Две Реальности

– Что? – Микеланджело ещё раз потёр свои глаза, но картинка оставалась прежней. Сейчас он действительно был дома, в крайнем случае, он хотел в это верить. Ему хотелось подойти ближе к себе, прикоснуться, понять, что всё это действительно реально, но неведомая сила удерживала его на одном месте. Как бы он ни старался, с места сдвинуться ему не удалось. От количества капельниц и воткнутых в него иголок становилось дурно, а само его тело больше напоминало какую-то странную восковую фигуру. И только слабое дыхание давало надежду на какие-то признаки жизни в теле. Все место пропахло медицинскими препаратами, от которых у Майки уже рефлекторно сводило живот. Но при этом можно было различить запах запрятанной пиццы с двойным сыром, которая была скрыта от прожорливых братьев на чёрный день, а также старых комиксов, которые так и лежали не тронутыми на его столе. Какая же ностальгия… – Б-Боже, тут же влажность большая, парни, вы хоть бы в коробку их сложили, – по щекам потекли слезы, если это какая-то пытка, то она была слишком жестокой. – Все страницы же испортятся. За спиной послышались торопливые шаги. В комнату вбежал Донни. Вид его был ничем не лучше самого Майки, красные глаза с фиолетовыми синяками, что сливались с самой маской, бледная кожа. Он сильно похудел, а в совокупности с высоким ростом выглядело это очень жутко. – Донни! – Микки хотел сорваться старшему в объятья, прижаться к родному телу и заверить его, что теперь всё хорошо, но не смог. Мастер бо прошел сквозь него, нервно поглядывая то на приборы, то на тело. Уже давно он не чувствовал ничего подобного, будто бы он – пустое место. Брат его даже не заметил. – Д-Ди… – голос предательски надломился. – Пожалуйста, я же тут, прямо перед тобой. Брат, пожалуйста. Посмотри на меня. – Я схожу с ума, – умник нервно потер виски, садясь рядом с телом Майки. – Было такое сильное чувство, что ты снова с нами, хах, я даже не понял, что произошло. Просто сорвался сразу к тебе. Старший медленно стянул маску на шею, закрывая глаза ладонью. Послышались тихие всхлипы. – Сколько месяцев уже прошло? Я сбился со счёта, – его трясло, Донателло уже и не пытался сдерживаться. – Они все делают вид, что смирились с этим и живут дальше, но как же мне осточертел этот цирк. Без тебя ничего не может быть как раньше… – Без вас тоже, – парень протянул в надежде руку, но она так и не смогла коснуться брата. Слишком далеко. – Без вас вся моя жизнь сплошная психушка, – нервно посмеялся конопатик. В глазах резко почернело, а легкие будто бы наполнились водой. Микеланджело судорожно хватался за горло, пытаясь поймать воздух. Уши заложило и всё заполнило белым шумом. – Дони, помоги! – голубоглазый отчаянно пытался прийти в себя, но плачь брата становился всё дальше и дальше. – Нет-нет-нет! Я не хочу, Дони! Раф, хоть кто-то… Лео, сэнсэй, прошу! Смотря на ненавистные белые стены, хотелось выть. Микки едва сдержался, чтобы не пнуть надоедливого санитара, который нещадно тряс его за плечи, пытаясь привести в чувства. Он что-то говорил ему, но рыжик не слушал, лишь зло смотрел на присутствующих. Снова эти обеспокоенные лица, но теперь они вызывали лишь раздражение. Томас аккуратно сел рядом, проверяя его на наличие повреждений, когда он убедился, что ничего серьезного нет, попросил остальных присутствующих удалиться. – Так ведь и простыть легко, – вздохнул мужчина, накидывая на конопатика полотенце. – Оботрись как следует. Зачем ты закрылся? Опять напугал работников. – Просто стало плохо, эти лекарства меня доведут, почему не выписать мне что-то другое? – Микеланджело старался не смотреть ему в глаза, сейчас он вообще не хотел никого из них видеть, а напускной спокойный голос Янга выбешивал