Одержимый

- Муза, поторопись! – на одно мгновение остановившись на очередном крутом повороте, Скай вперил в тяжело дышавшую фею разума сосредоточенный взгляд и, великодушно подарив девушке несколько драгоценных секунд форы, вновь бросился вперед. Звук тяжелых ботинок специалиста наполнял свободное пространство бесконечных коридоров Алфеи невесомым эхом. Коротко кивнув в ответ, брюнетка молча подчинилась и, несмотря на усталость, отзывавшуюся болью в мышцах, ускорила свой шаг. Она была слабее Ская. Слабее и гораздо медленнее. Муза нахмурилась, изо всех сил стараясь поспевать за маячившим вдалеке силуэтом принца Эраклиона, ставшим ее путеводной нитью в темноте запутанных коридоров первого этажа. Глаза девушки лихорадочно блестели в полумраке, изредка выхватывая укрытые в сумерках отдельные предметы, однако фея разума едва ли могла сосредоточить на них свое внимание. Словно рыба, выброшенная на берег, Муза жадно хватала ртом холодный вечерний воздух, языками пламени обжигавший ее легкие изнутри. Головокружительное чувство легкости в любой момент грозило перерасти в скорый обморок. Живот то и дело скручивало от нервного напряжения. Не сбавляя скорости, брюнетка обхватила его рукой, наивным движением пытаясь унять неприятное ощущение в желудке. Недостаток физической нагрузки дал о себе знать в самый неподходящий момент. В сложившейся обстановке Муза чувствовала себя скорее балластом, нежели спасительным компасом. Упрямо сосредоточившись на собственном сбивчивом дыхании, девушка не сводила глаз со вздымавшейся в напряжении спины Ская, пытаясь не отстать от него ни на йоту. Один шаг специалиста – два ее. Изнуренная, брюнетка ощущала колкое трепыхание сердца в каждой молекуле тела, однако продолжала упорно двигаться вперед. До кабинета мисс Даулинг оставалось рукой подать, но время, ненадежный союзник, не собиралось оставлять марафонцам ни единого шанса. Перспектива пугала. - Уже близко! – озвучил мысли девушки Скай, и в его рванных интонациях мелькнул скупой отблеск надежды. Муза горько усмехнулась. Еще один небольшой рывок, еще один поворот в хитросплетении школьных коридоров - и они успеют вызволить ее непутевого друга из тщательно продуманной ловушки Беатрикс. В противном случае неприятности Ривена приобретут невиданный доселе размах. Скай, безостановочно прокладывавший им с Музой путь сквозь давившую на нервы темноту, вдруг застыл, словно каменное изваяние, невидимой силой пригвождённый к дощатому полу. Фея разума, не успев вовремя притормозить, вытянула перед собой тонкие руки, на полной скорости врезаясь в нежданную преграду и, словно по инерции, отступила на пару шагов назад в недра мрачного коридора. - Что за? – потирая пострадавшее при столкновении предплечье, пролепетала себе под нос девушка, однако блондин тут же негромко шикнул на нее, не позволив договорить. Фея насупилась, угрюмо сдвинув брови, и попыталась повторить свой короткий вопрос. Не издавая более ни звука, принц Эраклиона едва заметным жестом заставил Музу умолкнуть, указав на что-то впереди. Что-то такое, чего ни Муза, ни Скай еще не видели, однако обостренное за годы тренировок специалиста предчувствие опасности не позволяло им обоим пошевелиться. Время ускользало. Не выдержав, девушка немного подалась вперед, прислушиваясь, пока ее цепкий слух вдруг не выхватил из стылого молчании тихий отзвук приближавшихся к ним со стороны директорского кабинета шагов. За ними последовали голоса их обладателей и, на одно короткое мгновение, звонкий девичий смешок. Муза почувствовала, как ее тело напряглось, окаменев. Перед взором феи разума в тусклом отблеске искусственного освещения Алфеи робко задрожали тени двух незнакомцев, однако их очертания, слишком дерганные, сливавшиеся с вечерним полумраком, едва ли могли дать хоть какую-то подсказку о своих