Демиан

Меня зовут — Демиан, и я мутант. Но это сейчас не главное, важнее то, что я наконец-то возвращаюсь домой. Задание Мастера выполнено на отлично и награда в виде красного спортивного байка уже маячила перед моим внутренним взором. Предвкушая, как буду отчитываться о победе, я стремительно продвигался к кабинету Шреддера, по пути получая поздравления: дружеские хлопки по плечу и одобрительные кивки от старших. Мастер встретил меня сидя в расслабленной позе, задумчиво глядя на огромный во всю стену экран. Я почтительно склонился, как того требовало воспитание. — Демиан! — обманчиво ласковый тембр голоса звучал властно. — Мой Мастер, я выполнил задание. — Как все прошло? — Убежище захвачено, все ценное вывезено, лаборатория, и мастерская по совету Профессора законсервированы, потерь нет, только раненые. В плен взято три мутанта. — Три? — Крыса погибла во время боя под завалом разрушенной стены. Мной и командирами группы захвата, было принято решение оставить труп под завалом, тем более что образец тканей мутанта достался нам в виде ампутированной кисти, что так удачно отрезало обрушившимся бетонным блоком. Впрочем, если Профессору покажется этого мало, сейчас еще не поздно послать отряд за оставшимся телом. — Хорошо! Твой доклад принят. Можешь встать. Я с облегчением поднялся с колен и, следуя жесту своего наставника, приблизился вместе с ним к мониторам. И только сейчас, к своему стыду, обратил внимание на беззвучное изображение на нескольких экранах. Все-таки, я волновался во время доклада, несмотря на свое происхождение, а скорее даже благодаря ему я считаю свое положение более привилегированным по сравнению с другими членами клана. Ведь никому кроме меня не было оказано такой чести, как быть лично воспитанным и тренированным самим Мастером. Подбодрив себя подобными мыслями, я с обожанием воззрился на гордый профиль своего учителя. — Мальчик мой, ты хорошо поработал. Благодаря тебе территория, закрепленная за твоим отрядом, свободна от враждебных группировок. — Но это Ваша идея! Я не смог справиться… — … силовым методом? Да, на этот раз тебе достался слишком… сложный враг. Ты не должен стыдиться необходимости сменить тактику. Мастер внимательно посмотрел в мои глаза. — Я всегда тебе говорил, что… — … главное победа! Спасибо, Мастер, что поддержали меня! — я почтительно склонил голову, приложив руку к груди. Легкая улыбка скользнула по лицу учителя. — Ну что ж, достаточно сантиментов. Вернемся к делу, — взор Шреддера вновь обратился к экранам. — Что ты можешь рассказать о них?

***

Капитан внутренней безопасности Брэдфорд был вне себя от злости: «по какой, объясните мне «случайности» эти твари были отправлены в камеры для людей?». Нет, конечно же, он знал о возможном появлении пленников, ведь именно благодаря умению быть в курсе всех событий происходящих, а тем более планируемых он мог отлично справляться со своими обязанностями, а равно занимать этот пост. Но, черт возьми, он не думал, что эти твари будут настолько похожи на животных. Да ходили слухи, что были обнаружены мутанты, похожие на любимчика босса, но, черт возьми, он никогда не видел всем известного Демиана без одежды, и теперь глядя на этих тварей, он с трудом мог поверить, что уровень их интеллекта хоть сколько-нибудь мог дотянуть до человеческого. А это значило, что совершенно не обязательно было занимать целых три камеры предусмотренных для людей, тратить электроэнергию и остальные ресурсы, в том числе кадровые на лишний блок. Да… охрана… придется снова устраивать перестановку, увеличивать количество рабочих часов, выбивать премиальные для своих людей. Брэдфорд заскрипел зубами, ну почему бы этих тварей не посадить в клетки, в одну большую клетку рядом с псарней, где им самое место.

