My girl forever 2: NEBULA

Вот они и вновь на корабле. Море тихо покачивало Жемчужину на волнах, попутный утренний ветер шуршал в парусине над головами, соленый воздух бил в нос, непривычный после ароматов диких джунглей. Качка сегодня невероятно приятная и нежная. И Энджи, полночи не сомкнувшая глаз под впечатлением о недавнем приключении на острове аборигенов, которые оказались древними людьми, теперь спала почти до самого полудня. И даже подъем ворчливого Джека, проснувшегося с рассветом от грохота незакрепленных склянок, не смог вывести её из царства снов. Но Анжелика действительно была погружена в него гораздо глубже, чем способен кто-либо из простых смертных. Хотя и матросам, судя по дежурным рассказам, русалочки снились нередко. — Не была уверена, что у меня выйдет связаться с тобой. — сквозь толщу воды и грёзы голос Энджи звучал глухо и далеко. — Повезло, что я была в том же меридиане. — уже такое знакомое лицо Сирены и её нежные, хоть и холодные мокрые руки смогли успокоить пиратку после того, как она выговорилась о недавнем своей чуткой подруге из морского царства. — Я думала, ты теперь будешь жить с Филиппом в той деревне и ожидать рождения дочки. — Тич робко и с интересом таки бросила взгляд на уже заметный животик русалки. Удивительно видеть морскую нимфу в таком чудесном положении и гадать, каким же будет прекрасное дитя двух народов? — Ещё немного осталось помочь стае. — поразмыслив, чуть пожала хрупкими плечами Сирена, обернувшись будто бы на волшебные энергетические импульсы своих сестер. И выпустила из рук пальчики Анжелики. — Найти для моего народа безопасное место. Отец сейчас не в лучшем расположении духа, ты знаешь… Пиратка с задумчивым видом закусила губу как в детстве, когда пыталась что-то затеять. И решила, что хочет знать больше и даже достойна этого потребовать. На свой страх и риск. — Расскажи, как было на самом деле? Что творилось в отношениях богов и стихийных покровителей во времена первой войны и откуда эта цепь? — пересказывая встречу с Ай-Канаками девушка надеялась услышать что-то от русалки, которая была потомком нимфы, что увлекла своими чарами сына вождя. Сирена сперва замолчала, серьезно выслушав её вопрос. На бледном лице морской девы не читалась ни покорность, ни враждебный дух. Какое у неё отношение к стóронам того древнего противостояния? Пауза нагнетала и Энджи даже на секунду показалось, что Сирена начала исчезать и будто бы всплывать выше из царства сна или пространства, где они пересекались подсознаниями. Но русалка лишь качнула головой, отгоняя от лица черные длинные волосы. И серьезно заговорила. Будто всё же рассмотрела достаточное рвение, желание и готовность в лице этой женщины к тому, чтобы услышать истину. — Когда Зевс впервые приревновал людей к брату, богу водной стихии, Тритон узнал об этом, о его планах отнять у него силу и убить. — по её тону и выражению лица было видно — вражда и смерти ни в каких проявлениях не принимаются ею за благородство и демонстрацию силы или власти. И тех, кто идёт против справедливости, она презирает. — Но на самом деле об этом ему рассказала Сильфида. — Сирена не транслировала никакой оценки происходящего своей интонацией. — Ослеплённый ненавистью отец убил главного бога Олимпа, но положил конец войне, согласившись на равное положение в пантеоне оставшихся Огня и Земли, которые с рождения своего были на стороне людей. Анжелика перефразировала эту историю и линии отношений божеств в своей голове для лучшего усвоения и после паузы нахмурилась, не услышав ничего про атрибуты, которые она хотя бы уж точно видит своими глазами. — А цепь? Сирена опустила глаза, вспоминая детали разлада в царстве повелителей стихий. — Сначала Сильфида сама пыталась сковать Зевса, но он сбросил её цепь, метнув с небес на землю в далёкие и забытые миром людей края. Тот остров, как ты говоришь. Потому что Зевс был непобедим и невосприимчив к оружиям-атрибутам стихий. Затем жестоко прогнал свою сестру. — нимфа сощурилась, будто бы с трудом и переживаниями восстанавливая в памяти ссоры собственной семьи. — Так она и предала его и остальных, объединилась с Тритоном и подговорила его убить Зевса. Поскольку он мог подобраться ближе всех и сделать это своим Мечом Смерти. Уже на последних словах Анжелика неловко и даже удивлённо улыбнулась, поежившись. — Так говоришь, будто присутствовала при этом. Джек был прав — ни древние люди, рассказавшие им легенду, ни русалка не стояли наравне с пантеоном на Олимпе и не наблюдали великую битву собственными глазами. Поэтому пиратка не стала вникать, кто с кем ссорился, но убедилась в том, что атрибут этот действительно ценность воздушной богини и принадлежит ей. А вместе с тем, наверняка раздражает и Тритона. Теперь, когда сестра против него. Ведь пираты на этот раз могут и не промахнуться, нежели Сильфида в битве с Зевсом… — Теперь Тритон ревнует море к Джеку? — то ли вопросом, то ли утверждением обратилась Тич куда-то в пустоту моря. — Отец ревнует море к людям в их природе. Они загрязняют, грабят, истощают и подчиняют его, насмехаются над его законами и пленят его детей. — Сирена была неотъемлемой частью океана по рождению, поэтому, конечно, стояла на стороне стихии. Но не жестокой воли отца. — Неминуемая участь властителей к своим подданным. — с сочувствием, неким сожалением и тяготой вины за отца взглянула на пиратку нимфа. — Наверное, потому отец и не позволяет нам сходиться со смертными мужчинами и иметь потомство. — Зло порождает новое зло, это не выход. — категорично перебила Анжелика. Сирена ожидала услышать от неё справедливое решение вечной вражды. — Мы положим этому конец. Поверь, пираты как никто иной умеют достучаться до человеческой души, совести и сердца. — и нежно улыбнулась, будто бы смотря в далёкое будущее, где наступила долгожданная гармония. — Все вокруг о вас иного мнения, — с лёгким осуждением русалка чуть отпрянула, напоминая Энджи о пиратской натуре и недоверии тому, что именно они вызвались спасать мир и человечество, которое грабили, пленили и убивали всю жизнь. — Обещаю, я изменю всемирное представление о нашем брате в ближайшие десять лет, я в этом мире планирую надолго задержаться, — в самоуверенности Анжелике не