Soft Hearts, Electric Souls

Дверь резко распахнулась, и ручка с силой ударилась о стену позади нее. — Я сорвался, как только увидел сообщение. Все в порядке? — спросил Феликс на одном дыхании, тяжело дыша. Джисон написал ему, что он должен немедленно прийти в студию, потому что это вопрос жизни и смерти. И, беспокоясь за своих друзей, Феликс не думая бросился туда. — О, Ликс! Привет! — весело поздоровался Джисон, явно в целости и сохранности. Феликс растерянно посмотрел на него, прежде чем повернуться к Чанбину, который лишь слегка пожал плечами. Взгляд Феликса остановился на третьем человеке, и его сердце сделало сальто в груди. — Чан-хён? — спросил он, смутившись еще сильнее. Он знал, что Джисон и Чанбин время от времени общались с ним, но это все еще не объясняло, почему Феликса попросили примчаться. — Вы двое знаете друг друга? — указал Чанбин, и Феликс мог видеть его ухмылку за километр. — Мы виделись раз или два, — выпалил Феликс, все еще не понимая, что происходит. Чан, сидя на диване, не смотрел ему в глаза. — Что случилось? — Феликс спросил Джисона, получив в ответ лишь милую улыбку. Феликсу была знакома эта улыбка, и он хорошо знал эти огоньки в глазах его друзей. Мысль о том, что Чан находится здесь, а его лучшие друзья знают каждую его позорную деталь о его влюбленности в старшего, заставила его содрогнуться. — Ничего особенного, просто подумал, что было бы неплохо встретиться вчетвером. Обычно ты никогда не присоединяешься к нам, — прояснил Джисон, хотя Феликс все еще не понимал что происходит. — Господи, Джисон! Ты мог написать это, как это сделал бы любой другой нормальный человек, — вздохнул Феликс, потирая виски. Он плюхнулся на диван, всего в нескольких сантиметрах от Чана, который все еще был подозрительно тихим. — Мы думали, что ты не пришел бы, если бы мы просто попросили, — объяснил Чанбин, и Феликсу слабо верилось, что его друзья могут быть такими тупыми. — А почему бы и нет? — спросил Феликс. Каждый из них знал, что это правда, и он никогда бы не согласился прийти, если бы ему дали право выбора. Сама мысль о том, что его лучшие друзья и его парень, о котором они даже не знали, находятся в одной комнате, была почти смешной. — Не знаю. Ты и скажи, — быстро ответил Чанбин, ухмылка не сходила с его губ. Феликс кинул на них убийственный взгляд, как раз в тот момент, когда рядом с ним загорелся экран телефона. Новое сообщение было от Чана, который, по всей видимости, достал свой телефон, пока Чанбин и Джисон были заняты разговором с Феликсом. Чан-хён [16:31] Нам правда нужно поговорить Феликс предпочел не замечать, как Чан теребит шнурки на своей толстовке. Не было никакой возможности ответить ему или сказать что-нибудь в слух без вмешательства других, поэтому он просто решил остановить старшего позже, когда подвернется случай. — Итак, — резко воскликнул Джисон, в комнате воцарилась тишина, пока Феликс проверял телефон, — Ликс, ты знал, что у Чан-хёна появился парень? — спросил он ни с того ни с чего, и Чан шепотом пожаловался, закашлявшись. Под пристальным взглядом друзей и секретом, который нужно было сдержать, губы Феликса сложились в натянутой улыбке. — Как здорово! Поздравляю, хён! — сказал он, перекосившись с того, какой фальшивой прозвучала его радость. Они вдвоем явно должны были продумать вранье получше, чтобы скрыть свои отношения. Чан пробормотал скромное «спасибо», пока на лицах Чанбина и Джисона вырисовывались самодовольные ухмылки. Феликс серьёзно не понимал, откуда все это взялось и, в первую очередь, он не мог понять, почему Чана так потряхивало рядом с ним. Это правда, что они скрывали тайну именно от этих двоих, но они все еще были друзьями, и если Чан был таким нервным, то это означало что либо ему не суждено быть актером, либо он скрывал что-то и от самого Феликса. — Хён, расскажи нам побольше об этом парне. Может мы даже знаем его, — предположил Чанбин, явно забавляясь. Чан поднял голову, глядя прямо на своих друзей. — Я убью вас обоих, — это было все, что он сказал, прежде чем они усмехнулись и снова перевели свое внимание на Феликса. Последний сщурился, услышав ответ Чана и реакцию его друзей, явно подозревая, что это было что-то, во что его еще не удосужились просветить. Он остановил себя от желания положить руку на колено Чана, чтобы его нога перестала трястись от волнения. — Может быть, Феликс тогда пойдёт первым? — предложил Чанбин, самодовольно улыбаясь, в то время как Феликс вскрикнул. — Не знаю, в курсе ли ты, хён, но у нашего Феликса тоже появился