Кровавая жажда в Тибетских горах

      Девушки следовали по мрачным улицам, тут уже было практически пусто, только монахи, несущие ночную стражу блуждали тут, выявляя то, о чем лучше не знать. Они вышли на просторную круглую площадь на уступе, которая находилась за пределами стен монастыря. Вновь открылся тот самый вид на унылый зимний пейзаж. Обе наблюдали его и испытывали разные чувства, сокрытые за маской безразличия. Фея наблюдала это и видела Зиму, то, что ее народ принимает за смерть, и это вызывало… печаль. Вампирша же видела отражение своей философии, холодный и безмятежный пейзаж, и это поражало радость или даже гордость.       – Ты с Запада, но ты не Киндзин. Ты Сянь, но ты не похожа на тех, кого я встречала из вас. Кто ты? – произнесла рыжая, не сводя глаз с пейзажа.       – Я Фея, из рода Ши, если быть точной. Подменыш. – ответила другая, так же не уводя свой взгляд.       – Никогда о таких не слышала. Я не разбираюсь в вашей природе, но если тебе больше не к кому идти, то я попробую помочь, но не обещаю, что у меня получится. Начнем с имени, оно у тебя есть?       – Ле’сия, кажется так меня звали. Я очень давно не использую это имя.       – Хорошо, Ле’сия. Ты знакома с Гуй Дзин?       – Те, с которыми я была знакома не похожи на тебя. – произнесла Ши.       – Наверное, мы придерживаемся разных философий. Они определяют не только наш жизненный путь, но и нас самих. Ты знаешь, почему мы существуем? – продолжала вампирша посыпать вопросами фею.       – Нет       – Наши жизни не были благочестивыми, и по какой-то то причине мы получили Второе Дыхание. – начала она. - Если не углубляться в детали, то кто-то из нас решает, что их благословили демоны, и что есть мочи они пытаются отдаваться свое темной стороне, а кто-то, как я, считают, что мир дал нам шанс на искупление. Прожить новую жизнь, достойную жизни человека. Я следую пути Блистательного Журавля, стараюсь быть мудрой и рациональной и не отдаваться своим желаниям, которые мне навязывает демон внутри меня.       – Мне говорили, что у тебя это получилось.       – Если честно, это дается мне с большим трудом, но да. Я возвысилась над той, кем когда-то была. И вот какой вопрос я тебе задам: как думаешь, зачем ты все еще жива?       Ле’сия помедлила с ответом, и задумалась, смотря на огоньки ночных деревень в дали отсюда. Если бы тут была старая она, эта деревня либо бы не горела вовсе, либо горела самым ярким пламенем. Но искупление ей не нужно, глупо надеется, что после этого кто-то ее простит. Путь подменыша был альтернативой нормальной жизнью. Врата Аркадии закрылись прямо перед ней и не сказать, что эта жизнь стала для нее наградой, так что вариант с ее сохранением тоже отпадает. Наказание? Тоже нет. Она смотрела на эти огоньки жизни и жаждала потушить их, принести смерть тем, кто зря пытается выживать под натиском зимы. Даже если учесть, что рядом в такие моменты была сестра, с которой они потом предавались другим грехам на руинах самой жизни, это наказание попросту бессмысленное. Она не была самой губительной среди всех, особо злой тоже, по какому принципу Судьба решила оставить именно ее? И да, ее новый Дом верит в судьбу и в предназначение, но если и у нее есть предназначение, то она еще не узнала его.       Разворошенное прошлое надавило на нее слишком сильно, и свой взор ей пришлось направить на что-то красивое, свою блистательную собеседницу, которая закрыла глаза, и в этой темноте высматривала что-то еще.       – Оракулы дома Скатах говорят, что у всех есть предназначение. – вслух подумала фея. - Возможно, оно так же есть и у меня.       – Так и есть. Мы чем-то похожи. – говорила та. - Так много крови для одной девушки, и так много снега, что бы спрятать ее…       – Зима в моей душе была всегда. Я не бегу от своего прошлого. Просто не хочу его повторения.       – Да, я вижу. Кое-что растопило тебя. Что-то заставило тебя передумать… - Дальше смотрела в прошлое Атараси, хмуря свои брови.       – Хватит с нас прошлого, мы живем в настоящем, и я хочу исправиться.       – Прошлое может стать ключом к пониманию будущего. – разомкнула она свои глаза и взглянула на фею, пересекаясь с ней взглядом.       Та чувствовала эту энергию взгляда, проникающего в суть ее души, и не сопротивлялась этим манипуляциям. Эта сила была достаточно утонченная, чтобы не испытывать от нее дискомфорта, и даже наоборот – получать удовольствие. Удовольствие от внимания к ее персоне. И все-таки, эта вампирша зашла слишком далеко.       – Бессмыслица какая-то. – ответила она после затяжной паузы и отвела свой взор обратно на пропасть.       – Может и так. – согласилась другая девушка и перевела свой взгляд туда же – Когда ты смотришь на это, что ты видишь?       – Вспоминаю все живое. Что я погубила. – сразу ответила другая. – Этот снег, эти люди, которые пытаются выжить. Навеивает неприятными воспоминаниями.       – А что не так со снегом?       – Я не люблю снег, он холодный, колючий, западает за шиворот одежды, а потом она промокает, в нем цветы не могут выжить. И еще при всем этом, он является вестником смерти всего живого, Зимы.       – Снег может быть и приятным. Я в нем вижу отражение себя. Свою стойкость, рационализм, порядок. Холодная дисциплина, то что отделает мыслящую личность от всех остальных существ, и в первую очередь, от демонов, которые обитают внутри наших телесных оболочек.       – Думаю, сам мой демон холоден. Когда я кого-то убиваю, я не чувствую сожаления, не чувствую стыда.       – Этот холод принадлежит не демону, а тебе. Я видела множество якобы хороших людей, но они горели ярче солнца, и хоть и некоторые из них оставались благочестивыми, многие из них отдались своим внутренним демонам. Я веду к тому, что это спокойствие помогает поддерживать самодисциплину. Разве не это удерживает тебя от того, чтобы... – Начала объяснять Атараси, но ее бледноватое лицо покраснело, и она сделал паузу. – Я чувствую твое влечение ко мне. Разве не самодисциплина тебе не позволяет накинуться на меня прямо тут?       – Я… – ее собеседница тоже покраснела и потеряла дар речи на пару секунд, но нашла что ответить. – Я это по-другому называю. Но я не понимаю, причем тут влечение и убийства.       – Демон внутри тебя жаждет не только крови, но и плоти, он похотлив, и все же эту сторону ты удерживаешь.       – Я позволю себе любить кого-то только когда стану нормальной. – заявила Ле’сия.       – Не путай похоть и любовь. Демон не способен любить, только желать. И ты как раз… – снова сделала паузу Атараси, но уже что бы вглядеться снова в душу своей собеседницы. – Да, это обычная мерзкая похоть. Но это не важно. Ты не позволяешь себе предаться этому, пока не изменишься, так?       – Так. – кивнула другая. Она не осмелилась более повернуться в сторону смотрящей в нее девушки, и продолжила смотреть прямо.       – Эта Зима в твоей душе, она твоя добродетель, - продолжила свое учение Атараси, - Она поможет тебе сдерживать свои желания, замуровать своего демона в глыбу льда. Нравится снег тебе или нет, тебе придется его принять.       – Это больно       Вампирша снова отвела свой взгляд в сторону мороза. Ее сердце давно замерзло, и сейчас оно начала таять, она вспомнила, чего ей пришлось лишиться. Этот снег действительно оказывается губительным для природы. Это чуть не заставило ее испытать мгновение уныния.       – Как я и говорила, мне дается это с большим трудом. – грустно начала она. – Я помню, как это тяжело мне давалось, и я тоже по глупости пыталась не испытывать чувств. Сейчас я знаю, что правильно, а что нет, и я поступаюсь правильно. Любить это правильно, но я боюсь, что однажды полюблю кого-то, кто заставит меня желать его. Так что некоторые свои чувства мне пришлось усмирить, но я это делаю ради блага других. Я делаю это, потому что это правильно, и никто кроме меня самой меня за это не вознаградит. Такова добродетель, ты смиряешься со своей болью, со своим страхом, и когда ты это сделаешь, ты возвысишься над собой. Этот путь далеко не каждый может пройти, и я не стану тебя осуждать за то, что ты откажешься.       – Я просто не хочу причинять людям боль. – высказалась Сянь, снова повернувшись к другой девушке. - Это все чего я хочу.       – Ты этого хочешь или ты должна? Кто тебе внушил эту идею? – спросила та и также повернулась.       – Не знаю.       – Я знаю. Разберись в своем прошлом, займись рефлексией, и задай себе вопрос, почему ты решила измениться? Это противоречит твоей природе, но это желание. Ты хочешь угодить? Избежать осуждающих взглядов? Или же ты понимаешь, что должна измениться?       Ле’сия еще раз посмотрела на деревню вдалеке. Раньше она была их разорителем, но теперь должна стать защитником. Возможно, это ее судьба.       – Должна. – уверенно произнесла она, не сводя свой взгляд с огня жизни.       – Хорошо, тогда перейдем к следующему шагу.