Кастлвания. Зов Луны.

На оставшуюся часть ночи иных повелений у Орлока не было, по крайней мере, для его дочери, и София оказалась предоставлена самой себе. Однако, как подобает госпоже Замка, демоница не стала тратить время зря, а провела его, более близко знакомясь с ближайшими подданными отца. София выяснила, что Люсия недолюбливает близняшек, Димитру по прозвищу Стальной Сокол исповедует спартанскую философию, не давая своим гвардейцам лишний раз и чихнуть, а паж Айвен еще исполняет обязанности секретаря и распорядителя. Посему, большую часть времени носится по Замку как угорелый со своими списками. Казалось бы, все спокойно, обыденно, и идет своим чередом. Но только то была иллюзия. София прекрасно осознавала, что все они сейчас сидят на пороховой бочке. И коли не удастся полностью обезвредить ее, надо хотя бы постараться свести ущерб к минимуму. И пока София размышляла, как это лучше сделать, сидя с вышиванием у камина, в ее дверь негромко постучали. Это был условный стук ее новоиспеченной фрейлины Хлои, так что демоница без колебаний пошла открывать. Вампирша уже не выглядела как разбойница, но стала более, хоть и не полностью, походить на благородную даму с аккуратной высокой прической, и одетую в темно-красное атласное платье с бронзовыми оборками. – Доброй ночи госпожа. – Доброй ночи Хлоя. Входи. Фрейлина вошла и критическим взглядом окинула комнату. – О, смотрю, твои вещи уже доставили. – Да, но только у меня сейчас нет желания с ними возиться. – Ну а я тебе на что, София? – Что ж, Хлоя, тогда за дело! – бодро молвила демоница. Когда с разбором сундука и нескольких тюков было покончено, Хлоя приблизилась к госпоже, и заговорщически понизила голос: – Давеча Богус приходил к Якубу. Они так погавкались, что даже страже пришлось вмешаться. «Ну все, лед тронулся». – Следовало ожидать. – Пожала плечами демоница. – А ты разве ничего не слышала? – Должно быть, я в это время была у близняшек на чаепитии. Кстати, жутковатые сестрички. Особенно та, скромная, Лоретта. А в тихом омуте, сама знаешь. – Что верно, то верно. – Зато чай у них просто потрясающий. Никогда такого не пробовала. Приятно кисловатый и терпкий, а по цвету, будто свежая кровь. Так я и буду теперь его называть – кровяной чай. Жестянку мне дали с собой. «Ну и какого черта ты уходишь от темы? Ты еще наряды близняшек опиши!» – Так что там с Богусом? – С ним-то ничего, кроме предупреждения и запрета приходить в крыло с его вампирами. Я больше беспокоюсь за Якуба. Лучше всего ему сейчас сидеть и не высовываться. – Он получил разрешение? – Ха, конечно нет! Уж кто-кто… – Ну а ты? – Я – да. Этот фрукт Димитру за меня поручился. Ему бы наших разбойничков на перевоспитание, они бы у него по струнке на руках ходили. Батори, как-никак. Эти даже среди вампиров упыри! Но, знаешь, чего я действительно опасаюсь? – Что Богус таки что-нибудь выкинет? – Все к тому идет. И еще мне кажется, что он может собрать свою братию, или же ее часть, и сделать отсюда крылья-ноги, что было бы вовсе не так плохо. – Коли попытается, это уже не мои проблемы, а отцовские. Но вряд ли он это сделает, гордость не позволит. – Да, гордыни у Боги, хоть лопатой греби. Но если бы братия настояла, он мог бы умыть руки. Однако, тихо-мирно Боги точно не свалит, а прихватит с собой все что только сможет, с десятком здешних жизней в придачу. – Ну а как там вообще настроения? К чему склоняется братия, по-прежнему единодушно повинуется главарю? Коли не хочешь – можешь не отвечать! – Я теперь твоя фрейлина, София. Служу своей госпоже и Замку. Назревает раскол, ведь наши вампиры некогда простые бедные крестьяне да преступники в бегах. То, что наши таки попали в Замок – предел их мечтаний. Богус им это обещал – они это получили. А до его мудреных честолюбивых планов мало кому есть дело. Так вот, София. – Отлично, Хлоя! – демоница невольно улыбнулась не совсем доброй улыбкой, – отец заверил меня лично, что безоговорочно возьмет на службу всех тех, кто согласится ему служить. Пусти по-тихому этот слух. Или, чего уж там, объяви напрямую, и пусть гвардейцы подтвердят. – Будет исполнено, госпожа. Кстати, у тебя есть оружие? Я не видела. – Нет у меня ничего. Я даже подумывала стащить столовый серебряный нож из трапезной. Но, это как-то не комильфо для госпожи Замка. – Верно сказано, София. Посему, держи! Хлоя с ловкостью разбойницы извлекла из рукава платья узкий кинжал в ножнах, и протянула Софии: – Лезвие серебряное. – Спасибо огромное, Хлоя. Я твоя должница. – Только не ты, госпожа, не неси чушь! Но уже перед тем, как уйти, вампирша оглянулась: – Я поначалу сомневалась, медлила, но теперь вижу, время пришло. Госпожа, у меня есть для еще тебя о нашем Боги. Теперь я вижу, что ты сумеешь распорядиться ее правильно. Так что, не выпить ли нам с тобой того кровяного чайку? – С превеликим удовольствием! Только вскипячу воду на очаге. У меня, кстати, есть еще печенье с цукатами. Выпекали здесь. Потрясающе вкусное! Не успела София обмозговать услышанное после ухода фрейлины, как увидела за окном знакомый крылатый силуэт. Настенные бронзовые часы в это время показывали полчетвертого утра. Демоница усмехнулась, и отворила окно. – Доброй ночи Марк! Мог и сам прийти, Замок бы не рухнул. – Я устал и неважно себя чувствую. Точнее – мое настоящее тело. Посему приказал, чтобы меня не беспокоили, если только не что-то чрезвычайное. Если да, то я немедля очнусь. – Да уж. – Не с… об этом не тревожься! Ну а ты сама как? – В общем, неплохо. Небо проясняется. – Понял, ма бель. Между прочим, ночь действительно ясная. Луна, свежий лесной воздух! Охота тебе здесь торчать, давай полетаем! – Но…, – София замялась, – я пока вовсе не летала. Даже не знаю. – Струсила? – Еще чего! – Не волнуйся, отсюда до земли где-то двадцать метров. Сориентируешься. – Ха-ха, утешил. Ладно, я полечу, только дай переодеться, платье не слишком годится для полета. Завари-ка пока себе чаю, и не подглядывай. – Ну и чего я там не видел? – Тьфу на тебя, грубиян. Это тело плохо на тебя влияет. – Нет, маб, твое тело плохо на меня влияет! – Вот что, Марк, я закроюсь в спальне, а ты наслаждайся чаем, он особый. – А коли зацепишься крылом? – Тогда, ладно, будешь отцеплять. Но с твоими-то когтями… нет, Марк, уж лучше не надо. У меня вещей наперечет. Кстати, ты не вернул мне мой фамильный подсвечник. Он бы прекрасно смотрелся на моем камине. – Но я же у вас его купил, причем за большие деньги! – А ты точно француз, Марк? – Не только, еще я вроде как левиафан. Вот что, маб, позволь я помогу тебе раздеться-одеться, тогда получишь свою реликвию без лишних слов! – Вот подлец! Только ничего не поцарапай!!!