парень, — объяснил он. Помимо того, что Чан действительно знал, Феликс не мог точно понять, почему его друзья вдруг заговорили о его личной жизни с кем-то, кто, как они думали, никогда не говорил ему больше пяти слов. После секундного молчания, Чан слишком разволновался, чтобы что-то ответить, а Феликс, потерявшись в своем замешательстве, внезапно вырвался из своих мыслей, чтобы кое-что прояснить. — Стоп, я еще никогда вам не говорил, что у меня все официально. Во время нашего последнего разговора я просто сказал, что встретил кого-то, — уточнил он, не понимая, как его друзья могут это знать, ведь он не виделся с ними после его последнего разговора с Чаном на днях. — О, птичка нашептала нам об этом, но теперь это неважно, — объяснил Джисон, не растерявшись от того, что его окликнули, а лишь улыбаясь вместо этого, явно наслаждаясь тем, куда идет разговор. Феликс не смог этого так просто оставить. — Птичка? — спросил он, делая вид, что не замечает, как Чан напрягся рядом с ним. - Это невозможно, ведь об этом знают только люди, это я и... — начал он, усердно думая о том, кто еще может знать. Джисон и Чанбин расплылись в улыбках, когда увидели, как его осенило осознание. Загадочное сообщение от Чана, необычный разговор между четырьмя из них, все любопытные расспросы об их парнях и Чан, нервы которого были напряжены как скрипичная струна с момента появления Феликса здесь. — Крис! — вскрикнул он, узнав, что был прав по тому, как Чан заерзал на диване, наконец-то взглянув на Феликса в первый раз за весь этот день. Чан начал бормотать, как и всегда, когда нервничал, — Детка, мне так сильно жаль. Я не хотел ничего им говорить, но они начали задавать вопросы, а ты знаешь, я ведь совсем не умею врать, — снова и снова извинялся он, беря Феликса за руку и переплетая их пальцы. По правде говоря, Феликс не так уж и рассердился. Конечно, он предпочел бы сам рассказать обо всем друзьям, но рано или поздно это случилось бы. — Все в порядке, хён. Я не сержусь, — заверил он старшего, слегка сжав его руку. — Ты-то нет, а вот мы - да, — прервал его Джисон. Когда Феликс посмотрел на него, он ясно увидел, что Джисон не был таким рассерженным, судя по тому, какие озорные огни загорались в его глазах. У Феликса было такое чувство, что на этом все не закончилось. — Ты просто невероятен! Мы твои лучшие друзья и ты держал это в секрете целый месяц, — продолжил Джисон, как обычно, слишком драматизируя. Рядом с ним Чанбин смотрел на эту сцену с удивлением, даже не борясь с мягкой улыбкой при виде Феликса, нежно поглаживающего руку Чана, их пальцы все еще были переплетены. — Ты бы дразнил меня целую вечность, если бы я сказал тебе об этом, — защищался Феликс, даже не нуждаясь в подтверждении своей правоты. — Или еще хуже, рассказал Чану-хёну всякой ерунды, — он вздрогнул, теперь понимая, что они на самом деле задумали против него. Когда драматичное выражение лица сменилось на самую большую самодовольную улыбку, которую Феликс когда-либо видел у Джисона, он вскочил на ноги перед своим лучшим другом. Не смей, — начал угрожать он, больше похожий на сердитого котенка, чем на кого-то еще. Когда Джисон не дрогнул, Феликс повернулся к Чанбину. — Хён, — начал умолять он тоненьким голоском. Чанбин всегда был балансом между ними тремя, поэтому, конечно, он не позволит Джисону начать позорить его вот так, правда же? — Прости, но это было предсказуемо, — ухмыльнулся он, смеясь над странным шумом, который издавал Феликс. Понимая, что выхода больше нет, Феликс снова плюхнулся на диван, полностью прижавшись к Чану. Если он собирается смущаться перед своим парнем, то пусть хотя бы в обнимку с ним. Чан быстро обхватил младшего за плечи, наслаждаясь, наконец, возможностью прижаться и обнять своего парня, когда он хочет. Прежде чем Джисон начал говорить, он лишь кивнул на прошептанное ему «черт, они оба такие милые» от Чанбина. — Хён, — Джисон позвал Чана, — Феликс когда-нибудь рассказывал тебе, что хотел пригласить тебя на выпускной два года назад? — спросил он, нагло улыбаясь и вспоминая времена, когда Феликс был по уши влюблен в крутого австралийского старшеклассника. Услышав слова Джисона, Феликс застонал, пряча лицо в шею Чана, которая была на удивление красной. — Он провел все весенние каникулы, рассказывая об этом, а потом струсил, когда снова увидел тебя в школе после каникул, — беспощадно продолжал Джисон. Единственное, что хоть немного утешало Феликса, так это румянец, распространившийся по всему лицу Чана. Боже, он не заслужил этого парня.