, проходя сквозь Химуро так, будто это он был тут призраком. Он даже не почувствовал холодной завесы. Разочаровавшись, Кагами больше не звал его с собой. Но Химуро прикрывал его отлучки. Сегодня, как обычно, после охоты, Кагами доверил Тацуе нести добычу в клан, а сам решил сбегать к призракам, хотя уже и было поздновато. Не дающая покоя идея поговорить с призраками не давала покоя. Призраки были здесь, как и всегда. Играя в свою игру, они по обычаю не заметили появившегося Кагами на холме. Чувствуя, как от принятого решения дрожат коленки, Кагами опустился на камни и медленно пополз, скрываясь от возможного призрачного взгляда. Жуткий рассказ матери про смерть отца всплыл в голове. Зубы застучали от страха. Все тело налилось тяжестью, не пуская к ужасным существам. Пробираясь между сплавившихся от времени валунов, он вышел на открытое место. Под рукой что-то громко хрустнуло. Кагами испугано замер. Пятеро призраков продолжали передавать друг другу круглый оранжевый предмет. Один из них, самого маленького роста, обернулся, выискивая нарушителя спокойствия нечеловечески голубыми глазами. Кагами, с быстро бьющимся от страха сердцем, на голых инстинктах пригнулся, почти распластался по земле. Призрак с голубыми волосами и пронзительными голубыми глазами никого не увидев, продолжил свою странную игру. Не оставив своей затеи, Кагами ползком подбирался к площадке. Чем ближе он подползал, тем холодней становились камни вокруг. Некоторые были совершенно, обжигающе ледяные. От холода сводило пальцы, но он не прекращал пути. Когда совсем замерз, воздух в округе заметно потеплел и камни больше не были такими ледяными. Подняв голову, Кагами вдруг обнаружил себя не на груде камней, а в кустах, настолько густых, каких еще не видел. Площадка была ровной и намного большей, чем он видел все эти годы. Прямоугольный щит стоял ровно, а на круглом кольце была веревочная сетка. Призраки больше не были призраками, а странно одетыми людьми. — Аомине-чи, не играй так грубо! — высокий призрак с желтыми волосами оказавшийся человеком обижено потирал плечо. — Сам не спи, — отозвался другой, с синими волосами, шумно ударяя округлым оранжевым предметом об асфальт. — Много болтаете! — человек, бывший призраком с зелеными волосами важно поправил очки и подойдя к желтоволосому аккуратно ощупал пострадавшее место. Кагами не стал больше подходить. Он сел в своем надежном укрытии, с восхищением рассматривая непонятно откуда взявшиеся громадные непонятные строения за металлической сеткой, что огораживала площадку призраков, зеленые кусты, которых здесь было столько, сколько он еще никогда не видел. Даже привычно темное небо было подсвечено чем-то круглым и очень ярким. Этот мир, мир призраков, был удивительно прекрасным, почти волшебным, прямо как в тех сказках, что рассказывала ему в детстве мать. — Привет, не хочешь поиграть с нами? — Кагами вздрогнул и попятился. Человек с голубыми волосами, еще недавно бывший призраком, сидел рядом с ним, доброжелательно вглядываясь в его лицо. — Не… не…нет, — спиной Кагами уперся в какую-то преграду и замер. — Я, Куроко Тецуя, — человек слегка поклонился. — А тебя как зовут? — Я.я.я Кагами из к-клана Тайга, — перепуганный парень часто дышал, вжимаясь спиной в какую-то преграду. Человек-призрак и не думал на него нападать или вселяться в его тело, а просто стоял и смотрел. Пристально вглядывался в лицо, скользил серьезным взглядом по волосам. — Ты пришел сюда за мной? — прошептал человек-призрак. — Ой, что вы? Нет, нет! — испугался Кагами. — Господин призрак, я просто хотел посмотреть, как вы играете. Человек-призрак потер щеку и кинул быстрый взгляд в небо. — Зови меня Куроко, — он кивнул слегка успокоившемуся молодому человеку. — Ты наблюдаешь за нами уже давно. Хочешь научим играть? — Вы видели меня? А Химуро видели? Он же ходил прямо здесь! — Не помню, — честно признался Куроко. — Иногда кто-то появляется, но также быстро исчезает. — Странно. Он вас не видел, а я видел, — Кагами с интересом покосился на