Птица сомнительной нравственности

— Ответь, ты ведь в отношениях, я прав? Треклятый вопрос набатом стоял в ушах, а он все подначивал… — У меня для тебя есть потрясающая идея модернизации костюма. Неужели не хочешь? Меня не волнует сам ответ. Только его честность. — Я не знаю. Честно. Я ответила ему честно… — Вот оно что… Знаешь, я ведь помню тот синяк на твоей шее при нашей первой встрече, — казалось, он видит ее насквозь. — Это же он оставил? Отвечай. Показался наконец. Вот ты какой, настоящий Ястреб… Проницательный и серьезный, даже без тени того дурачества, которым ты обыкновенно прикрывался. Возможно, мое возмущение собьет его с толку… — Не многовато ли вопросов? — Можешь не отвечать. Просто знай, что мне с этим человеком лучше не пересекаться. Для его же блага. — Не витай в облаках! Неожиданный удар пришелся по предплечью. Рей трудом успела заблокировать часть урона, но руке все же досталось. Увеличив дистанцию несколькими прыжками, она напряженно выдохнула. Витать в облаках и правда не стоило, но не особо выходило. Справишься тут с волнением, когда жизнь такие кренделя выписывает! Рей не успела ничего возразить, только почувствовала, как от ловкой подсечки ноги оторвались от земли, и она кубарем полетела на пол. Сильный удар спиной об пол выбил из легких весь воздух и вывел ее из строя. Рей побежденно раскинула руки в стороны и стала ждать, пока в глазах не перестанет темнеть. Она зажмурилась на несколько секунд и рвано выдохнула: — Черт… — Прости, переборщил, — сквозь пелену и звон в ушах донесся голос Айзавы. — Сильно ударилась? — Ничего страшного. Это… Просто удар об пол. Ничего, о чем стоило бы волноваться, — тяжело дыша машинально выдала она, приподнимаясь на локти. — Не хочешь сделать перерыв на что-нибудь другое? — обеспокоенно спросил Шота и, опустившись рядом, прошелся по ней внимательным взглядом. — Наверное, можно, — обреченно кивнула. — Ты сама не своя последние дни. Все хорошо? Ну, как тебе сказать… Нет, не стоит сталкивать их лбами. — Да. Просто навалилось много, — устало улыбнулась Рей, кое-как усаживаясь на колени. Она не сразу заметила, что зал единоборств под вечер совсем опустел. Когда они только спустились, здесь тренировались по меньшей мере десятка полтора учеников, которых Рей видела впервые в жизни. Она мысленно порадовалась, что никто хотя бы не увидел ее неуклюжего спарринга, иначе не отмыться ей от этого позора до самого выпуска. — Ты же помнишь наш разговор о честности и доверии? — спросил Шота, продолжая изучать ее пристальным взглядом, как если бы и правда мог различить ложь на глаз. — Помню. — Хорошо, — мягко поцеловав ее в макушку, он поднялся сам, а затем протянул ей руку. — Пойдем к мишеням. Что-что, а находиться здесь было приятно. Занимаясь на татами босиком, Рей ощущала своего рода землю под ногами, ту редкую связь, которой она, по понятным причинам, была обычно лишена во время сражения. Возможно, Айзава был прав. Точнее, он скорее всего был прав, настаивая на тренировках рукопашного боя. Только щитами сыт не будешь, иногда ситуация вынуждает нанести неожиданный для противника удар, даже если он предваряет защиту или вовсе отступление. — Умеешь пользоваться? — спросил мужчина, повернувшись в пол оборота и показывая короткие клинки, зажатые между костяшек правой руки. Очевидно получив отрицательный ответ, он взял еще один комплект ножей с оружейной стойки и вложил их в руку Рей, попутно объясняя, как зажать, чтобы все это богатство не посыпалось и не воткнулось ей же в ноги. С горем пополам за несколько минут она справилась, хотя габариты и вес изделий почти наверняка были рассчитан на более большую и крепкую кисть. А ничего так выглядит… — Смотри, — он встал перед мишенью, метрах в пятнадцати от нее, развернувшись полу боком и выставив вперёд левую