занимать, настрой у неё был боевой и рвения к цели — как у Джека любви к рому. Так её воспитал самый храбрый и неудержимый пират в обеих её жизнях. — Убийство вами монстра-сторожа Долины стало отправной точкой. — Сирена всё пыталась предостеречь Энджи, потому что сама сейчас ввиду положения была чрезмерно опаслива и насторожена даже к подруге, которая вообще-то была пираткой и ещё в недалёком прошлом собиралась пустить её в расход ради слезы и наживы на Источнике Молодости. — Да, и теперь Тритон в панике и ярости ищет нас и на суше, и на море, насылая туман. — с той же тревогой продолжила Анжелика, говоря нимфе о своем беспокойстве за происходящее. — Который потопил уже немало кораблей, Энджи. — голос русалки стал серьезнее некуда, предупреждающим и грозным. — Вода пока скрывает ваши следы и курс, вам воистину везёт. Но это не надолго. — и подняла голову будто бы к поверхности океанских простор, что-то высматривая. Анжелика тоже глянула наверх. — К тому же, когда теперь у вас на борту небесный артефакт — маяк для богов на пороге отчаяния. — предупредила с намеком, кажется, даже сверкнув глазами, темными и большими в воде. — Послушай, будет лучше, если вы сохраните её в морской воде, прямо на корабле, — и кивнула, упорно заверяя, что своим советом желает только лучшего и безопасного Анжелике. — Так она хотя бы покажется богам утонувшей, но они не глупы. Будьте осторожны. — Хорошо. — Энджи услышала предостережение Сирены спрятать и замаскировать божественный атрибут где-то в трюме под ватерлинией, чтобы и Сильфида не почуяла близость своего утерянного артефакта. Они ни на кого не могли положиться и так рисковать единственным оружием в поставленном предупреждении - «Бога может убить только бог». — Не верится, что всё это складывается в новую войну. — вздохнула Тич. — А пираты, зная, что её фактически развязали мы — начали ещё одну войну между морскими законами и человеческой верой. Просто страшный сон. — по плечам побежала волна мурашек. — Что ещё тебе сказала Сильфида? — Сирена смогла уловить в потоке сознания подруги не только опасения по поводу окружающей их атмосферы бойни по всем фронтам. — Хочет, чтобы мы убили Тритона и остановили всё это. Как и он поступил с Зевсом. Всё повторяется, ревность к людям, неравенство стихий, соперничество за необъятную власть… Ну а Огонь и Земля, ты что-нибудь знаешь? — Эндж вдруг задумалась: какое положение в этой вражде теперь занимают остальные стихии? Ведь по словам Сирены, Тритон однажды сам возвел их в равенство пантеона, образовав гармонию четырех элементов. — Тебе лучше не ведать об этом… — молвила морская дева. Её взгляд и холод в голосе… Она определено знала, о чём говорила. — Если и они вступят в войну — ветер будет раздувать огонь, сжигающий землю, а вода в попытках всё это потушить столкнется с ними, превратившись в разрушительное для всех людей цунами. Они пока в шаге от этого хаоса. — Думаю, всё это неспроста. — столько фигур было в этой истории, Энджи четко ощущала, что в отношениях богов происходит нечто очень сложное и тайное. И на поверхность выходят те сила и эмоции, что копились годами. — Кто-то из них явно преследует собственные цели. Боги хитры и непредсказуемы, у каждого своя стратегия и план. Общаться я могу лишь с Сильфидой, но только по её радушному отклику. — Отец намекал тебе во снах, что смилуется над вами, если ты перейдешь на его сторону и отдашь ему свою силу? — русалка словно знала четкие намерения Тритона. — Не знаю. — пиратка не была уверена ни в чем, что касалось магии и стихийных божеств. — Я могу просто не видеть того, что передо мной. И не ощущать его власти, находясь в его владениях. Возможно, все пираты когда-то неосознанно продали душу морскому богу, — вздохнула Тич, будто эти слова были началом ещё одной древней легенды. — Как мой отец за свою магию и управление кораблем… — Будь осторожна, — нимфа стала прощаться и образ её — иссякать и растворяться видением в морской пене. — Всякий раз, касаясь воды, живой или темной, ты можешь усилить его влияние. Не позволяй ему проникнуть в твой разум через неё или твою магию. Проснулась Анжелика быстро, словно резко всплыла с глубины. От этого, распахнув глаза, почувствовала небольшую скованность мышц и ощутимое давление на груди, как под водой. Но так же постепенно пришла в себя и с новыми силами начала своё утро. Надев привычную пиратскую одежду, состоящую из белой рубашки, черного корсета, бридж и сапог, взглянула в зеркало, приводя в порядок волосы. Взгляд её упал на запястье. Этот браслет из трёх русалочьих жемчужинок, олицетворяющих амулет избранной волшебницы воды, какое-то время носил сам Джек. После того, как они уничтожили монстра. Будто бы принял на себя гнев Тритона. Но тогда, перебирая в голове варианты причин, почему в первое брачное утро на него напало водяное щупальце, они с Воробьем решили перестраховаться и капитан вернул магический атрибут возлюбленной. Что, если он тоже мог притягивать на них внимание морского божества и дразнить тем, что русалки и само море фактически признали волшебницу-человека своей повелительницей? Тот день, когда Эндж отстояла права дочерей моря на свободу и очистила их гавань от загрязнений, девушка не забудет никогда. С того самого момента она чувствовала, как магия воды растет в ней и становится подконтрольной. Конечно, благодаря самодисциплине, генам отца, урокам Сирены и связи с её слезой. Сейчас, ещё раз прокручивая в своей голове слова русалки о хитрости богов и их атрибутах, девушка с зарождающимся недоверием к собственной магии и дарам моря всё же решила перестраховаться и снять браслет на время хождения по океанам. Вдруг он теперь приносит беды? Да и собственной власти над водой она все ещё побаивалась… Сирена предупредила о возможном влиянии Тритона через саму воду на её руках. Сильфида ведь тоже следит за ней. Узоры на ладони пиратки просматривались меж линий на коже. А на другой руке бледнел порез от ножа Сильвера, нанесенный в день создания нового Кодекса… Жемчужинки остались в шкатулке, а пиратка напоследок заплела небрежную косу и перекинула через плечо ремень со шпагой. И тут откуда-то с верхней палубы раздался предупреждающий сигнальный крик. — Капитан за бортом!