***

Леонардо очнулся резко, и как ни странно, вспомнил все и сразу. Хотя в этом не было ничего удивительного, он всегда так просыпался без будильника и чьей бы то ни было помощи, готовый защищаться как прирожденный воин. В свои юные года он серьезно относился к тренировкам тела и духа. Но удивительным было не это, а то, что он всё еще был жив. Казалось бы, для той преступной группировки, что захватила город и ворвалась в их дом, была выгодна их смерть, или… И вновь волна страха и такой липкой и знакомой тоски накрыла юношу. Вспомнились все те ужасы, которыми пугал их мудрый учитель, пытаясь уберечь маленьких наивных мутантиков от жестокого внешнего мира. Легкий укол горечи от осознания гибели любимого учителя, не смог затмить мысли о собственной участи, и судьбе его братьев которые наверняка тоже живы (к несчастью). Беспокойство за братьев вынудила юного мутанта действовать, не делая резких движений, он осторожно открыл глаза. Белый, абсолютно белый потолок. Страх сомкнул веки, глубокий вдох, попытка сглотнуть сухим горлом. Всё-таки лаборатория или операционная, или где там ученые делают опыты. Воображение уже рисовало собственное тело, прикованное на операционном столе. Боясь увидеть в подобном положении братьев, Лео повернул голову вправо и обнаружил такое же белое и почти пустое небольшое помещение. Догадываясь, что слева от него находится стена, можно было сделать вывод: камера, одиночная камера при лаборатории. Поворот на бок, легкая радость от свободы движения, и недоумение от отсутствия болезненных ощущений в теле. И все же оглядывая помещение более пристально, он догадывался об ошибочности первого вывода. Нет, камера она и есть камера и вполне возможно действительно при научно-исследовательской лаборатории, но глядя в угол на белоснежный унитаз, умывальник, лейку для душа и углубление под ней, мутант испытал нечто вроде… благодарности?.. к врагам. Несколько лет назад у них с Доном случился спор: кем бы они хотели бы стать, если бы родились нормальными людьми, и какая из профессий самая лучшая? Леонардо естественно заявил, что благороднее всего быть воином, солдатом. Испокон веков люди этой профессии защищали покой мирных жителей, а значит, быть лучше этого ничего не может. На что обычно спокойный и уступчивый Донателло заявил, что большей чуши он не слышал и соответственно благороднее профессии ученого ничего не может быть. На робкое мнение Микеланджело о профессии детского писателя или учителя, оба досадливо отмахнулись. И под мудрые ухмылки в бороду старого учителя, детский спор перерос в странное соревнование, научный диспут или еще ни пойми во что, с поиском доказательств, аргументов, исторических данных, с использованием интернета и телевидения и растянулся почти на неделю… В результате решением Мастера победителем спора был объявлен Майки, так как оба главных спорщика не восприняв серьезно мнение младшего брата, сосредоточились только на двух профессиях в поисках информации и не смогли выдавить из себя хоть сколько-нибудь порочащую информацию против доводов младшего, которые он высказывал под хитрые ухмылки и кивки Сплинтера. Со временем оба брата примирились и сошлись во мнении, что, несмотря на то, чтобы не совершали плохого солдаты или ученные в прошлом или настоящем, им то никто не запрещал быть благородным и милосердным воином или честным и добрым ученым, без всяких зверских убийств противников или бесчеловечных опытов, а Майки, если ему так хочется, пусть будет детским писателем, ведь учителем в их семье уже был Сплинтер… Глядя на белый унитаз, Лео вспоминал все те ужасы, что сам же насобирал в интернете об извергах ученых, об опытах на людях и животных, о несущих смерть изобретениях и открытиях и все это с фото и видеоматериалами, о которых детям до 18-ти не стоило бы даже знать. Но он 12-ти летний мутант изучил очень серьезно. Тогда детский мозг отметил, как содержались животные для опытов: в тесных клетках, стерильных, но тесных. А люди всегда обездвижены или физически или с помощью медикаментов. Но все это сейчас не важно. Сейчас глядя на этот белоснежный унитаз, который уже давно должен бы как минимум порозоветь от смущения и провалиться со стыда сквозь пол от столь пристального взгляда мутанта, Лео почувствовал робкую надежду, что раз им предоставили столь комфортные условия, то и воспринимают как людей, а не как животных, а значит и отношение будет более человечное. Не допуская мысли, что люди порой и с себе подобными обходятся еще более жестоко, Лео стал не торопясь медленно обходить и изучать помещение, не забывая, что где-то должны быть устройства видеонаблюдения.

