Поддельная искренность.

      Бледная гладкая кожа женщины была похожа на снег, она была такой же холодной. Зелёные волосы разбросаны по подушке, к руке, словно паутина, тянется трубка от капельницы, забираясь в вену. Постельное белье пахло порошком, запах мешался с отголосками лекарств, создавая химический аромат, который неприятно щипал ноздри. Изуку шмыгнул носом и посильнее сжал хрупкую ладонь Инко. — Эй, мам… Сутки прошли, просыпайся уже. Хватит спать… Пожалуйста. — разбитым голосом шептал Мидория, целуя руку матери. Больничная палата ему не нравилась, да и больница, в принципе, тоже. Он никогда не любил их. Безразличный персонал, который работал спустя рукава — раздражал. Встретить кого-то более менее по-настоящему искреннего казалось невозможным.        Дверь палаты приоткрылась. — Я могу войти? — прозвучал тихий женский голос. Парень обернулся, обращая свой взгляд на вошедшую девушку. — Скорее женщину. Но выглядит и вправду молодо, а звать её как?  — Изуку прищурился разглядывая имя на бейджике. Джиро Мика. — Джиро?.. Кажется, я где-то уже слышал эту фамилию.  — он привстал, приветствуя её. Та лишь махнув рукой, закачала головой. — Не стоит. — она улыбнулась. Подойдя к койке, она немного настроила капельницу и проверила сколько ещё жидкости. — Я знаю, что это не моё дело, но… — женщина с фиолетовыми волосами мялась, не зная, как лучше задать вопрос. — Супруг… Отец. Ну то есть… — Я понял о чём вы. — Изуку прервал её лепет. — Отец уже давно умер. — спокойно сказал он, убирая со лба матери нефритовую прядку волос. — Но как же вы один… Будуте заботиться о матери? У вас же учёба… Ещё и деньги за пребывание здесь платить нужно… — голос становился тише и тише, Мидория ещё различал, что она шепчет. Громко вздохнув, он ответил ей: — Вам не стоит об этом волноваться. Это и вправду не ваше дело. — холодно ответил Изуку. — Да, думаю вы правы… Я зайду немного позже, чтобы поменять капельницу. — с улыбкой сказала она, но её печальный взгляд блуждал по парню, подмечая такие детали, как синяки под глазами, бледность и небольшая дрожь в руках. Парень кивнул ей, и она ушла. — Ну и зачем я ей нагрубил? Она же просто проявляла беспокойство. — Она права мам… У меня скоро начнётся учёба… Точно! Я же не успел тебе рассказать, мне вчера вечером пришли результаты экзаменов! — с улыбкой говорил Изуку. — Я сдал все предметы на 90+ баллов, я поступил! Можешь гордиться м-мной. — голос предательски дрогнул и изумрудные глаза наполнились влагой. — Можешь гордиться мной. — уже тише повторил он, утыкаясь лбом в руку матери. Солёные слёзы падали на белоснежную простынь, оставляя на ней мокрые пятна. — Не время плакать. Не сейчас.  — шершавые руки прошлись по лицу, стирая слёзы. — Держи себя в руках, Мидория Изуку. Ты сильный. Ты справишься. У тебя всё получится.  — на веснушчатом лице появилась улыбка. — Прости, мам, но сейчас я должен идти. Встретимся завтра, не скучай. — он поцеловал её в щёчку и пошёл к выходу. У поста он вновь столкнулся с той медсестрой. Он виновато улыбнулся ей и попрощался. — Постойте! Мидория… А. Э. — Изуку. — она ведёт себя, как подросток, это выглядит мило. — Мидория Изуку… Изуку, я запомню. Возьмите мой номер, если вам вдруг понадобится помощь, звоните в любое время. — с улыбкой сказала она, протягивая небольшой листочек. — Хорошо… До свидания. — он уже собирался уходить, но добавил. — И спасибо. — Хорошо, что в этом мире до сих пор остались такие добрые люди, как она и Тошинори. А. И тот парень, который пытался помочь маме. Кстати, у меня где-то должен быть его номер. Нужно будет позвонить и поблагодарить его.

