Т/И и Ньют

Чьи-то руки поддерживали меня , пока я не смогла стоять самостоятельно. Немного пошатываясь, ослепленный ярким светом, я отряхнула одежду. Меня разбирало любопытство, но сильная слабость не позволяла толком рассмотреть, что происходит вокруг. Обступившие подростки молча наблюдали, как я крутитла головой, пытаясь хоть что-то понять. Под любопытными взглядами я сделала несколько неуверенных шагов. Раздались смешки, кто-то ткнул в меня пальцем. Тут было по меньшей мере полсотни человек самого разного роста, телосложения, возраста и национальности. Все с волосами разной длины и в грязной, пропитанной потом одежде, словно эти люди занимались тяжелым физическим трудом. Ничего не понимая, я смотрела то на подростков, то на ландшафт необычного места, в котором очутилась. Они находились в центре огромной площади размером с несколько футбольных полей, окруженной четырьмя циклопическими стенами из серого камня, местами густо увитыми плющом. Стены, высота которых, вероятно, была не меньше нескольких сотен футов, образовывали идеальный квадрат. В центре каждой из его сторон зиял проход высотой во всю стену, ведущий, как отсюда показались мне, в длинные ходы и коридоры. — Гляньте на Салагу, — раздался скрипучий голос; я не видел, кто это произнес. — мне так понравились новые апартаменты, что мне сейчас шею свернет. Несколько парней засмеялись. — Захлопнись, Галли! — грубо рявкнул кто-то. Я снова перевела взгляд на окруживших его незнакомцев. Высокий белокурый парень с квадратной челюстью и безучастным лицом, глядя на неё , хмыкнул. Другой, коренастый, смотрел на меня круглыми от удивления глазами, нервно переминаясь с ноги на ногу. Еще один, плотный мускулистый юноша с азиатской внешностью и высоко закатанными рукавами, обнажавшими бицепсы, также внимательно изучали меня . А темнокожий, тот самый, что поприветствовал меня, нахмурился. Остальные разглядывали меня с не меньшим интересом. — Где я? — спросила я , поразившись забытому звуку собственного голоса. — В дрянном местечке, — произнес темнокожий. — Расслабься и наслаждайся жизнью. — Кто будет ее куратором? — выкрикнули из толпы. — Да ты только глянь на эту кучу кланка, балда стебанутая! Как пить дать, станет слопером! Толпа отозвалась дружным смехом, как будто подростки в жизни не слышали ничего забавнее. От обилия слов, значения которых Томас не понимал, он и вовсе растерялся. Шанк, кланк, куратор, слопер… Подростки обменивались этими словами с такой легкостью, что казалось странным, почему я их не понимаю. Наверное, вместе с памятью я утратила и часть словарного запаса… Да, неприятно. Смятение, любопытство, паника, страх — меня переполняла целая гамма чувств. Но главенствовало все-таки тягостное ощущение безысходности, словно прошлая жизнь закончилась, была стерта из памяти и заменена чем-то пугающим. Хотелось убежать и спрятаться. — …даже в этом случае. Ставлю на кон свою печенку, — донесся давешний скрипучий голос. Я по-прежнему не видела лица говорившего. — Заткнитесь, я сказал! — прикрикнул темнокожий парень. — Еще одно слово — и следующий перерыв будет сокращен вполовину! Должно быть, их главарь, подумала я. Нескрываемое любопытство парней смущало, и я сосредоточилась на осмотре места, которое темнокожий назвал Глэйдом. Площадь была выложена массивными каменными блоками, из трещин и стыков которых торчали пучки высокой травы и бурьяна. В одном из углов площади находилась ветхая деревянная постройка странного вида, который сильно контрастировал с серой каменной стеной. Строение окружали несколько деревьев — их корни цеплялись за каменное основание, будто узловатые руки. В другом углу виднелось что-то