***

Донателло никогда не считал себя самым умным на земле, обходясь без подросткового максимализма и, несмотря на восторженно-благодарные взгляды своих братьев, он понимал, что люди, если только зададутся целью, легко обнаружат живущих под самым их носом мутантов, а, равно как и выловят их. Осознав эту простую для себя истину, Донни задействовал всю свою гениальность на техническое обеспечение убежища, но… как это часто бывает, специализируясь в одном направлении, он не учел возможность психологической атаки. И сейчас, лежа в незнакомом светлом помещении, сжимая пальцами виски, он с каждой секундой все более осознавал тяжесть совершенной им роковой ошибки.

***

«Придурок Майки, ты опять все испортил!». «Нет, Донни, нет» слезы брызнули из глаз от незаслуженного обвинения. Парень вскочил, просыпаясь, и в ту же секунду оказался в незнакомом месте, яркие лампы слепили и так уже мокрые от слез глаза. Сон не желал уходить. Так всегда бывает в кошмарах, ты пытаешься проснуться, но один кошмар сменяется другим. И ты сквозь сон понимаешь, что только кто-нибудь из братьев сможет разбудить, спасти и утешить. Но сейчас, что-то странное внутри него, пугающее и в то же время само напуганное, не давало закричать сквозь сон и позвать братьев. Что-то подсказывало ему, что в этом странном кошмаре не стоит шуметь.