***

Вода начача бурлить и качать корабль. Мелкие пузыри подле кормы сбивались в большие и огромные, а взрываясь они расшатывали судно с одного борта на другой. Подняться наверх из каюты для девушки уже было опасным испытанием. От летающих снастей, бочек с водой и мешков с припасами приходилось уворачиваться набегу. Вылетев на верхнюю палубу, Анжелика тут же свесилась за борт, куда все, кто был в силах стоять, смотрели и тыкали пальцем. До спасательного каната, летающего над головами достать до сих пор не удавалось. Тело Джека всплыло звездой неподалеку от Жемчужины и выглядело безжизненно пугающе. Энджи не могла больше ждать и, стараясь не упасть прямо под киль в бурлящие волны, сбросила саблю и прыгнула как можно дальше за борт. Наверняка пират не удержал равновесия как и многие барахтающиеся по палубе и лестницам и, упав в море, ударился головой либо об воду, либо об сам киль. Чудо, что его отнесло подальше и не затянуло под корабль самим течением. В таком случае капитана бы они лишились точно… В этом хаосе и панике ничего не слыша, не понимая и не видя от брызг Тич, наглотавшись моря сполна, всё же добралась до Джека и их обоих чудом вытащили на борт. Снова Тритон почти завладел их жизнями. Море чуть было не стало их убийцей и их же могилой. Когда оба пирата оказались на корабле, бурление быстро будто бы ушло на дно, но лёгкая качка на поверхности осталась, словно судно оказалось над проснувшимся подводным вулканом. — Дыхания нет! — голос Боба разнёсся по палубе роковым раскатом молнии. Мимо оцепеневшей от страха мокрой до нитки Анжелики промчался высокий Рэндж и тут же рухнул на колени перед капитаном. Спасатели из них были не блестящие, но основы первой помощи утопающему они знали на отлично. Взвалив Джека грудью на своё колено Рэндж чуть не переломал его пополам, но воду из лёгких вроде бы выплеснул. Пират издал протяжный хрип и отмахнулся от громилы рукой, словно чуя, что тот собирается делать ему искусственное дыхание. Только тогда Анжелика смогла вернуть осознание реальности и вовремя увернуться от внезапно выскочившего из моря водяного щупальца. — Что за дьявол?! И сразу же инстинктивно схватилась за шпагу. — Уносите его! — приказала она громко сквозь брызги и грохот. И, доверившись команде, вступила в бой со своей стихией, отравленной местью Морского Бога… И вновь на них напала вода. Снова эти щупальца, водяные змеи, лапы, щупальца невидимого монстра. В попытках отбиться Анжелика с каждым ударом сквозь воду и брызги понимала: клинки против мощной живой стихи — ничто. Разъярённые щупальца словно имели глаза и хитрость — они загоняли матросов в тупики и с мощью дикого зверя врезались в них, нанося смертельный удар. Ловкие пираты не всегда могли увернуться или обмануть стихию. Клинки рассекали воду, лишь укорачивая щупальца и отнимая силы у сражавшихся. — Миледи! — Скрам уже тоже промокший насквозь пытался дозваться до девушки, не в силах больше парировать нападения воды. — Кажись, пора использовать вашу силу! Очередная водозмея сбила Анжелику с ног. Девушка успела выставить руки перед собой и выронила бесполезную в этом неравном бою саблю. — Угомони их, Энджи! — кричал ещё кто-то из пиратов. Но Тич, в очередной раз поднявшись на ноги, всё равно ощущала невероятную слабость и беззащитность перед такой бушующей стихией. Один на один. Всегда, стоя у штурвала, она чувствовала мощь корабля, свою капитанскую уверенность, пусть и не настолько опытную, как у Джека или ее отца. Но сейчас вся ответственность мира будто бы свалилась ей на плечи. И задавила. От удара потока крушащих всё вокруг брызг испанка не удержалась и вновь упала прямо около лестницы. Та будто бы вела вниз прямо на дно. Дно её силы, личности, самооценки и к признанию собственной пустоты внутри по части магии. Сражаться этими способами она не умела и никогда не пыталась. Сейчас она только научилась понимать этого необузданного водного зверя, чувствовать сознание, настроение и даже мышление моря. И иногда укрощать и повелевать его стихией. Но подчинить эту магию, превратить в оружие, заставить себя защищать, признать своей второй богиней… От этого она была ещё очень далека. И Анжелика всегда знала, что внутри боится этого и никогда не пропустит волшебную сущность воды через свою душу и разум. Чертыхнувшись и мгновенно скрывшись за перилами от следующей атаки тонкого, но будто бы хитрого щупальца, пиратка ловко спрыгнула на ступени вниз и ринулась через темный проход к своей каюте. — Парни, сомкнуть ряды! Не отступаем! — Гиббс принял на себя командование пиратами и приободрил их в пылу сражения. — Не дайте им сломать штурвал и мачты! Разбивайте! Какие мотивы и мысли руководили Анжеликой в эти секунды — она не знала. Но страх и инстинкт самосохранения гулом подняли в её голове одну лишь мысль о единственном спасении. Девушка ворвалась в каюту, где над приходящим в сознание Джеком столпились боцманы. Быстро открыла шкатулку и, путаясь в онемевших пальцах, судорожно натянула на руку браслет с волшебным жемчугом русалок. И ринулась к капитану. Ещё бледный и такой же мокрый Воробей едва приподнял веки и словно к ангелу протянул к жене руку. Но Анжелика резко вынула из ножен на его поясе тяжёлый длинный клинок. Свою саблю она потеряла в схватке, но для неё это была не просто замена. Глубоко в душе её маленький внутренний ребенок, та смелая, помешанная на кумире-капитане девочка, знала, что в этом оружии уже есть непобедимая сила мужа, которая ей поможет и защитит. Так она будет чувствовать его поддержку. Силу и уверенность его рук, укрощающих корабль в шторм за штурвалом. Его характер, не подчиняющийся никаким законам, ни природы, ни волшебства. И это вселило в нее новую порцию бешеной энергии и веры в самоконтроль и победу над своей стихией. — Энджи! Ты нас спасёшь? — с надеждой и пацанским восхищением в глазах обратились к горячо любимой бойкой миледи товарищи. — Спасу, — крепко и быстро сжав протянутую ей слабую смуглую руку Воробья, пиратка бросилась обратно на верхнюю палубу. Вернулась и с перепугу начала рубить всех ещё извивающихся переливами воды змей на своем ходу. Знатно её перетряхнуло… — Лева руля резко, уходим отсюда! — скомандовала девушка, с трудом крутанув штурвал. Матросы в спешке перетянули канаты и развернули боковые паруса. Жемчужина поддалась попутному ветру и мощно ушла влево, срезав собственным бортом всех вставших по ту сторону водяных шипящих бестий. Щупальца рухнули как неживые. И всё быстро прекратилось…

