Sturm und Drang

      — Поздравляю, инспектор, — Шерлок возник за спиной как привидение, заставив машинально схватиться за кобуру пистолета — и тут же облегченно выдохнуть ругательство. Не то чтобы стрелять в привидение было бы эффективно, и не то чтобы Лестрейд в них верил, но он, в конце концов, в какой-то мере агностик, и наверняка о таких сложных концепциях рассуждать не брался — и о существовании привидений, и о том, насколько могло бы им повредить применение огнестрельного оружия.       Что чему и может повредить наверняка, так это Холмсы — нервам Лестрейда. Это было доказано опытным путём. Не единожды.       Это было очередное место преступления, и Лестрейд уже привычно отправил краткое описание дела и адрес Холмсу. Четыре минуты назад. И никак не ожидал, что он окажется тут настолько быстро, поэтому был немного… растерян, да. Наверное, можно назвать это так.       — Это… Да, спасибо. Ты вовремя. Я как раз думал, что представлю тебя своей команде, — переведя дух и убедившись, что рука уже немного подальше от пистолета, сказал Грегори и кивнул куда-то в сторону. — В качестве… независимого специалиста, помогающему расследованию.       Шерлок нахмурился, проследил взглядом до группы людей, вернулся обратно к инспектору и скорчил гримасу ребенка, которому навязывают горькую пилюлю.       — Это абсолютно не обязательно. Зачем мне их знать?       — Тебе их знать не обязательно. А вот им тебя — вполне. Мне надоело объяснять, какого чёрта один и тот же парень шляется по местам преступлений, — легонько подтолкнув Холмса в нужном направлении, покачал головой Грег. — Тем более, что никто не верит в эту твою дедукцию, а смотрят как на идиота почему-то на меня.       — В дедукцию нельзя верить или не верить, — закатил глаза Шерлок, пихая Лестрейда локтем в ответ. — Это метод мышления, а не какая-нибудь религия или магия. Существование дедукции не ставится под сомнение.       — Тем не менее, никто не хочет верить чудаку, который ставит Иисуса и Гарри Поттера в один ряд.       — Кто такой Гарри Поттер?       Лестрейд встал как вкопанный, не веря своим ушам и просто таращась на Холмса, забыв, что вообще хотел сделать.       — Ты никогда не читал и не смотрел?       — Не читал и не смотрел что?       — «Гарри Поттера»!       Холмс так озадаченно нахмурился, что Лестрейду мгновенно стало жаль его, только за эту степень замешательства и непонимания на его лице.       — Я тебе потом покажу, — заверил он, похлопав Холмса по плечу, и в этот момент их наконец заметили.       Салли Донован. Она хороший полицейский. Амбициозная, правдолюбивая. Она напоминала Лестрейду его самого, времён учёбы в академии. Но, к сожалению, это касалось и его плохих качеств. В беседе один на один она была отличным, рассудительным собеседником, который всегда учитывает чужое мнение, но в компании из трёх и более человек у Салли проявлялась ярко выраженная доминантная натура, склонная контролировать и подавлять.       Не удивительно, что с Шерлоком они не поладили с самого начала. Стоило ему приступить в своей манере, как Салли тут же возмутилась, что нельзя по рукам узнать, что женщина была в неудачном браке меньше года. Шерлок начал раздраженно объяснять про характерную «стертость» и различие оттенков цвета кожи жертвы на пальце, зависимости оттенка от пребывания на солнце в условиях пасмурной Британии.       — Возмутительная чушь! — тряхнула тёмной копной Салли и резко повернулась с Лестрейду, меча молнии взглядом. — Инспектор, вы ведь не верите в этот бред? Этот тип либо псих, либо как-то замешан в этом деле.       Лестрейд тяжело вздохнул. Ну и как же так поласковее, поспокойнее объяснить, что вся эта малопонятная и подозрительная ересь, вылетающая из уст Холмса, в одиннадцати случаях из десяти оказывается правдой? Это абсолютно не полицейский метод расследования. Это… штука, свойственная одному только Шерлоку, и больше никому. Это делает его способности такими уникальными и незаменимыми.       Видя, что Лестрейд явно не на её стороне, Донован стиснула зубы.       — Мы не можем писать рапорт, основываясь на догадках, — зло выплюнула она, зыркая на Шерлока, и тот не менее сердито уставился на неё в ответ.       — Я никогда не угадываю. Я всегда опираюсь только на то, что вижу своими глазами, — ледяным тоном ответил Холмс, прищурившись. — И то, что ваш саб две недели назад отказался от предложения съехаться, не должно влиять на ваши суждения на работе. И тем более не даёт вам права срываться на других. Хотя ваши опасения верны — он определенно в скором времени предложит расстаться.       — Заткнись! — рявкнула Салли, и Шерлок, только собиравшийся продолжить, подавился вздохом, закашлялся. Он тряхнул головой, вернул ей яростный взгляд исподлобья, стискивая руки в кулаках, и через силу прошипел:       — И не подумаю.       — Донован! Остыньте немедленно. Холмс! Ещё слово о личной жизни офицера Донован — и ты в деле не участвуешь, — инспектор поспешил взять всё в свои руки. Донован дернулась, собираясь спорить, но подняла взгляд на сурово нахмурившегося Грегори — и выдохнула, отворачиваясь. А Шерлок, ощутив, что невидимая рука на горле исчезла, даже не почувствовал облегчение, продолжая сверлить взглядом.       — Тут не в чем участвовать. Убийца — любовница.       — И чем ты это докажешь, умник? Мы не можем арестовывать людей без веских улик, — снова не удержалась от уничижительного пассажа Салли, скрещивая руки на груди.       — Здесь повсюду улики. Я уже раскрыл дело. Мне всё равно, как вы будете раскрывать дела, подвязывать улики к делу и дело к уликам при своей ужасающей близорукости.       Салли побагровела, но поджала губы, а Шерлок поправил пальто и снова требовательно посмотрел на Грегори, сосредоточенно хмуря брови:       — Так… Кто такой Гарри Поттер? ***       Знакомство с Андерсоном прошло ещё хуже, хотя, казалось бы, куда уж хуже. Не помогало даже то, что тот тоже был сабом и не мог давить на Шерлока.       Почему-то Грега это огорчило. Возможно, потому что к этому нахохленному парнишке он испытывал что-то вроде отческой симпатии, и полагал, что тому совсем не помешает общение с другими.       — Я социопат, инспектор. Мне не нужно общение, которое вы мне так стараетесь навязать.       Лестрейд, который за последние минут пять не обронил ни слова, с удивлением оторвал взгляд от телефона и приподнял бровь — неужели он так заметно это делал? Хотя, это ведь Холмс. Для него всё заметно.       — Всем нужно общение. Мы, люди, социальные животные.       Холмс бросил на инспектора такой взгляд, что тому мгновенно стало неуютно. А через секунду ещё и стыдно за эту реакцию. Ему, полицейскому и доминанту, стало вдруг некомфортно просто от взгляда. С другой стороны…       — Оксфордский словарь английского языка. Буква «С». Социопат, социопатия, социопатичный. Перечитайте определения ещё раз.       — Боже мой, Холмс. Ты зануда.       Таким изумленным, пожалуй, Холмса он ещё не видел. Это настолько застало Шерлока врасплох, что тот даже усмехнулся.       — Меня не часто характеризуют именно этим словом.       — Да? И какими же чаще? — спросил инспектор и пожалел о вопросе сразу как увидел, что Холмс приобрел свой обычный, отстраненный и задумчивый, вид.       — Псих. Как выразилась офицер Донован. Фанатик. И вариации.       Лестрейд подумал, вздохнул и покачал головой.       А через секунду Шерлок напрягся и нахмурился, когда рука инспектора потянулась к нему. И внезапно… его похлопали по голове.       — Не бери в голову. Люди часто судят о том, в чём абсолютно не разбираются. Ты молодец.       Холмс моргнул и уставился на инспектора так, словно Грег без предупреждения перешёл на мандаринский язык. Плюс, Шерлок всё-таки был чуть выше Грегори, и ему даже пришлось немного вытянуть руку, чтобы достать до макушки. Но инспектор предпочитал не думать о том, как комично это выглядит, чтобы лишний раз не ронять свою гордость.       Он опустил руку и развернулся, решив, что на этом беседу их можно и закончить, потому что Холмс так и не проронил больше ни слова.       Но вдогонку инспектор всё-таки услышал:       — Ваша доминантность выражается в покровительстве всем нуждающимся, инспектор! И вы постоянно путаете меня с нуждающимся!       Ей богу, лучше б не слышал.