Птица сомнительной нравственности

Не спалось. Всю ночь Рей не находила себе места, крутилась, ища более удобную позу. Воображение рисовало новые и новые варианты того, чем удивит ее первый учебный день. Вряд ли все будет также легко, как в средней школе — совсем не тот уровень. В какой-то момент девушку все же сморил сон.

***

Теплые солнечные лучи, проникшие в комнату и заполнившие ее целиком, заставили Рей сонно потянуться. Впервые за несколько дней она чувствовала себя отдохнувшей. Видать, накопившаяся усталость не оставила места даже ночным кошмарам. Все в душе трепетало, предвкушая чудесный день. Ровно до тех пор, пока Рей не обратила внимание на часы. Нещадно выругавшись, девушка уже прыгала на одной ноге, пытаясь попасть ногой в собственную юбку. Проглотив почти одним куском купленный вчера сэндвич, она решила, что волосы придется приводить в порядок уже в классе. До занятий оставалось меньше пяти минут. Кажется, Рей сильно поспешила с оценкой сегодняшнего дня… Поджимавшее время вновь заставило ее покинуть комнату через окно. За такое рано или поздно могло достаться от учителей, но другого выхода девушка не видела. Ветер ударил в лицо. Еще неразмятые после ночи крылья пришли в себя метрах в десяти от земли. Мышцы спины ныли так, как обычно болят после подъема чего-то тяжелого. Сбитое дыхание мешало контролировать полет. Кровь устремилась по примятым за ночь тканям, мерзко покалывая еще сонное тело. Поморщившись, Рей признала, что будильник — весьма полезное изобретение, и не стоит им пренебрегать в следующий раз. Помня, что аудитория должна быть где-то на четырнадцатом этаже главного корпуса, Рей быстро нашла нужное окно. Она увидела, что почти все свободные места были заняты. Значит время уже совсем поджимало. Она приблизилась к окну вплотную и тихонько постучала. Первой на стук отреагировала девушка, сидевшая почти у дверей. Она порядком удивилась, но все же впустила Рей в помещение. — Оригинально ты, — улыбнулась она. — Залезай, ты не опоздала. — Спасибо, — ответила Рей, спрыгивая с подоконника на пол. — Рейко Мори. — Мина Ашидо. — Окна не двери, чтобы так заходить в класс! — Рей вздрогнула. К ним с Ашидо приближался разгневанный парень в очках. Девушка сделала шаг назад, чтобы сохранить необходимую дистанцию. — Стоп. Не клади ноги на парту! — его внимание внезапно привлек парень, сидевший по центру комнаты. - Че-е-е? — с вызовом бросил блондин. Рей облегченно выдохнула и, не обращая внимания на продолжающиеся разборки, заняла одну из задних парт. Обыкновенно, последние парты занимают те, кто хочет утаиться от преподавателя, не выполняет задания или же просто плохо учится. Девушка же давно привыкла к подобному расположению: где-то с середины средней школы, когда крылья пошли в рост, ее мутация стала мешать одноклассникам, пока, наконец, не начала закрывать обзор всему ряду. С тех пор, самые дальние парты стали вечным пристанищем: и ей комфортно, и не мешает никому. Положив сумку на стол, Рей облегченно откинулась на спинку стула. Успела… Разборки перекочевали к двери. Теперь жертвой парня в очках стал паренек с зелеными волосами. Рей отстраненно смотрела в окно. Все же, день был слишком хорош, чтобы просиживать его в помещении. Тем более, что ее сила напрямую зависела от времени нахождения на солнце. Лет в десять девочка поняла, что получающиеся барьеры создаются из света, которые, как она предполагала, накапливают крылья. Так, после долгой болезни в одну из зим, когда она почти две недели провела, не вставая с кровати, она даже не могла создать барьера больше собственной ладони, хотя тогда они уже были около полуметра в диаметре при обычных условиях. Методом проб и ошибок она учла это и стала больше времени проводить на свежем воздухе. По этой же причине, она сейчас с большим удовольствием отправилась бы на улицу. Внезапно шум утих. Взгляды присутствующих были устремлены куда-то в коридор. С ее места Рей не было видно, что там происходит. Зато было слышно. — Итак, восемь секунд ушло, чтобы вы замолчали, времени у вас мало, — Рей готова была поклясться, что уже слышала где-то этот голос. — Вы, детишки, совсем нерациональные. Я ваш классный руководитель, Айзава Шота. Рад знакомству. Прозвучала эта тирада как-то совсем не радостно. Рей готова была провалиться сквозь землю, выпрыгнуть в окно, как еще минуту назад того хотела, стать невидимой, в конце концов… А все потому, что порог класса пересек герой, которого она последние несколько дней так старательно избегала. Заставив всех переодеться в спортивную форму, Айзава отправился ждать класс на спортивную площадку. Как ни странно, это Рей немного взбодрило. Солнце приятно припекало, а легкий ветерок шелестел в перьях. — Как думаешь, что сейчас будет? — прошептала ей на ухо догнавшая класс Ашидо. Рей покачала головой. Она не знала, что будет, но была твердо уверена, что ничего хорошего.

