Кровавая жажда в Тибетских горах

      Наступило утро, и девушка не собиралась вставать. Холодных воздух заставлял ее закутаться еще сильнее в тот материал, которым ее прикрыл монах. Сейчас этот мужчина до сих пор был увлечен готовкой, своим последним блюдом, которое им будет суждено ответидать вместе. Девушка открыла глаза, улавливая запахи завтрака, но взгляд ее сфокусировался на небольшом блюдце рядом, от которого веяло запахом железа, там снова была кровь. Закутанная в одеяло фея подняла свое тело, и потянулась дрожащей рукой к заветной чаше, и быстро поглотила всю жидкость, которая в ней была. Монах не оборачивался, но услышал, что его гостья проснулась, он продолжил готовить еду, как ни в чем не бывало.       Девушка переползла ближе к костру, который наполнял теплом остывшую за ночь пещеру, и не спускала с него глаз, словно завороженная еще одним лакомством. Но уже тем, которое невозможно поглотить.       – Значит последняя трапеза и в путь? – спросила она.       – Да. Мы пойдем короткой дорогой, так что много с собой брать не будем. Когда ты окажешься там, дальше ты сама по себе. И тебе придется самой решать свою проблему с жаждой.       – Что-нибудь придумаю.       – Там есть одна Вань Гуй. Она, как и ты, искала возвышения над своей темной частью души, и даже смогла побороть свою жажду крови. Думаю, тебе будет полезно с ней пообщаться.       – Значит так и сделаю. – кивнула девушка.

***

      Завтрак был готов и уже подошел к концу. Парочка без лишних слов направилась прочь из пещеры, но вместо стандартного пути наверх, они прошли к какому-то ритуальному месту. Несколько камней были расположены в круге, и засыпаны снегом. Из-за этого же снега даже нельзя было прочесть, что на них было написано. Монах достал красную шелковую ленту и повязал один конец на свою кисть, а другой на кисть Шень. Но та видела истину – сокрытый Трод, в этом месте, которое так близко проходи с Грезой. Но Трод не ведет в Грезу, он ведет наверх… монах ступил в воздух, прямо по этому Троду и будто испарился. Лента, которую он вел за собой, потянула и девушку за ним, и внутри. В безобразном обилии всех бесконечных цветов, где влияние Лета и безудержного волшебства было так высоко, было впервые тепло. Тела идущих менялись под этим натиском и ускорялись, переходя из одной формы бытия в другое, пока она наконец не достигли выхода.       Безобразные сияющие воды, которые не удушали, они были той самой изначальной магией, из которой они воссоздали свои тела. И этот процесс был не самым приятным, но вот они здесь, в темной пещере, освещаемой лишь этой радужной водой. Выход был один, из которого уже бежал со скоростью большей, чем скорость ветра другой монах, довольно молодой, но увидев своего собрата, он остановился.       – Цэрин, это вы... Ваш визит оказался неожиданным, и он почтителен для меня       – И тебе привет, брат. – кивнул другой монах, сматывая красную ленту обратно. – Я привел новую ученицу, она Шень, что пытается ужиться с темной стороной своей души. Если быть точным Сянь.       – О! Я испытываю восхищение, что в этой жизни мне довелось встреться с кем-то из святых духов. – поклонился новоприбывший перед девушкой.       – Не надо тут передо мной кланяться. Я не заслуживаю этого. – заявила она.       – Думаю, дальше вы разберетесь со всем сами. Мне нужно закончить свои медитации. – сказал Цэрин, разворачиваясь и уходя обратно в волшебные воды.       – Прошу прощения, я не смогу вам тут все показать, я несу стражу Узла, так что вам придется самой разбираться тут. Но это часть обучения. – сказал мальчишка, когда тот растворился в водоеме       – Хорошо. – кивнула девушка и направилась на выход.       Прохладный воздух обдул ее тело, но он не был столь холоден, как был на лестнице, тут он был более спокоен. На улицах между различными строениями, немного напоминающими те, что она видела в землях восточнее, совсем не было снега. Фея посмотрела наверх, на тучи, которые скрывают солнце с той стороны. Снег шел, но загадочным образом огибал территорию внутри монастыря. Этим утром редкие выбритые послушники куда-то неспешно следовали, и девушка решила последовать за ними. Своим видом она привлекла взгляды некоторых мужчин, за которыми следовала, но они попросту не позволили себе любоваться подобным, так что все внимание быстро сошло на нет.       