Теория. Практика. Экзамен.

29 января Детектив шел размашистым шагом по тротуару. Да, все-таки он погорячился, вылив на Молли раздражение по поводу предстоящей женитьбы своего блоггера. Шерлок тяжело вздохнул. Ватсон медленно, но верно отдалялся от него. И дело было не в Мери, Джон был зрелым человеком, нуждающимся в стабильном заработке, домашнем уюте, любящей женщине. Месяц назад он проговорился, что не против возобновить врачебную практику. «Вот и всё, скоро я останусь один. Есть ещё Молли, но… - мысли холодной сталью пронзили мозг. - Глупая, думает, что я ничего не знаю о женской физиологии! У неё не было менструации все это время пока мы вместе. Но разве отцовство может что-то изменить в моей жизни?» «Молли… Я запутался в ней, в наших отношениях. Совсем ушла в себя, большую часть времени молчит или украдкой плачет. Чего она хочет? Ведь я и так с ней!» - Холмс раздраженно нахмурился. Он тряхнул головой, пытаясь привести в порядок мысли, ведь у него осталось одно незаконченное дело. Раньше зачастую он терял интерес к преступлению, как только оно было раскрыто. Судьба самого преступника его мало интересовала, получил ли тот срок или был освобожден ловким адвокатом. Но дело доктора Ларсона висело грузом на его совести. Шерлок стерпел косые взгляды Лестрейда, недоуменные вопросы Джона для того чтобы это никак не коснулось Молли. Архив психотерапевта был давно уничтожен, от «Солнечного затмения» не осталось даже вывески, казалось, все забыли о чудаке докторе, но его убийца продолжал спокойно жить рядом. «Пора, - подумал Шерлок, - естественно, об аресте не может идти и речи. Я иду просто поговорить». Почему-то вспомнились слова того ублюдка таксиста. Удивительно, убийца открыл дверь, даже не спросив, кто. - Питер Лерман, - детектив разглядывал белобрысого коротко стриженого мужчину, стоящего перед ним в одних трениках, - моё имя Шерлок Холмс, можно пройти внутрь? Они расположились в просторной гостиной пентхауза. «Все-таки отец не зря хотел, чтобы я стал врачом», - Шерлок обвел взглядом помещение. - Цель вашего визита, мистер Холмс, - немного взвинчено сказал Лерман. - Поговорить, - детектив закинул ногу на ногу. - О чем? – В голубых глазах зажглось любопытство. - О смерти доктора Ларсона, Генри Дойна и детектива Хопкинса. - Вы же не арестовывать меня пришли? Нет, нет. Вы один, значит для чего-то другого. Сколько денег вы хотите? – справившись с потрясением, спросил убийца. Детектив презрительно фыркнул: - Я же сказал, что пришел поговорить! - Предположим, пистолет все ещё у меня… - угрожая, сказал Лерман. - Вы не производите впечатления дурака, который может оставить «мокрый» ствол! Вероятно, вы избавились от всего, что могло наводить на убийства. Они долго молчали, вцепившись друг в друга взглядами. Наконец, детектив, нарушив тишину, начал рассказ о торакальном хирурге, который убил несколько человек. Лерман внимательно слушал, лишь изредка подправляя Холмса деталями, которые знал только он. - Что ж, довольно правдоподобно. Но вы ничего не сказали о том убийстве, самом первом, отправной точке, как сказать. - Спринг-Гарденс, - Шерлок сощурился, пытаясь ничем не показать, что только сейчас все встало на свои места, - тогда вы воспользовались резекционной пилой. - Отлично, - лицо убийцы просияло, - если честно, я бы и с другими так поступил, но в Лондоне у меня не было подходящих инструментов. Потом увидел статью о расчлененном трупе в русском квартале и решил, почему бы мне не воспользоваться возможностью запутать полицию? Но не это главное, истина в том, что было в начале. - Cherchez la femme, - медленно произнес детектив. - Да. Женщина. Любили ли вы кого-нибудь так, мистер Холмс, чтобы сердце останавливалось, а в голове не оставалось ни одной разумной мысли? Шерлок напряженно замер в кресле. - Все считают, что мужчина может только брать. Но разве любя мы не отдаем самих себя тем, кто нам дорог? Элен… Я вытащил её из притона, но … Все напрасно. Она стала изменять через год после женитьбы. Хотел наказать, а месть это блюдо, которое подается холодным. Казалось, я всё спланировал, но конечно, жизнь внесла свои коррективы. Её смерть оказалась избавлением, избавлением