***

— Начальный тест причуд?! — повторил весь класс как один. — Выглядит весело. Можно использовать причуды и… — Выглядит весело, да? — почти по слогам произнес учитель. Класс притих. Рей почуяла что-то недоброе. — Хорошо. Кто станет последним во всех восьми нормативах — будет считаться бесперспективным, и будет отчислен с курса. Класс взорвался. Конечно, никто не хотел вот так просто уходить, но учитель ясно дал понять, что это не шутка. Рей даже на секунду подумала, что избавится хотят именно от нее. Вряд ли кто-то кроме нее успел насолить Айзаве еще до начала учебного года. Девушка нервно прикусила губу. Нет уж. Она отказывалась верить, что все одноклассники поголовно также хороши в скорости, как она. Если же и ее не хватит, на худой конец, у Рей оставались еще хлипкие барьеры. Хотя их полезность была крайне сомнительна. Так просто он от нее не избавится. Рей размяла шею и кисти рук, расправила крылья, дав им волю: в помещении они все еще страдали от тесноты, пусть и не так сильно, как в том же метро. — Добро пожаловать на геройский курс UA, — ехидно бросил учитель, откидывая с лица упавшие пряди длинных волос. — Превзойдите свой предел.

***

Весь класс резко переменился, на лицах не осталось ни капли былого легкомыслия. Каждый готов был выложиться на полную. Была видна и искренняя радость хорошему результату, и злость с разочарованием при провале. Однако, у каждого был норматив, в котором он был особенно хорош. Например, одна из девушек весьма преуспела в метании мяча: несчастный снаряд так и не вернулся, его заменили новым. Рей же возлагала большие надежды на пятидесятиметровку, бег на длинные дистанции, а также прыжки с места. Айзава же беспристрастно наблюдал за всеми. Он не выгонит меня, если результаты будут неплохие? Не посмеет. Не сможет. Или сможет?.. - …стирающий герой, Сотриголова! — испуганно пробормотал зеленоволосый парень. За своими мыслями Рей не заметила назревавший конфликт. Она подняла глаза и в ужасе попятилась. Перед глазами мелькали картинки первого утра в общежитии, ноги стали ватными. Класс зашептался. Из контекста можно было понять, что почти никто и ничего об учителе прежде не слышал. Сдать прыжки в длину у Рей в итоге не получилось, ноги предательски продолжали дрожать. По результатам общей оценки она оказалась семнадцатой. Никого не исключили. Морально раздавленные, все ученики поплелись в класс забрать учебные планы.