обладателях. Муза нервно сглотнула подступивший к горлу ком, бросив в сторону Ская озадаченный взгляд, однако тот лишь продолжал упрямо сверлить пристальным взором темноту. Голоса бредущих им навстречу полуночных существ становились все громче и громче, постепенно превращаясь в навязчивый неразборчивый рокот. Еще только мгновение. Еще одно короткое мгновение, и с их обладателей спадет вуаль тайны. Муза незаметно вытерла вспотевшие от страха ладони о брюки. Нужно только еще немного подождать. Мгновения растворялись в вечности одно за другим, пока фея разума, дрожавшая от напряжения, продолжала всматриваться в густой полумрак коридоров. Шаги приближались. Голоса их обладателей становились все отчетливее. Долю секунды спустя в тусклом искусственном свете, ослепляя, вспыхнул яркий огненный отблеск. Краем глаза брюнетка успела заметить, как заиграли под формой специалиста его мышцы, как заходили жевалки. Скаю потребовался лишь один короткий миг, чтобы осознать сущность возникших перед ним и его спутницей полуночных существ. Брюнетка нахмурилась, всматриваясь. Помедлив, Муза негромко ахнула, тут же прикрыв рот рукой, когда подсвеченные лиловым сиянием глаза девушки вдруг встретились взглядом с чуть надменным янтарным блеском. Вынырнувшая из полумрака Беатрикс остановилась, заметив внезапное препятствие в нескольких шагах от нее, и почти невесомым жестом преградила путь своему верному стражу. Губ феи воздуха коснулась едкая ухмылка, исказившая ее лицо, превратив миловидные черты в подобие звериного оскала. Глаза Дэйна угрожающе, хищно заблестели в темноте. Разряженный воздух искрился от напряжения. Рыжая бестия медленно переводила чуть насмешливый взгляд с принца Эраклиона на Музу, и обратно, тщательно обдумывая свой дальнейший ход. - Надо же! – театрально вздохнув, томно протянула девушка, притягивая к себе внимание собравшихся. Ее интонации обволакивали присутствовавших, проникая в разум. Гипнотизировали. Пытались подчинить своей воле. В приторно-сладкий голос рыжей бестии, словно живя собственной жизнью, опрометчиво вклинивались нотки плохо скрываемого презрения, - Какое совпадение! – наигранно пропела она, и слова феи воздуха настырно въедались в мысли, - Мы с Дэйном как раз вас вспоминали. На миг оцепеневший, Скай, словно разрывая крепкие оковы манящего голоса Беатрикс, с видимым усилием подался вперед. Из груди специалиста вырвался гулкий утробный звук, от которого по коже Музы пробежались неприятные мурашки. Несмотря на обычно присущее принцу Эраклиона самообладание, брюнетка неожиданно ощутила, как резкий всплеск эмоций парня ледяными волнами захлестнул ее, увлекая за собой, словно цунами. Девушка мотнула головой, стараясь избавиться от внезапного наваждения. Ухмылка Беатрикс становилась все ярче. Стоявший поодаль специалист-первогодка заметно напрягся, и на его шее, в подтверждение переполнявших Дэйна эмоций, угрожающе запульсировала толстая синяя вена. Дэйн напоминал Музе разъяренного пса, готового в любой момент вцепиться своими острыми зубами в глотки недругов. Единственным, что сдерживало его первобытную злость, был короткий поводок обожаемой им хозяйки. - Беатрикс! – фея воздуха выжидающе приподняла бровь и вальяжно скрестила руки на уровне груди, едва ее имя шумным выдохом вырвалось из легких специалиста. Захлебнувшись в злости принца Эраклиона, девушка-эмпат отпрянула в сторону, словно уклоняясь от внезапного выпада. По телу Музы пробежала неприятная дрожь. Легкие, казалось, были заполнены ватой, отчего полноценный вдох казался брюнетке непозволительной роскошью. Фея разума резко мотнула головой, сбрасывая с себя петлей затягивавшиеся на шее отголоски чужих эмоций и сделала глубокий вдох, чувствуя, как начал проясняться разум. Стоявший напротив Дэйн оскалил зубы, готовый бросится в атаку по первому приказу их