от меня. Наверно, в действительности я никогда не хотел, чтобы она умерла. Но это случилось. В один миг были потеряны все ориентиры. Иногда мне казалось, что осталось совсем немного до безумия. - И вы стали посещать психотерапевта? - задал вопрос Шерлок, скорее подтверждая свои предположения. - Этот Ларсон оказался Сатаной, у него прямо был дар вытаскивать грязное белье на поверхность. Он провоцировал на откровения. Да и я слажал, разболтал лишнее. Ещё был молодой детектив, который поставил себе целью вывести меня на чистую воду. Нужно было убрать мешающих людей, Дойн всего лишь подвернулся под руку. Сначала я собирался свалить все убийства на доктора. Позвонил ему и назначил встречу в отеле. - Почему он пришел туда, ведь в отличие от остальных он знал, на что вы способны? – внезапно задал вопрос детектив. - Я не знаю, - растерянно ответил мужчина. - Опухоль. Маленькая, но чрезвычайно злокачественная опухоль головного мозга, неоперабельная из-за своей локализации. Пуля, пройдя через мягкие ткани глотки, разнесла затылок доктора в клочья, навсегда избавив его от рака. Не вы были его палачом, Ларсон сам решил умереть. Но напоследок, он все же не смог удержаться и оставил сообщение для полиции. Прощайте, - Шерлок стремительно поднялся. - Что будет со мной дальше? – из глаз убийцы заструились слезы. - В одном вы правы, Лерман, смерть это избавление, – сказал Холмс на прощание. *** Сидя за микроскопом в гостиной на Бейкер-Стрит, детектив слушал газетные отрывки, которые зачитывал Ватсон, чья смена в больнице начиналась только через 3 часа. Джон решил напоследок порадовать детектива, прочитать интересные заголовки, как в старые добрые времена: - Молодой торакальный хирург - Питер Лерман выпрыгнул из балкона своего пентхауза… - Неинтересно, дальше, - прервал своего друга Шерлок. Но это было спустя неделю, а сейчас он шел, чтобы объясниться с Молли. *** Молли вскользь взглянула на результат теста и, сложив листок, спрятала его в карман халата. - Что собираешься делать? – Меган, заварив зеленый чай, протянула ей чашку. - Буду жить дальше, - грустно усмехнулась Хупер. – Я уже написала заявление на увольнение. Соберу вещи и уеду. - Поедешь к родителям? Молли отрицательно покачала головой: - Не хочу возвращаться к ним матерью-одиночкой! Мег, присмотришь за Тоби, пока я не найду новое жилье? - Хорошо, если рыжий толстячок смог ужиться с твоим детективом, то с моим инспектором и подавно. - Меган… - глаза патологоанатома широко распахнулись. - Да, Молли, мы вместе, - девушка смущенно улыбнулась, - я не хотела ничего говорить, пока Грег не подаст на развод. Какая я глупая, ты переживаешь, а я тут со своей любовью. - Я очень рада за тебя, - Хупер обняла подругу, - очень, очень. *** Молли собрала вещи, совершенно не соображая, что кидает в раскрытую сумку. Сердце билось, как раненная птица, всё внутри кричало, что она любит Шерлока и хочет быть с ним! Но девушка понимала, что не переживет отказ Холмса, если он её оттолкнет. Только само ожидание реакции детектива на беременность сводило с ума. Тоби, почуяв неладное, спрятался под кровать, ведь в отличие от своей хозяйки его всё устраивало. «Черт с тобой, заеду Меган и отдам ключи», - Молли схватив сумку, открыла входную дверь. У неё сдали нервы, и она никак не могла попасть ключом в замочную скважину. - Когда ты принимаешь судьбоносные решения, Молли, у тебя дрожат руки, - сказал голос с легкой хрипотцой прямо около уха. Теплые руки развернули её, крепкое мужское тело прижало к двери, но Хупер упорно отводила взгляд. - Между нами нет ничего общего, - еле слышно произнесла девушка. - Так ли это, Молли? – ладонь детектива легла на её живот. - А надолго ли тебя хватит, Шерлок? На семью? Ребенка? – Хупер впилась глазами в такое дорогое лицо, выискивая малейшие признаки сомнения. - Может, пора научиться доверять мне… И дать шанс быть с тобой? – голос Холмса все же дрогнул, когда он произнес эти слова. Но детектив нежно провел по овалу женского лица, мягко касаясь кончиками длинных пальцев. Девушка обняла его за талию. «Пусть так! Я буду стараться, Шерлок. Я всегда буду стараться», - думала Молли, положив голову на плечо любимого мужчины.