Clown (Клоун)

Питер очнулся в новой для себя обстановке. Непривычно было просыпаться не от очередной оплеухи или вылитого на голову стакана холодной воды. Откинув черный пододеяльник, парень встал с кровати и подошёл к пошлым алым занавескам, желая отодвинуть их в сторону.       — За окном полночь, — послышался смутно знакомый голос из тёмного угла комнаты. — Ты проспал ровно сутки, — мужчина поднялся с кресла, и Питер смог узнать в нём того самого незнакомца из их квартиры. Того самого, что помог ему совершить задуманное. Где-то на задворках сознания маячил страх, но пока ещё Паркер мог подавить его в себе.       — И куда вы меня увезли? — спросил он, усаживаясь на кровать и пытаясь рассмотреть мужчину, идущего к нему. Он был одет в чёрные брюки и такого же цвета приталенную рубашку, расстёгнутую на две верхние пуговицы. В руке вновь неизменная трость с набалдашником в виде орлиной головы, однако в этот раз, он предпочёл держать её за основание, а не опираться, как было в первую их встречу. На лице можно разглядеть несколько глубоких шрамов, рассмотреть которые парень мог только сейчас. У некоторых были неровные края, отчего создавалось впечатление, что получил он их от взрыва какой-нибудь гранаты, чьи осколки «прошлись» по его лицу.       — Не думаю, что у тебя есть право задавать вопросы, — хмыкнул незнакомец, остановившись у стола, на котором стояла лампа, являвшаяся сейчас единственным источником освещения. Только сейчас Питер смог рассмотреть бокал виски, находившийся в другой руке мужчины. Он бы тоже не отказался от чего-нибудь крепкого. Ну или хотя бы от сигареты. Но похлопав себя по карманам и оглядевшись по сторонам, Паркер так и не обнаружил заветной пачки.       — Это ищешь? — брюнет протянул ему пачку красного Marlboro, однако стоило парню потянуться за ней, как он тут же убрал её в карман брюк.       — Эй, — возмущённо протянул Питер, поравнявшись с незнакомцем. — Мистер… — парень на секунду запнулся. — В общем, без разницы как вас там зовут. Отдайте.       — Для тебя пока что мистер Старк, — без всякой заминки представился он. — В узких кругах более известный как Джокер. Очень рад знакомству, — мужчина улыбнулся, хотя, по мнению Питера, это больше походило на хищный оскал. Старк? Тот самый Тони Старк? Владелец сети элитных ночных клубов и нескольких баров в одном лишь Квинсе? Про остальные масштабы его бизнеса Питер мог только гадать. Но… Джокер? Тони Старк что, является тем самым сумасшедшим убийцей, о котором говорили все газеты? Паркеру хватило лишь одной прочитанной статьи о Джокере, чтобы понять, что этот человек, кем бы он не был, просто конченный психопат. Это был довольно-таки нашумевший эпизод и не говорил о нём только ленивый. Тело молодого мужчины прибило к берегу волнами. На его теле медики обнаружили следы побоев и пыток, в числе которых были и несколько ожогов утюгом. Но даже не это поразило общественность. Наибольший ажиотаж вызвала та деталь, что у погибшего отсутствовали глаза, которые, если верить вскрытию, выдавили ещё при жизни. Следствие гадало о том, кто же мог так жестоко расправиться с невзрачным банковским клерком, которым являлся покойный. До тех пор, пока его вдове по почте не прислали фотографии с пытками её мужа, а на дне конверта шокированная женщина обнаружила карту Джокера.       — Видимо, это шокировало тебя сильнее, чем я думал, — беспечно хмыкнул Тони, которого в действительности это вовсе не заботило. Чем быстрее он узнает то, где и с кем оказался, тем быстрее поймёт, как нужно себя вести.       — Вы — конченный садист и убийца, — с ненавистью выплюнул Питер, совершенно не боясь его. Иррационально, но факт.       — Такой же, как и ты, малыш, — Старк снова оскалился, вспоминая, как Паркер истязал Бена. — О, как виртуозно ты расправился со своим любимым дядюшкой, — мужчина театрально приложил ладонь к сердцу. — Признаюсь, давненько не видел такой ненависти к близкому человеку.       — Никакой он мне не близкий! — завопил Питер, толкая Тони в грудь обеими руками и впечатывая его в ближайшую стену. Тот с характерным звуком ударяется спиной о стену, но ничего не предпринимает. На губах расцветает пошлая и довольная ухмылка. — Ты не знаешь того, через что этот ублюдок заставил меня пройти, поэтому заткнись, слышишь, заткнись! — рычит на него Паркер, как вдруг получает не слабый удар в челюсть. Из губы мгновенно начинает идти кровь, но Старк не останавливается и наносит ещё один удар в правую скулу, отчего Питер чуть ли не падает на кровать. Он отшатывается назад, но руки Тони не дают ему отойти далеко. Напротив, мужчина с жадностью и каким-то больным фанатизмом впивается в кровоточащие губы и целует с такой страстью, что кажется, будто его снова ударили. Он поочередно прикусывает то верхнюю, то нижнюю губу Питера, несмотря на его отчаянные попытки оттолкнуть Старка от себя, ведь ему это вовсе не нравится. Ему противно до рвотного рефлекса, но Тони плевать на его чувства и ощущения. Он безудержно слизывает кровь с его губ, а затем вторгается в его рот своим языком, нежно обводя кромки зубов Паркера, но также неожиданно отстраняется от парня и отталкивает его на чёрные хлопковые простыни. Тони видит, что Питер боится. Боится его. Что ж, именно так и должно быть. В глазах подростка плещется дикий страх за себя, за то, что сейчас его изнасилует больной психопат, а затем выбросит в реку, точно также, как и банковского клерка. Но ничего не происходит. Тони всё ещё стоит у его кровати, будто раздумывая, совершить задуманное или уйти. Забрав стакан с прикроватной полки и залпом осушив его, мужчина выбирает второе. Старк не оглядывается, когда покидает его комнату. Просто хлопает дверью, а затем поворачивает ключ в замочной скважине на два оборота. Питер словно просыпается от этого звука. В два прыжка он оказывается около двери и дёргает ручку, но она не поддаётся. Он заперт.       — Боже и во что я влип на этот раз? — обречённо выдыхает Паркер, сползая вниз по двери. Он слышит тяжёлые удаляющиеся шаги по лестнице и чей-то смех в соседних комнатах. Теперь ему действительно страшно. Он потерян и полностью сбит с толку. Что ждёт его дальше в плену психопата? И где гарантии, что он не вернётся вновь?

***

Стив свернул в знакомый ему двор. Двор, где он впервые познакомился с Мэй. Им было, кажется, по шестнадцать, оттого любовь у них вспыхнула мгновенно. Роджерс ухаживал за ней как настоящий джентльмен, стараясь походить в этом на своего отца. Каждый день он дарил своей девушке так полюбившиеся ей ромашки. Сейчас, он принёс их ей на могилу. Узнай Стив раньше о том, с кем жила его бывшая возлюбленная и её племянник, он тут же забрал бы их к себе. Но Мэй упрямо скрывала от бывшего мужа все подробности своей личной жизни, однако встречаться с Питером не запрещала. Тот добрый и открытый мальчик, которым знал его раньше Стив, словно испарился. Вместо улыбчивого и весёлого парня, появился вечно мрачный и отстранённый юноша. Конечно, Роджерс скидывал это на переходный возраст, в надежде, что это пройдёт. Но шли годы, а прежний Питер не возвращался. Однажды, обеспокоенный его странным состоянием, Стив всё же предложил ему сходить к психологу и получил вежливый, но твёрдый отказ. Потом ему предложили работу в Нью-Йорке в одном из популярных научных центров города. Конечно же он согласился, но не забыл о Питере, потому что сердце за него болело, как за родного сына. Возможно, причина была в отсутствии детей у самого Роджерса, возможно в самом Паркере, а может и всё вместе. Так или иначе, он не бросал парня, звоня ему