противницы, однако та медлила, - Во что ты его опять втянула? – гортанно прорычал принц Эраклиона. Беатрикс ненадолго умолкла, умело напустив на свой облик самый задумчивый вид. - Не понимаю, о чем ты, - легким жестом Беатрикс аккуратно поправила выбившуюся из общей симметрии прядь пламенных волос, слегка приподняв в усмешке уголок рта. Ее голос, слишком звонкий для полуночной тишины, звучал настолько невинно, что на один короткий миг Муза даже была готова поверить в искренность слов рыжей. Скай нахмурился, вспыхнув, и его лицо залила пунцовая краска праведного гнева. - Где Ривен, Беатрикс? – звук имени рикошетом отразился от стен, отпечатался в сознании присутствовавших, однако так и не достиг своей цели. Где-то на периферии взгляда мелькнуло стремительное движение. Дэйн озлобленно стиснул руки в кулаки и чуть наклонился вперед, готовясь к молниеносной атаке. Муза слегка прикрыла веки, настраиваясь на разрушавшую первокурсника изнутри бурю эмоций, - почти таких же, какие испытывал Ривен в самом начале их с феей разума знакомства. И причиной этих эмоций была Беатрикс. - Откуда мне знать! - в голос рыжей бестии уже начинали прокрадываться чуть утомленные нотки. В янтарных глазах блеснула сталь, - Он передо мной больше не отчитывается, забыл? – она колко усмехнулась, - По твоей прихоти, кстати. Не ожидавший контратаки, Скай растерянно замолчал, продолжая сверлить стоявшую напротив девушку угрожающим взглядом. Спокойное мерцание янтарных глаз Беатрикс отзывалось в нем жгучей яростью. Бросив в сторону союзника беглый взгляд, Муза вновь внимательно оглядела нахально усмехавшуюся поодаль Беатрикс и сосредоточилась на эмоциях девушки. Рыжей бестии, казалось, не было совершенно никакого дела до очутившейся в самом эпицентре урагана молодой феи. Главной целью феи воздуха, ее основной мишенью стал лучший друг Ривена. А значит, теперь у Музы появился шанс использовать свою силу, и девушка-эмпат не собиралась его упускать. Воздух вокруг вдруг стал плотным и душным, словно перед началом грозовой бури. Рыжая фурия, не произнося более ни звука, скрестила руки на груди, впиваясь в своего оппонента чуть надменным, ехидным взглядом. Замерший на коротком невидимом поводке Дэйн стремился в бой, готовый сорваться по первому приказу Беатрикс. Муза крепко зажмурила глаза, позволяя заполнявшим собой каждую молекулу воздуха чужим эмоциям вторгнуться в свой разум, вытеснив из сознания собственные ощущения и чувства. Они сталкивались друг с другом, на миг смешивались воедино и тут же распадались на тысячу частей, резонировали с мыслями девушки. Звон в ушах становился невыносимым, а в пальцах затаилась редкая дрожь. Чужеродные эмоции переполняли эмпата, пронзали разум тысячами кинжалов. Их было много. Слишком много. Голова болела от напряжения, на лбу выступила едва заметная испарина. Словно сквозь непробиваемую толщу льда до слуха феи разума донесся приторно-сладкий голос Беатрикс, заполнивший собой каждый миллиметр помещения: - Я здесь совершенно не при чем. Голос рыжей бестии едва заметно дрогнул. Слова Беатрикс прозвучали слишком жестко, на долю секунды приподняв с ее лица маску притворного равнодушия, обнажив истинные чувства и мотивы феи воздуха. Муза усмехнулась, заметив брешь в обороне своей противницы. Цепко ухватившись за слова Беатрикс, девушка-эмпат сосредоточилась, настырно пробираясь сквозь наслаивавшиеся друг на друга эмоции присутствовавших людей, лавируя между ними, упорно прорываясь к самой сути стоявшей напротив рыжей. - Врешь, - после долгого молчания голос брюнетки прозвучал надсадно. Собравшиеся резко обернулись в сторону эмпата, словно внезапно вспомнив о ее существовании, отчего лицо девушки залила пунцовая краска. Прокашлявшись, Муза продолжила, ощущая презрительный взгляд Беатрикс на своей персоне каждой клеточкой тела, - Ты