остальных, что продолжали играть. Человек-призрак пожал плечами. Теперь они вдвоем молча наблюдали за игрой. — А как ваша игра называется? — наконец решился узнать осмелевший Кагами. — Это баскетбол, — пояснил Куроко. — Обычно играют двумя командами по пять человек, а мы по трое. Пойдем с нами играть. Не бойся! — он встал и протянул руку. — Тецу, ну что ты там застрял? — синеволосый человек-призрак замахал рукой. — Там кто-то есть? — Нет! — испугался Кагами. Обернувшись, он обнаружил, что упирается спиной в ножку скамьи. Уже не скрываясь вскочил на ноги. — Приходи, как надумаешь, — человек-призрак и не думал его догонять. Только взгляд голубых глаз сквозил легкой улыбкой. — Мы будем ждать. Кагами с разбегу влетел в плотный ледяной воздух, и закашлялся от неожиданности. Силясь сделать вдох, он через пелену слез не видел куда шел и спотыкался о камни буквально на каждом шагу. Когда холод кончился, и он смог нормально дышать, Кагами уже стоял на привычных спекшихся валунах. Никаких громадных строений и растительности. Позади него была небольшая площадка, с покосившимся прямоугольным щитом. Пятеро почти прозрачных призраков, ничуть не похожие на людей, продолжали свою странную игру. Шестой, тот с голубыми волосами, стоял на краю площадки и махал на прощание. Смутившись, Кагами поспешил домой. — Бас-кет-бол, — произнес он новое непривычное слово. — Бас-кет-бол. Название ему очень понравилось. Острейшие каменные валуны впивались в подошвы ботинок. До дому было еще далеко, а извечно темное небо подергивалось дымкой, с дальнего края исчезая в непроглядном мраке. Нужно было торопиться. Но спешить не хотелось. Опять ему сегодня достанется за то, что не вернулся в клан вместе с Химуро, а ушел шляться непонятно где. Добраться в клан до наступления темноты было невозможно. Кагами годами ходил по этой дороге и знал каждую кочку, но не мог придумать, где укрыться от Тэнгу. Нужно было полностью закрытое место и огонь. Кагами ругал себя, что не ушел от призраков раньше, наспех искал из чего можно было сделать факел. В остром каменном крошеве, местами оплавленном и потекшем черной блестящей массой, невозможно было найти ничего деревянного. Не на что было намотать кусок тряпки, чтобы разжечь красный огонь. Укрытие сложить было тем более не из чего. Камни так прочно сидели на своих местах, что вытащить в одиночку, без специальных палок было невозможно. Тэнгу-Ямабуси настигает только одиночек. От него нет спасения. Разве что укрытие, чтобы Тэнгу не нашел, да горячий огонь. Холодный синий огонь, которым лечили раны, не годился. Он совсем не грел и не разгонял темноту. Тех, кто имеет попутчика, Тэнгу не тронет. А тех, кто в одиночку окажется под его ногой, обратит в пепел, прах и пыль. Поняв, что укрытие построить он не сможет, Кагами со всех ног припустил в сторону клана, стараясь обогнать черные крылья Отшельника. Он спотыкался, падая, раздирал руки в кровь. Только бы добраться до кого-нибудь из людей. Но не успевал. Над его головой давно уже пронеслись черные крылья. Он боялся обернуться, посмотреть в непроглядный мрак позади себя, узнать, что исчезающий мир наступает тебе на пятки. Дыхание Тэнгу уже начинало опалять спину. В сгущающимся мраке в стороне раздался дикий рык. С ближайшего валуна прямо на Кагами грозно ворча надвигался Тора-доки. Полосатая шкура светилась синим огнем, с одной огромной пасти капала пена, а с другой кровь. Коротким ножом, что был у Кагами, в схватке с диким убийцей не победить. Выхватив единственное оружие, Кагами побежал еще быстрее. Тора-доки бесшумно догонял. Он больше не рычал грозно, а только царапал когтями спекшиеся камни. Кагами бежал, чувствуя, как заканчиваются силы. Он старался найти взглядом хоть один шатающийся камень, чтобы использовать его в драке с хищником. Почувствовав удар в спину, Кагами покатился под откос, больно ударяясь об острые камни. Две оскаленные пасти были совсем рядом. Почувствовав, что он скатывается все медленнее, он со всей силы всадил нож в светящуюся синим шкуру. Нож вошел