ногу. От одного вида его спины с такого ракурса желание тренироваться куда-то медленно улетучилось. По затылку пробежал приятный холодок. С трудом подавив порыв подойти и обнять, щекой прижавшись к рельефным мышцам, Рей выдохнула и постаралась впитать хоть немного информации. — Целиться бесполезно — слишком долго. Враг всё равно будет в движении. Прочувствуй и бросай. Заносишь руку назад и, разворачивая корпус и меняя опорную ногу, до конца распрямляешь руку. Отпускаешь в самом конце. После этих слов произошло то, что неподготовленный глаз уловить бы не смог — слишком уж быстро. Отточенным хлестким движением мужчина отправил клинок в полет, а уже через миг тот с гулким стуком воткнулся в центр мишени. — Вау, — глубокомысленно протянула Рей. За всем этим неформальным общением забываешь, какой он на самом деле грозный противник… — Вставай, попробуешь, — не дождавшись ответа, мужчина подтянул ее на свое место, приобняв за талию. — Переложи лишние в левую руку. От шелестящего серьезного голоса прямо над ухом, ненароком чуть не выронила половину ножей. Боги… — Расслабься, — Шота встал позади почти вплотную и, оставив одну руку у нее на талии, второй направлял движение ведущей руки. Улыбнулась. Легче сказать, чем сделать… — Вот так? — приняв нужную позу, спросила Рей, посмотрев на героя через плечо. — Да, — за успех ее наградили коротким поцелуем в щеку. — Только ноги шире. — Этот перфекционизм точно необходим? — Стойка неустойчивая, балда, — улыбнулся Шота. Выдохнула. Пришлось исправляться, но… Такие методы обучения мне нравятся однозначно больше тех, что были вначале. Вспомнишь — вздрогнешь… Отведя согнутую в локте правую руку назад, Рей медленно и глубоко вдохнула, взглядом сверля мишень. Чем больше она на нее смотрела, тем сильнее ей казалось, что она не стоит на месте, а едва заметно движется: то немного вперед, то назад, то в бок. Ей стало понятно, почему целиться — плохая идея. Крепко сжав в руке единственный клинок, она замахнулась, стараясь в точности повторить увиденные ранее движения, чтобы отпустить его в нужный момент. Зажмурилась, почувствовав, как металл выскользает из пальцев. В тот миг, когда нож должен был вонзится в мишень, Рей услышала только звон. — Немного практики не повредит, — усмехнулся Шота, обняв ее за плечи. — Издеваешься, да? — протянула она, с ненавистью глядя на валяющийся на полу нож. — Никто не говорил, что получится с первого раза. Напряженно выдохнула. Смирившись с неизбежным, Рей отправила оставшиеся ножи в мишень. По итогу, цели достигли только два из пяти. Под редкие, но меткие, в отличии от нее самой, замечания Айзавы, она повторила это еще несколько раз, суммарно метнув под сотню раз, пока наконец все пять клинков не торчали из мишени. — Горда собой? — Не без этого, — нарочито важно сказала Рей, героически уперев руки в бока, рассуждая. — Нет, ну, а что, неплохо же вышло? Не в «яблочко», конечно, но… — Ты молодец, — кивнул Шота, добавив, — Хотя над меткостью стоит поработать. — Без ложки дегтя совсем не можешь?.. Вместо ответа Айзава, потянувшись, отправился к мишени, чтобы в очередной раз собрать ножи, а она осталась ждать его на месте. Глядя на него, внутри едва ощутимо зарождалось чувство какой-то непонятной липкой тоски. Рей смотрела ему вслед, видя, как шаг за шагом он уходит все дальше, а в голове в этот момент зарождались не самые приятные для нее мысли. — Опять витаешь где-то? — он протянул ей собранные клинки. Рей никак не давали покоя слова Ястреба, будь он неладен. Еще немного и, она была уверена, он начнет снится ей в кошмарах. Но, при всем при этом, в его словах была логика, и девушка не могла этого не признавать… Плюс ко всему, это был не первый раз, когда Рей столкнулась с этим неудобным вопросом. Даже тогда, еще в госпитале, она не смогла ответить