Best part

Ночью Дейдара не мог уснуть. Он вообще не помнил вторую часть дня, в памяти было только время, проведенное с Сасори в той маленькой комнате. Ему предстояло сделать просто невероятный выбор, умереть от старости в этой дыре, но хотя бы надеяться на светлое будущее, или жить на полную катушку до определенного момента, а затем глупо расстаться с жизнью по чужой прихоти. Что больше привлекало его? Разумеется, второе, только вот не было бы пунктика про смерть, он бы вообще был самым счастливым человеком на свете. Если бы он отказался, он бы наверняка жалел потом всю оставшуюся жизнь. Массируя виски, Дейдара лениво думал о том, как будет жить с Сасори, как будет видеть его каждый день, слышать его голос, говорить с ним, касаться его… как будет наслаждаться взрывами и считать искры в небе. А потом, возможно, убежит куда-нибудь далеко-далеко, изменит прическу, будет носить линзы, и, может быть, Сасори не сможет его отыскать… Кроме этого был возможен еще один вариант: вдруг Сасори сам передумает превращать его в куклу? Вдруг он передумает…зачем убивать его, если можно жить вместе и делать все, что только захочется? Рассказывать самому себе сказки было так приятно, что Дейдара незаметно уснул. Ему снилось, как он снова целует Сасори, касаясь его красных волос пальцами, как они вместе что-то бурно обсуждают, как он собирает собственную бомбу и, в конце концов, взрывает себя. Проснувшись, Дейдара долго не мог прийти в себя, а потом, наконец, понял, как поступит в самом крайнем случае. Хотя часть внутри него совсем ничего не хотела. Просто делать все, что скажет Сасори, просто соглашаться с ним, поддаваться его манипуляциям, вестись на его трюки и плыть по течению. Возможно, Дейдара просто все больше увязал в пучине безумия, но его это совсем не беспокоило. Приняв решение, он не стал ждать два дня и этим же днем стараясь держаться спокойно и уверенно, подошел к Сасори. Может, это было ненормально, но даже после всего он не мог сказать, что видел в нем монстра или кого-то в этом роде. Это было глупо и безрассудно, но что с того? — Хорошо, я приму твое предложение, — сказал он негромко, смотря куда-то под ноги, чтобы не видеть довольную улыбку парня. А он был на все сто уверен, что он улыбался. — Очень рад это слышать, — Сасори ответил сдержанно и спокойно, в своей манере, хотя Дейдара знал, что внутренне он ликовал. — Присядь. Он похлопал на место рядом с собой на небольшом диване, и Дейдара сел. Ладонь Сасори вдруг оказалась на его рукаве, а затем мягко обхватила его запястье. — Твои руки дрожат, — так, чтобы было слышно только Дейдаре, сказал Сасори, зачаровывая внезапной мягкостью своего голоса. — В чем дело? Дейдара сглотнул и рассеяно улыбнулся. — Ни в чем, не обращай внимания… такое бывает, — соврал он, пытаясь унять эту странную дрожь. — Ладно, — продолжил так же тихо Сасори, — тогда слушай. Раз ты уже все решил, не будем тянуть и заставлять моих людей ждать. Сегодня ночью мы уйдем отсюда. Хоть его голос и был тихим, но в нем все равно звучала решимость. Дейдара уже перестал чему-либо удивляться, слишком уж часто ему подкидывали сюрпризы в последнее время. В любом случае, он не будет скучать ни по одному человеку здесь. И как только все это время ему удавалось находиться тут и не умирать от скуки? — Как скажешь, — без тени удивления согласился Дейдара, ему даже не нужно было время на прощания с кем-то, уход был бы для него полностью безболезненным. Он сжал ладонь Сасори и прижал к своей горячей щеке. Тот на несколько мгновений замер от неожиданности, а потом чуть улыбнулся. — Кажется, ты уже моя любимая часть коллекции. Эти слова заставили Дейдару почувствовать себя очень хорошо и очень плохо одновременно. Они были напоминанием того, что в нем видят всего лишь материал для куклы (верно?). Зато для лучшей куклы в мире. Он хмыкнул, улыбаясь в ответ. — Так, может, я гораздо лучше, когда живой? Кукла не сможет тебя так коснуться. Он заглянул Сасори в глаза, но тот впервые за все время отвел взгляд. Было ли это знаком того, что он и вправду задумался об этом? Дейдара ничего не мог сказать наверняка, когда дело касалось этого парня, но надеяться на лучшее очень хотелось. Дейдара хотел не спать всю ночь, потому что в его палату в любой момент мог зайти Сасори, но несколько часов спустя сон все-таки поборол его. Наверное, потому что он не переживал и не боялся. Семья Сасори уже доказала, насколько обширны ее возможности… Сны Дейдаре не снились, он будто провалился в глубокую темную яму. А потом проснулся он от легкого прикосновения чужой ладони к своему плечу. Сонно открыв глаза, первым, что он увидел, была тонкая улыбка на губах Сасори. — Вставай, нам пора, — шепотом сказал он. — Только будь тише. Не нужно, чтобы кто-нибудь нас услышал. Дейдара сонно