врешь, - повторила брюнетка немного увереннее, - И мы все это знаем. Ты хочешь подставить Ривена, - кончиками пальцев фея воздуха дотронулась до виска, словно физически ощутив вторжение эмпата в свой разум. Муза слегка прикрыла веки. Истинные эмоции и помыслы Беатрикс, казалось, были надежно укрыты за высокой каменной стеной, словно бы ограждённой со всех сторон колючей проволокой. Муза неловко усмехнулась – ничто не могло остановить фею разума, - Потому что все твои мысли занимает лишь жажда мести. Тоска. Обида. Ярость. Этими эмоциями ты пытаешься заглушить пустоту в своей душе, однако они лишь расширяют ее, требуя большего, - Муза запнулась. Глаза Беатрикс недобро сверкнули, однако спустя миг взгляд девушки вновь стал абсолютно непроницаемым, - Все это разъедает тебя изнутри. Муза умолкла. Несколько изнурительно долгих секунд рыжая фурия прожигала замершую напротив девушку остекленевшим, презрительным взглядом, будто тщательно обдумывая свой следующий ход. На лице Беатрикс не дрогнул ни один мускул. По коже феи разума пробежала стайка мурашек. Застывшие друг против друга противницы не осмеливались нарушить воцарившееся в одно мгновение молчание, и лишь странное мерное постукивание где-то вдалеке слегка оживляло тишину сумеречных коридоров Алфеи. - Так вот, что значит быть эмпатом, - наконец, изрекла свой вердикт Беатрикс. Лицо рыжей феи неприятно искривилось, до неузнаваемости исказив привычные черты ее лица нескрываемой неприязнью, — Вот только ты ошибаешься, - девушка едко ухмыльнулась, - И кстати, просто к сведению: Мисс Даулинг будет здесь с минуты на минуту, - она затихла, позволяя звучавшему на фоне стуку заполнить собой свободное пространство. Широко распахнув глаза, Муза резко обернулась, узнав во все приближавшемся звуке ровный цокот каблуков директрисы, - Спасти Ривена вы уже не успеете, - Беатрикс равнодушно пожала плечами, - Можете, разве что, попрощаться с ним перед тем, как его исключат из Алфеи. - Черт! – негромко воскликнул Скай, хватая Музу за запястье и увлекая за собой вглубь коридоров, - Прочь с дороги! – грозно бросил он Дэйну, одним взглядом пригвождая растерявшегося подростка к стене под вульгарный смешок Беатрикс. Едва поспевая за специалистом, брюнетка чеканила шаг в сторону кабинета мисс Даулинг, старательно обгоняя преследовавший их с принцем Эраклиона цокот каблуков и стремительно ускользавшие, как вода сквозь пальцы, секунды. *** Едва слышный скрип деревянной двери застал Ривена врасплох, заставив того на миг застыть на месте, внимательно вслушиваясь в проникавшие из внешнего мира сквозь небольшую щель шорохи за спиной. Непроизвольно сжав ладони в кулаки, парень нервно обернулся и медленно обвел придирчивым взглядом просторный кабинет мисс Даулинг, задерживая взор на самых темных его углах. Яркие образы прошлых проделок навязчиво возникали в мыслях заядлого авантюриста, отвлекая. Порой Ривену даже казалось, будто после такого количества проступков кабинет директрисы он знал лучше, чем свои пять пальцев. Однако на этот раз что-то изменилось. Неуловимо, но все же. То, что раньше казалось лишь очередным рискованным приключением, теперь представлялось совершенно неразумной тратой времени. Это было неправильно, и Ривен абсолютно точно не хотел здесь находиться. Слегка приоткрытая дверь вновь издала противный скрипящий звук, отчего парень резко вздрогнул, а затем с облегчением выдохнул, - причиной его беспокойства стал самый обыкновенный сквозняк. Пристальный взгляд подростка вновь скользнул по населявшим помещение предметам, замерев, наконец, на горделиво возвышавшемся в самом его центре рабочем столе. Уголок губ юноши предательски дрогнул, едва хорошо знакомое чувство охотничьего азарта на миг вспыхнуло в душе. Свитки, так необходимые Беатрикс, были совсем рядом, словно нарочно