***

Отсидевшись пару минут за бочками у штурвала, восстановив бешеное сердцебиение и выронив на пол тяжёлую саблю Воробья, Анжелика постепенно пришла в себя. Насколько вообще себя собой сейчас чувствовала… Боцманы навели порядок на палубе, выплескивая ведрами лишнюю воду за борт. — Еле вырвались, потеряли двоих, — грустный бас Бригса. — Почему ты сразу не направила на них свою силу? — тяжело вздохнул в непонимании хмурый суровый пират. Девушка подняла на него голову и карие глаза, опираясь локтями на колени, как после поединка со львом. — Потому что я не доверяю себе и не умею её контролировать достаточно, чтобы не перебить всё на своем пути. А не только посыльных Тритона, — приняв протянутую руку товарища, Тич поднялась на ноги. — Её стоит использовать только в крайнем случае, — серьезно предупредила его испанка, запрещая винить себя в растерянности и страхе, чем занималась в мыслях сама каждую секунду. — Это он и был! — Гиббс в этом бою здорово потянул спину. — Ты сама видела: оружие против магии — только сама магия, — старика перевязали плотной тканью вокруг пуза и помогли дойти до лестницы. «Убить бога может только бог» — эта фраза эхом разнеслась в голове пиратки, уколом в сердце напомнив наказ Сильфиды и словно обрекая их на абсолютно очевидное поражение в противостоянии Тритону. Эта битва раскрыла им глаза. Всё это просто обречено. Они не боги. Они простые пираты. — Ты же волшебница воды! — попытался не в осудительном, а в подбадривающем тоне обратиться к Анжелике Скрам. — Или ты только на суше ею управляешь? — и понимающе положил руку на плечо, заглядывая в глаза. — Когда рядом нет Тритона и вот этих чертовых.? Красноречие его в контексте обращения к ней ещё больше разозлило Тич. Тем более, он задел самое больное место сейчас и только сильнее надавил. — Я в первую очередь человек. Пиратка, — девушка сжала саблю Джека на поясе. — и ваш капитан! — и, отмахнувшись от руки Скрама, развернулась на мостике к команде, которая от такого тона даже отвлеклась от дел. — Так что не позволю вам обсуждать мои приказы и мои действия! В силе её характера никто из ребят не сомневался, каждый понимал, что ей сейчас тяжело и страшно. — И не советую больше подвергать сомнению мой авторитет на этом судне, — но Эндж показала себя настоящим бойцом и всё же взяла себя в руки, контролируя эмоции по поводу Джека, и теперь совместила в себе двух капитанов сразу. — По местам. За швабры и чтобы палуба была сухой, как на солнцепёке в полдень, — девушка сурово прошлась мимо парней, стараясь не смотреть никому в лицо, и будто бы сбежала от осуждающих косых взглядов и начинающихся недовольных перешептываний. Они будут. Но она не хотела это слышать и ссориться с командой. Сердце рвалось из груди и летело впереди к каюте Воробья. Она невероятно за него переживала. Очередной приказ она отдала людям, уклоняясь от собственной способности просто приказать этим побежденным лужицам с брызгами ретироваться с их корабля и всех труднодоступных щелей. Команда измотана. Но страхом своей стихии Энджи измотана гораздо больше… …Все сегодня пережили невероятный стресс. Команда чуть было не лишилась капитана. В этой внезапной утренней схватке они действительно могли потерять Джека. Море пришло в штиль. Словно перепугалось тона и гнева своей повелительницы. Боб обвел всех глазами и махнул рукой Рефу. — Ты ранен, брат. Парень с сочащейся размытой водой кровью под порванной тканью рубашки на плече всплеснул руками. — Что?! Ранен? — и после тщательного осмотра с видом пса, выискивающего у себя блох, подёргал себя за окровавленный рукав. — Это что, шутка, да?.. И с глупой улыбкой грохнулся в обморок. Первое ранение в его юной наивной чистенькой жизни.

***

Где-то через полчаса бубнежа, жжения свечей, холодных компрессов и поднесений к носу различных запахов, Джека, наконец-то привели в чувства. — О! Воскрес… — со скрипом в кровати тяжело встал с изголовья Билли, уступая место обеспокоенной Эндж. — Джек? Как ты? Внимательные карие глаза с тревогой и нежностью обратились на лицо пирата. Выглядел он довольно здоровым, будто только что хорошо выспался. — Мой ангел, — хрипло прошептал Воробей, проведя пальцами по лицу пиратки. — вы меня спасли. Блаженное лицо капитана вызвало звенящую тишину в каюте и удивлённые выражения лиц команды. — Это я, — девушка настороженно ответно положила руку ему на щеку, напоминая о себе, что она не ангел, которого он видит после смерти, как ему кажется. — Простите, как ваше имя? — совершенно добрым и благородным голосом заговорил капитан, приподняв брови и глядя только на девушку. Та впала в настоящий ступор. — Что это с ним? — забубнили сзади стоящие пираты. — Вроде как память потерял… — Сдурел.