***

       Дома было до непривычного тихо и пусто. Но времени снова загоняться не было, поэтому Изуку в спешке начал собираться. — Сначала надо перекусить, взять документы, дойти до участка, написать заявление и позвонить… Так стоп. А где мой телефон? — он похлопал по всем карманам, его нет. Посмотрел в прихожей, и там нет. Мидория пошёл к себе в комнату. Телефон валялся на столе всё с таким же разряженным аккумулятором. Парень вздохнул. — Придётся ждать, пока он зарядиться. — воткнув в мобильный зарядное устройство, он вернулся в кухню. — Ну… Теперь есть время приготовить полноценный обед.        На сковороде в раскаленном масле журчал бекон, по квартире гулял запах жареного мяса. Разбив на сковороду несколько яиц и немного посолив, Изуку полез в холодильник за зеленью. Достав салат, он взял в руки нож. Неуверенные и зажатые движения, выдавали то, что парень явно в этом деле не профи. Нож соскользнул, резанув указательный палец. — Блииин. — проныл он, слизывая кровь.        Ровный порез, из которого маленькой струйкой текла кровь, неприятно пощипывал. Изуку убавил огонь на плите и полез за аптечкой. — Она была где-то здесь… — он залез на стул, открывая верхний шкафчик, но внутри лежал сервиз. — Видимо не здесь. Тогда тут? — проверил шкафчик правее, в котором лежали крупы. — И не здесь. — с досадой сказал Изуку.        Ещё бы чуть-чуть и обед парня безжалостно сгорел, но он вовремя подоспел, выключая огонь. Так и не найдя аптечку, веснушчатый просто промыл палец под холодной водой.        Быстро поев и намыв за собой посуду, он набрал в чайник воды и поставил его кипятиться. — Чтож, пойду пока телефон проверю. Надо ещё окна открыть, а то как-то душно. — сам собой разговаривал Изуку. — Так-с, включаем тебя. — чёрный смартфон мигнул ему экраном и начал включаться. Буквально через минуту, на его телефон посыпались уведомления. — О боже! Сколько пропущенных! И все от Тошинори! Чёрт, я совсем о нём забыл! — вскочил парень в ужасе начиная кричать. Он хватался свободной рукой за свои нефритовые волосы, сжимая их со всей силы, ещё немного и он так облысеет. Широкими нервными шагами он расхаживал по всей квартире. Из головы вылетели все мысли, но тут телефон завибрировал и заиграла знакомая мелодия. Изуку от испуга споткнулся об собственные ноги и упал лицом вниз, еле успевая выставить одну руку вперёд.        Мидория перевернулся на спину. Идеально белый ровный потолок, напомнил о больнице и таких же белых простынях. Парень мотнул головой. — Не время. — он поднял перед собой телефон, на дисплее которого высвечивалось имя его «наставника». Не долго думая, он ответил на вызов. — Изуку? Изуку, мальчик мой, что случилось?! Почему до тебя уже сутки не дозвониться?! Что у тебя произошло?! — голос учителя, переполненный волнением разбудил чувство вины. Где-то в сердце, и так зудящим от боли, заворочались червяки. — Сенсей. Я. — прозвучал хриплый, будто прокуренный голос. На кухне засвистел чайник, не дав ему сказать хоть что-то ещё. Поднявшись с пола и выключив плиту, он вновь попытался сказать. — Я… Какое-то время не смогу посещать тренировки, прошу прощения. — почему я говорю именно это? Разве это сейчас так важно? У меня ведь… У меня мать в кому впала, а я каких-то тренировках говорю. Да что со мной не так?!  — бледные губы плотно сжались. — Мне жаль. — Молчит. Я его обидел? Или разозлил? — Сен… — Тошинори его перебил. — Мидория. — от холодного тона затряслись поджилки. Пластмассовый корпус телефона слегка затрещал. — Вопрос был другим. Я спрашивал тебя не о тренировках. Как я понял, ты дома? — задал риторический вопрос мужчина, тут же продолжая — Я сейчас приеду. — и повесил трубку.        Изуку рухнул прямо на пол, упираясь спиной в холодную стену. — Не время, Изуку. Не время. Ты справишься. Ты должен справиться. Ты сможешь. — как мантру повторял он слова. Картинка реальности перевернулась и погасла. Темнота обступила его со всех сторон, Изуку отключился от этого мира, теряя сознание.