каждые выходные и обещая приехать на следующих. Но приехать, как на зло, не получалось. Однако узнав о смерти Мэй. Роджерс плюнул на дела компании и приехал в родной город. Увидев несколько полицейских машин, стоящих во дворе Паркеров, Стив тут же вышел из машины и направился в знакомую ему квартиру. Картина, увиденная им, повергла его в шок. Светлая и чистая кухня превратилась в запущенную комнату, пригодную для питания тараканов, но никак не людей. Вся квартира напоминала ему притон, нежели помещение для постоянного жилья. Посредине гостиной лежал изувеченный мужчина, вероятно, новый муж Мэй. Он валялся в луже собственной крови, на его бледном лице расцвели огромные синие гематомы, а недалеко от тела валялись выбитые кем-то зубы. «И поделом», — подумалось Стиву, когда медики положили тело в мешок и застегнули его.       — Извините, — голос сержанта вывел мужчину из раздумий. — Извините, сэр, но кем вы приходились покойному?       — К величайшей радости, никем, — ответил Роджерс, повернувшись к полицейскому. — Я бывший муж убитой здесь же Мэй Паркер. К слову, убитой этим… человеком. Назвать его мужчиной у меня не поворачивается язык, уж простите.       — Нет никаких доказательств, что это сделал именно он, — сконфуженно произнёс сержант, уходя от взгляда Стива, но тот и так всё понял. «Ну разумеется, этот урод всех купил», — невесело усмехнулся Стив. За годы жизни в Нью-Йорке, он привык к их доблестной и честной полиции, купить которую, казалось нереальным.       — Сэр, последний вопрос и можете быть свободным, — мужчина полез в карман куртки и достал оттуда фотографию Питера. — Вы не знаете, где может быть этот юноша? Стив отрицательно покачал головой. Он сообщил ему, что ехал сюда с целью забрать Паркера и оказать ему всевозможную поддержку.       — Если вдруг узнаете, где он, сообщите в полицию. Есть вероятность того, что это именно он расправился со своим отчимом, — сухо проинформировал его полицейский, убирая фото назад. — На орудии убийства его отпечатки, — он указал на валявшуюся вдалеке бейсбольную биту, возле которой сидел криминалист и собирал новые мазки.       — Что?! — возмутился Стив. — Питер не мог этого сделать! А отпечатки на бите потому, что мы постоянно играли с ним в бейсбол, когда он был ещё маленьким. Он вполне мог играть и дальше, не только со мной, но и со своими друзьями.       — Увы, соседи сказали, что мальчик был нелюдим и холоден со всеми, а своего отчима и вовсе ненавидел, — мужчина равнодушно пожал плечами и отошёл от Роджерса. В растерянных чувствах Стив покинул дом Паркеров. Подъезжая к своему отелю, блондин всё же сменил маршрут движения и решил набрать номер старого друга, который прочно обосновался в этом городе. Уж он точно должен был что-то слышать или знать про убитого. После третьего гудка, мужчина всё же ответил:       — Роджерс? — на том конце провода послышалась добрая усмешка. — Какими судьбами ты вспомнил мой номер? Неужели решил принять моё предложение о работе?       — Тони, ты неисправим, — Стив улыбнулся. — Но нет, работать стриптизёром у тебя в клубе я точно не намерен.       — Очень жаль. Твой американский зад прекрасно смотрелся бы на подиуме возле пилона, — мужчина рассмеялся, но в следующее мгновение вновь стал серьёзным. — Что-то произошло?       — Да, — признался Роджерс. — Я заеду к тебе в клуб минут через пятнадцать?       — Меня нет на месте, — раздражённо бросил Тони. — Давай лучше вечером встретимся там и поужинаем? Заодно и обсудим то, что так тебя гложет, — предложил он.       — Окей, увидимся позже, — Стив завершил звонок и откинул телефон на пассажирское сидение. До открытия клуба оставалось ещё достаточно времени. Что ж, он вполне может отдохнуть и поспать, восполнив, тем самым, несколько часов перелёта.

