Правильные

— Кажется, это М-92 «Богомол», — выдыхает Ориана, изучая найденную на столе в спальне родителей снайперскую винтовку. — Низкая скорострельность, зато потрясающая точность и высокий урон, — припоминает рассказы отца её старшая сестра Иди и тянет пятипалую человеческую ладошку к оружию. — Посмотреть бы на неё в деле, — Ориана поглаживает винтовку всеми тремя пальцами руки. — Сейчас подобные почти не выпускают. — А ещё лучше пострелять самой, — добавляет Иди. В этот момент девочки двух рас, турианка и человек, до невероятного похожи друг на друга: ротики приоткрыты, в глазах восхищение. Дети, какой бы расы они ни были, остаются детьми. — И сломать себе руки от отдачи, — усмехается её младшая, хотя на первый взгляд и не скажешь, сестра. Турианцы от природы более высокие, чем люди, и Ориана, что младше Иди на год, в росте превосходит сестру на голову. — Когда-нибудь я точно из неё постреляю, — уверенно заявляет Иди. — К тому же, Ори, ты тоже сейчас руки сломаешь. Турианка смеётся, не отрицая. Гаррус и Александра, вот уже четырнадцать лет, как Вакариан, а не Шепард, стоят в проёме своей спальни уже около пяти минут. Богатый боевой опыт научил обоих бесшумности, но даже если бы и нет… Их приёмные дочери тринадцати и двенадцати лет соответственно были слишком увлечены разглядыванием оставленного без присмотра папиного оружия, чтобы их заметить. — Кажется, кому-то уже не терпится на службу, — тихо замечает Александра. Руки у неё сложены на груди, муж приобнимает её за плечи. — Им позже достанется. — Там нет термозарядов, — отмечает Гаррус спокойно. — Ещё бы они там были, — женщина одаряет турианца выразительным взглядом, — потому что тогда бы досталось ещё и тебе. Мужчина чуть крепче прижимает жену к себе. Ни он, ни Александра не злятся и не удивляются тому, что дверь в их спальню была открыта. Их девочки уже активно учились обходить замки. — Знаешь, в следующий раз я оставлю на столе свой дробовик, — вдруг выдаёт Шепард. — Три снайпера на семью — это чересчур.