Рулетка

      Фаулер чувствовал укол вины. Он смотрел на короткий отчёт по делу перед собой, который недавно оставил Хэнк, после чего покрыл всё матом и ушел. Кибелайф связались с ним незадолго до его прихода. Его радостью было, что не нужно возмещать ущерб потерянного прототипа — это был «их недочёт», но он уже представлял в каком настроении после потери напарника явится лейтенант Андерсон.       И не прогадал.       Сумо тихо поскуливал под столом, упорно требуя внимания к себе. Хэнк небрежно потрепал его за уши и снова уронил голову на руки. Он снова плачет? Какого хрена? Из-за металло-пластикового болванчика?       Нет.       Он просто снова видел смерть.       Смерть того, кого должен был защищать, не смотря на противоречия внутри себя.       Очередной стакан виски опрокинулся, выплескивая алкогольный напиток напрямую в горло мужчины. Он не наслаждался вкусом. Он не строил из себя эстета. Он просто использовал это как снотворное. Вот сейчас он снова напьётся и уснет. Возможно прямо за столом. Возможно на полу рядом с Сумо и пёс будет греть его своим теплом. Но не будет никаких снов. Никаких кошмаров.       Настроение с утра было дрянным. Вернее, утром назвать 2 часа дня можно с натяжкой. Хэнк уже и не помнил, когда было иначе. Поднявшись с дивана он выключил телевизор с его серым шумом и направился на кухню. Распихивая ногами пустые бутылки он добрался до раковины. Холодная вода немного прояснила ум после ночи и немного убавила боль. В холодильник заглядывать не было даже смысла — жрать консервы Сумо он ещё не готов.       Морально он готовился к новой дряни. В ряд ли он скоро услышит о сбежавшей AX400, но если она правда пытается защитить девчонку — то может это и к лучшему. Вчера он не получил выговор за потерю напарника, наверняка это ждет сегодня. Хэнк искренне надеялся, что ему хотя бы не выпишут счёт на несколько тысяч в виде штрафа. Впрочем, сейчас у него оставалось только одно желание — проверится и наконец запихнуть в себя что-то съедобное, предварительно не проблевавшись.       Делая глоток ананасовой газировки Хэнк чувствовал спиной, как кто-то прожигает его упорным взглядом. Если он кому-то нужен — подойдут сами. Дождь подмочил низ плотных джинс, и слегка рубашку. Горячий бургер пах слишком ароматно для пустого желудка, заставляя сглатывать слюну в предвкушении. Но всё-таки, этот назойливый наблюдатель начинал действовать на нервы, поэтому Хэнк развернулся, готовый выскать всё своё мнение в лицо, но тут же замер. — Какого хера?! — Хэнк был готов в любой момент врезать в спокойное лицо андроида. — Простите, Лейтенант, я не сразу вас нашел. — На лице андроида не дрогнул ни один нерв. Казалось, что ничего не произошло, что Коннор не валялся на автомагистрали голубой лужей с раздавленными и поломанными деталями. — Ты каждый раз будешь вот так восставать из мертвых? — Хэнк не верил ни своим глазам, ни ушам. Мертвые не возвращаются. Мертвые люди. — Мой предшественник, к сожалению, был уничтожен, но его память переписали на другой носитель — это я. — Голос был по прежнему спокойным, если не сказать равнодушным. Механическим, — Этот инцидент не повлияет на ход расследования. — Не повлияет, говоришь? — Хэнк сделал пару шагов, приблизившись к андроиду. Руки уже не просто чесались, их жгло. Окружающие их люди, спокойно обедающие до этого бросали короткие взгляды, — Тебя же только что в лепешку размазало! — в голосе мужчины явно слышалось неверие, — И ты являешься как ни в чём не бывало! — Робот был уничтожен. Его просто заменили таким же роботом. Не понимаю, что вас так взволновало, — это было слишком близко к критической точке. — Пошел ты, — Хэнк вернулся к ожидавшей его еде, пытаясь совладать с эмоциями. Убить андроида ещё раз хотелось. Очень. Но что-то не давало, вместо этого, он просто забрал еду и ушел за столик, напоследок ещё раз ядовито выплюнув в сторону железки — Пошел ты.       Андроид успешно игнорировал всю его ярость. Казалось, что он просто её не замечает. Фиксирует, но не отмечает ничего для себя. Он снова подошел к Хэнку, но вместо новых попыток разговора просто сообщил о новом девианте. Хэнку хотелось послать к чертям всю его службу. Но мимика в тот момент, когда этот ублюдок будто завлекал его — показалась ему странной и не типичной.       «Я жду в машине».       И что спрашивается с ним делать?       Ещё несколько раз Хэнк пытался задеть эмоции андроида, стараясь снова вызвать нетипичную для него мимику, скорее больше из интереса, чем из правильного дружелюбия к напарнику. Но всё пропускалось мимо ушей. Или датчиков. По-прежнему равнодушный тон «правильного мальчика».       Коннор упорно стучал в иссохшую, грязную дверь. Хэнк не мог не усмехнуться над его стараниями. Было очевидно, что здесь никого нет, а если и появляются, то вероятнее всего какие-то бомжи или любители Красного льда. Вряд ли андроид. Но пусть пытается. Может исправит собственную ошибку и напорется совершенно случайно на нож наркоши. Может 3-й раз киберлайф не будет присылать?       