Когда все оказались под крышей, люди, называющие себя братьями и сестрами, уселись в позы лотоса для медитации. Ши составила им компанию и так же приступила к медитации, только вот никто не объяснил, что делать. Помещение было заполнено дурманящими ароматами, открывающими границы восприятия, будто все эти люди смогли краем-глаза заметить Грезу. Ее хаотичная энергия, пропущенная через призму их затуманенных душ, трансформировалась в очень странный Гламур, от него веяло спокойствием, сдержанностью и верой. Прибывая в такой ауре, она так же присоединилась к их потоку, но призма ее души была чистой и стеклянной, разве что, немного темноватой. Энергетический поток, который пролегал тут, прошел через нее с большей силой, чем через всех остальных, она возвысилась над всеми, и даже не заметила, как тихонечко начала левитировать.       И ей было знакомо это чувство. Но то были другие монахи. В свое время она разорила ни одно христианское святилище, освобождая магические места из под власти смертных расточителей, этой энергией она призывала изначальную мощь надвигающейся осени для того, что бы нести смерть. И жизнь гасла в тех краях. Животные умирали, посевы гнили, а ее дом торжествовал на руинах мертвых деревень, демонстрируя немногим, оставшимся в живых, смертным свое превосходство. А теперь все иначе, это она расточитель в их святом месте, и эта энергия, пропущенная через темноту ее души… Она отравляет тут все. Фея открыла свои глаза, чувствуя себя сильнее чем прежде, и благо, никто из послушников не заметил этого маленького злодеяния. Она тихо встала и поспешила покинуть это место, пока она случайно не сделала еще хуже.       Но не успела она этого сделать, как вдруг услышала человеческие вздохи, вздохи воинов, удары двух деревянных палок друг об друга, сопровождающиеся этими самыми звуками. Сянь последовала туда, во двор, где тренировались уже более опытные служители. Облаченные лишь в брюки, демонстрируя свое крепкое телосложение, с громкими звуками они наносили удары, друг по другу и парировали их. Эта битва не могла не заинтересовать девушку, на ее лице появилась азартная улыбка, она прошла дальше, избавляясь от этого теплого кимоно, оставаясь в прежних легкий одеяниях.       – Можно мне? – Заявила она.       В ответ ей пришло множество взглядов, но они не стали осуждать тонкую девушку или насмехаться над ней. Один из сражающихся поклонился перед своим партнером и освободил боевой круг.       – Может мне посвежее кого-нибудь? Я слишком опытный боец? – Спросила она снова, но уже входя в центр круга, и беря в руки деревянный шест.       – Уверенности тебе не занимать, но можешь не беспокоиться – я никогда не устаю. – заявил ее противник.       – Чудно. И еще кое-что, сама Греза мне помогает в бою. Можешь не стесняться использовать свою магию. – сказала она напоследок перед тем, как впасть в свое исступление.       Ши не услышала ответа на свою речь, вместо этого, в ушах повис редкий звук барабана – биение ее собственного сердца. Монах встал в боевую стойку, но делал он это достаточно быстро, что бы она смогла совершить рывок. И первый ее удар был с легкостью парирован, и даже больше – весьма быстро последовала контратака другой стороной посоха, на что она в свою очередь так же успела отреагировать. Мужчина сделал быстрый шаг назад, совершая колющий выпад вперед, но девушка отвела его вверх своим посохом, тот подпрыгнул, взмывая над землей, создавая огромную тяжесть на ее оружие, из-за чего пришлось его бросить. Он уже был готов нанести удар в воздухе, но она сделала кувырок вперед, схватившись за палку, и с разворота ударила в спину приземляющегося бойца. Он показал нечеловеческую гибкость, и отодвинул словно змея свои позвонки в сторону от удара, создавая достаточную силу для поворота вокруг своего шеста, он быстро принял вновь боевую стойку, выдолбив пару камушков из земли, которые полетели в сторону феи, но каждый из них она отбила поворотом своего посоха, и продолжая им вертеть, она приближалась к своему оппоненту, используя игру света и тени для создания устрашающих образов, но он даже не шелохнулся. Одним ударом сверху, он остановил ее вращение, и их палки скрестились, оба мигом поспешили ударить другими концами, но лишь скрестили свое оружие вновь. Одним сильным толчком, монах заставил хрупкую девушку ступить шаг назад, а сам с резким разворотом вокруг оси начал свой удар, однако удар Ши пришелся по нему быстрее.       Это означало победу, очередной трофей в виде головы противника, поэтому она сделала по своему лежачему противнику еще один удар, точный удар в лоб, чтобы вырубить его. Но его ей попросту не дали сделать другие бойцы, они схватили ее, и что-то говорили, и она смогла распознать эти слова.       – Хватит на этом, победа твоя.       – Да… – пришла в себя девушка и тихо произнесла, – Победа моя…       И вновь разочарованная в себе, отбросив палку, на сей раз она точно пошла на выход. Минуя медитирующих, минуя двери постройки, она снова оказалась на улице. Расправив плечи, вдохнув морозный воздух полной грудью, она пошла дальше, куда ее завлекут ноги. Следующей ее находкой стала медитирующая монахиня, бритая на лысо. Она зависла в воздухе над каменным алтарем. Фея чувствовала, что разумом она блуждает где-то в ином месте, и подтверждение этому появилось сразу, эта же девушка подошла к ней со спины.       – Привет, Сянь, заинтересовалась чем-то? – произнесла полупрозрачная девушка.       – Можно и так сказать. – произнесла другая, не сводя завороженный взгляд с медитирующего тела. – Не знаю даже, что меня привлекло больше.       – Да, я чувствую, что твои потоки Ян активировались сильнее. – провела призрачная дама рукой по телу феи.       – И что это значит?       – Значит, что ты испытываешь чувства живого человека… Так странно… В тебе очень много энергии Инь.       – Чувства не-живого человека?       – Не совсем, но излишек этой энергии превращает тебя в ледяную статую. – объяснила монахиня.       – Иронично.       – Закономерно.       – Ты знаешь меня? – с подозрением спросила Ши       – Очень маловероятно. – Ответила ей девушка и тут же перевела тему. – Не желаешь присоединиться к медитации? Обменяемся энергиями, восстановим энергетический баланс.       – Спасибо за предложение. – произнесла та, еле сдерживая улыбку, – Но моя энергия тебя попросту убьет, или сделает рабыней. Мне улыбается второе предложение, но не думаю, что тебя оно устроит.       – Это действительно так… Жаль… – с грустью в голосе произнесла она и поклонилась на прощание, – В таком случае удачи тебе в твоем пути, Сянь.       – Знала бы я еще, куда идти. – обернулась Ши и готова уже была идти дальше, но в след ей была высказана очередная мудрая мысль.       – Где бы ты не оказалась, это именно тот путь, по которому ты идешь.       Дальше на пути у феи оказался запах еды. Какие-то овощи тушили в большом здании неподалеку, она проследовала на этот запах, и оказалась в просторном зале с кучей ковров, но запах шел из конкретной комнаты, в которой все это и варили. Изначальная энергия Грезы наполнила эту комнату, и ее использовали… для приготовления пищи. В большом котле отваривали рис, отдельно отваривали овощи красного цвета, что лишний раз напомнило ей о голоде. Другие монахи в огромном чайнике заваривали какой-то чай, и все как один бубнили одну мантру, которая заставляла колокольчики вокруг колыхаться и очень тихо звенеть. Один из монахов-поваров заметил девушку, и не прерывая свою мантру увел ее из кухни, а потом дал ей пощечину.       – Тебя не учили, не находится там, где тебя не просили? – Ровным голосом поучал он.       – Я… – растерялась девушка, она не ожидала этого удара, обычно время замирает в такие моменты, но не сейчас... – Извините.       – Это просто слова. Возьми тряпку и наведи тут чистоту лучше. И что бы я тебя больше не видел на кухне.       – Хорошо, а где тряпка?       – Сама найдешь где-нибудь.       – Хорошо, значит я могу тебя порубить и вытереть пол твоей тряпкой. – тихо произнесла Ши       – Успокой свой гнев и займись чем-нибудь полезным – произнес тот на прощание и исчез в другой комнате.       И конечно, ей хотелось его порубить на кусочки, каждый из которых употребить в пищу, но она слишком обязана этому месту, она принялась обыскивать все, пока не нашла тряпку и ведро, но отдельным испытанием стал поиск воды. У нее ушло длительное время на поиск, пока она не нашла ручей, из которого уже один из совсем юных неофитов набирал воду для стирки. Мальчик обратил на девушку внимание и засмотрелся больше, чем следовало. И пока она набирала воду, она заметила этот изучающий взгляд.       – Продолжишь на меня так пялиться, не посмотрю на то, что ты в оруженосцы годишься. – тихо пригрозила она, кивая на свой Тати.       – Прости… – сказал юный монах и отвел свой взгляд.       – Значит я не одна в таком ущербном положении?       – Это воспитывает волю.       – Волю воспитывают тренировки и битвы, но никак не работа прислуги, это работа слуг. – высказалась девушка и задумалась в слух. – У меня были слуги, всю грязную работу делали за меня.       – Тогда в этом вся проблема. Ты заранее ставишь себя выше этого, ожидая что не придется со всем этим возиться. Я тебе даже завидую. – произнес мальчик.       – Завидуешь чему? – удивленно спросила фея.       – У меня никогда не было слуг, и воспитан уже так, чтобы ничего не ждать, моя воля сильна, но я не могу ее испытать. А тебе предстоит настоящее испытание, перешагнуть через себя. Это закаляет сильнее.       – Ерунда какая-то.       – Думай об этом что хочешь, но ты извлечешь из этого большую выгоду, чем я.       Не придавая его словам значения, она ушла прочь, оставляя юнца наедине со стиркой, ее ведро уже заполнилось. И затем Ши предстояло то, чем она никогда не занималась – уборка. Вот только она не успела, монахи пришли на утреннее приятие пищи, за что получила грозный взгляд того самого мужчины, который заставил ее работать. Он подозвал ее к себе.       – Уберешься, когда наши братья и сестры закончат с обедом. – объяснил тихо он. Какой-либо реакции не последовало, фея уже всей своей сущностью ненавидела этого мужчину, но страх того, что ее прогонят отсюда после ее глупого поступка, оказался сильнее. И она не стала его обезглавливать, по крайней мере пока.       Ей пришлось дожидаться, пока последний монах не покинет этого места, и она наконец принялась за ужасную работу. Она видела множество раз, как это делают другие, но практика оказалась сложнее. Прошло около двух часов прежде чем зал блистал. За это время он вновь наполнился приятными запахами, и она понадеялась, что может и она сможет тут отобедать на этот раз. Вот только… Ее слуги убирались постоянно, после каждого визита, и она понимала, что всю работу придется повторить… Но ее телу нужна была еда… И кровь.       Настало время очередной трапезы, и Ши удалось выцепить для себя порцию еды, она отобедала в углу, в дали от всех, желая спрятаться от чужого взора и для большей неприметности окружила себя тенями, на которые постояльцы побаивались смотреть. И по завершению трапезы… Все повторилось. Снова тот мужчина приказал ей мыть пол, и ей пришлось смириться, ее предупреждали об этом, и она знала на что шла.       – И мне понадобится твоя кровь. – выставила она условие.       – Твоя уборка — это показатель твоей дисциплины. Ты не должна требовать за нее награду. – заявил ей монах.       – Тогда я ее заберу сама.       – Если ты себя не можешь ограничить, то зачем пытаешься выглядеть дисциплинированной?       – Я ничего не пытаюсь. Это ты меня заставляешь.       – Это ты соглашаешься следовать правилам в этом месте. – объяснил он. – Если это не от чистого сердца, то конечно, веди себя как животное и тебя очень скоро тут не станет.       – Меня очень скоро не станет, когда я не смогу утолить свою жажду. – воспротивилась девушка.       – В таком случае, тебе придется обратиться к Атараси.       – Не знаю, кто это.       – У нее тоже раньше была жажда крови, но она смогла ее побороть.       – Девушка Ван Гуй… – начала вспоминать Сянь, – Но закат еще не скоро.       – Значит у тебя есть достаточно времени, чтобы заняться чем-то полезным. – произнес монах и удалился.       А девушке мало что оставалось. До заката еще был целый день и весь день она вынудила себя посвятить уборке в этом помещении. Работа за еду была оправдана, местные порции очень маленькие, хотя она неоднократно подмечала, что только она тут так часто питается. Это же и приметил тот монах, назвав ее обжорой, но он не стал ей мешать в употреблении пищи. И вот к закату, она уже молниеносно очистила это помещение, и побежала искать вампиршу.       Блуждая по темным улицам, освещаемыми фонариками, своим мистическим взором она покрывала все здания и каждую проходящую фигуру. Ван Гуй – создание Тьмы, и она не сможет не увидеть ее темное отражение в Грезе. Но то, что она увидела, поразило ее. Стройная рыжеволосая японка вышла из небольшого домика, и в Грезе она не создавала ауры тени, но фея могла увидеть хрупкость баланса ее ци, и ее феноменальную стойкость, поддержания этого баланса. Она не дышала, и молча шла, так же, как и Ши, не испытывала внешне никаких эмоций. Она не была похожа на человека, но в то же время не была столь бледна, как выглядели другие Ван Гуй, с которыми Сянь довелось встретиться в этой жизни. Но при всем при этом, загадочный холод исходил от нее, но не губительный, а стойкий, и преисполненный дисциплины и гармонии, которую и искала бывшая Балоритка. Своим ответным взглядом она дала понять, что заметила пораженную фею, но молчала, ожидая ее первых слов.       – Ты Атараси? – произнесла Сянь, еле сдерживая восторг       – Я так себя называю. – кивнула вампирша.       – Мне сказали… – начала фея и сделала паузу, осознавая, что ее путь почти дошел финала, – Что ты смогла побороть свою темную сторону. Научишь меня?       – Я еще не Бодхисатва… – ответила Атараси, но заметив наростояющую печаль девушки, она добавила. – Но думаю, я могу тебе помочь.