Пробуждение

Что за ерунда… Весь день проходит под этим вопросом. У меня саднит кожа над рёбрами, будто прошлой ночью я действительно была связана, а между ног ноет. Какой реалистичный сон. Наверное, я действительно схожу с ума. F. совершенно не замечает моего смятения, когда вечером мы встречаемся за ужином. Собственно, в этом весь он — никогда ничего не замечает. И на мой вопрос: — Ты придёшь ко мне ночью? Он отвечает только презрительным взглядом. Ах, да, конечно, ночные визиты — только для зачатия, а он как никто другой знает, что сейчас те дни, когда я никак не могу забеременеть. Словом, если бы не боль от несуществующих следов, это был бы самый обыкновенный день… Но едва мне удаётся уснуть, снова происходит что-то странное.

____

Открываю глаза, наталкиваясь взглядом на гладкий камень, служащий мне ложем. Приподнимаюсь и осматриваю себя — на мне лёгкое одеяние из прохладного красного шёлка, укутывающего меня от горла и до пят. Размяв затёкшую шею, я встаю и оглядываюсь. Я в каком-то странном помещении — без окон и электричества, только факелы в каменных стенах. Рядом со мной ещё несколько таких пьедесталов, как тот, на котором я лежала. Похоже на алтари или что-то в этом роде. — С пробуждением, Сесилия, — раздаётся низкий мужской голос, и я не сразу определяю его источник. Обладатель голоса сидит в затемнённой части помещения на возвышении — и на чём-то вроде… трона? Не вижу его лица, даже когда подхожу ближе — голова скрыта капюшоном. — Спасибо, — неуверенно отвечаю я. — Кто вы? — Ты действительно хочешь знать? Мысленно задаю этот вопрос сама себе и понимаю, что нет, не очень. Меня больше занимает другое. — Я схожу с ума, да? — Да, — легко отвечает мужчина, едва слышно усмехаясь, — или нет. Как посмотреть, Сесилия. Разве не этого ты хотела? — Не чего — «этого»? — Подойди ближе. — Я подчиняюсь, сама не понимая, как ноги принесли меня к самому подножию возвышения. — Ближе, Сесилия. На колени. Да нет же, — он смеётся, когда я поправляю юбку своего одеяния, чтобы послушно опуститься на колени, — иди сюда. Наконец поняв, что от меня требуется, я поднимаюсь к трону и сажусь на колени мужчины. Он откидывает капюшон, и у меня перехватывает дыхание: неужели такие красивые мужчины вообще существуют?.. Впрочем, это ведь сон, да? Значит, наверное, всё-таки нет. — Страсти, — наконец отвечает он. — Ты ведь хотела именно этого. Именно это желание ты загадывала, когда была в, — он называет место, где мы с F. были всего несколько недель назад. — Подумать только. Милая благочестивая сенаторская жена осквернила святое место своими грешными помыслами! Нам показалось это забавным. И ты получишь то, чего хочешь. Пусть и не так, как рассчитывала… — Но я… Это ведь сон? — И да, и нет, — мужчина вдруг привлекает меня ближе к себе, впивается губами в шею. — Разве ты не знала, Сесилия, что сны открывают двери в другие реальности? И в этой ты можешь быть той, кем хочешь… Быть желанной, — его рука скользит по моему бедру, — и наконец-то узнать, соответствуют ли твои фантазии действительности. — Мои… фантазии? Я совершенно уверена, что то, что произошло прошлой ночью, никогда не представляла. — Ты так много говоришь, — я чувствую, как в кожу на шее впиваются зубы, и стону, наслаждаясь бегом мурашек по рукам, — слишком много. Ночь не бесконечна, Сесилия. Я неловко ёрзаю на его коленях, когда в бедро упирается его член, — и я даже… пугаюсь. То есть, вряд ли во сне со мной что-то совсем плохое может произойти, но он же, чёрт возьми, гигантский. Я как-то смотрела каталог на сайте секс-шопа и удивлялась, неужели кто-то покупает такие огромные дилдо. Оказывается, у некоторых такие штуки между ног, и ничего, живут… Я смело поворачиваю к мужчине голову и целую его. Давно хотела вот таких поцелуев… Глубоких, влажных, жарких. Мужчина улыбается и