Внезапно за дверью раздался громкий шум. Что-то упало.       Топанье.       Попался. Или попал.       «Держись за мной» — зачем? Зачем Хэнк это сказал если минуту назад хотел лично его убить?       Хлипкие двери легко выбивались ногой или плечом. Их не ждали, иначе бы хотя бы попробовали бы забаррикадировать. В квартире невероятно воняло, в нос забивался резких запах ацетона из-за повсеместного птичьего помёта. Ко всему этому прибавлялась затхлость, застоявшаяся канализация и сами перья, назойливо лезущие в нос, глаза и рот. У Хэнка моментально выступили на глазах слезы. Птицы были его слабым местом. Чертова аллергия. У него было одно желание — побыстрее смотаться отсюда.       Только вот Коннор упорно бродил по квартире и внимательно всматриваясь в эти странные надписи. RA9. Что это значит? Издалека он даже подумал, что это была написана модель его «напарника» — «А» было легко принять за съехавшую К, а «9» написана ещё более ужасным почерком, превращаясь в невнятную закорючку похожую на «8» или на «0». RK8?       Книги? Бумажные книги на полках? Если бы они не были настолько испорчены, то он явно их забрал бы. Сейчас это редкость, которая стоит недешево. Он думал, что он - один из последних идиотов, держащих у себя эти старые фолианты. Хэнк бережно провел пальцами по замызганным корешкам. Библия. Достоевский. Бредбери. Странный набор. Он немного задержался на Бредбери. Вино из одуванчиков. Он любил эту книгу когда-то. Она дарила ему ощущение внутреннего тепла. Необычно. Он хотел бы снова почувствовать подобное.       Краем глаза он заметил, как андроид едва не вылизав грязную птичью клетку, валяющуюся на полу, уверенно направился к креслу в углу комнаты.       Дырка в потолке?       Стоило Коннору приблизиться к углу, он сразу оказался на полу, ударившись головой — разыскиваемый девиант прыгнул прямо на него, всполошив всех птиц в квартире и убегая. Защищаясь руками от пернатых, норовящих влететь ему прямо в лицо он быстро помог андроиду и подняться. «Чего ждешь?! Лови давай!» — крикнул он и зашелся в приступе резкого кашля.       Коннор убежал, преследуя девианта по крышам-садам. Он не мог за ним угнаться. Их механические тела были гораздо быстрее и ловчее чем его. Однако, у Коннора не было вариантов подумать куда он побежит, а Хэнк мог осмотреться. У Девианта был слишком чёткий путь. Он бежал по прямой туда, где видел дорогу. Такими темпами, он загонит сам себя в тупик.       Хэнк бросился наперерез. У него было не так много времени на перехват. Он бежал, через туннели, сделанные для обслуживания садов, к кукурузному полю через пару крыш. Сделав небольшой крюк они должны пробегать именно там. И Хэнк не прогадал. Он видел как резко двигаются кукурузные кусты, но не видел кто именно бежал с какой стороны. Он приготовился перехватывать его слева, но это оказался Коннор. Девиант быстро развернулся, меняя свой маленький маршрут и быстрым толчком плеча заставил Хэнка потерять равновесие.       Вот теперь Хэнку было правда страшно. Ему не страшно играть по вечерам в русскую рулетку. А вот сейчас почему-то страшно. Может потому что алкоголь не даёт нужного «наркоза».       Он не сомневался в действиях андроида. Его задача — поймать девианта. В конце концов, именно для этого Киберлайф потратились уже дважды.       Держаться за край крыши с обратной стороны было тяжело, а подтянуться ещё сложнее.       От того ещё страннее было то, что его внезапно схватили за руку и помогли подтянуться обратно на крышу. Хэнк не верящим взглядом осмотрел напарника. — Чёрт! Ведь почти! — ему нужно было отдышаться, — Чёрт… — Я виноват. Должен был догнать. — Ты поймал бы. Если бы не я.       Укол совести? Благодарность андроиду за спасение? Коннор смотрел вслед уже скрывшемуся девианту. Ему нужно было произнести слова благодарности. Но слова застревали в горле. Он попытался успокоить Коннора, говоря что они теперь знают его в лицо и легко найдут, но это было не больше чем самоуспокоение. В конце концов, сам Хэнк даже не видел его лица толком. — Эй, Коннор, — напарник резко развернулся к нему, — нет, ничего.       Он так и не смог ничего сказать. Ему только что спасли жизнь. Скорее всего, он смог и сам бы забраться на эту чертову крышу, тогда и беглый андроид был бы пойман, но нет. Ему всё равно не давало это покоя. В конце концов, эта железка не была запрограммирована на спасение своего нерадивого напарника.       На крыше медленно крутились ветряки. Коннор остался стоять на крыше, с иногда краснеющим диодом. Садовники продолжали работать не обращая на них больше никакого внимания. В их программе сомневаться не приходиться.       А у Коннора всё-таки программа?