очень туго. Окровавленная пасть вцепилась ему в руку, но не разгрызая кость, а распарывая кожу. Кагами заорал, пытаясь хоть так отпугнуть убийцу. Пинаясь, он старался попасть по глазам, по яростно сморщенному носу. Тора-доки старался вцепиться второй пастью в его тело и мотал башкой, возя Кагами спиной по острейшим камням, которых уже не было видно. Сам хищник тоже потерялся бы в темноте, если бы не светящаяся шкура. Пнув хищника особо удачно, Кагами почувствовал, что его рука свободна. Тора-доки вновь бросился на свою добычу, намереваясь расправиться с ней одним ударом. На инстинктах Кагами встретил смертельный удар ножом, всаживая его в распахнутую пасть. Убийца отскочил и бросился вновь. Они вместе покатились по острым булыжникам. Кагами тыкал своим ножом, в убийцу наугад, без всякого разбора. Нож почти не втыкался, но пару раз все вошел в тело хищника. Теплое пачкало лицо и руки. Тора-доки рычал все тише и нападал все слабее. В конце концов, придавленный громадной тушей, Кагами смог открыть глаза. Зверь больше не шевелился, но сердце его еще билось. Кроме вяло светящейся шкуры не было видно ничего — Тэнгу-Ямабуси уже занес свою ногу, намереваясь раздавить в прах и пепел. Вероятно, он не сделал этого, потому что Кагами был не один. Но сердце хищника билось все слабее, постепенно затихая. Теперь придавленный огромным зверем, Кагами больше всего боялся его смерти. Ведь тогда он останется один. Самостоятельно выбраться из-под умирающего зверя он не мог, да и бесполезно это было. В одиночестве его ждала смерть. Единственная надежда выжить, что Тора-доки не умрет до тех пор, пока Тэнгу не уйдет. Но сердце хищника затихало. Оно медленно билось с огромными паузами, и Кагами каждый раз покрывался холодным потом. А потом, глухо стукнув в последний раз, окончательно замерло. Кагами обреченно закрыл глаза, приготовившись умереть. Неожиданно над головой послышались чьи-то гулкие шаги. Кто-то буквально упал рядом, стальной хваткой вцепляясь ему в ногу. Неизвестный несколько минут просто пытался отдышаться. Пахло паленой шерстью — неизвестный явно принес факел. Только красный огонь не освещал и не согревал на открытом воздухе. Для этого нужно было хорошо закрытое убежище. — Кагами, придурок хренов, — приглушенно выругался неизвестный знакомым голосом и перевалил тушу зверя в сторону. Кагами кое-как вылез, чувствуя, что болит буквально все. — Сдохнуть захотел, идиот? Судя по голосу, это был его друг Химуро Тацуя. Как он нашел его здесь, в объятиях Тэнгу? — Навстречу тебе пошел, придурок, — кто-то, а ругаться Химуро был мастер и все больше на себя, за испуг, за недогадливость, что не вышел раньше. — Спасибо тебе, — Кагами боялся хоть на долю секунды отпустить руку друга пока тот искал факел с красным огнем. Красный огонь на открытом пространстве хоть и не разгонял темноту, но зато грел. Идти уже было бесполезно — все равно ничего не видно. Они уселись прямо здесь, на камнях, для надежности перевязав веревкой сцепленные руки. — Опять к своим призракам ходил? — судя по голосу, Химуро все еще злился. — Погоди, не отвечай. Не хочу знать, что ты все-таки ненормальный. — Я сегодня даже разговаривал с одним из них, — поделился с другом Кагами. Факел не давал свет, но зато давал тепло. Нервная дрожь потихоньку отпускала. Веки наливались тяжестью с каждой минутой. — Вот придурок, — прошептал Химуро, заваливаясь на спину, поближе к еле видному в темноте красному огню. — Сам такой, — обиделся Кагами. — Хоть бы пожрать принес. — Ты радуйся, что я старейшину сюда не привел. А то он тебе сейчас бы такого вломил, — Химуро хоть и продолжал ругаться, все же заставил Кагами подвинуться ближе и улегся ему на плечо, как на подушку. — Ну и привел бы, — глаза неудержимо закрывались. — Что сам в одиночку шастаешь? — Я последний из клана Тацуя и не боюсь Тэнгу-Ямабуси, — Химуро все никак не мог уложить поудобнее их связанные руки. — Я не про то, — сонно отозвался Кагами. — Вдруг бы на тебя кто напал? Тихое: «Я не такой дурак как ты», он уже не услышал.