ударяет своим языком по моему, так что я дрожу от предвкушения. — Ты такая… невинная, — выдыхает он, разрывая поцелуй, — нам понадобится помощь. Ванесса! Откуда-то из темноты выходит женщина потрясающей красоты, одетая только в переливающуюся набедренную повязку. Свет факелов отражается в платиновых волосах, освещает совершенство её точёного лица и великолепного тела. — Мой господин Дэмиан, — она склоняет голову, прежде чем перевести взгляд на меня. Она смотрит на меня с… восхищением? Я думала, это я так смотрю на неё. — Добро пожаловать, Сесилия. Здесь все меня знают, что ли? Хотя я не слишком этим озабочена. — Ванесса, любовь моя, — нежно произносит Дэмиан, — не согласишься ли ты помочь Сесилии? — Почту за честь, — восхищение во взгляде Ванессы сменяется желанием, и она подходит вплотную к трону. — Ты ведь не боишься, милая? — она мягко касается моего лица тёплыми пальцами, проводит по шее. Я качаю головой — совершенно не боюсь. — Хорошо. — Она наклоняется над моим ухом и обводит его языком, жарко шепча: — Потому что тебе нечего бояться. Никто не сделает тебе больно. А если и сделает… Тебе это понравится. Руки Дэмиана тем временем сжимают мою грудь, а потом дёргают шёлк в стороны, разрывая моё нехитрое одеяние и обнажая верхнюю часть тела. Ванесса подталкивает меня так, что я опираюсь спиной на грудь Дэмиана, и целует меня. Я никогда раньше не целовалась с девушкой, и даже представить себе не могла, что когда-нибудь буду… Особенно с такой красивой, как Ванесса. Она тем временем проворно сдвигает мою юбку. Потом отрывается от моих губ и целует шею, опускается ниже, горячими руками касается бёдер и раздвигает мои ноги; пальцы Дэмиана тут же оказываются на моей промежности, поглаживают, размазывают влагу, и я едва ощутимо дёргаюсь под прикосновениями. Ванесса смыкает губы на одном моём соске, другой — зажимает между пальцами. Она облизывает, прикусывает, и у меня перед глазами всё плывёт, особенно когда Дэмиан проталкивает пальцы внутрь меня. Откидываю голову на его плечо и постанываю — то ли в такт движениям его руки, то ли от того, что делают губы Ванессы. Она опускается ещё ниже… И я уже думаю, что сейчас её язык будет на мне, как она вдруг приподнимает меня выше и задирает мантию Дэмиана. Я опускаю глаза — блядь, член у него ещё больше, чем мне показалось. Дэмиан вытаскивает из меня пальцы и проводит ими — влажными от моей смазки — по губам Ванессы. Она облизывается, прежде чем встать на колени и обхватить губами головку его члена. Я со вздохом опускаюсь чуть ниже, потираюсь половыми губами о основание члена, когда она заглатывает его глубже. Дэмиан снова накрывает ладонями мои груди, сжимает пальцы сильнее, когда Ванесса принимается облизывать его член. Я задыхаюсь от возбуждения, глядя, как рубиново-красная головка то исчезает во рту Ванессы, то с лёгким хлопком появляется. — Тоже хочешь? — хрипло спрашивает на ухо Дэмиан. — А м-можно? — Не сегодня. Я всхлипываю от разочарования, а Ванесса вдруг приподнимает мои бёдра и, обхватив член, медленно вводит его в меня. Инстинктивно раздвигаю ноги ещё шире, двигаюсь вверх-вниз, пытаясь принять его глубже, а Ванесса обхватывает губами мой клитор — и меня будто током бьёт. Я продолжаю двигаться, но с трудом понимаю, что делаю, не в силах отвести взгляд от того, как Ванесса то целует меня, то основание наполнившего меня члена. Дэмиан дышит тяжело, что-то говорит — ничего не соображаю и не слышу, в ушах шумит. Ванесса вылизывает меня, и ловкие движения её языка ощущаются ещё круче, чем скольжение члена — но я так думаю только до тех пор, пока пальцы Дэмиана не впиваются в мои бёдра, насаживая глубже. И когда я кончаю, мне кажется, что меня накрывает одновременно по всем фронтам. Я растворяюсь в этом безумии, кричу, надрывая горло, а потом… Просыпаюсь в темноте своей спальни.