the boots

— Убери это сияющее лицо, я ослепну! — театрально вскрикнул Тэхён, когда к вечеру Чонгук вернулся в квартиру. — Я стану счастливее, только когда защищу проект и позову его на свидание, — мечтательно вздохнул тот в ответ и, как был, одетый, так упал на свою кровать. — Я назвал его милым сегодня. Тэхён выплюнул чай, который как раз пил, и вытаращил глаза. — Он не выгнал тебя? — Тэ откашливался. — Сказал, ему приятно, что я так считаю. Я думал, что умру. Пока Тэхён переваривал информацию, Чонгук снял обувь и свернулся на кровати калачиком. Нервный день, но чудесный. Он видел, как Юнги сосредоточен, видел, как уплетает пиццу за обе щёчки. Видел его чертовски потрясающую татуировку. — Просто день с ним, а ты так влюблен, не могу поверить. Что же будет дальше? — Тэхён не ждал ответа, просто смотрел на мечтательное лицо друга. Весь оставшийся день Чонгук перечитывал написанное Юнги, расписывал поочередно тезисы, которые они составили. Он был полностью покорен теперь, совсем безвозвратно. Умные люди всегда покоряли его, а Юнги был таковым. Ровный слог без лишних отступлений, всё по фактам. — Если ты вздохнешь так ещё раз, я от твоего имени позову Юнги на свидание. — Я не вздыхаю! — Чонгук словно вынырнул из мыслей и закутался в одеяло сильнее. Позвать его на свидание. В голове билась эта мысль, словно звуки гонга. Как можно позвать Юнги на свидание так, чтобы он не смог отказать? Вопрос сложный, но теперь Чонгук планировал думать над ним так часто, как сможет, чтобы найти ответ. «Спишь?» — Я даже знаю, кто написал, — сразу со смехом отреагировал Тэхён, который повернулся на звук сообщения. — Ой иди ты, — хохотнул в ответ Чонгук и кинул в друга подушку, которая сразу прилетела ему в ответ прямо по голове. Он ею накрылся и ответил. «Нет, я только закончил писать». «Я же тебе сказал отдыхать». Чонгук улыбнулся, опуская подушку и обнимая её. «Я хотел сделать ещё немного, чтобы завтра ты меня похвалил». «Хорошо, ты умничка. А теперь спать бегом, я боюсь зомби». — Я несу сковородку. Будем жарить омлет на твоем лице, — Тэ сказал это, вроде, весьма безразлично, но со всей иронией на лице, на которую только был способен. — Я жду приглашение. — Куда? — На вашу свадьбу, конечно же! Гук снова кинул в друга подушку и пошел переодеваться. Хён сказал спать, значит спать. *** С самого утра Чонгук завис перед зеркалом. Он перевернул все свои толстовки, чтобы найти ту, которая сегодня соответствует настроению, но розовой или блестящей у него не было. Гук в итоге выбрал желтую. Но это оказалось даже легче, чем понять, как же лучше уложить волосы. Обычно парень не сильно думал о том, как он выглядит. Смотрел в зеркало, оставался доволен и шел дальше. Но сейчас ему нужно было сделать так, чтобы Юнги точно отметил, что Гук выглядит как-то иначе, более привлекательно что ли, Чон и сам не знал, чего конкретно добивается. В итоге, ничего больше не придумав, он завязал хвостик на затылке и вроде остался доволен. — Вау, я не думал, что волосы у тебя собираются в хвост, — Юнги хмыкнул, а Чонгук осознал, что не зря старался. Он воссиял, словно новая монетка, и прошел в квартиру. Мин по факту поставил кружку чая перед Чонгуком, когда тот уселся за стол. Напиток пах мятой и в нем плавали ромашечки. Гук попытался вспомнить, говорил ли он Юнги, что чай с мятой и ромашкой его любимый. — Не удивляйся, я по номеру инстаграм твой нашел, про чай там было, — Юнги подул на свой зеленый чай и осторожно отхлебнул. Чонгук сначала ощутил облегчение, получив объяснения, но потом сразу замер. — Ты искал мой инстаграм? — Мне было интересно, — старший пожал плечами, пряча улыбку в чашке. — Я видел твои фотографии к презентации, подумал, что и инсту ты ведешь, наверное, тоже красиво. И не ошибся. Так Гук и узнал, что Юнги тоже любит фотографировать. Чашки уже давно опустели, но ни один не спешил делать проект, оба слишком увлеклись беседой сначала о фотографиях, потом об искусстве в целом, о музыке. — Кстати, хён, ты сдержишь свое обещание? — Какое? — Ты дашь мне послушать свои песни, когда я защищу проект? — Гук вжал голову в плечи. Он не хотел навязываться, но послушать хотелось очень. — Конечно, обещал ведь. А ещё говорил, что хочу записать с тобой песню, тут я тоже не шутил. Чону перехватило дыхание. Но Юнги уже встал. — Мы тут почти четыре часа просидели, идем дела делать, — он закинул в рот чупа-чупс, взятый из вазочки со сладостями, и пошел к себе за стол.