укус

— да я люблю тебя, придурок!.. – выпаливает ченлэ в порыве злости. и как младший не понимает, что он о нем же заботится. джисона будто холодной водой обливают. они оба молчат, и вокруг воцаряется почти идеальная тишина, прерываемая лишь шагами вампира туда-сюда. — в смысле? — все-таки выдавливает из себя пак. — в прямом, джисон, — брюнет безумно жалеет, что не может стереть парню память или хотя бы вернуться на пять минут назад и промолчать в тряпочку. он не планировал говорить об этом младшему, не желая усложнять ему жизнь появлением в ней поганого кровососа. они из разных миров и незачем все усложнять. но, что сделано — то сделано, поэтому чжону все-таки приходится объясниться. — я наблюдал за тобой не две недели, а целый год… сначала ты был для меня очередной жертвой, но потом я стал замечать в тебе нечто большее. твоя неуклюжесть грела мое мертвое сердце, а милая привычка морщить носик — вообще заставляла его трепетать. честно, я сам не понял, когда влюбился в тебя, просто в какой-то момент осознал, что уже не могу без тебя жить. почти каждый день я приходил к твоему дому и наблюдал за тобой через окно. это стало так обыденно для меня, так рутинно… ченлэ почему-то останавливается, а джисон ошарашено пытается припомнить весь прошедший год и даже вспоминает пару случаев, когда ему казалось, что кто-то стоит за его окном и смотрит на него. значит, не казалось. закончив с этим, он смотрит на старшего, ведь было похоже, что он хочет продолжить свой рассказ. однако парень встречается со взглядом полным искреннего сожаления и вымаливающим прощение: — осознав свои чувства, я прекратил думать о том, чтобы укусить тебя, но в этот раз я так и не смог найти себе подходящую жертву… честно, я пытался сдержаться, даже не подходил к твоему дому целую неделю, чтобы не сорваться… но в один момент эти гребанные инстинкты взяли верх над моим разумом, и я сделал это. черт подери! я так долго любовался прекрасным цветком, выросшем на клумбе, и как последний идиот сорвал его, обрекая на верную смерть, — он присаживается на корточки и хватает себя за волосы. пак смотрит на это и думает как-то поддержать вампира, но на деле не может даже пошевелиться. и ченлэ прекрасно все понимает. он вывалил на него ушат своих чувств и, честно, не ждет вообще никакой реакции. ведь он варится в этом котле уже достаточно долго, а джисон только попал сюда. не надо было ему срываться — ни сейчас, ни вчера. следовало свалить в другую страну, а лучше вообще на другой континент, чтобы не тревожить младшего даже своим присутствием, пусть и не заметным. — я…я тоже тебя люблю, — он аккуратно кладет руку на его плечо. на мгновение чжон чувствует непередаваемую радость, но потом тут же все осознает. — ты врешь, — констатирует он и полностью выпрямляется. — почему это? там, в туалете, я поцеловал тебя. это был мой самый первый поцелуй, и ты мне не веришь? — ты сделал это под воздействием моего яда, джисон, — вампир слишком быстро раскусывает его. — ты знаешь меня меньше двадцати четырех часов, так зачем лжешь мне? я не прошу у тебя взаимности. — что ж, да, ты прав. но я ведь могу полюбить тебя, так что, если ты меня обратишь, то мы… — что? обращу? — перебивает он младшего, — так это то, что тебе по-настоящему от меня нужно? неужели ты готов врать о своих чувствах, лишь бы добиться желаемого? — да, — отрезает пак и застает этим старшего врасплох. он не думал, что после таких увиливаний джисон скажет ему правду прямо в лоб. и чжон, на самом деле не узнает своего невинного мальчика, который может минут тридцать гоняться за красивой бабочкой. однако вампир даже не догадывается, что координально ошибается в своих предположениях, ведь паком руководит исключительно отчаяние, а не лицемерие, как может изначально показаться. — скорее всего, сейчас ты считаешь меня наглым и эгоистичным, но я хотя бы прямо заявляю, что хочу, чтобы ты обратил меня. моя жизнь настолько блеклая, что меня уже тошнит от нее. у меня нет настоящих друзей и мне просто не с кем поговорить по душам. я слишком обычный и непримечательный, поэтому, с утра я пытался уверить себя, что ты не был вампиром, ведь как такая серая мышь вроде меня может встретить настоящего вампира? ну и, раз ты год за мной наблюдал, то, думаю, знаешь, что мои родные мамочка и папочка с радостью бы продали меня за пару троек бутылок соджу, если б закон не запрещал. я уже задыхаюсь от этой тусклости, не чувствую, что живу по-настоящему, — от такой эмоциональности в уголках глаз собираются слезы, но джисон не даст им выкатиться, поэтому поднимает голову наверх. ченлэ смотрит на младшего и соглашается со всем ранее сказанным. к сожалению, все это правда, но, вдруг, именно это привлекло вампира в мальчишке? эта стабильность и размеренность. тишина и спокойствие. — если же говорить о любви, — продолжает пак, разобравшись со своей проблемой, — то ты первый за всю мою жизнь, кто говорит мне подобное. даже собственные родители ни разу не обмолвились об этом. поэтому я уверен, что смогу полюбить тебя, хоть мне и понадобится время для этого. мы можем быть вместе, но ведь мы оба знаем, что жизнь людей слишком коротка, — чжон отрицательно кивает, понимая, к чему клонит юноша. тогда он неожиданно для них обоих хватает его за плечи и притягивает к себе. — почему ты так противишься этому, ченлэ?! да, сейчас я прошу у тебя бессмертие, но потом мы сможем провести целую вечность вместе! тебе не придется смотреть за тем, как я постепенно старею, а затем оплакивать меня после смерти. почему ты хочешь обречь нас обоих на страдания, если можешь сделать счастливыми? брюнет смотрит в глаза джисона и понимает, что его слова звучат слишком убедительно. но не уверен до конца в его искренности. на своем веку он слышал достаточно историй об алчных людях, желавших обладать бессмертием, которые врали с три короба ради обращения, а потом сразу же убивали своего создателя. но что, если пак говорит чистую правду? вампир действительно понимает мотивы его желаний, ведь он знает, что значит задыхаться от собственной жизни, ибо именно так себя чувствовал до того, как нашел своего маленького мышонка. так может, это судьба? и они должны были встретиться, а джисон был рожден для того, чтобы стать вампиром? но ченлэ не знает правильных ответов на эти вопросы, поэтому решает довериться интуиции. — ты ведь понимаешь, что тебе будет тяжело? — тебя обратили без твоего согласия, но сейчас — это мой осознанный выбор, так что я все выдержу. тем более, ты будешь со мной, правда? — почему-то сейчас джисон чувствует призрачную надежду на то, что именно ченлэ станет для него самым близким человеком на свете. и, возможно, все свои семнадцать лет он прожил в одиночестве, чтобы наконец дождаться ее, свою родственную душу. вместо ответа на вопрос старший лишь крепко прижимает к себе юношу, гладя его по волосам. конечно, джисон не сможет сразу по щелчку пальцев полюбить вампира. для начала им надо будет хотя бы подружиться. но ченлэ готов ждать. ждать настолько долго, сколько потребуется, ведь теперь в их распоряжении будет целая вечность…