Ваше блюдо уже остыло

Казалось бы, ничего не предвещало каких-либо изменений. Всё шло своим привычным чередом. Работа над международным проектом продолжалась, Юнги всё так же продолжал наблюдать за Кэтрин, но никак не решался признаться ей в своих чувствах. Ему казалось, она не то, чтобы не догадывалась о его отношении к ней, она даже не замечала его взглядов на себе. Наступило ещё одно унылое утро в жизни Юнги, которое по началу совсем ничем не отличалось от остальных. Если бы по новостям Юнги не узнал о случившемся пожаре прямо в отеле Кэтрин. Его эта новость очень сильно напугала, поскольку он очень переживал за здоровье Кэтрин. Не дослушав новости до конца, а соответственно и не узнав о причинах и жертвах пожара, он чуть ли не бегом отправился в офис, надеясь увидеть её целой и невредимой. Его надежды были оправданы. Этим днём Кэтрин приехала в офис, как выяснилось она совершенно не пострадала и во время успела покинуть отель вместе с вещами, которые прямо сейчас в чемоданах стояли рядом с ней на полу. По её словам она ещё не смогла найти временное место для своего проживания. После этого события прошло ещё некоторое время, но изо дня в день Мин Юнги замечал, что Кэтрин постоянно на работу носит все свои вещи, ссылаясь на то, что так и не смогла найти себе свободного места в других отелях. Коллеги относились к Кэтрин с пониманием, но сами ничем не могли ей помочь. Ситуация оказалась слишком сложной: все гостиницы и отели были переполнены, для аренды квартиры требовалось внести арендатору залог, средств на который у Кэтрин не было. В одном из отелей, ей пообещали скоро освободить номер, но так и не позвонили. По предположениям Кэтрин, скорее всего люди, которые жили в её отеле до пожара, быстрее успели забронировать места в разных гостиницах, что и послужило виной переполнения мест. Наступил вечер, рабочий день подошёл к концу, а на улице уже начало смеркаться. Выходя из своего офиса, Юнги заметил грустную Кэтрин, которая сидела со всеми своими вещами и чемоданами на лавочке, обзванивая все известные ей гостиницы и своих знакомых. Он стоял у выхода и просто наблюдал за ней, пока не заметил, что она просто начала плакать от безысходности. В этот момент он просто не мог оставаться равнодушным. — Кэтрин, с вами всё в порядке? Может быть я могу вам чем-то помочь? — Мин Юнги, честно, это совсем не ваши проблемы. Я не хочу вас утруждать — Поймите, пожалуйста, мне совсем не сложно помочь вам снова — Я обзвонила все свободные отели, на своё прежнее место я вернуться не могу, поскольку там идёт ремонт после пожара и никого туда не пускают. Жилые места остались лишь на первом этаже, да и то, там тоже всё занято. Неужели вы сможете найти отель со свободными местами, тогда как я за несколько дней не смогла найти?! — в слезах говорила Кэтрин. — Мне надоело каждый раз на ночь, чтобы просто переночевать, снимать спальню в лав отеле, да ещё и на двоих, хотя я туда иду одна. На меня уже там странно смотрят. У меня просто нет таких средств, чтобы каждую ночь до завершения рабочего проекта ночевать в лав мотеле, слушать чужие стоны там всю ночь, а всё остальное время проводить на улице. По Кэтрин было видно, что она очень устала и морально, и физически. Она выглядела немного злой и отчаянно раздражённой. Юнги это прекрасно понимал. — Послушайте, если вам совсем негде пожить сейчас, вы можете временно пожить у меня. Кэтрин молчала. — Я живу один в своей квартире, там очень много места, несколько комнат. Я вам выделю одну комнату, самую лучшую. И живите в комфорте. В любом случае, у вас больше нет выбора. — Вы такой интересный, конечно. Когда-то на машине на своей довезли, теперь и жить у себя предлагаете. — Мне не жаль места для вас, к тому же я очень понимаю вашу ситуацию. В моей юности тоже были времена, когда у родителей были финансовые проблемы, нам элементарно было некуда пойти. Мне иногда приходилось даже ночевать на улице, понимаете? — Хорошо, я согласна — на выдохе произнесла Кэтрин, вытерев свои слёзы.