Ваше блюдо уже остыло

Кэтрин так и не выходила из своей спальни, тем временем Юнги уже допил свой кофе, и не завтракая отправился на совещание... Всё та же привычная картина перед глазами, тот же лифт, в котором Юнги уже спускался на первый этаж. Сеул, как обычно, оставался пасмурным, солнце не выглядывало уже четвертый день. На парковке перед тем, как сесть в свою машину, Юнги обнаружил, что оставил ключи от автомобиля в квартире. "Не хватало мне еще сегодня опоздать" Делать было нечего, пришлось торопясь возвращаться обратно в квартиру за ключами. И вот опять, томительный подъём на лифте до тридцатого этажа, который очень тянул время. Юнги уже начинал нервничать из-за возможного опоздания. Начальство строгое, за простые опоздания по уважительным причинам в самый обычный день могут сделать выговор или крупное замечание, но что касается совещания, должно быть, начальник просто будет в ярости. И вот, наконец, засветилась цифра тридцать, двери лифта открылись, Юнги спеша побежал к своей квартире. — Где же я их оставил? — тихо проговаривал Юнги осматривая каждый уголок прихожей. На кухне вся посуда была вымыта — значит Кэтрин уже проснулась. Юнги пересмотрел все шкафы на кухне, проверил карманы во всех своих куртках, но нигде не мог найти ключи от машины, а время мягко говоря уже поджимало. "Если я поеду со скоростью выше допустимой, то не должен опоздать" Наконец, он начал внимательно осматривать гостиную, и его взгляд упал на то, что он искал. Ключи лежали на тумбочке, напротив спальни Кэтрин, дверь в которую была открытой. Юнги тихо подошёл к тумбочке, чтобы убедиться, что это точно те ключи, которые сейчас ему были срочно нужны. Фактически Юнги уже опаздывал на совещание на десять минут. Пока Юнги держал в руках ключи, кое-что заставило Юнги очень сильно отвлечься: из комнаты Кэтрин раздался очень красивый женский стон, тихий, но Юнги всё равно смог его услышать... Он очень напрягся, ему были хорошо слышны последующие тихие постанывания, прерывистое дыхание и шорох постели, которые доносились из её комнаты. Он сразу догадался о том, что происходит. Сама обстановка, в которой он сейчас находился, его очень напрягала. От каждого последующего тихого женского вздоха узел внизу живота становился всё сильнее. Юнги понимал, что ему нужно бежать на работу, но от услышанного разум полностью отдал пульт управления похоти. Он просто не мог сдвинуться с места и что-либо предпринять, приходилось лишь только неподвижно стоять, с запретным наслаждением слушая стоны девушки. Появился сильнейший соблазн посмотреть на это глазами, но ведь Юнги не должен себе такое позволять, ведь он нарушает личные границы девушки. "Я не должен туда смотреть". Но поздно, Юнги уже был возбужден и практически не мог себя контролировать. Он начал медленно поворачивать голову в сторону открытой двери, прекрасно понимая, что он не должен этого делать, он не должен смотреть на это... Кэтрин лежала в коротком шёлковом сером халатике, немного прогнувшись в спине от удовольствия. Шёлковая ткань халатика закрывала лишь малые участки её сексуального тела и создавала очень эстетичные складки на каждом изгибе её стройной фигуры. Одеяло, на котором она лежала, было свернутым и немного помятым, оно прикрывало лишь нижнюю часть её ног. Девушка лежала на спине, широко раздвинув свои длинные стройные ножки, сильно лаская себя рукой... Её голова была откинута назад во время наслаждения, а брови периодически сводились к переносице от очередной порции кайфа... Юнги просто стоял в ступоре, держа в немного дрожащих от возбуждения руках свои ключи, и внимательно наблюдал за каждым движением девушки. В эти секунды мир со всеми проблемами как будто бы полностью исчез, Юнги не мог оторваться от этой сладострастной картины, ведь ранее подобное он мог видеть лишь только в своих фантазиях. Прямо сейчас перед ним мастурбировала девушка, в которую он давно был влюблен. Так пошло и откровенно... Девушка постепенно начала подходить к разрядке, ещё сильнее прогнувшись в спине, одной рукой доставляя себе неимоверное удовольствие, а другой сжимая одеяло, она стонала ещё громче и сильнее. Её стоны теперь были более высокими и страстными... "Кончай, милая"... Юнги продолжал смотреть, не отворачиваясь, сильно сжимая ключи уже вспотевшими ладонями, еле сдерживая себя. Прямо сейчас очень хотелось прижать её руки к кровати, закрыть рот страстными поцелуями и без остановки трахать. Время постепенно шло, совещание скоро начнётся, но вместо того, чтобы уже сидеть с коллегами за столом, Юнги со стекающими каплями пота на лице продолжал практически не моргая смотреть на Кэтрин, рисуя у себя в голове самые пошлые картины... Он даже не замечал, что его нижнее бельё давно уже насквозь промокло от интенсивно выделяющейся смазки, казалось, что вот-вот он кончит просто стоя со своими ключами в руках, не сводя глаз с Кэтрин... Девушка уже закрыла глаза от постепенно приближающегося оргазма, её стоны были крайне высокими... Последние секунды, и девушка кончает прямо на глазах у Юнги: сильно сжимая рукой постель и закатывая глаза от сильного удовольствия. Доносятся последние утихающие стоны наслаждения, Кэтрин медленно опускается спиной на кровать и сводит ноги от полученного кайфа... Получив желанную разрядку, Кэтрин начинает поправлять свой халат и постель... Подняв голову, её взгляд падает на Юнги, который прямо сейчас стоял перед ней в дверном проеме весь покрасневший и смотрящий прямо на неё не отводя взгляда. Девушке стало очень неловко и стыдно, в то время, как во взгляде Юнги пылало сильное возбуждение и страсть с некой долей смущения. Он до сих пор был ступоре, где-то далеко от действительности. Он просто продолжал стоять и тяжело дышать от перевозбуждения... — Юнги? — тихо настороженно произнесла Кэтрин, прикрываясь одеялом. Юнги опомнился, его глаза наполнились сильным стыдом и смущением... Ничего не сказав он быстро схватил какую-то папку, лежащую на тумбочке, и прикрывая ей у себя между ног, быстро ушёл из квартиры.