вроде огорода — отсюда я смогла разглядеть кукурузу, кусты томатов и какие-то фруктовые деревья. Я снова посмотрела на пленивших его людей; несмотря на смущение, мне страшно хотелось буквально засыпать их вопросами. Внезапно лидер группы — на вид ему было лет семнадцать — сделал шаг вперед. Одет он был вполне привычно — в белую потасканую футболку, джинсы и кроссовки. Было странно видеть обычно одетого человека: Я почему-то решила, что каждый здесь должен носить нечто более мрачное, что-то наподобие тюремной робы. Волосы темнокожего были коротко подстрижены, а лицо — тщательно выбрито. За исключением постоянно хмурого взгляда, в его облике не было ничего угрожающего. — Это долгая история, красотка, — произнес он. — Постепенно ты все узнаешь — завтра я возьму тебя на экскурсию. А до тех пор… постарайся ничего не сломать. Я — Алби. Протянув руку, темнокожий молча ждал рукопожатия. Не отдавая себе отчета, я отвернулась от Алби, молча побрела к ближайшему дереву и села под ним, опершись спиной о шершавый ствол. Меня вновь охватила почти невыносимый страх, но я глубоко вдохнула и попытался заставить себя не паниковать. Просто смирись. Если поддашься страху, не сможешь разобраться в ситуации. Алби удивленно оглянулся на приятелей. Я снова окинула взглядом толпу: моя первоначальная оценка оказалась верной — здесь было человек пятьдесят-шестьдесят самого разного возраста, как совсем еще дети, так и подростки постарше, вроде Алби. Тот выглядел одним из самых старших. И вдруг я с ужасом поняла, что совсем не помню, сколько лет ему самому. Алби подошел ко мне и сел напротив, скрестив ноги; за ним последовали и другие ребята, сгрудившись позади. Всем хотелось видеть говорящих получше, поэтому подростки толкались и вытягивали головы. — Если тебе не страшно, — начал Алби, — значит, ты не нормальный человек, а псих. Будешь вести себя не как все — сброшу с Обрыва. — Обрыва?.. — переспросила я , побледнев. — Ладно, забей. — Алби потер глаза. — Невозможно объяснить все сразу, понимаешь? Мы тут не убиваем вроде тебя. Гарантирую. Но тебе придется постараться не быть убитым. Или выжить. Называй как хочешь. Алби умолк. От этих слов у меня перехватило дыхание. Из толпы вышел какой-то парень и, подойдя к Алби, отвесил тому шутливый подзатыльник. — Дождись, когда поведешь её на гребаную экскурсию, Алби, — произнес он хриплым голосом с необычным акцентом. — Не видишь, она совсем перепугалась? Первый раз слышит о таких вещах. — Он наклонился и протянул мне руку. — Меня зовут Ньют, и мы все будем очень признательны, если ты простишь нашего нового босса. Я пожала ему руку — в отличие от темнокожего, Ньют казался более дружелюбным. Ростом он был чуть выше Алби, но выглядел немного моложе — на год или около того. Длинные светлые волосы спадали по обтянутой футболкой спине, на мускулистых руках выступали вены. — Брось, — проворчал Алби, жестом приглашая товарища сесть рядом. — Она понимает едва ли половину из того, что я говорю. Раздались редкие смешки. Чтобы лучше слышать Ньюта и Алби, окружающие подступили почти вплотную к ним. Алби широко развел руки ладонями вверх. — Это место называется Глэйд. Здесь мы живем, едим и спим. Себя мы называем глэйдерами. Это все, что пока… — Кто отправил меня сюда? — требовательно спросила я . Страх уступил место злости. — И как… Не успел он договорить, как рука Алби метнулась ко мне и ухватила меня за кофту что типо толстовки . — Поднимайся! Вставай! — Алби вскочил на ноги, потащив за собой меня. Я испугалась и встала и пятился от надвигающегося на меня Алби, пока не уперся спиной в дерево. — Не стоит меня обрывать! — рявкнул Алби мне прямо в лицо. — Слушай, если