Гартец дантисту

— П…Пила… Четыре… Пил…ла пять… — Гарт закрыл глаза, желая представить себе ещё более страшную картину чем сейчас. Собственный голос отдавал хрипотцой, но Фицджеральд с каким-то рок мотивом заставляя себя усиливать тон. — Себя разрезаю опять и опять…       Молодой дантист бессильно осаживался на пол, вслушивался в приближающийся стук каблуков и прощался с жизнью. Стальные шпильки отбивали по кафелю ритм, будто мерная похоронная процессия.       «В детском саду скоро будет Новый год» — На манер похоронного марша прогнусила шальная мыслишка в голове Фицджеральда. — «Запах клубники и монеточек звон…». В этой тишине раздробленной цокотом каблуков тихо пробивались короткие гудки: «Счёл меня придурком, неумеющим шутить… В любом случае, чем поможет парапсихолог, если тебе нужен охотник за приведениями». Образ огромного зефирного человека на мновение вышвырнул прочие мысли из головы.       Шансов больше не оставалось… Часы отсчитывали последние секунды, в грудь неохотно набирались последние капли воздуха.       «К черту подробности!» — Твердо сказал сам себе Гарт, поднимаясь на ноги и открывая глаза. — Отступать некуда,. за мной стена! — вкладывая в голос всю смелость, которая только у него была произнес молодой стажер-дантист и взглянул на долбанутую фею из подлобья. Белокурая дама замерла, поднесла указательный палец свободной руки к губам.       Между шкафчиком и стенкой был небольшой зазор именно туда сунул свою руку молодой несбывшийся зубной техник, упираясь пятерней в заднюю стенку… — Фиговый из тебя дантист! — с вызовом бросил Гарт, стараясь не отвлекаться на то как ее язык мерзко снимал ошмётки подсохшей на перламутровой резине кровь.       Белокурая кудрявая девушка материализовалась рядом со шкафчиком, который оказался тяжелой и шумной металлической заразой.       Звон бьющегося стекла и падения этой махины громким гулом разнесся по давно опустевшей клинике. — Выкуси! — эхом разнеслось по коридорам частной клиники.