Римские каникулы

Я открыла глаза. Тишина. Так тихо, как будто всё умерло. Все, что было между нами этой ночью. И его нет рядом. Где он? В душе? На кухне? Побежал за чем-то в магазин? На прикроватной тумбочке записка. Дурной знак. Я подтянулась ближе, чтобы прочитать. Почерк тонкий, аккуратный, и, мне почему-то кажется, насмешливый. «Доброе утро. - прочитала я - Должен бежать по делам, но с удовольствием встречусь с тобой примерно в час в Giolitti, недалеко от Пантеона, на улице дель Уфиччи дель Викарио в доме №40. Любишь мороженое? P.S. Дверь захлопни снаружи, ключ я взял.» Внизу пририсовано сердечко и буква «Т». Вот материальное доказательство того, что я не выдумала эту ночь и весь вчерашний день. Прикинув по карте, что идти не так уж далеко, я вышла, на всякий случай, за час. Дверь успешно захлопнулась за мной на замок. Ничего своего я не оставила. Его адрес, на всякий случай, нацарапала в своей записной. Я двигалась в заданном направлении, рассматривая на ходу улицы и здания, держась в тени от припекающей жары. Шла не спеша, и всё же добралась до места к 12.45. Лучше раньше – подумала я и увидев очередь внушительных размеров, пристроилась в её конец. Если уж стоять, так хоть с пользой. Моя польза – это некий парень, которого я практически не знаю, но он нравится мне до безумия. Придёт он, или это его способ распрощаться с девушкой? Если второе, то вряд ли я смогу сохранить хорошее отношение к мороженому. Очередь двигалась медленно, но время ещё медленнее. Нет, первые пятнадцать минут пролетели довольно быстро, пока я взволнованно ждала, что он вот-вот появится с какой-то стороны улицы. Но он так и не появился, в результате чего приятная взволнованность сменилась достаточно неприятным волнением по поводу того какая я дура, что надеялась и прочее в том же духе. Вопрос, в общем-то стоял так: если он не придёт – я дура набитая, идиотка последняя; а если придёт – то я вполне себе нормальная, адекватная, встретила хорошего человека и всё у меня хорошо. То, что я поставила себя в зависимость от него и его действий не слишком радовало меня, но я пообещала себе, что это в последний раз. Такое обещание было дать совсем не трудно, так как в глубине души я уже почти смирилась с тем, что следующего раза не будет. Моя очередь пришла, а он – нет. Я взяла что-то и вышла на улицу есть. Было почти два и я готова была полить этот шедевр искусства слезами и, таким образом, похоронить свою прекрасную мечту о любви, вместе с любовью к мороженому. Когда за моим плечом прозвучало тихое «Привет», моё сердце так дёрнулось, что это дурацкое мороженое чуть не вылетело у меня из рук. По его лицу и без слов было видно, как ему жаль. - Прости меня, прости. Это всё так безбожно затянулось и конца не видно. Я вырвался только для того, чтобы предупредить тебя, что сегодня буду занят и завтра, скорее всего, тоже. Но я так хотел быть с тобой, каждую минуту думал о тебе. Он обнял меня и прижал к себе, рискуя испачкаться в мороженом. - Пожалуйста прости – снова повторил он, гладя меня по спине, робко прикасаясь губами к шее. Когда отпустил и я взглянула ему в глаза, то увидела стоящие в них слёзы. Неважно, что мои во всю текли по лицу, но его поразили меня до глубины души. - Ладно – сказала я, не в силах больше обижаться, наоборот, готовая броситься утешать его – Ты же не специально. - Нет. Но тебе всё равно пришлось ждать и думать…Наверняка в такой ситуации ты ничего хорошего обо мне не думала. - Но ты, в итоге, оказался лучше. Он грустно улыбнулся. - Я так боялся, что ты уйдёшь, что я больше никогда тебя не увижу. - Я тоже думала об этом, только не боялась, а ругала себя за доверчивость, за то, что поверила в сказку. - Нет, не переставай верить. Каждому воздаётся по вере его. Знаешь? Его глаза светились невероятно тепло. - Встретимся здесь послезавтра, в час, или два, или в десять, давай лучше с утра. Ко скольки ты сможешь добраться? - Смогу и к восьми, или ты так рано не встаёшь? - Когда надо – встаю. Сегодня же встал. У тебя получилось захлопнуть дверь на замок? - Да. Она захлопнулась как крышка гроба, безвозвратно. - Ну что ты, глупенькая. Он хотел обнять меня, но тут его взгляд упал на мороженое, которое уже вовсю текло по моей руке, а я даже не заметила этого. Неожиданно поднеся её к своим губам, он слизнул сладкие потёки. - М-м-м, как вкусно. - Правда? – я замерла от этой внезапной ласки, от его нежной, чувственной улыбки. - Вишнёвое? - Да. Хочешь еще? Я смотрела на него не отрываясь, тая вместе с мороженым. - Хочу. Я протянула ему рожок, и он прошелся по его краю собирая языком и губами мягкую часть. - А ты? – его глаза ярко блестели, он улыбался весело и соблазнительно. - Мы о мороженом сейчас? Он расхохотался, а я лизнула, пока он смеялся, стекающий десерт. - Ты такая же сладкая – прошептал он, захватывая мои губы своими, лаская, проникая вглубь языком. Я отвечала, совершенно потеряв голову. - Очень вкусно. – услышала я на своих губах, когда он остановился. – Ты больше не злишься на меня? - Нет. - Я так рад, что ты дождалась меня. - Очередь была очень длинная. Я почувствовала, что ляпнула что-то не то и атмосфера неуловимо изменилась. Он посмотрел на меня, как будто всё переоценивая. - Мне пора бежать. Уже давно пора, на самом деле. Они прибьют там меня. Он смотрел на меня не отрываясь. - Нет, просто очень неудобно подводить людей. Смотрел и не делал ни шагу. - Ну я побежал. Один шаг. - Скажи что - нибудь на прощание. - Что? - невнятно произнесла я. - Совсем нечего? Он опустил голову. - Ладно. Развернулся и пошёл. Меня охватила паника. Что случилось? Как всё свернуло не туда? Что вообще произошло? Я поймала взглядом, среди людей, его удаляющуюся от меня спину в белой рубашке, россыпь вьющихся волос, и с болью в сердце осознала, что, возможно, вижу его в последний раз. Меня наполнило чувство глубокого одиночества, как будто я осталась совсем одна на всём белом свете. Это состояние преследовало меня весь день. Почему я ничего не сказала? Почему? Не смогла быстро отреагировать на изменившуюся ситуацию. Я вообще в этом не спец – в общении. Дружу или общаюсь всегда с кем-то одним. Никому не желаю плохого, но совершив случайную глупость не умею просить прощения. Не умею мириться, хотя всё прощаю. Не место мне, среди нормальных людей. Бессмысленно всё.