встал, неловко пошатнулся из стороны в сторону и тряхнул головой, убирая челку. Затем он нащупал лежащие у кровати чертежи, над которыми работал тут на протяжение столького времени, перебрал их и свернул в трубочку для удобства. — Я готов, — все еще хриплым ото сна голосом сказал он, чуть поеживаясь от холода. — Отлично, — Сасори взял его за руку и потянул за собой. Они вышли из его палаты и пошли по полностью темному коридору. Дейдара окончательно проснулся и с удивлением стал размышлять о том, что они не смогут так просто выйти прямо из главных ворот. Это было бы уже слишком, тем более, везде были камеры, которые были поставлены как раз на такой случай. Но Сасори, судя по всему, мало волновали камеры и охрана. Он вел его прямо к посту охраны у парадного выхода. На удивление, свет не горел даже там. И в главном холле на первом этаже не было ни души, вообще им еще не встретился ни один человек, хотя они спустились со своего этажа вниз и преодолели несколько постов, на которых должны были каждую ночь дежурить медсестры. — Что ты сделал с людьми? Где все? — тихо спросил Дейдара, так и не сумев перебороть любопытство. Сасори только шикнул. — Это неважно, — сказал он едва слышно. — Молчи. Дейдара хмыкнул чуть недовольно, но не посмел жаловаться. Нет никого и нет, им же лучше… наверное… Так они дошли до парадного входа. Сасори продолжал удивлять, спокойно достав из кармана врачебный пропуск, и приложил его к механизму замка. Дважды пикнув, дверь отворилась, выпуская их наружу. Было темно, но фонари по периметру горели, а еще… небо было застлано тяжелыми темными тучами, шел дождь. Дейдара не без восхищения посмотрел вверх, и как только они вышли из-под крыши крыльца, ощутил крупные капли на коже. Было холодно и мокро, но он впервые за долгое время чувствовал себя таким счастливым и свободным. Сколько времени уже прошло с тех пор, как он в последний раз чувствовал прикосновение дождя к своей коже… Сасори потянул его за собой чуть торопливее. Точно, у них тут, вообще-то, был побег. Дейдара ускорил шаг, весело хлюпая ногами в больничных тапочках прямо по холодным лужам. По дорожке из гравия они дошли прямо до главных ворот. Послышался странный писк, а затем скрежет металла. Ворота открывались им навстречу, будто снова впускали их во внешний мир. Дейдара через плечо быстро кинул на клинику прощальный взгляд. В этом взгляде не было сожаления или страха, сейчас он искренне радовался тому, что больше не заперт в этих старых каменных стенах. Какой-то черный автомобиль стоял неподалеку, однако вне поля зрения камер. Они так же торопливо подошли к нему, и Сасори открыл дверцу заднего сидения. — Прыгай, — уже не боясь быть услышанным, сказал он. Дейдара без возражений залез в салон, где его тут же встретил какой-то человек с полотенцами, который, сидя на переднем сидении, развернулся к нему почти всем корпусом, чтобы поприветствовать. Сасори сел рядом и тут же взял одно из полотенец, вытирая мокрое от дождя лицо. — Здравствуйте, Сасори-сама, — поздоровался человек, а за ним и водитель. — Все в порядке? — Да, все согласно плану, — чуть кивнул он. — Едем домой. Дейдара сидел, перебирая в руках мягкую ткань, и заворожено смотрел на то, как за окном мелькали дома, деревья, редкие машины. Он не мог определить, который сейчас час, но на улице было очень темно. Пытаясь понять, что он чувствует, Дейдара в задумчивости замер. Он сделал свой выбор и меньше всего сейчас жалел, что не остался в клинике. Все равно врачи там были не очень, да и атмосфера в целом довольно гнетущая. Теперь ему оставалось придумать, как он будет выкручиваться из нынешнего положения. Может, придумает план и сбежит, а может, заставит Сасори передумать и оставить его в живых. Вариантов было много. Хотя убегать от Сасори ему почему-то хотелось меньше всего, его привязанность к этому парню была уже даже немного болезненной. Он нащупал в темноте руку Сасори и за нее притянул его к себе так, словно от этого зависела его жизнь. — Ау, — чуть ударяясь носом о чужое плечо, ойкнул Сасори и тут же замер, ощущая, как Дейдара крепко прижал его к себе, обнимая. — Что ты делаешь? — Ничего, — буркнул он ему на ухо, а потом немного отстранился. Хоть глаза уже привыкли к темноте, все равно лицо Сасори Дейдара видел смутно. Но ему вдруг показалось, что выглядел он немного иначе, не как обычно чуть строго, чуть безразлично. Возможно, это была работа воображения, а может, и в самом деле Сасори смотрел на него как-то по-другому. Не спрашивая разрешения, Дейдара потянулся к его губам. Холодные, мокрые и мелко подрагивающие, они сидели близко-близко, греясь в объятиях друг друга. В голове Дейдары была приятная пустота, а Сасори вскользь думал о том, что не ошибся. Дейдара точно станет лучшей частью его коллекции. А может, жизни.