Туда и обратно. Мародёрская редакция.

      Яркий свет. Это первое, что увидел Джеймс, когда очнулся. Сначала, он подумал, что это просто встало солнце за окном, слева от него спит его любимая жена, и уже через пару минут прилетит Патронус от Бенджи, о том, что теперь его очередь следить за поместьем Лестрейнджей.       Но Джеймс ошибся. Когда он открыл глаза, Поттер не увидел ни дома, ни жену, ни друзей. Джеймс тут же встрепенулся. Где Лили? А Сириус? Римус и Питер? Где они? Поднявшись на ноги, Сохатый осмотрелся. И то, что он увидел обрадовало и напугало его одновременно. В метрах десяти от него лежал Сириус. Сознание забило тревогу, но Джеймс решил не поддаваться ей. — Сириус! Бродяга, — затормашил Блэка парень.       Сириус только лишь всхрапнул и перевернулся на другой бок. Джеймс облегчённо выдохнул. Сириус жив и это хорошо. Но они где-то в лесу, и это плохо. Он не знает, где остальные Мародёры и где его жена, что тоже не улучшает ситуацию. Будь она с ним рядом, парню было бы в разы спокойнее.       Сделав глубокий вдох и выдох, Джеймс решил проверить, что у него есть. У него было с собой двадцать галлеонов, пятнадцать сиклей и три кната. Волшебная палочка также была при нём. Одеты они были как и вчера вечером: в джинсах, рубашках и прогулочных туфлях. Осмотревшись, в пяти метрах от них лежала его мантия-невидимка. — Какого хрена? — спросил Джеймс и подошёл к мантии. Это была она, определённо и точно она. Но он был уверен, что оставил мантию в спальне. Или нет? Решив, что прошло уже достаточно времени, Поттер принялся будить Блэка. — Сириус, проснись. — Сохатый, отвали, — промямлил тот. — Сириус, твою мать, просыпайся! — крикнул Джеймс и с силой толкнул друга.       Проснувшись, Сириус тут же прикрыл глаза от солнечного света. На его лице были различные эмоции от шока до восторга. — Где это мы? — проговорил Бродяга. — Это ты мне ответь! — резко ответил Джеймс. — Где это мы, и где Лили?! Где Лунатик и Хвост?       Бродяга осмотрелся. Действительно никого на опушке не было, кроме них. Ни Рема, ни Пита, ни даже Цветочка. — Не знаю, — признался Сириус. — Но сейчас узнаем.       Парень тут же обратился большим чёрным псом и принюхался. Но к своему ужасу не учуял никого кроме Джеймса и запаха пыльной дороги. Должно быть его собачья морда смогла передать весь диапазон его эмоций, потому что Джеймс тут же застонал и, от бессилия, закрыл лицо руками. Сириус решил не бросать попыток и решил пробежать по окрестностям в надежде учуять ещё какой-то запах. Но пробежав в сторону, он смог только чётче почуять дорогу.       Вернувшись к Джеймсу, тот уже сидел на земле, всё также схватившись за голову. Сириус не знал, делать и что сказать. Это была только его вина, он это понимал. Обратившись обратно человеком, Блэк хотел было подойти к Сохатому и поддержать. Он засунул руку в карман, имея большое желание закурить, как вдруг нащупал какой-то листок. Сначала Сириус подумал, что это чек от покупки сигарет, но увидел перед собой желтый лист и почти выцветшие чернила и понял, что это какая-то страница из той самой треклятой книги! В записке было сказано: «Средиземье — мир столь прекрасный, сколь и опасный. Не теряйте бдительности! Держитесь рядом с местными эльфами — эти существа очень могущественны, к большому моему счастью, они также очень добры. Я не могу открыть всей тайны возвращения обратно в наш мир, но могу лишь сказать, что моя дружба с Финродом Фелагундом очень в этом помогла мне. В детстве мне всегда говорили, что быть Блэком — всё равно что быть королевской крови, но рядом с владыкой Финродом — мы лишь жалкие ничтожества. Если тебе, читатель, понадобится помощь, ты можешь найти её в Нарготронде, у владыки Финрода, сына Финарфина, владыки Тириона. Не бойся искать её у эльфов — они бессмертны, а потому всегда будут здесь. В Средиземье говорят на вестроне, Всеобщем наречии, к моему счастью, полностью идентичному английскому… »       Ниже Ликорус приводил текст заклинания. Сириусом овладела небольшая паника. Другой мир? Средиземье? Почему стоит держаться эльфов? Что это за имена? Ни одного ответа и сотни вопросов. Но надо было брать себя в руки. Хотелось попробовать