его ещё больше. – Я понимаю, что у этого препарата много побочных действий… – Вы никогда не говорили мне про побочные действия, только про ужасный вкус, – рыжик сделал шаг назад. Что ещё он не знает о препаратах? – Майкл, прошу, успокойся, у любых препаратов есть противопоказания и побочные действия, мы с твоей матерью это обсуждали. Я никогда не дал бы тебе препарат, который может тебе навредить, поверь мне. Просто только эти лекарства тебе помогают, от остальных твои галлюцинации становятся только хуже. – Ну конечно, – процедил парень. Врач тяжело вздохнул. Где-то глубоко внутри кричала совесть, но злость и обида были сильнее. Если бы они только всё не испортили, Донателло бы обязательно помог бы ему очнуться. Он всё видел, его мир реален. Эти люди… Кто вообще все эти люди? – Я хочу домой, – паника накрыла совершенно внезапно, стены давили, казалось, что со всех сторон за ним следят. Как за лабораторной черепашкой. – Почему вы до сих пор держите меня здесь? – Майкл… – Не зовите меня так! Я Микеланджело! – Майкл, если ты сейчас же не успокоишься, мне придется позвать санитаров. Смотри на меня, дыши, – Янг взял его за руку, слегка массируя костяшки. – Тебе ничего не угрожает, видишь? Всё в порядке? Ты точно выпил таблетку? Перед глазами плыло, четким оставался лишь образ Томаса. Но чем больше он в него всматривался, там больше ему казалось, что лицо шевелится, словно под кожей скрывались сотни личинок. Рыжик с силой затряс головой, стараясь вытрясти из головы весь ужас, на удивление это сработало, комната наконец-то остановилось, как и лицо мужчины. Вот только легче от этого не становилось. – Что? – неуверенно переспросил конопатик. Он едва сдерживал дрожь. – Таблетки, Майкл, я говорю, выпил ли ты свою таблетку? – от произнесенного имени каждый раз неприятно кололо, будто отрывая от тела кусочек за кусочком. Но больше возражать парень не решился. Такими темпами и правда всё может закончиться для него весьма плачевно. Рей ведь говорил, что надо молчать, им не стоит знать, что он видел. Веди себя нормально… Соберись. – Да, я всё выпил ещё при вас. Простите, что сорвался, – он всегда был прирожденным актёром, ну, по крайней мере, когда ситуация действительно от него этого требовала. – Мне очень стыдно, доктор Янг. Он чувствовал сканирующий взгляд, но вскоре шершавая рука аккуратно взъерошила и без того торчащие в разные стороны волосы. Янг присел на корточки, как-то измученно улыбаясь. – У всех бывают тяжелые дни, Майк. Мне тоже следовало быть честнее с тобой, но я считал, что препараты всё исправят. Я не знал, что боли могут быть настолько сильными, тебе следовало рассказать мне, у нас не должно быть секретов. – Да, вы правы, – значит, только вам можно что-то не договаривать?.. – В следующий раз я сразу вам скажу, если что-то почувствую. Удовлетворенный ответом, Янг похлопал его по плечу и поднялся, отряхивая брюки от невидимой пыли. – На всякий случай нужно будет выпить ещё одну, после этого обещаю пересмотрю дозировку, возможно, надо пересмотреть твоё лечение. Снова.. Майки лишь кивал, улыбаясь. Быстро выпив таблетку, он сослался на пустой желудок и поспеши в столовую. Там его уже поджидал ехидно улыбающийся Лукас. – Думал, что ты снова пропадешь, но вот ты тут, – искусанные руки протянули обветрившуюся булочку. – Для тебя стащил, поешь. Голубоглазый благодарно кивнул, незаметно доставая из под языка таблетку. – Оу, если кто-то узнает, у тебя будут большие неприятности, зеленый, – хихинул парень, но встретившись с тяжелым взглядом Майки, выставил руки вперед в одобрительном жесте. – Какая жуть, полегче. Я никому не скажу, обещаю, – резко лицо парня стало очень серьезным, даже странно понимающим. – Ты можешь нам верить, честно.