Сборник любви к 10069

— Тварь, прекрати этот цирк, — раздраженно выдохнул полицейский, хлопнув руками по столу. — Я не понимаю, что тут делаю. Вы ищите какого-то Рокудо Мукуро, а я всю жизнь был Леонардо Липпи и менять имя не собираюсь, — растерянно отозвался подозреваемый. Молодой человек мотнул головой, чтобы волосы прикрыли лицо. На первый взгляд это должно было скрыть страх законопослушного гражданина за свою судьбу, но он сдерживал смех. За столько раз эта клоунада не надоедала. Рокудо мог часами проводить в полицейском участке, сочетая приятное с полезным: выводить из себя стражей закона и в то же время находится под их защитой, пока его искала смерть по подворотням и подвалам. Неуловимый Мукуро, известный как Иллюзионист, расслабленно откинулся на спинку стула, закинув лодыжку на колено другой ноги и всем своим видом игнорируя наручники, из-за которых руки были вытянуты до стола. — Мне похуй, что у начальника совещание, — Закуро не сдержал вздох сожаления, вытаскивая последнюю сигарету их пачки. — Мы проебываем время, пока эта тварь ржет нам в лицо. Кикё ответил молчаливым согласием, в сотый раз перечитывая бумаги в поисках хотя бы какой-то зацепки. Если бы не усталость, хроническая бессонница и несколько нераскрытых дел, то он выделил место для восхищения талантами Мукуро. Ещё бы направить их в правильное русло. В кабинет босса послали какого-то стажера, заодно надиктовав список важных покупок. — Все могут взять перекур. Кикё, ты давай домой и спать. Нам нужна твоя свежая голова, — Джессо появился в дверном проеме минут через десять. В ответ он получил облегченный выдох всех присутствующих, ведь теперь проблема, сидящая в кабинете для допроса, их не касалась. Закуро повторять два раза не надо было. Прихватив Кикё, который ещё несколько часов убил в участке, он вышел искать стажера и сигареты. Словно почувствовав чужой взгляд, Рокудо повернул голову на темное зеркало, пусть даже и намека на силуэт человека невозможно было разглядеть. Зато Джессо мог в полной мере насладиться профилем задержанного Иллюзиониста. Взгляд скользил по неприлично длинным ногам в кожаных штанах и остановился на выступающих из выреза рубашки ключиц. «Насколько красив, настолько же и отвратительный характер имеет» — подумал Бьякуран, пока выключал камеры в допросной. Будет развлечение программистам в виде подделывания записи. Мукуро быстро наскучило считать плитки на полу. Похоже, все более-менее матерые полицейские были на заданиях, а неопытных юнцов не пускал Кикё. Те ведь точно сбегут после свидания с Рокудо. Когда дверь открылась, он выпрямился, а губы растянулись в довольной ухмылке. — Тебе придется придумать достаточно вескую причину, почему ты заставил меня ждать так долго. — Ты прекрасно знаешь, что у тебя не получится саботировать мой рабочий процесс, Мукуро. Кроме того, в первую очередь ты не навестить меня пришел, а укрыться от кого-то, кому перешел дорогу в очередной раз, — голос Бьякурана звучал устало, но до того мягко и плавно, что Рокудо даже не перебивал его. Да и к тому же глаза Иллюзиониста следили за неторопливыми движениями собеседника, который закатывал рукава рубашки. — Пусть они в следующий раз хотя бы постараются, мне становится скучно. Найду себе другой участок, — фыркнул Рокудо, продолжая взглядом следить за Джессо. — В другом участке с тобой не будут нянчиться и терпеть скверный характер, — Бьякуран обошел Мукуро, в голосе не было никакой угрозы, ведь он говорил чистую правду. Иллюзионист инстинктивно напрягся, услышав шорох одежды за спиной, и прикусил губу, прогоняя в голове возможные причины этого звука. Ни один из них не оказался правильным. Только вовремя проснувшаяся настороженность позволила Рокудо вскочить, когда стул был резко выбит из-под него. Следующее чувство — это тепло от тела Бьякурана, его галстук, обхвативший шею Мукуро и дрожь в собственном теле. Рокудо любил контрасты и внимание, а Джессо органично сочетал в себе противоположное. Ребяческое соперничество и профессиональная выгода быстро дополнились телесным интересом, создавая из этой парочки убийственный дуэт. Когда большая часть твоей жизни занята работой, неудивительно найти себе партнера по жизни из коллектива. Они же поступили как всегда из ряда вон и нашли друг друга во вражеской стороне. — Ну что, Мукуро, если твой язык не хочет выдавать информацию, может найдем ему другое применение? — Джессо ласково выдохнул на ухо, опаляя дыханием кожу и сильнее сжимая горло галстуком. — Только увиделись, а мысли всё об одном, — Иллюзионист выдохнул хрипло, хватал ртом воздух, плотно прижавшись к Бьякурану. Чужой жар передавался его телу, разливался от спины к животу и груди. Вместо ответа Джессо обвел языком ухо Мукуро, спустился поцелуями до шеи. Сначала касания к кожи были нежными, с каждым разом становясь настойчивее, превращаясь в укусы. Тихое шипение Рокудо сменилось на постанывая сквозь стиснутые зубы. Потираясь бедрами, Мукуро мог чувствовать чужое нарастающее возбуждение. Джессо прикрыл глаза, продолжая оставлять укусы на коже. Из груди вырывался тихий стон, тело резко дернулось, толкнувшись бедрами к Рокудо. Поцелуй в губы вышел смазанным, жадным, язык Рокудо двигался во чужом рту ровно так, как Бьякуран терся об него бедрами. — Так уж вышло, что мне до жути приятно слышать от тебя полезную информацию или стоны и скулеж. Только вот у начальника департамента выдержки было явно больше (иначе в государственной структуре не пробиться), поэтому следующий стон сменился бархатистым смехом и ухмылкой. Мукуро мог бы кончить только от одной это детали, выражающей сильное возбуждение Джессо. Если бы после начальник департамента не отстранялся, давая Рокудо свободно дышать. — И ещё меня называют тварью твои коллеги, — помотав головой выдыхаем Мукуро. — Вот и покажи им, что ты не такой мудак, каким хочешь казаться, скажи им, что должно и они с превеликой радостью отпустят тебя, — Бьякуран поправил ремень. Завязывать галстук обратно он не спешил. Не позволяла дрожь в руках, и ему самому не помешало бы подышать полной грудью. — А если я захочу говорить только тебе? — То просидишь тут, а потом будешь ночевать в общей камере. А завтра приедут ребята из ФБР и я передам тебя им. Конечно, Мукуро не пугало ФБР. Он слишком хорош в своем деле, чтобы его было легко подловить. Куда страшнее остаться без нормальной ванны после утренней заварушки и посиделки в участке. А ещё без кровати Джессо. Он редко приглашал к себе, да и совместное времяпрепровождение было для них запредельной роскошью. «Эх, Рокудо, когда примитивные физиологические потребности стали нами руководить?» — продумал про себя Иллюзионист, но стоило повернуть голову в сторону Бьякурана, который уже привел себя в порядок, всё становилось на свои места.