***

Всё время до обеда Джек провел в каюте в разговорах с парнями. Они проверяли, что из своей жизни после удара он теперь помнит и что ещё в его внутреннем компасе «сбилось» окончательно. Энджи решила побыть одна. В таком состоянии он ей не поможет и не поддержит, о нападении лучше ему не знать. И видеть его в слабости и беспамятстве ещё более страшно, чем всматриваться в воду и гадать, с какой стороны будет следующая атака? Девушка ходила по мостику из стороны в сторону. И не понимала, обеденное мясо ли застряло у неё в горле или это эмоции давят изнутри. Все же она просто перепугалась. Дала слабину. Ведь впервые за такое долгое время осталась одна. Когда Джек упал за борт. И её контроль над собой, своей силой и командой на мгновение почти полностью потерялся в таком состоянии. А сила их обоих — есть они вместе. Поэтому такая паника Энджи вполне предсказуема. Никто не знает, что случилось с Воробьем после падения и удара. На вид здоров, но судя по всему, потерял память. Заколдовала ли его эта живая вода? Пират как-то странно слонялся от одной лестницы к другой, будто не узнает свой корабль, словно у него из головы вынули мозги и оставили только рефлексы и бьющееся сердце. Ребята по очереди за ним приглядывали на случае, если он испугается или всё вспомнит. В конце-концов, Тич верила, что всё наладится, когда он придет в норму. И она вернёт прежнюю храбрую себя благодаря его поддержке. Грохот с палубы отвлёк девушку от раздумий. Она тут же надела маску сурового капитана и обернулась. Команда тащила на борт сети после рыбалки. Видно, в этот раз улов хороший. — Поди отсюда, Бобби, — ткнул любопытного брата в красный круглый нос Билл, вытягивая часть сетей с кучей водорослей вместе с остальными. — Вдруг там русалка! — словно молодой юнга нудил рядом младший брат. — Что-то трепыхается, — скривился Билл, сделав паузу, когда масса сетей полностью поднялась над водой. Пираты призадумались, заметив, что связка с живностью. Но с какой — не видно. Поэтому решено было позвать второго капитана. — С ними что-то странное. Поднимать? — нахмуренно взглянул на Анжелику Билл. — Не дай бог это снова слизняки или акулы… — недобро переговаривались остальные из команды. — Нет, сети не порваны, — Тич внимательно осмотрела зелёную массу водорослей над водой. — Поднимайте, — поспешив снова показать свою смелость и решительность, пиратка пренебрегла осторожностью и рискнула поднять на корабль неизвестный выловленный из моря груз. Сети тяжело расплылись в зелёной массе по палубе, ослабив свои путы. Это привлекло внимание Воробья, который на невероятное удивление всех, не лез ни в какие дела, происходящие на корабле. А только наблюдал с видом растерянного мальчика. Теперь же взгляд его в сторону сгустка поменялся, стал мрачнее и подозрительнее. Будто он чуял что-то нехорошее… И не спешил подходить. Водоросли быстро распространились по всему кораблю. — Так, ребята. Давайте, разгребаем, — подстать решительности пиратки Бригс скомандовал приступить к работе. Атмосфера стала несколько напряжённой. Солнце скрылось за облаками… Энджи подняла голову и машинально положила руку на саблю. Пираты молча работали, разбирая руками и клинками спутанные водоросли, сор и кораллы. Анжелика отошла на расстояние, тоже почуяв неладное, чтобы лучше контролировать обзор на рарассредоточившийся по палубе «улов». Постепенно очертания того объекта, который, очевидно, и составлял основную массу и опасность груза, стали хорошо различимы. Нечто похожее на стопку гигантских колес вдруг издало тихое затаившееся шипение и сквозь водоросли распахнулись два ярко-жёлтых больших глаза на огромной пятнистой скользкой голове. — Змей! — испуганно отрывисто крикнул Бригс, ринувшись убегать, но запутался в сети, застрявшей в пряжках его сапог. Тварь не заметила упавшего прямо под носом пирата и кинулась вперёд в самую многочисленную массу из трёх матросов. — Это морская змея, все назад, она ядовита! — Энджи мгновенно выхватила шпагу и громко предупредила всех об опасности этого гиганта. Джек где-то там в тени было ринулся на помощь, но осекся: шага на поясе отсутствовала. И замешкавшись, капитан был снесён напуганными матросами в сторону спуска на нижнюю палубу. Треугольная голова этой пятнистой темно-зеленой твари уже была с половину девушки, а вблизи — казалась ужасным монстром из кошмаров. Тело твари развернулось и заняло чуть ли не всю площадь палубы. И при этом, змея была очень быстрой и изворотливой, проворно и ловко кидалась на матросов, подтягивая хвост и меня позиции относительно сторон корабля. Клинки она просто гнула своими клыками, выбивала из рук ударами хвоста или уворачивалась, бросаясь в ноги. Как сражаться с неземным чудищем морских глубин? — Энджи, используй силу! — настойчиво приказывал Бригс, отгоняя тварь от мачт. Пиратка забежала на мостик и оценила обстановку. Монстр, казалось, пугал её даже меньше, чем водяные щупальца. Он — более привычное препятствие и враг, которого она может победить. Она в себе уверена. — Использую, — Тич была настроена доказать, что её сила есть и в мастерстве сражения. Ничуть не мощнее, чем магия волшебницы, которую девушка не хотела использовать часто, тем более, посреди океана. Анжелика спрыгнула вниз, перемахнув через лестницу, и сразу показала, что это с ней должна сражаться морская тварь. Заявила, что может потягаться с ней в ловкости и хитрости. И древняя могучая титанобоа, растопырив черно-зелёные словно шипы чешуйки, приняла этот вызов. Змея загоняля её как зверька, совершая молниеносные броски. Но больше крушила только прибранные снасти после утреннего боя с водой. Команда попряталась под лестницы и с удивлением наблюдала за этим смертельно-опасным и напряжённым танцем с само́й изящной смертью… Воробей, наконец, выбрался на палубу уже с отобранным у кого-то клинком и храбро заголосил отважным рыцарем. — Миледи! Я вас спасу! И совершенно безбашенно кинулся на толстый хвост твари. Пираты приободрились и браво заголосили — сражение ведут два самых опытных и грозных фехтовальщика среди всех пиратов. Змее осталось недолго. Энджи не ожидала, что её самоотверженной схватке кто-то помешает. Кажется, Джек пришел в себя — удары он наносил точно и дерзко, уже залив доски палубы холодной липкой кровью твари. Это немного сбило и смутило Тич. У неё была четкая стратегия и тактика загона этой дьявольской нечисти. Но капитан позволил сделать супруге небольшую передышку и взять оружие покрепче. — Ха-а! — кичился своими успехами Воробей в несвойской манере. Уловчился отрубить змее кончик хвоста, за что та с громким яростным шипением одним мощным ударом тела отшвырнула его, засмотревшегося на пиратку, в кучу бочек под главную лестницу. Словно игрушку. Анжелика воспользовалась тем, что тварь отвлеклась на назойливого глупого безумца, нашарила рукой нож за поясом сзади и метнула его остриём прямо в круглый жёлтый глаз. И, не медля ни секунды, поднырнула под присмыкающуюся в агонии боли голову, и нанесла иссекающий яремные вены под челюстью роковой удар. Пронзительный визг чудовища, который испугал всех до седых волос, совершенно никто не ожидал. Но слепая и загнанная утомительным боем раненая титанобоа скрутилась в последние пару витков в хвосте, содрогнулась предсмертной волной, затихая, и, смиренно сложив голову на середину палубы, в тихой дрожи испустила дух. Глаза монстра медленно затянула серая тонкая пленка. Повисшую тишину нарушило звонкое падение клинка из рук пиратки без сил. Девушка перевела дыхание, сделала пару шагов к ближайшему опрокинутому ящику и опустилась на него. И небрежно уставшая и суровая облокотила руки на широко расставленные колени. — …В суп её, — приказала парням безжалостно и победно. Но ещё несколько секунд не отводила глаз от бездыханной головы монстра из глубин. Воробей к этому моменту выпутался из снастей в углу и уставился на супругу. — Хей, Роки? — вдруг окликнула паренька из команды Анжелика. — К вашим услугам, капитан, — матрос сделал шаг вперёд. — Как думаешь, из её шкуры выйдет отличная жилетка для меня? — с кокетливым и даже боевым намеком пиратка глянула на мастера кожаных изделий их команды. — Будет исполнено. — с радостью и азартом кивнул Рок, принявшись командовать разделкой этого здоровенного трофея. Камбуз временно пришлось перенести на верхнюю палубу и теперь отдраивать её от кишок и прочих внутренностей поверженного чудовища. — Я влюблен! — Джек снова странно заголосил, схватившись руками за сердце и встав на пути пиратки. — Да брось, — девушка пнула сапогом обмякший хвост змеи. — страхолюдина. — В вас! — объявил мужчина совсем как-то болезненно благородно и даже упал на колени перед ней. В этот момент Анжелике даже показалось, что у него изменилось выражение лица, прическа, одежда. Стал похож на одного из добродетельных вельмож с бала Жозефины или одного из простаков-фермеров из Испании, которые привозили в монастырь еду и флиртовали с молодыми послушницами. Поэтому, почувствовав себя совершенно неловко словно перед чужим ухажером, девушка предложила самое лучшее и проверенное лекарство, которое любого сделает собой. — Не хочешь выпить?