ещё раз прочитать заклинание, но Сириус на этот раз откровенно боялся, да пусть засмеют его все гриффиндорцы. Но теперь эту новость необходимо сообщить Джеймсу. Сириус не собирался скрывать от лучшего друга и толику информации, но если сейчас он просто не понимает, где оказался и где его жена и друзья, то что будет если он узнает, что попал в другой мир? Что если остальные тоже попали сюда? Тогда где они? От этих мыслей Сириуса передёрнуло. — Джим. — Что, Бродяга? — ответил парень после нескольких секунд молчания. — У меня для тебя не лучшие новости… — Сириус всё-таки достал сигарету и закурил. Терпкий дым начал распространяться по опушке, отчего Джеймс громко выдохнул. Когда он посмотрел на Блэка, тот ему уже протягивал лист из книги. Прочитав записку, Сохатый опустил голову, сложил её в двое и положил в нагрудный карман. — Нам нужно к этому Финроду, — констатировал Поттер. — Или сначала найти Цветочка, Лунатика и Хвоста, — Сириус сплюнул взмахом палочки потушил сигарету и заставил её исчезнуть. Джим был мрачнее тучи. — Джеймс, мы их найдём. Я их найду, обещаю тебе… — Вот надо было тебе читать это заклинание…       В голосе Джеймса звучала горечь, боль и, самое страшное, злость. Последний раз Сириус чувствовал нечто подобное на пятом курсе, когда он чуть не натравил Лунатика в пушистом обличии на Нюниуса. Джеймс был тогда в ярости. Но тогда он кричал, доказывал ему, что Сириус идиот и прочее. Сейчас в Поттере что-то бурлило, подобно гейзеру. Блэк осмотрел друга и заметил, что тот с силой сжимает палочку. Сириус даже не стал бы тянуться за ней. Он знал, что заслужил. Но не сейчас. — Соха… — Нет, Сириус, — не дал ему договорить Джеймс. — Не надо мне говорить как тебе жаль. Тебе стало скучно?! Хотел повеселиться?! Так зашёл бы к своей безумной кузине, попросил бы тебя развлечь! Сейчас тебе весело?! Счастлив?!       С минуту Сириус стоял и смотрел другу в глаза. Он во всём прав. Джим даже не знает, где его жена и что с ней. А если это заклинание отправляет в разные миры? Если оно кого-то никуда не отправляет? Или вовсе… О последнем Сириусу не хотелось даже думать, но слова пророненные Джеймсом звучали всё громче: «Весело тебе?! Счастлив?!» — Счастлив, — удивленно сказал Блэк, будто пробуя слово на вкус. — Что, «счастлив»? — продолжал ворчать Поттер. — Патронус, — пояснил Сириус. — С его помощью можно передавать сообщения. Вряд ли он может прыгать через миры…       Достав палочку, Сириус задумался и произнёс: «Экспекто патронум!». Вдруг из серебристой дымки выбежал такой же серебристый пёс, внешне похожий на анимагическую форму Бродяги, он побежал по поляне и остановился рядом с хозяином. — «Лунатик, где ты? Цветочек и Хвост с тобой? Я и Джеймс целы и ищем вас», — передай Ремусу, — сказал Сириус. Патронус продолжил вилять хвостом, а затем начал принюхивать, будто берёт след. Вскоре он сорвался с места и побежал в одном направлении. Сириус кивнул Джеймсу и обратился в пса, а тот — в оленя.       Они побежали со всех ног. Сохатый обгонял Бродягу, что не мудрено — олени должны быть быстрее собак. Но самому Сириусу казалось, что Сохатый не просто бежит, он летит подобно Патронусу, который они стремятся догнать. Вскоре погоня привела их на грунтовую дорогу, по которой бежать было немного легче. Однако длиться вечно это не могло. Серебристый пёс начал таять и серебристая дымка почти невидимым сгустком потекла дальше в сторону восхода солнца. Сохатый перестал бежать только когда совсем перестал видеть очертания Патронуса. Сириус остановился рядом и высунул язык. Сам Джеймс будто не пролетел всего этого расстояния и только сам Блэк, зная как друг дышит в облике оленя едва заметил как его грудь вздымается чаще, в сокращения были глубже. Сириус обратился обратно человеком. — По крайней мере, Луни… тут, — сказал он, когда Сохатый снова стал человеком. — Только непонятно где, — пнул лежащий камень Поттер. — Мы можем попробовать ещё, — предложил Сириус. — На этот раз отправить его Лили.       