Ты потрясающая

Здание суда, как обычно, обладало особо торжественной атмосферой, однако людей в коридорах уже не было — шли суды. Ну то есть, людей почти не было. К лобби защиты номер четыре, судя по размеренному стуку каблуков, кто-то вполне уверенно направлялся. В это время в лобби сидела девушка, Майя Фей. Кажется, она немного нервничала, делая круги по комнате снова и снова. Она только лишь собиралась сделать очередной успокаивающий вздох, как вдруг раздался стук и вслед за ним дернулась ручка двери. Майя на мгновение поддалась испугу, но стоило самой Франциске фон Карме войти — на нее лице уже сияла безупречная улыбка. — Доброе утро… Майя, — сдержанно поздоровалась она, делая реверанс. Фей же подбежала к ней и заключила ее в объятия, фон Карма значительно опешила, но на объятия ответила. — Франциска, как же давно мы не виделись! Конечно, наша переписка это хоть какое-то общение, но… все равно, — на секунду Майя задумалась, — мне тебя не хватало! Франциска заметно (но по какой-то причине незаметно ни для нее самой, ни для Майи) нервничая прочистила горло. Майя не отрывала от нее своего взгляда, ни капельки не смущаясь. — Что ж, да, ты права, я согласна с твоими словами совершенно… — с трудом высказалась она, но сразу же, коря себя за глупые глупости, решительно перешла к действию, будто бы надеясь, что это могло ее спасти, — что там с Райтом и Эджвортом? Братец обещал, что будет ждать здесь. Медиум кивнула. — Так и есть, у них, — она посмотрела на часы, висевшие на стене, — минут десять назад только суд начался, это может занять время. Реплику Майя закончила немного виновато, сама не зная почему. Да и вообще, несмотря на какое-то трепетное ощущение в груди, которое в действительности казалось ей крайне приятным, в голове перемешалась уже целая куча мыслей, которая вот-вот была готова заменить столь нежные чувства. Франциска, услышав такую информацию, которая крайне не соответствовала ее планам, ожиданиям и данным ей ее братцем обещанием ждать ее не позже положенного срока, в который, к слову, она совершенно идеально уложилась, не смогла сдержаться и вздохнула, она и вправду утомилась от перелета и совсем не была готова к очередному томительному, крайне скучному и бесполезному ожиданию. — Ты, наверное, устала… — задумчиво протянула Фей. Вдруг Майя улыбнулась и протянула ей руку. Ее глаза ярко загорелись, а брови взлетели вверх. — Пошли, я знаю, куда тебе нужно, — нежно-нежно произнесла она, сохраняя милейшую улыбку. Франциска лишь неловко подала руку в ответ, немного нервно посмеиваясь. Все ее ощущения в данный момент были для нее в новинку, но… Протестовать не хотелось, совсем. Быть может, дело было в доброжелательности столь приятной, то есть, просто милой, то есть... Чем больше она размышляла, тем меньше ей хотелось размышлять. Майя шла довольно медленно, но руки Франциски не отпускала, качая их руками по известному только ей ритму. Фон Карма привыкла ходить быстрее, но прогуливаться с… Впрочем, даже просто прогуливаться было приятно. Зима наконец закончилась, оставив за собой лишь освежающую прохладу и оживающую природу. Листья на деревьях уже были готовы распуститься, многие перелетные птицы уже вернулись, гордо распеваясь — чувствовалась весна. Пока девушки шли, Майя все никак не замолкала, рассказывая о том, о сем. Франциска, опять-таки, против не была, даже наоборот, в ее лице можно было заметить полную заинтересованность. Она совершенно рассеяно рассматривала собеседницу, (наслаждаясь) наблюдая за ее (милой) улыбкой и (не менее милым) смехом. Обычно фон Карма не позволила бы себе так открыто рассматривать человека, к тому же, допуская столь… (честные) глупые мысли в своей голове, но с Майей все было необычно. Не так, как всегда… Почти всегда Франциска слушала других только ради того, чтобы позже использовать это против них же… В суде. Анализируя информацию, она уже выстраивала сложные схемы того, как и когда ей стоит что-либо упомянуть. Сейчас же она просто не могла оторвать взгляда и мысли от одной единственной персоны, которая, в свою очередь, даже этого не замечала, полностью погруженная в рассказ. Кажется, она рассказывала о недавней серии «Стального Самурая», но Франциску удовлетворил бы рассказ о чем угодно, лишь бы он был от нее. Как же долго они не виделись! Интересно, а Майя скучала? На этой мысли Франциске пришлось потрясти головой, пытаясь избавиться от столь странного вопроса. Конечно, Майя определенно что-то испытывала во время ее отсутствия… Они ведь, вроде как, были друзьями, так ведь? Иногда обменивались письмами… Хотя прокурор не могла бы дать никаких показаний касаемо их дружбы… Что же она сделала такого, чтобы заслужить эти прекрасные ощущения? Этот смех, эту улыбку, руку в своей руке… Видимо, Франциска снова затерялась в своих мыслях. Вот и на лице у нее было какое-то запутанное выражение, как будто бы она пыталась раскусить очередного свидетеля. — Франни, ты в порядке? — вдруг неожиданно для фон Кармы спросила Фей, останавливаясь. Франциска чуть не запнулась. Но, оправившись, ей пришлось приложить множество усилий, чтобы преодолеть трусость и… Храбро взглянуть Майе в глаза. Та уже давно пыталась поймать ее взгляд, но теперь уже она выглядела немного обеспокоенной, слегка нахмурив брови. Франциска тяжело сглотнула. — М-майя, — с ноткой дрожи в голосе начала Франциска. — Да? — Майя никак не теряла обеспокоенности. — Мы ведь с тобой д… — Да, конечно, я люблю тебя! — не выдержала Фей. — Что? — Франциска не верила услышанному — Что? — и, Майя, похоже, тоже. Франциской овладела легкая тревожность, не давая ей спокойно выдохнуть — она не могла отвести взгляда от Майи, покрываясь румянцем. Фей грустно улыбнулась. — Ты удивлена? Прости, если я задела тебя этим, но для меня ты по-настоящему удивительна! Мне нравится то, какая ты есть и… Но она не смогла договорить, ее совершенно бестактно заставили замолчать. Поцелуем. Майя часто-часто заморгала, снова не веря в происходящее. Франциска решительно подтянула ее к себе, заключая в объятия и наконец отстраняясь. Она подняла совершенно влюбленный взгляд на Майю и нежно провела по ее щеке. — Ты потрясающая, Майя. Майя счастливо улыбнулась, беря руки Франциски в свои. На ее глазах заблестели слезы счастья.