***

Наконец-то, спокойствие. Команда верила, что это единственный монстр в округе, который разогнал всех, и после его повержения впереди у них открытое и тихое море. Как же она была рада. Что доказала себе и всем, что сильна и без магии. Энджи улыбнулась себе в зеркале каюты, переводя дыхание. Руки дрожали от напряжения битвы, но всё позади. Теперь только отмечать. Покосившись на небольшое корытце с морской водой в углу помещения, где хранились та самая цепь богов и жемчуг русалки, девушка выпрямилась. Теперь она чувствовала себя достаточно сильной духом, да и физически, несмотря на усталость. Попытка протянуть руку в энергетическом приказе подняться тоненькой струе воды сразу же отозвалась послушным движением стихи. У Анжелики легко вышло вновь взять свой дар под контроль. Всё было в норме. А сбилось, вероятно, из-за перехода меридианов или вообще из-за того змея, хозяина здешних вод. Все взаимосвязано. Её магия растет вместе с ростом её веры в себя и свою силу пиратки. Эндж была этим довольна. И горда собой. Что касалось Джека — вернуть его в колею поможет хорошая старая добрая гулянка. На которой расслабиться и как следует повеселиться не помешает и самой испанке. Утром она, возможно, переборщила со строгостью, и теперь хотела напомнить команде, что она их верная соратница, умеющая куражить получше и погромче самых известных бродяг. Команде на пользу такое сближение, место празднику на пиратском судне посреди войны богов и человечества, найдется всегда. Для начала пиратка переоделась. Поверх бордовой нарядной рубашки с открытым декольте затянула маленький корсет-пояс, подчеркнув талию, а в качестве элемента платья подобрала ажурную черную пышную юбку, короткую спереди и длинную сзади. В похожем наряде она короновала маленькую принцессу Жозефину в свои пятнадцать лет. Тогда Пираты впервые увидели в ней потенциал лидера. Дополнили образ многочисленные золотые звенящие украшения — все подарены членами команды и украдены в недавних приключениях. Теперь любимице бродяг не хватало только яркого макияжа. Энджи села за свой столик перед зеркалом и зажгла пару дополнительных свечек. Нашла старые краски для лица, которые были любимой «игрушкой» юности и валялись вместе с книгами на дне сундука. И оживила косметическим маслом их текстуру. Лиловый пигмент плотным и ярким слоем вкусного ягодного цвета лег на мягкие губы Анжелики и был небрежно красиво растерт по контуру большим пальцем. Лёгкой розовой вуалью соблазнительно подчеркнул румянец щек. Дальше в ход пошла щёточка с углем и водой, творящими чудеса с её ресницами, а уголки глаз были обведены черными тенями подобно разрезу кошачьих глаз. Копну вьющихся длинных волос Энджи перекинула на одну сторону и вернула утренний объем с помощью гребня. Пиратка впервые за долгое время получила настоящее удовольствие от преображения своего внешнего вида в зеркале. И этим образом точно сможет расшевелить Джека.