Парень осмотрел Джеймса. Тот после небольшой неудачи с Патронусом (или посредственной удачей, тут как посмотреть) выглядел подавленным и видно его начали одолевать самые ужасные мысли касательно Лили. Осознав, что другу это сейчас вряд ли нужно, он слегка обхватил его за плечо и пошёл дальше по дороге. Джеймс, взглянув на Сириуса, по-дружески постучал его по руке и пошёл дальше сам. — Имеет смысл превратиться обратно в животных, — предложил Блэк. — Думаешь? — спросил Поттер, как его живот заурчал. Живот Сириуса ему вторил сразу же. — Да, наверное, ты прав. Дорога не выглядит заброшенной. — Нет, над ней постоянно клубится пыль, — подтвердил Бродяга. — Пока бежал, все ноздри в пыли, тьфу… Видимо это Средиземье не слышало про асфальт. — Всё же, Сириус, попробуй унюхать что-нибудь.       Кивнув, парень принял очередную попытку почуять новые запахи. И он почувствовал запах еды. Такой еды, которую наверняка никогда не ел. В запахе смешались и рыба, и курица, мясо, картошка, пироги. Бродяга облизнулся и снова принюхался. Не далеко. Около часа пути в ускоренном темпе. В их анимагических формах минут за двадцать добежали бы. О чём и поспешил рассказать он Джеймсу. — А тебе не кажется странным, что в месте, где живут люди будут гулять огромный Грим и олень? — возразил Поттер на идею добежать в их звериных обликах. — Джим, ты же читал записку предка, — сказал Сириус. — В этом мире слышали о магии, его же как-то вернули домой. — Ага, только твой суперпрадед не смог почему-то как следует об этом расписать, что-то или кто-то его остановил или запретил. — Предлагаешь идти пешком? — Нет, твоя физиономия слишком красивая для этих мест, — покачал головой Поттер. — Привлекаешь лишнее внимание. — План «Поводырь»? — План «Поводырь».       «Поводырь» родился на одной из миссий Ордена, как маскировка в толпе маглов. Джеймс как правило затемнял стекла своих очков и иногда брал внешность какого-нибудь старика, чтобы больше походить на слепого, а Сириус в облике собаки был его «поводырём», что позволяло им смешаться с толпой. Однако сейчас Джеймсу нет смысла преобразовываться. Так что трансфигурировав ошейник и поводок из двух веток, друзья отправились дальше по дороге. Бродяга уверенно и сильно тянул его вперёд, ускоряя его шаг, в то время как Джеймсу оставалось лишь поспевать.       Вскоре парни пересекли мост через небольшую речушку, с которого было видно большое поле и несколько человек, работающих на нём. Джеймс отметил, что они работают руками, а значит магией не пользуются. Значит и им не следует творить волшебство, по крайней открыто. Ещё он обратил внимание на размер пшеничных колосьев — они были гораздо больше, чем всегда представлял Поттер. Однако чем дальше они заходили, тем больше Джеймс убеждался, что это не пшеница высокая, а люди маленькие. Но при этом с такими же заботами как у людей на фермах, про которые ему рассказывали Лили и Ремус. Шли они до тех пор, пока не дошли до таблички на дороге. «Добро пожаловать в Хоббитон!»       Джеймс посмотрел на Бродягу, тот сам не выказывал никакого восторга, скорее озадаченность. Для того чтобы понять это, Поттеру даже не нужно было видеть его человеческое лицо. Поэтому, указав куда-то за мельницу, ребята поспешили туда. Перевоплотившись, Сириус сразу потянулся за сигаретой. — Бродяга, давай позже, — прокомментировал его действия Джеймс. — Почему? — Как минимум потому, что мы сидим возле мельницы с большим количеством стогов сена, — сказал шёпотом Поттер и развёл руками в стороны. — Плюс нам надо придумать, что нам надо делать. — А что тут сделаешь? — спросил Блэк, всё-таки закуривая сигарету. — Идём прямо, только вдвоём. Палочки не светим, мантию не достаём. Она же тебе под рубашкой не мешает? — Нет, всё в порядке, — Сохатый проверил себя на наличие мантии и палочки и вспомнил, что у него с собой кошелёк. — У тебя есть деньги? Или другие мысли как добывать еду? — Чтобы у Блэка не было денег? — усмехнулся Сириус, доставая свой кошелёк и… увидев ничего, после открытия. Дело в том, что его кошелёк был привязан прямо к банку специальными чарами, а если кошелёк в другом мире… — У меня нет денег… — Разберёмся, — посмеялся Джеймс и, кажется, это была его первая улыбка и смех с тех пор, как они сюда попали.       