Две Реальности

Молчание медленно перерастало в давящее напряжение. Майки глупо улыбался, бегая глазами по комнате, но взгляд то и дело задерживался на “матери”. Он должен был что-то сказать, это никогда не было для него какой-то проблемой, но именно сейчас, смотря, вроде как, своей родне в глаза, он совершенно не знал, что нужно говорить. “Привет, мам, классно выглядишь!” Нет, определенно нет. Нужно было срочно взять себя в руки. Женщина смотрела на него с грустной полуулыбкой, в её глазах даже не было бликов, да и она сама больше напоминала собой поломанную куклу. Рыжие кудрявые волосы, которые седина тронула гораздо больше, чем следовало, были собраны в неряшливый пучок. Под глазами красовались глубокие синяки, свидетельствовавшие о постоянном недосыпе. Она была такой худенькой и хрупкой, Майки стало очень жаль её. Если бы он не мог спасти дорогих ему существ, ему бы тоже было грустно. Почему всё так тяжело! – Мама… Миллер сразу оживилась и подошла поближе, заключая паренька в теплые объятия. Голубоглазый растерянно обнял ее в ответ, слегка поглаживая по спине. По всему телу прошла знакомая приятная волна спокойствия. Так часто происходило, когда мастер Сплинтер обнимал его в детстве, да и в подростковом возрасте. Чувство защищенности расслабляло. Но ей объятия нужны были сейчас точно больше чем ему. Сколько же ей пришлось пережить за всё это время пока Майкл, то есть он, был в своем мирке. В памяти промелькнуло несколько смутных воспоминаний, но было сложно разобрать, что на них происходит. Крики, разбитая бутылка, мама склоняется над ним, кричит его имя… – Мх! – От этого стало невыносимо больно, и Майки схватился за голову. – Боже, д-дорогой, что с тобой? Позвать врача? – Лицо матери сразу же становится испуганным, она вертит головой в разные стороны, пытаясь найти хоть кого-то, кто мог бы помочь. – Всё в порядке, просто шею неудачно потянул, ничего страшного, – Микеланджело взял её за руку и лучезарно улыбнулся. Не хватало ещё того, чтобы она упала в обморок от стресса в их первый день встречи. – Давай лучше прогуляемся, я так устал сидеть в четырех стенах, меня даже пока на улицу не выпускают. – Прости, милый, но я думаю, это из-за того, что ты тогда напал на санитаров. Сейчас за тобой будет особый контроль, но я-то знаю, что это всё из-за этих проклятых препаратов, – её глаза вновь начали наполняться слезами. – Т-ты уже шёл на поправку, если бы не они… – Ну что ты, – рыжик аккуратно вытер выступающие слезинки. – Я-Я ведь вернулся, теперь я рядом, правда же? – Ответом послужил лишь грустный смешок. – Тебе не провести меня, глупыш. Я ведь всё-таки твоя мама. Ты не помнишь меня, у тебя точно такой же взгляд, что и тогда. Это всё моя вина, только моя, – её голос стал совсем хриплым и тихим. – С каждым разом тебя всё сложнее вернуть. Когда первый раз ты погрузился в себя на несколько дней, я очень перепугалась. Врачи тогда сказали, что это было просто из-за стресса, и что нет больше поводов для страха. Но уже тогда я понимала, это было что-то другое. Твои рассказы про пришельцем и мутантов… Стоило ещё тогда обратить внимание, но я всё относила это к богатой фантазии. А потом я снова потеряла тебя, но теперь на несколько недель. Уже тогда ты смотрел на меня как на чужого человека, – мальчишка сглотнул, опуская голову вниз. – И вот сейчас… Полтора месяца, Майкл. Тебя не было полтора месяца. Мне так страшно, что это случится снова. Я не хочу потерять тебя навсегда. Мастер нунчак крепко обнял женщину за плечи, стараясь подавить нарастающую дрожь. Она была такой холодной. – Прости, я не хотел обманывать… Я с-совсем ничего не помню, – голубоглазый тяжело вздохнул, пытаясь всеми силами показать, что всё не так уж и плохо. – Я пытался, правда пытался, но ничего. Но знаешь, мы можем попробовать начать сначала, ведь правда? Хах, это будет глупо, но давай заново познакомимся? Привет, меня зовут Майкл Миллер, я твой сын. Боже, вслух это звучит ещё хуже. Мальчишка издал нервный смешок и почесал шевелюру. Он ожидал многого, но точно не смеха. – Что ж, приятно познакомиться, Майкл. Я твоя мама – Эмили Миллер, – похоже за всё это время, она привыкла к подобным вещам. – Красивое имя, – весельчак заулыбался. – Ты же…поможешь мне вспомнить? Миллер растрепала его кудряшки и достала фотоальбом, присаживаясь рядом. – Давай посмотрим, что я смогу для этого сделать, малыш. Время пролетело действительно быстро, хотя они и просидели так несколько часов, казалось, что прошла всего пара минут. Ему ещё столько нужно было узнать об этом мире. Сейчас, сидя с мамой, он всерьез начал задумываться о том, что просто болен, а братья, что зовущие его каждую ночь всего лишь его разыгравшееся больное воображение. Он узнал, что с самого детства обожал рисовать, пролистывая свои старые альбомы, он