***

Ром из запасов, хмельное пиво и вино из погреба сегодня лились рекой. Деревянные кружки стукались, гремели медные чаши. На нижней палубе около камбуза Пираты организовали настоящий кабак. Байки передавались по устам, шутки и слухи разлетались в воздухе, смех доносился из каждого темного уголка. Две части одной команды — старички и новенькие крепко сплотились. — Ну а как украли сердце у Дейви Джонса, тоже не помнишь? — ударил по столу кулаком один из матросов. Все они пытались выудить хоть какие-то воспоминания из разбойной жизни капитана, потерявшего память и самого себя. — Право, нет, а кто этот бедняга? — хмурился тот, по виду ничего не понимая и слушая эти истории, как сказки. — И зачем мне его сердце? А кружка Воробья то и дело наполнялась доверху. — Бывший хозяин морских глубин, властитель душ сгинувших в пучине, настоящий морской дьявол! — пугали боцманы. — Его сердце было ключом к свободе пленников и власти на проклятом летучем Голландце. — А про наше путешествие на край света тоже запамятовал? — матёрый на приключения Бром подал голос. — Как переворачивали корабль в первый раз. — Бросьте вы, это невозможно. Вы, стало быть, совсем пьяны, друзья мои, — отмахивался неверящий в росказни Джек. — Как и я прилично… — видок у него был действительно как у перебравшего мальчишки в своё алкогольное посвящение. Но пил капитан как раньше, не отказываясь. — Ну а малышку… Помнишь, как воспитывал? — когда Бригс задал этот вопрос, все пираты замерли, не смея даже сделать глотка, сосредоточенно глядя на кэпа. Тот помолчал, не понимая, чего от него ждут, и сбивчиво заикнулся. — Какую… малышку? У меня нет детей, это я точно помню, — и сделал добротный глоток рома. — Это мы уже подтвердить не можем… — переглянулись матросы. В этот момент «малышка», тоже уже тронутая лёгким поцелуем вин, легко вплыла в беседу, встав на скамейку за спинами боцманов с графином в руке. — Энджи, милая, во имя семи морей, он ни ч-черта не помнит! — жалобно и одновременно гневно обратился к ней утомленный рассказами Гиббс, подав руку веселой пиратке. Но пиратка предпочла принципиально опереться другой рукой о плечо мужа. — Боже правый, сеньорита, вы совсем захмелели, — обеспокоенно и чуть осудительно обратился к ней капитан. — Проводить вас до вашей каюты? Анжелика бросила на него разочарованный взгляд и изогнула бровь. — Моя каюта на этом судне везде, — заявила властно девушка и дерзко поставила одну ногу на стол между кружек матросов. — О, Господи, боже, ваши юбки… — Джек, увидев оголенный участок её колена, чуть было не упал назад себя. — Боюсь, я невольно лицезрел несколько больше, чем мне положено. — Вот это он сильно придурел, конечно… — Может, ром испортился? — переговаривались наблюдающие метаморфозу капитана матросы. — Друзья, я не слышу ваших песен! — раскинула руки Тич. — Хэ-эй! — браво поддержали хозяйку вечера члены команды. — Час поздний, миледи… — Воробей всё робко мяукал, прося девушку успокоиться. — Не волнуйся, соседей не потревожим! — залился разбойническим смехом Бром. Скрам ответственно взялся за мандолину. Наблюдать этот разгульный образ жизни капитан больше не мог, поэтому вновь обратил растерянные карие глаза на пиратку. Та, стоя над ним в полумраке лампадок и свечей, словно богиня всех неземных удовольствий, вина и веселья, без слов строго указала пальцем с крупным перстнем на кружку с ромом. Очарованный её смелостью и красотой, Джек всё же неуверенно выпил содержимое, причем, с таким лицом, будто это какой-то яд, от которого он потеряет голову в прямом смысле. Улыбнувшись уголком губ, довольная послушанием всегда дерзкого и неуправляемого супруга, Тич протянула ему руку, зазывая в танец прямо к себе на стол. Очень настойчиво крутя коленом перед его смущенным до ужаса лицом. Да что с ним в конце-концов такое? Играть так долго не мог даже шут вроде него. Энджи свободно положила руки в золотых браслетах ему на шею и скрестила в запястьях, уверенно и без какого-либо смущения закинув ногу ему на бедро. И не почувствовав ответного обхвата, нахмурилась. — В чём дело? Забыл, как двигаться? Остолбеневший от такого па, пират выпучил глаза, будто с него стянули штаны на публике. — Да нет, с подвижностью всё в порядке как раз, — но всё же кое-как приобнял даму чуть выше талии и наклонился над ней, удерживая параллельно столу в такт танго. — Только вот, миледи, боюсь, танец слишком откровенный для нас двоих, — и едва разогнулся обратно, все ещё пытаясь покорно следовать движениям и кружиться вместе с ней. — Танец складывался под нас двоих, — изогнула бровь уверенная испанка. — Чтобы стать столь близким к вам, мне стоило для начала вызволить вас из башни, сразиться с драконом, исколесить полземли в поисках! Чтобы получить один заветный поцелуй. Так вдохновлено он говорил только о своей Жемчужине и роме. — Ну, можно сказать, ты это и так сделал. Забрал меня с плена острова, обошел целый океан и сразился с морским монстром, причем, не одним. Но Воробей искренне не верил ни одному её слову и смотрел в глаза, пытаясь отыскать в них правду, будто действительно не он совершил все эти подвиги. — Вы меня, должно быть, с кем-то спутали, прекрасная сеньорита, — они остановились, когда музыка стихла и снова зазвучал хохот и грохот кружек и скамей. — Где сейчас этот безумец?.. Его ли вы полюбили за все эти деяния? Энджи не верила своим ушам. И в какой-то момент мгновенно отпрянула назад на самый край стола. Это не Джек. Что-то случилось. После того падения. Что, если это Тритон в его теле…? Пробрался на корабль и пудрит всем мозги, оговаривая от их пути? Что, если Джек погиб, а его тело забрала чья-то душа из потока мертвых, восставших со дна во время того бурления? Потому что это совершенно точно был не он…