дожидаясь, когда их отыщут. Будто опытный грабитель, Ривен подобрался ближе к столу, с каждым шагом то и дело оглядываясь по сторонам в предчувствии затаившейся поблизости опасности. По его телу пробежала легкая дрожь, когда шатен ухватился за стальную ручку одного из немногочисленных ящиков. Холодный металл обжег ладонь, отчего юноша нахмурился и вновь бросил вороватый взгляд в сторону выхода. Если что-то пойдет не так, Беатрикс предупредит его. Обязана предупредить. Глубоко вздохнув, Ривен резко потянул на себя ручку ящика стола, однако та и не думала так просто поддаваться. Короткое движение отозвалось внезапной вспышкой боли в правом предплечье, на миг вытеснив из разума любые чужеродные мысли, затуманивая сознание. Между бровями специалиста залегла неглубокая складка. Забыв о бдительности, Ривен вновь и вновь судорожно дергал каждый из ящиков стола, с силой тащил их на себя, однако не мог получить желаемого результата. Таившиеся в их недрах свитки оставались надежно заперты магией, и никакая грубая сила не смогла бы извлечь их из надежного укрытия. Все было впустую. Ривен негромко хмыкнул. Какая ирония. Нужно быть самым настоящим идиотом, чтобы надеяться, будто директриса оставит для него свитки на блюдечке. - Беатрикс? – спустя несколько секунд негромко позвал он осипшим голосом и затих в ожидании ответа. Собственный тембр показался юноше каким-то странным, абсолютно лишним в стылой тишине директорского кабинета. Подождав еще пару мгновений, Ривен сделал несколько неуверенных шагов к чуть приоткрытой двери, прислушиваясь к проникающим из темного коридора посторонним звукам и шорохам. Где-то вдалеке раздался едва слышный здесь, в кабинете, бой старинных часов, возвещавший учащихся Алфеи о начале времени отбоя. Беатрикс продолжала сохранять гнетущее молчание, - Беатрикс? – еще раз повторил специалист. Ответом ему все также оставалась лишь всеобъемлющая тишина. Не повышая голоса, Ривен в сердцах чертыхнулся, сетуя на молчаливость спутницы. Однако, протянув руку к едва заметно блестевшей в угасавших сумерках серебристой дверной ручке, парень внезапно замер, прислушиваясь. За тонкой перегородкой, надежно отделявшей его от всего остального мира, шатен вдруг явственно услышал посторонние шумы и сумбурный топот шагов. Ручка двери дрогнула у него в руках, отчего парень отступил назад, в панике оглядываясь по сторонам в поисках укрытия. Этот звук невозможно было перепутать ни с чем. Шаги приближались. Попался. За дверью послышались чуть приглушенные голоса нескольких человек, однако Ривен едва ли мог разобрать слова, доносившиеся из-за неплотно прикрытой двери сквозь звенящий шум в ушах. Ладони его вспотели, ноги сделались ватными. Голоса в коридоре звучали чуть тише, чем вдруг пришедшие на ум слова мисс Даулинг, сказанные неделей ранее. Еще одна оплошность. Еще только один малейший проступок приравнивался к исключению из Алфеи, и он, Ривен, теперь словно балансировал на струне над пропастью, полностью покорившись судьбе. Беатрикс оставила его здесь одного. Вполне возможно, намеренно. Внезапная мысль рассекла его разум, отчего на лбу выступила тонкая испарина. Взгляд лихорадочно метался по сторонам в поисках спасения, однако жужжащие в голове мысли мешали трезво оценить возможные пути отступления. Ривен вновь попался на удочку рыжей фурии, этой мстительной особы. Застыв посреди кабинета, словно каменный истукан, Ривен упорно прожигал взглядом дребезжавшую под натиском его преследователей дверь. На ум вдруг, словно гром среди ясного неба, пришли слова Музы, сказанные накануне. Ручка двери повернулась. Сквозь небольшую щель в темный кабинет проникла первая полоска тусклого искусственного света. Специалист невесело хмыкнул. Девушка-эмпат оказалась более проницательна, чем он. Дверь отворилась. Жаль, что Ривен не послушал Музу.