***

 — Темно… Слишком темно. — голос раздавался эхом, отскакивая от стен, которых не существовало. Гробовая тишина, ни единой души, ничего живого, лишь темнота, окутывающая со всех сторон. — Это что вода? — Изуку посмотрел вниз. Ноги были погружены во что-то тёмное и вязкое по щиколотку. Первый шаг дался с трудом, чудом не теряя равновесия, Мидория остался стоять. — Не вода… — он огляделся. Ни земли, ни стен, ничего не было. Только он. -. Здесь есть… Кто-нибудь? — неуверенно спросил он. В ответ была всё та же тишина. Он громко вздохнул и понурил голову. — Что за.? — ноги погрузились в жидкость до середины икр. — Класс. — скептично сказал он, медленно вытаскивая ногу и делая шаг. — На месте оставаться нельзя. Придётся идти… Но куда?        Он шёл, не разбирая дороги, Изуку чувствовал себя… Ужасно. Он будто ослеп и оглох, оказался в месте, где нет ничего живого, но почему-то есть он. Пальцы сжимались до хруста, ноги начинали болеть, от столь долгой ходьбы. Парень шёл с опущенной головой, так он хотя бы видел себя, а не бесконечную темноту. Но впереди что-то вспыхнуло. Белая вспышка ослепили его на долю секунды. А потом заставила бежать. Бежать, срывая дыхание, прилагая неимоверные усилия. Свет уже рядом, совсем близко, лишь протяни руку. Земля под ногами пропадает, летя лицом вниз, Изуку лишь инстинктивно выставляет руки вперёд. Руки резко по локоть погрузились в жижу, одним рывком парень перевернулся на спину. Холодная чёрная масса обвалакивала его одновременно нежно, но в то же время холодно. — Ещё чуть-чуть и умру… Не так я видел свою смерть. — тихо прошептал Изуку смотря вверх. — Деку! Очнись! — громкий голос, словно гром, раздался чуть впереди. Там где был свет. — Деку! Протяни руку! — раздраженный, но столь знакомый голос звучал совсем рядом. Изуку дёрнул правой рукой вверх, надеясь хоть немного её вытащить. Раз попытка, два… Ладонь сжимают твёрдой хваткой. Одним движением его выдергивают из темноты. Твёрдо становясь на ноги, перед ним открывается неподдающаяся объяснению картина.       Красноглазый блондин скалил улыбку, крепко сжимая руку. Непонятный костюм обтягивал весь его торс, на глазах была странная маска. На одной из рук вообще что-то похожее на гранату. Правая рука, которую он держал, была без всего. Но на своей ладони Изуку почувствовал жидкость. В нос ударил запах, до головокружения сладкий запах карамели. — Каччан… — вырвалось изо рта старое прозвище. — Ты пахнешь… Карамелью. — нефритовые глаза оторвались от сцепленных рук, поднимая взгляд в два рубина, что сейчас непонимающе смотрели на него в ответ. Блондин осмотрел его с ног до головы, сильно хмурясь и матерясь. — Ты не тот Деку, которого я ищу. — рука выскользнула, падая, как безвольная верёвка. — Тебе здесь не место. — сильная рука впечаталсь в грудь, резко толкая. Изуку утонул с головой, захлебываясь в чёрной жидкости и теряя воздух.

***