***

Дверь в каюту удивительно спокойно приоткрылась и внутрь заглянул мужчина. Это был Джек, которого в тени свечей испанка не сразу узнала. — Да? — машинально отозвалась она, сначала решив, что кто-то из матросов зовет её. Тич была занята снятием украшений с шеи и ушей перед своим зеркалом. — Разрешите нарушить ваш покой, миледи? — даже голос его звучал уже незнакомо. Без доли его эмоций, его интонации, его намеков, настроения, веселья, обращения к ней. И этот вопрос не был похож на обычную шуточку и кривлянье Воробья. Что за благородный лорд в него вселился? — Войдите… То есть, — сбилась даже она. Этот день и его новое поведение почти что заставили её проверить, что это другой человек… — Мой ангел, опьянение не позволяет мне забыть ваши воинственные порывы и красоту сражения, — Джек, будто бы всё ещё играя на какой-то потешной сцене, ровной походкой прошагал к ней. — Вы — дама моего сердца, — и попытался жарко обнять, как настоящий испанец. Поборол-таки свою наигранную скромность. Весь этот образ романтичного рыцаря и подобные комплименты были красивыми и необычными, но обстоятельства их пробуждения в нём очень настораживали пиратку. И когда Джек посмотрел на неё совершенно новым не своим взглядом и молча потянулся за поцелуем, сомнения, верность и гордость Энджи взяли верх над взаимным супружеским чувством. Анжелика в последний момент шарахнулась назад, высвободившись из его совсем ненастойчивых, а нежных рук. — Ну уж нет, дорогой. Никаких объятий, — едва смогла правдоподобно сыграть категоричность и непреступность пиратка. — Пока не выясним, что с тобой и ты ли это вообще. И всё же. Это не её Джек. И она не позволит ему, как и любому чужому человеку, прикасаться к себе и ухаживать. Что, если это трюк? И Воробья захватило море, когда он упал? Что, если это Тритон руководит им через… Остатки воды в голове? Тич не знала, что и думать… Джек застыл в одной позе, наблюдая за ней и выслушивая. Вообще не двигался и не показывал никаких эмоций. Чем ввел в ступор и её. И изрядно напугал… Затем отмер. И в какой-то момент Анжелика даже заметила его прежнюю чертовщину в опущенных глазах, и шумно и протяжно выдохнул. Будто бы так сбросил весь тот образ с себя, сдулся, возвращаясь в прежний характер. — Знаешь, — капитан сделал шаг к ней. — Не каждый мужчина всегда может быть уверен… — проговаривал он интригующе и загадочно, подступая все ближе к ней. — В верности своей любимой, — и в какой-то момент этот мрачный незнакомец легонько и игриво хлопнул кончиком пальца ей по носу. — Что?.. — Анжелика даже не сразу поняла, что это была шутка. Хотя ведь и думала так изначально, всё это время, упрямо отвергая подмену супруга. А сам Джек чуть скривился и потёр грудину, куда пару часов назад ему хорошо прилетело от жены. — Знаешь, цыпа, — Воробей потряс побрякушками на руке. — У тебя всегда был просто ужасный, сильный, до нельзя тяжёлый удар, как для женщины, — пожаловался капитан, пока девушка в шоке молчала с открытым ртом и эмоцией недоумения на лице. — Ну и что мне с тобой делать? Он снова вел себя привычно. Будто ничего и не произошло. — Да, да, я знаю — не нарываться. Но мне ужасно нравится тебя злить и ещё всякие штучки делать… — заигрывающе покрутил пальцами Воробей, словно перед ним маленькая безобидная Энджи. — ТЫ ПРЕТВОРЯЛСЯ! — испанка, наконец, всё поняла и выплеснула на него всё недоумение и раздражительность, накопившиеся за этот день. — Зато теперь я знаю, за что именно ты меня полюбила, — принялся паясничать пират, гордясь тем, что обхитрил всех. — Не за то, что я дьявольски красив и умён, прекрасно фехтую и… Спасал тебе жизнь не один раз, от всяких драконов… ну и все это самое… — мужчина явно пытался флиртовать с супругой, по которой тоже соскучился, несмотря на удовольствие от этой игры. — Тогда догадайся, за что я тебя сейчас схвачу и это самое оторву! — злилась она всегда слишком мило и забавно для него. Хотя в глазах сверкнула в свою очередь неузнанная им непредсказуемая опасность. — А-а-а, нет! — сразу же направил клинок на страшную в гневе испанку пират, сам шарахнувшись назад к двери. Энджи запыхтела и отвернулась, мечась по каюте в раздражительности, чтобы он не попал под горячую руку и не получил ещё. — Какое-никакое а разнообразие в наших отношениях, согласись? — ещё раз подчеркнул свою гениальную идею и театральную игру капитан, убирая шпагу на пояс. — Ну а мне было с кого срисовать образ — милашка Уилл Тернер. Жаль, вы с ним не знакомы. Хотя теперь, считай, заочно, — и сдавленно захохотал, довольный собой. Тич обернулась с мстительным выражаем лица и резко брызнула в него струёй воды из чаши с цепью. Это маленькое щупальце окатило его с ног до головы тучей мелких капель. — Твое счастье, что я не управляю металлами… — От них я хотя бы могу отбиться, — дунул в усы пират, моргая. — Очень смешно, — если он об утреннем бое со стихией — то зря напомнил ей о больном. — И вообще, я сразу поняла, что память ты не терял, — испанка упрямо отказывалась верить в то, что его «проверочка» всё же удалась и она сама дала ему ту реакцию, что он и хотел. Пиратка скрестила руки и выставила бедро, наклонив голову, глядя на капитана сквозь челку. — Не шутить про свою «подвижность» ты не в состоянии, кого бы ты не изображал. Да и с первой попытки правильно открыл нашу дверь, которая единственная на корабле открывается не в ту сторону, что остальные. Хитрый лис. Но она хитрее. Пусть думает, что это она его провела. Обманула его, сказав правду. Они оба — рыбаки что надо.