понимал, что знает всех нарисованных персонажей. Кожеголовой, доктор Стокман, Морозильная кошка… Они все были нарисованы тут. Даже…его семья. Вот только самого Майки изначально с ними не было, он появился значительно позже, весёлая черепашка в оранжевой повязке, списанная скорее всего с самого автора. Последующие рисунки все были про его необычную семейку, про их невероятные приключения. Так же он узнал, что мама записала его в школу ниндзюцу, картинка начала потихоньку складываться. Вот откуда он помнит все приемы наизусть. Расставаться ужасно не хотелось, ему действительно было хорошо вот так проводить с ней время. На прощание они крепко обнялись, уходя, Майки довольно отметил, что щеки матери наконец-то приобрели персиковый оттенок. Он был рад, что смог вдохнуть в неё жизнь. – Смотрю, у кого-то хорошее настроение? – Томас приветливо улыбался, подзывая рукой к себе. – На самом деле да, мне стало немного лучше, – рыжик подбежал к доктору, показывая новый альбом, который передала ему мама. – Хотите, я позже нарисую ваш портрет? – Буду рад, а сейчас пойдем, тебе надо принять лекарства, – мужчина завел голубоглазого в кабинет и протянул таблетку. Вкус у нее был ещё тот. Каждый раз, из-за послевкусия хотелось вывернуть свой желудок, но этого было делать нельзя. Это ведь для его же блага как-никак… Зажмурившись, весельчак проглотил несчастное лекарство, залпом осушая предоставленную кружку воды. Правда, от этого не стало легче. Доктор одобрительно улыбнулся. – Вот так, не так уж и плохо, ведь правда? – Вы правы, это просто ужасно. Я после её принятия ещё пару часов отхожу. Думаю, что я лучше прилягу... – Ох, не преувеличивай, – Томас снисходительно покачал головой. – Ладно, иди отдохни, всё же ты был сегодня весь как на иголках, неудивительно, что сейчас ты без сил. Быстро кивнув, Микеланджело вышел из кабинета. Ноги и правда оказались ужасно тяжелыми, и как он раньше не замечал? Зайдя в комнату, он застыл, наблюдая, как его новоиспеченный знакомый Рей вальяжно лежал на кровати и полистывал его тетрадки. – Рей? Что ты тут забыл? Но парень будто и не слышал его возмущенного возгласа, продолжая с интересом листать страницы. Рыжик недовольно надул щеки и направился в сторону незваного гостя. – Сам пишешь? Весельчак запнулся на слове, так и не успев выказать всё своё недовольство. – Что? – Ну, вот это всё, про мутантов всяких. Ты сам это написал? – Я-Я честно не помню, но мне говорят, что я, – слегка засмущался парень. – Здорово, нет, серьезно. Черепахи-мутанты-ниндзя… До этого ведь ещё додуматься надо. У тебя классно выходит, хочешь типо в будущем писать книги или рисовать комиксы? – Я пока не знаю, всё слишком запутанно, – мальчишка совсем раскраснелся, но быстро взял себя в руки. – Стоп, что ты тут вообще забыл? Я думал, что тебя заперли за твое буйное поведение. Парен довольно прищурился, устраиваясь поудобнее, снова погружаясь в чтение. – Они тоже так думали, но сейчас они опять меня ищут. Мне здорово влетит, если меня поймают, я же могу переждать пока у тебя? – Ты же понимаешь, что рано или поздно тебя найдут? Зачем тебе это всё, так они тебя точно не отпустят… – Не забивай свою головку всякой ерундой, я всё равно скоро сбегу. Рей поставил жирную точку, показывая, что не собирается это обсуждать, а если все же Майки осмелится, то точно получит хорошую трепку. Конопатику ничего больше не оставалось, как смириться с незваным гостем. Не хотелось покрывать его, но и было страшно представить, как его накажут за очередную выходку. – Да ты чего встал-то, садись там, ложись, твоя же комната. – Ну почему ты такой вредный? – Чтобы выводить из равновесия таких добрячков, вроде тебя, – на мгновение он оторвался от тетрадки, одарив парня издевательской усмешкой. – Раф, чтоб тебя! – Осознав, что только что крикнул, Майки поспешил исправиться. – Р-Рей, прости, оговорился. – Раф же один из братьев, да? По мне он тут самый классный, сразу видно, настоящий воин, не то что этот выпендрежник… Как там его? – Лео? – Уточник рыжик. – Именно! По мне, он был бы более классным лидером, чем этот папин сынок. Мальчишка не смог сдержать смешка. Сейчас они были так похожи… Дочитав последнюю страницу, парень разочарованно надулся. – И всё? Этого мало… – Тебе правда нравится? – Оживился Микки. – Ага, кстати, младший тебя очень напоминает, с себя списывал? – Рей убрал комикс на тумбочку, всё ещё держа на лице недовольную моську. – Ч-Что-то вроде… – Блин, а у тебя по ним ничего больше нет? – О, я всё о них знаю, я могу тебе рассказать! – Сразу же оживился голубоглазый и плюхнулся рядом с парнем на кровать. – Я весь во внимании, Микеланджело, – Рей лег на подушку, слушая, как малец, словно заведенный, начинает рассказывать о жизни не самой обычной семьи. Кто же знал, что история затянет его так сильно.