***

Печать. Еще одна. И еще. Рей вкладывала в них всю злость, всю досаду, что накопились за несколько дней. Делала по несколько, а потом сама же их разбивала. Она остановилась, переводя дух. Рей отдалась тренировкам сразу, как закончились занятия. В том самом месте, которое она нашла в первый свой день в академии. Единственный урок вымотал ее как физически, так и морально. Она старалась сделать лучше, сделать крепче, но треклятая причуда не поддавалась. Стать сильней — ее единственная надежда. Печать. Удар. Печать. Удар. Кто-то ей говорил, что чем дольше используешь причуду, тем сильнее она становится. Руководствуясь этим, уже шестой час подряд Рей продолжала разбивать костяшки о собственные печати. Она стиснула зубы. Ей нужно стать героем, только так она сможет достичь цели. Когда она очнулась в больнице после нападения, ей сказали, что ее спас герой. Сказали, чтобы она была благодарна. Но благодарна кому? Они не знали имени, а она, в свою очередь, абсолютно ничего не запомнила. Ничего, кроме мелькающих силуэтов в свете фонаря. Еще удар. Злость на саму себя, давала ей силы продолжать. Кому ей быть благодарной? Со временем эта мысль заполнила сознание, крепко закрепившись там, пустив корни, став целью. Вечерами она взахлеб смотрела новостные сводки по маленькому телевизору в приюте, ища взглядом похожего человека, похожий стиль боя. Что-нибудь, какую-нибудь ниточку, в интервью, новостях, газетных вырезках… Несколько раз даже переборола себя и вернулась на место нападения. Ничего. Со временем она даже начала думать, что тогда в подворотне она видела галлюцинацию, бред отключающегося сознания. — Решила убить себя? Сухой комментарий заставил Рей вздрогнуть и обернуться. От испуга же появились несколько печатей в случайных местах. Прислонившись к дереву, Айзава наблюдал за происходящим. Рей не была уверена, как долго он так уже стоял. Она выдохнула. За шелестом собственных перьев, тяжелым дыханием, чередой ударов, она не заметила, когда он пришел. — Учитель?.. — растерялась она. — Что-то случилось? Рей понятия не имела, что ему могло понадобиться тут, но она попыталась сохранить максимально дружелюбный тон. — Что ты тут делаешь? — Тренируюсь, — неуверенно протянула она, мельком бросив взгляд на одну из печатей, которая тут же распалась на осколки, а затем вовсе исчезла без следа. — Помогает? — Не очень, — честно призналась Рей. Она повторяла одно и то же на протяжении нескольких месяцев, готовясь к поступлению, а уровень не возрос ни на йоту. — Прежде всего, ты не правильно стоишь, — констатировал он, поворачиваясь к ней полубоком. Пытаясь повторить стойку, Рей спросила: — Вы меня зачем-то искали? — Да, вот так и стой. Тебе нужно подписать некоторые документы. Рей перенесла вес с ноги на ногу, пытаясь ощутить преимущества новой стойки. В ту же секунду она краем глаза заметила удар. Рефлекторно успев подставить руку, она создала барьер, который моментально был пробит, но силу удара он все равно немного снизил. Отлетев в сторону и еле устояв на ногах, Рей непонимающе посмотрела на учителя. В ее взгляде был вопрос, злость и непонимание… Но больше всего — обида. — То, что ты сама создаешь и рушишь их, — проговорил Айзава, выделив последнее слово, — Тебе ничего не даст. Это как учить одну и ту же фразу на незнакомом языке и верить, что когда-нибудь на нем заговоришь. Сначала ты должна понять, что из себя представляет твоя причуда. — Я знаю о своей причуде достаточно, — почти по слогам выговорила Рей. Делая несколько шагов назад от надвигающегося на нее учителя. — Я могу останавливать свет, фотоны в какой-то одной плоскости. Но получившаяся форма выходит очень хрупкой. Чем больше площадь, тем она менее крепкая. Еще сила напрямую зависит от текущей погоды и того, сколько у меня энергии. Как видите, она бесполезна. — Это не она бесполезна, — бросил Айзава, проводя очередной удар ногой. В этот раз Рей удалось оставить два барьера и отпрыгнуть в сторону. — Это ты слаба. — Вы пришли сюда, чтобы унижать меня? С самого первого дня этим… — Мы говорили единожды. По твоей же вине, Мори, — сурово произнес он. На секунду его глаза сверкнули красным. — А теперь марш в бухгалтерию.