бы мы рассказали тебе все сразу, ты наделала бы полные штаны прямо тут, а то и вообще померла бы со страха! А потом чистильщики выкинули бы тебя куда подальше, потому что пользы от тебя уже не было бы никакой! — Не врубаюсь, о чем ты толкуешь, — медленно произнесла я , отметив, однако, что голос наконец-то обрел твердость. К Алби подскочил Ньют и обхватил того за плечи. — Остынь, Алби, только хуже сделаешь. Не понимаешь разве? Тяжело дыша, Алби отпустил мою кофту. — Нет времени любезничать. Старая жизнь закончилась. Началась новая. Учись быстро, слушай других и помалкивай. Сечешь? В поисках поддержки я посмотрела на Ньюта. Внутри все клокотало, глаза горели от наворачивающихся слез. Ньют кивнул. — Слышал, что он сказал? Я кипела от злости, страшно хотелось наброситься на кого-нибудь с кулаками, но я просто ответила — Да. — Лады, — сказал Алби. — Первый День — вот что для тебя сегодня. Надвигается ночь, и скоро вернутся бегуны. Сегодня Ящик прибыл поздновато, так что на экскурсию времени не осталось. Прогуляемся завтра, сразу после подъема. — Он повернулся к Ньюту. — Обеспечь её лежанкой. Пусть поспит. — Лады, — ответил Ньют. Алби пристально посмотрел на меня . — Спустя несколько недель ты освоишься. Будешь наслаждаться жизнью и нам помогать. Каждому было тяжко в Первый День, ты — не исключение. С завтрашнего дня у тебя начнется новая жизнь. Я скрестила руки, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Пустота, выедавшая меня изнутри, быстро уступила место такой печали, что от нее закололо в сердце. Навалилось слишком много. Где я? Что это за место? Какое-то подобие тюрьмы? Если так, за что меня отправили сюда и на какой срок? Вновь подступили слезы, но я еле их сдержала. — Что я такого сделала? — прошептала я, не рассчитывая, что меня кто-то услышит. — Почему меня бросили сюда? — Мы все прошли через это. — Ньют похлопал мне по плечу. — У всех нас был Первый День, и каждого когда-то вытащили из темного Ящика. Не скрою, у тебя большие неприятности, а дальше может быть еще хуже. Но пройдет время, и ты станешь настоящим глэйдэром без страха и упрека. — Это тюрьма? — спросила я . В сумраке сознания я безуспешно пыталась отыскать малейший проблеск, который позволили бы вспомнить прошлое. — Слишком много вопросов, — сказал Ньют. — Ничего обнадеживающего ответить не могу. Во всяком случае, пока. Сейчас постарайся успокоиться и прими положение как данность — утро вечера мудренее. Я промолчала, понурив голову и разглядывая под ногами трещины в камнях. Вдоль края одного из каменных блоков росла полоска бурьяна с мелкими листочками. Крохотные желтые цветочки тянулись вверх, словно пытались дотянуться до солнца, скрытого исполинскими стенами Глэйда. — Думаю, Чак будет тебе хорошим напарником, — продолжал Ньют. — Толстяк малость неуклюж, зато отличный собеседник, когда все дела сделаны. Побудь здесь. Я скоро вернусь. Едва он успел закончить фразу, как воздух прорезал истошный вопль — высокий, пронзительный, почти нечеловеческий крик эхом разнесся по выложенной камнем площади, заставив обернуться всех, кто на ней находился. От мысли, что вопль раздался из деревянной постройки, у меня кровь застыла в жилах. Даже Ньют подскочил, как ужаленный. — Вот хрень! На десять минут нельзя отлучиться без того, чтобы медаки не начали истязать бедолагу! — Он покачал головой и слегка пнул меня ногой. — Найди Чака и передай, что я поручил ему позаботиться о твоем спальном месте. Сказав это, он со всех ног помчался к постройке. Я сползла на землю по грубой коре дерева, оперся спиной о ствол и закрыл глаза. Как бы мне хотелось, чтобы все происходящее оказалось лишь кошмарным сном!