на него даже себе… Закусив губу, Рей морально приготовилась шагнуть в очередную пропасть. Если не сейчас, то когда?.. — Шота, скажи, что будет, когда я окончу академию? — прикрыв глаза, чуть слышно проговорила она. Ей показалось, что секундное молчание длилось вечность. — Может быть купим небольшой уютный домик и переедем. Кажется, ты предпочитаешь уединенные районы? — отложив ножи на стойку, спокойно сказал он, как если бы речь шла о планах на вечер. Рей бы заметила, дрогни у него хоть мускул, но, нет, он говорил о чистого сердца. — Или же ты захочешь стать преподавателем, и мы останемся здесь. Но мне казалось, ты захотела бы съехаться. Нервно сглотнула, пряча залитое краской лицо от взгляда мужчины. На осмысление услышанного у нее ушло некоторое время. Наконец, собрав обрывочные мысли в цельную картинку, Рей несмело сказала: — Значит… — слова не шли на ум от слова совсем. Всему трепещущим нутром ощутив внимательный взгляд, она, запинаясь, продолжила. — …ты не оставишь меня? Слово за словом она составила этот пазл, наконец закончив мысль. Наверное, никогда одно предложение не давалось ей с таким колоссальным трудом. Почти сразу же Рей поняла, как нелепо сказанное звучит со стороны, и от этих мыслей задрожало, казалось, каждое маленькое перышко в огромных крыльях. Проваливаться сквозь землю было уже поздно: как говорится, слово — не воробей… — Я и забыл, что ты еще в том возрасте, когда нужно все объяснять на пальцах, — нежно усмехнулся Шота. — Нечестно кичиться опытом, — нарочито обиженно буркнула она. Айзава улыбнулся и взял ее лицо в свои ладони, внимательно посмотрев в глаза: — А ты хочешь, чтобы я ушел? — Нет! — рефлекторно дернулась, тут же пристыженно пряча взгляд. Стоило ей на секунду вспомнить, как на несколько часов рухнула ее жизнь там, в госпитале, сердце пропустило удар. Конечно же нет… — Вот и все, — сказал Айзава и, притянув ее к себе и прижавшись щекой к затылку, прошептал. — Ты дорога мне, и я не в том возрасте, чтобы разбрасываться такими словами. Надеюсь, это не станет для тебя проблемой. Она всегда поражалась, какой такой тайной магией обладает его голос вкупе с объятиями. Казалось, в эти минуты весь мир может подождать, а все войны, праздники и даже само время — встать на паузу. Пожалуй, она с уверенностью могла сказать, что такая способность была присуща только Айзаве. Сказанные едва слышно слова еще несколько минут звучали у нее в голове, успокаивая и разгоняя тревогу также легко, как ветер разгоняет облака. Облегченно выдохнув и улыбнувшись, Рей запустила руки под спортивную майку и обняла мужчину, мысленно уже выдавая себе медальку за проявленную храбрость. Кто б знал, насколько еще затянулись бы ее внутренние терзания, не решись она на этот разговор хотя бы сейчас. — Значит мы… — она не решалась продолжить в той формулировке, в которой вопрос поставил Ястреб. Какой-то внутренний диссонанс не позволял ей спросить именно так. Возможно, это звучало слишком по-детски, а может быть слишком основательно и серьезно, чтобы быть правдой. Или же просто непривычно. — Да, — терпеливо и нежно проговорил ей на ухо Шота, почувствовав дрожь, пробежавшую по ее телу. — Надеюсь, теперь этот вопрос не будет тебя так сильно мучать. Кивнула. Облегчение от того, что она все же не одинока, захлестнуло ее тёплой волной, будто гора упала с плеч. Крылья расслабленно опустились, кончиками перьев коснувшись пола, позволяя углубить объятия. Горячая кожа мужчины приятно обжигала ее ладони, разливая этот жар по всему телу. В эту самую секунду Рей стало все равно, что там придумал себе Ястреб. К черту его. Пусть делает, что хочет, а я… Сделала глубокий вдох. — Шота, — на выдохе тихо начала она, носом уткнувшись в шею героя и готовясь сказать то, что прежде не говорила никому. — Ты тоже мне дорог.