The Sharpest Lives (Legend of the White Hat)

Пати стоял над выкопанной ямой, смотря вниз. Начался слабый дождик, который в скором должен был перейти в бурю, затишье перед чем-то ужасным. Он уходил от них сегодня, но завтра Кондор мог быть уже в небесах, откуда будет наблюдать за битвой между двумя мирами: Черно-белым, бессердечным адом BL и ярким, полным надежд миром Киллджоев, где не было разделения на других. Все были родными, даже когда, казалось, в прошлом они даже не знали друг о друге. Здесь никогда не было разделения на темные стороны Киллджоев, здесь яркость правила всеми эмоциями, битва за счастье, за желанное, то, что таилось там, внутри сердца. Спустя минуту молчания Пати начал... Петь. -Wake up! Но все знали, что больше он не проснется, пуля пронзила его сердце насквозь. Нету больше того милого Кондора, что помогал Киллджоям, кто был отцом для них. Нету того, кто бы отрицал смерть, нет того, кто бы подбадривал их во время битв. И больше никогда не будет. Ведь его нет. Кондора больше нет. -Take my hand and...- Пати глубоко вдохнул и, упав на колени, посмотрел на небо и крикнул небесам лишь одну фразу: -Give me a reason to start again! Но больше нет этого повода, ведь он лежит пред ними в песке, такой бледный и неприкосновенный больше. Совсем недавно он был рядом, а вот теперь его и нет... Вернее, только тело, да и все... Холодное, бледное тело. С глаз Пойзона потекли такие холодные слезы боли. Больше нет того, кто стал их отцом на время, на тот период, когда мир снова не станет ярким. Никто никогда не видел, как Пати плакал, никто никогда не видел слабость в его поступках. Теперь же он раскрыл всем свои самые скрытные тайны, заплакал, показал, что он слабый. Джерард присел рядом с Пати, склонив голову в знак почтения. Парень не плакал, он не мог, слез вовсе не было в его пустых, бессмысленных глазах. Все, казалось, кончилось в один миг. Нет пути назад, ведь только Кондор знал об этом. А теперь... Только ветер. Разносящий воспоминания по пустыни, обрывками кидая их в чужие головы. Пойзон снял маску, обнажив свои глаза, такие чистые, блестящие светом боли. Будто сверкающими в темноте, среди мрака и отчаяния, освещающие путь в бездну. Все было потеряно в этот день. Из-за нее. Белой Шляпе, навлекавшей зло в отряд Киллджоев. -Сука,- прошипел Пати в унисон так, чтобы никто не услышал. Больше всего он сейчас хотел, чтобы в земле лежала именно она, чтобы ее тело гнило от кислотного дождя, а сырая земля проникала в глотку. Больше всего Пати хотел, чтобы Белая Шляпа умерла в мучениях. Так же, как и Кондор. -Ты считаешь, это она?- тихо спросил Джерард Пойзона. Красноволосый посмотрел на парня в упор. Снова с его глаз скатились слезы отчаяния. "У него красивые глаза"- подумал было про себя Джерард, но быстро переключился на другую тему, оправдываясь лишь одной фразой: "Так нельзя, у меня есть Линз. И, о Господи, о чем я думаю?" -Я уверен в этом,- прошипел Пати в унисон и шмыгнул носом, смотря на тело Кондора. Взгляд его, казалось, остановился. Смысл был потерян, будто Пойзон стал статуей, сделанной из боли, отчаяния и мести. Он ненавидел того, кого недавно считал героем. Кто она такая, эта Белая Шляпа, называвшая себя Рэем? Это ее не настоящие имя, Пойзон был уверен, ведь редко девушкам дают такие тяжелые имена. Через 10 минут все сидели в старом здании автозаправки. Некоторые собрались за общим столом, что стоял в холле, прямо перед выходом на могилу Кондора, Пати же сидел на крыльце и смотрел, как дождь медленно заставлял металл ржаветь. Сигарета в его бледной руке, заботливо подаренная Джерардом, почти затухла, оставляя затейливые следы дыма. Пойзон не курил. Он любил смотреть на эти затейливые узоры дыма, вспоминать о том, кого больше рядом нет. Кто первый ушел? Джет. Да, он помнит, как тот не вернулся, а еще помнит о том, как ему сказали эту новость. Что он тогда делал? Порезал вены. Не умер, но кровь, вытекшая из организма, дала о себе знать. Он пролежал месяц в кровати, не ел, морально был погружен в состояние Летаргического сна. Казалось, это был конец великого героя. Даже брат не мог помочь. Не то, что другие. Но потом появился Кондор. И Пати впервые встал на ноги за этот месяц ужаса и страха, кошмаров, мучивших его по ночам, воспоминаний и слез. Он смог подняться благодаря тому, кто сейчас лежит в могиле. Кинув сигарету в мокрый песок, Пойзон поднялся с крыльца, как только увидел в тени дождя фигуру. Черный силуэт маленького, беззащитного человека. -Что тебе здесь надо?- злобно спросил Пати, как только она подошла ближе. -Я вернулась, разве, мне не рады?- спросила Белая Шляпа Пати, опустив взгляд вниз. Ее руки покрывались маленькими химическими ожогами, вероятно, из-за дождя, начавшегося так давно. Пойзон вздохнул и, подойдя к ней ближе, толкнул Роки так, что она упала на землю. От удивления девушка охнула, а мокрые пряди волос полезли в рот, словно червяки в плоть, гнилую плоть мертвеца. Наклонившись над ней, Пати прошептал: -Да никому ты не нужна, гребанная девчонка. Лучше бы ты умерла, умерла, понимаешь?-глаза Пойзона горели нездоровым светом, что заставило девушку отодвинутся назад,- УМЕРЛА, СУЧКА! Пустые глаза смотрели на Красноволосого. Белая Шляпа ничего не могла понять, пока вдруг сильный удар не пришелся по ее щеке. Затем, в грудь, на что Роки продолжительно вздохнула и упала на спину. Но Пойзон накинулся на нее, словно на добычу, пытаясь выцарапать ей глаза. -СУЧКА!- кричал Пати, пока сзади его не схватили. Это были Фан Гоул и Кобра Кид. Но Пойзон не собирался сдаваться. Пока Белая Шляпа поднималась, он кричал ей лишь одно: -УХОДИ! Глаза, будто два красных фонаря, светились гневом и ненавистью. -Беги,- сказал Кобра очень быстро,-Беги, ты видишь что с ним! Уйди, просто уйди! Пати, да что такое!- Пойзон заехал рукой по щеке брата, на что тот фыркнул и еще крепче схватил Красноволосого. Отходя назад, Роки прошептала: -Я тоже хочу любви. Я хочу чувствовать это тепло, которое забрали у меня так недавно. Девушка была уже на дороге, когда громко сказала: -Мой отец Джет Стар, а его убили! Из-за вас, гнусные сволочи!- с глаз Роки потекли холодные слезы, а с губ сорвался хриплый крик боли. Столько боли она натерпелась... Даже от тех, кого считала семьей. Ее всегда ненавидели, в любом месте, в любом случае. Жизнь ее - сплошная боль. И никогда не было в мире того, кто подарил бы ей тепло. Пати резко остановился и, бессильно упав на землю, громко спросил: -Ты дочь Джета? В этот момент Роки кивнула, проронив холодные слезы на асфальт. А после ее сбила машина. И она исчезла. Словно фантом.