***

Тони потянулся на кровати, разминая затёкшие мышцы. Звонок Стива разбудил его, а значит, заснуть больше не представляется возможным. Ночь и так выдалась довольно тяжёлой, поэтому уснуть мужчина смог только под утро, мучаясь от очередного кошмарного сна. Сна, который по-прежнему напоминает ему о ужасном прошлом, где его отец был жив и напивался каждый божий день. Или о тех жалких месяцах, когда Старку приходилось работать в бродяжьем цирке, чтобы заработать на корку хлеба. Он поморщился. Сейчас это всё неважно. Отца больше нет, он сам убил его несколько лет назад. А цирк… Пожалуй, это единственное, что осталось неизменным. Сменились только декорации. Старк встал с кровати и направился в ванную. На раковине всё ещё лежала открытая аптечка, а на полу валялись упаковки от бинтов. Вчера ему повезло и пуля прошла по касательной, однако рисковать больше нельзя. В следующий раз Тони обязательно наденет жилет под рубашку. Встав под тёплый душ, он блаженно закрыл глаза и просто стоял, позволяя воде намочить каждый миллиметр его тела. Ссадина на боку саднила, но боль была если не приятной, то точно отрезвляющей. Ему вспомнился поцелуй в комнате Питера. Тони не знал, зачем забрал его с собой. Безусловно, парень был красив, но он видел и получше, причем намного получше. Может, дело в том, что их судьбы похожи друг на друга? Плевать. Старку просто захотелось забрать его вот и всё. К тому же, у парня всё равно никого не осталось и искать его никто не будет. Пока Тони просто поиграет с ним, потому что Паркер не похож ни на одного человека, которого знал Старк. Интересно, надолго его хватит? Вновь перед глазами стоял его образ. С пухлых губ скатывались капли крови, но не его собственной, а чьей-то чужой. Руки парня в алой жидкости, а в глазах тот же восторг, что и в тот вечер в квартире Бена. Он снова ловит кайф. И Тони не выдерживает. Ему хочется оттрахать его до звёзд в глазах, но вместо этого он обхватывает ладонью член и начинает дрочить. Хватает пары движений и он, шумно выдохнув, кончает. Он наспех обтирает себя полотенцем и, сделав новую повязку, надевает чистую одежду и выходит из комнаты. В гостиной уже ждёт свежеприготовленный легкий салат и чашка крепкого эспрессо, на что Тони удовлетворенно хмыкнул. За семь лет работы с ним Наташа смогла изучить все привычки своего шефа. Она была его правой рукой и одна из тех немногих, с чьим мнением Старк считался.       — Приятного аппетита, Тони, — Стивен прошёл вперед, наливая себе чашку зеленого чая. Доктор Стивен Стрэндж являлся мастером своего дела. Он писал докторские, выпускал пособия о нейрохирургии и был чуть ли не первым хирургом во всём Нью-Йорке. До тех пор, пока не попал в аварию. После того, как его машина упала с обрыва, а сам Стивен переломал себе обе руки, он стал пятым колесом в своей больнице. Ему перестали доверять легчайшие операции, боясь летального исхода пациента. Поэтому, он бросил медицину и ушёл в загул. Там-то его и нашёл Тони. Он предложил Стрэнджу место своего личного лечащего врача. Все, что от него требовалось, это умение хранить секреты. Признаться, это он делал также мастерски, как и справлялся с ранениями Старка. Да, возможно, его руки и дрожали, но он точно знал, что именно нужно сделать в той или иной ситуации. Тони доверял ему свою жизнь, а тот не предавал его доверия уже десять лет и был рядом во всех передрягах своего босса.       — Зачем ты его забрал? — спросил его Стивен, усаживаясь напротив и глядя прямо в глаза.       — Пока не знаю, — карий взгляд Тони столкнулся с холодными серыми глазами Стрэнджа. — Неужто тебе жаль его? — усмехнулся Старк. — Раньше тебя не беспокоили наши «гости».       — Он не похож на остальных, — хмыкнул мужчина. — Как ты правильно заметил, да, прошлые твои постояльцы меня ничуть не волновали. Но он — ещё совсем ребёнок, которому отнюдь не повезло в этой жизни. Так что прошу тебя, как человек, который за всё это время не попросил у тебя ничего, — Стивен серьёзно посмотрел на Тони. — Отпусти его.