***

— Вот этот в темной повязке, очень умный. Донателло самый полезный из всей этой компании для нашего клана. Все техническое оснащение убежища мутантов собрано его руками. Насколько я могу судить, кругозор его интересов настолько широк, что если он так же гениален и в других областях, то… думаю даже Проф ему уступает. — Ты забываешь, что умных очень трудно контролировать, — учитель хитро прищурился, ожидая правильного ответа от любимого ученика. — Но, если его правильно заинтересовать (мотивировать), допустим, шантажировать расправой над братьями… — Хм, хорошо, принимается, — довольный ответом Шреддер, еще раз окинул хозяйским взглядом, мечущегося по камере мутанта и перевел взгляд на другого, тихо сидящего и испуганно сжавшегося в углу. — Это Майки, Микеланджело. Играет в семье роль этакого вечного, всеми опекаемого ребенка, темпераментен, коммуникабелен даже слишком. Больше всех страдает от жизни в изоляции. Наивен, легко внушаем. Думаю, если дать ему правильное окружение, он легко войдет в клан. Как воин-ниндзя он весьма неплох. — Ну, хорошо, — в последний раз окинув снисходительным взглядом сжавшегося подростка, Ороку Саки перевел взгляд на следующий экран. Контраст между поведением братьев был значителен. Спокойные размеренные движения тренированного тела, внимательный взгляд, изучающий обстановку. Кошачья грация, как насмешка в теле черепахоподобного монстра. — Гр-р… Лидер. — прорычал Демиан, досадливо морщась, — Леонардо, мать его… О, прошу прощения Мастер. — Я так понимаю, — приподняв тонкую бровь и обозначив улыбку уголком рта в знак прощения за несдержанность воспитанника, — именно он доставил тебе больше всего проблем? — Да, учитель, — нахмурился Демиан, — Умен, не гений конечно, но по житейски проницателен. Лучший воин в семье, не считая конечно крыса, воспитан им как лидер команды, поэтому тактике и стратегии боя обучен. Мог бы стать лучшим приобретением для клана, если бы не был таким идеалистом. — Настолько все серьезно? Демиан вздохнул, заметив жадные искры в темных глазах Шреддера, не хотелось расстраивать мастера, но… — Лучший ученик Сплинтера, не только как воин, но и по духу, — ответил он с сарказмом, явно кого-то пародируя, — пацифизм в худшем его проявлении, когда дают в руки остро заточенные клинки, и начинают вещать об ответственности за чужие жизни, которые мы ни боже мой не имеем право отнять. Еще этот кодекс Бусидо, честь война, и тому подобная чепуха… Разошедшийся от злости подросток, не заметил веселый прищур раскосых глаз японца. Тем временем пленник на экране, закончив изучать помещение на уровне лица, перешел к осмотру потолка, в поисках чего-то, известного только ему. Когда взгляд мутанта остановился на замаскированной камере видеонаблюдения, его губы изогнулись, как-бы произнося пару слов. Шреддер странно дернулся и еще пристальней всмотрелся в экран, в то время как мутант же уже отвернулся от, казалось бы, не замеченного устройства. Дем с подозрением уставился на наставника, уже жалея, что не прибил Лидера втихую во время неразберихи вторжения, так как каким-то задним местом чувствовал о приближении проблем. — Я хочу, чтобы Леонардо стал воином клана Фут, — холодный голос, такой же острый и металлический, как и доспехи наставника, вогнали мутанта в дрожь. — Да… конечно, наши специалисты запросто справятся с недостатками воспитания… — Нет, этим мальчиком займешься ты. — Ч-что… Но я же не обучен всяким там техникам, э-э… как там бишь его… психологического воздействия на объект или как там это называется… Сорокалетний мужчина с удивлением для самого себя заметил, что вспышки темпераментного поведения юного воспитанника, доставляют ему неожиданное удовольствие, что можно объяснить только недавним долгим отсутствием того на задании. Легкое сожаление о необходимости постоянно контролировать всех подчиненных, не делая исключений даже для любимцев, заставило Шреддера — одного из главарей американских якудз, скривить губы в легкой снисходительной улыбке. — Демиан, ты хороший воин, один из лучших для своего возраста, но для продвижения по карьерной лестнице внутри клана недостаточно уметь хорошо сражаться. Нужно развивать логику, терпение, и изучать методы, как ты сам уже сказал, психологического воздействия на противника, — жестом остановив пытающегося было возразить мутанта, Саки продолжил, — я вижу, ты хочешь сказать, что использовал все названное выше, выполняя задание, возможно так оно и есть. Но… скажи мне, какую награду ты у меня попросил? — Ну, помимо премии, — парень задумался, чувствуя подвох, — я просил разрешения купить байк. — Хорошо, но зачем он тебе? — Ну, как же, на мотоцикле ката…ются, вот черт! — пораженный догадкой мутант, успел подумать о том, почему мастер не указал на его ошибку сразу, еще месяц назад, то ли для лучшего усвоения урока, то ли ему на фиг не надо выпускать мутанта на улицы. Господи! Да об этом ему еще Лео, пару дней назад, в пору их, так называемой попытки подружиться, когда они откровенничали на тему своей мечты, высказал сомнения в разумности гонять на байке по городу, будучи мутантом. — Но, мастер, я решил, что это само собой… — Вот видишь, Демиан, ты не учел, как твоя просьба выглядит для твоего наставника и командира, который несет ответственность не только за твою жизнь, но и за безопасность всего клана. Наша организация не может подвергаться угрозе, только из-за капризов одного члена. Но… — мастер сделал вид что задумался, — если, ты выполнишь новое задание, возможно это заставит тебя больше ценить награду, и ты проявишь больше ответственности, имея данную привилегию.