Немая надежда на неизбежное

Знаете, что самое страшное в предсмертии? Это незнание, проснешься ли ты. Вдохнешь ли ты еще раз свежий аромат кофе или любого другого любимого напитка. Встретишь ли ты вновь своего любимого человека, хлопнешь его по плечу, скажешь ли ему пару приятных слов и услышишь ли ты его голос. Но что терять Александру? Да ничего. У него нет ничего. С друзьями он отдалился, брат.. перетерпит, не впервой. Но почему-то же он до сих пор дышал и жил, и зачем-то сидел напротив операционной, хотя знал, что та девочка не выжила. Он опять не спас человека, а он ведь так старался..         — Не особо добрый денёк выдался для вас, верно?, — раздался мужской голос сзади и шаги прекратились. Повернув голову назад, он замечает красивого брюнета, что стоял совсем рядом в белоснежном халате. Взгляд его был уставшим, а радужка была словно золотой, но отдалённо напоминал карий. Волосы собраны в небрежный хвост, а в левой руке какие-то бумаги. Вздохнув, парень кивает, и мужчина садится на соседнее сидение. — Кем она для вас являлась?         — Обычной девочкой, что дала мне конфетку.., — Парень достал из кармана пальто суфле, оглядел ее, и открыв съел полностью, опустив взгляд на черные кроссовки врача.         — Мне жаль, но там была уже критическая ситуация. Без шансов. У нее мозг..         — Оставьте подробности при себе, — Сказал Саша, поворачивая голову вбок и видя шагающего к ним его брата.         — Саш, ты в порядке?, — Кирилл, имя брата, склонился над ним и потрепал по пшеничным кудряшкам.         — Да, — только и смог ответить тот.         — Раз уж выдалась возможность.. Саша, это Иван, — Сказал Кирилл, указывая рукой на Ивана. Тот приподнял уголки губ и кивнул.     Что-то глухо отдалось в груди Саши, стоило тому улыбнуться и рассмеяться с шутки брата. Парень не знал, как поговорить с ним, но так этого хотел.. Он ощущал себя глупо, потому что не знал, что говорить. Ему просто вдруг захотелось проводить намного больше времени с тем человеком, что сидел рядом и пил чай в кабинете Кирилла. Скажем так, после долгих отношений с абъюзером, Иван его.. Поразил. Очень. И когда ему пришлось ехать домой с Кириллом, он даже не смог нормально попрощаться с Иваном, потому что все время что-то щемило в груди. По пути домой был сильный ливень, что, в общем то, привычно для жителей Питера. По радио шла популярная на тот момент песня Вики Дайнеко "Дыши", и Саша нашел в этой песне себя. Знакомый с Иваном от силы часа 4, он уже ощущает тот трепет, что ощущал по началу с Ильей, тем самым бывшим абъюзером. Горько выдохнув, тот опирается подбородком о правую ладонь и смотрит в сторону окна. По крыше машины долбили тяжёлые капли ливня, Кирилл переключил с радио на свою флешку, и заиграли песни Майкла Джексона. Так как они кровные англичане, чаще всего в доме звучали именно зарубежные треки, но этот певец засел плотно в сердцах обоих. На губах младшего не вольно вылезла улыбка, когда зазвучали первые ноты песни "Billie Jean", и Саша посмотрел на старшего, что поправил свои белые волосы и усмехнулся только своим темно-синим взором.         — Кирь, сможем купить какао?         — У нас есть дома.          — Я, конечно, понимаю, что я красивый, но не нужно смотреть на меня. Кирилл? Кирилл! Звук разбиваний стекла пульсировал в раненном виске до безумия сильно. Тело парализовало. Оно стало неметь, а глотка не могла выдать даже сипа. Было темно, до ужаса темно, и сквозь шум стекол послышался родной и испуганный голос. Кирилл? Вроде бы. За его плечи что-то хватается и слабо трясёт. Такое ощущение, что его ноги стали отрываться, и мозг залился дымкой.        А дальше была лишь тьма.