Как только бывшие гриффиндорцы вышли из своего укрытия, они пошли дальше по дороге. Проходящие рядом человечки смотрели на них с недовольством, будто бы они что-то натворили. Хотя, зная их похождения, Сириус бы добавил пока не натворили. — Почему они так странно смотрят на нас? — спросил Джеймс спустя несколько минут пути. — Они давно смотрят, — пояснил Сириус. — Ты пока шёл и удивлённо рассматривал их, они удивлённо рассматривали тебя. — А ты как это всё заметил? — Видимо собаки здесь более частые гости, чем… мы.       Дорога всё шла и шла вперёд, а человечки всё не кончались. Джеймс не переставая думал о Лили и о том, где она сейчас может быть. Может действительно стоило отправить ей Патро… — Смотри куда идёшь, верзила! — крикнул толстенький человечек, собирающий какую-то рассыпанную ягоду, на которую Поттер случайно наступил. — Лукотрус, давай повежливее, — вступился Блэк. — Прошу прощения! — перекрикнул Джеймс своего друга, стараясь его заглушить. — Я не нарочно. А вы, кстати, не могли бы нам помочь? — Чем это? — уточнил толстый человечек. — Мы не местные, как вы наверняка заметили, — рассказывал Джеймс. — И нам бы найти место, чтобы поспать да поесть… — К себе не пущу, сколько не проси, — предупредил тот. — Вам в «Зелёного Дракона» надо. Трактир. Там и готовят вкусно и переночевать можно. Поговаривают, — заговорил он шёпотом, — туда даже гномы ходят, чтобы без ночлега не быть, а они народ странный. Да и вы, верзилы, тоже непростые. Деньги вам, да славу подавай. Нет, чтобы как мы, хоббиты: огород, эль и табак, — на последних словах хоббит, как он себя назвал, достал трубку и закурил. — Спасибо большое… Мистер хоббит, — поблагодарил Сириус, Джеймс лучезарно улыбнулся, кивнул и пошёл за другом. Но позже он вернулся, уточнить ещё один момент, — А где этот «Дракон»? — Да прямо по дороге до большого перекрёстка, а дальше будет указатель или на рынке спросите у кого-нибудь, там постоянно кто-то есть.       Снова поблагодарив, парни двинулись дальше удивляясь чудачествам хоббитов и всему их краю. Добравшись до перекрёстка, они спросили дорогу у пренеприятнейшей женщины-хоббичихи (которую кто-то окликнул Лобелией) до трактира, к счастью показать её она согласилась за просто так. — Ты видел? — удивлялся Сириус. — Женщина и босая. Так ноги ещё такие волосатые… Понимаю, мужики, но женщины… — Надо принимать всё как данность, Бродяга, — посмеиваясь сказал Поттер. — И потолерантнее. — Ну нет, Сохатый это уже слишком. Дома под землёй, босые ступни… При этом чумная увлеченность садоводством, — говорил Сириус, когда они наконец добрались до места.       Зайдя вовнутрь трактира, парни поняли, что здесь шумно, полно алкоголя и табака. Хоббиты то и дело что плясали на столах, курили и о чем-то шушукались в углах. Мародёры подошли к стойке, за которой сидел бармен, чтобы сделать заказ. — Добрый день! Здравствуйте, — поздоровался Джеймс. — Добрый день, уважаемые господа, — слегка улыбнулся бармен и посмотрел на них снизу вверх. — Чем могу служить? У нас есть специальные порции для людей: в ваши животы не влазит столько, сколько в нас. — Тут мы можем поспорить, господин бармен, — усмехнулся Сириус. — Мы были весь день в пути. Мы хотим есть и спать. — Будете брать одну комнату? Сейчас как раз будет полдник, а потом ужин. Или вам ужин подать сейчас? Или лучше обед? Как вы… О, здравствуйте, мистер Гэндальф! — хоббит очень быстро тараторил, предлагая им то одно, то другое, что волшебники даже не заметили, как к ним сбоку подошёл старец высокого роста с длинной бородой по пояс, в серых одеждах, в серебристом шарфе и остроконечной шляпе, в руке у него был деревянный посох, лицо было полностью в старческих морщинах, густые брови делали его грозным на вид, но искры из голубых глаз выдавали его радость нахождения тут. — Добрый день, Бандо! — улыбнулся старик. — Надеюсь, ты помнишь моё любимое? — Конечно, Гэндальф! Обед скоро подам, ключ в твою комнату знаешь где, — Бандо улыбнулся старцу, а тот положил на стол три серебряных монеты, благодарно кивнул и пошёл в угол зала. — Ох, простите, пожалуйста, господа! Гэндальф мой постоянный клиент я… В общем, осталась одна комната, но кровати там раздельные! Можете не переживать! — Да, спасибо… Бандо, да? — обратился Сириус. — Да, верно, — улыбнулся хоббит. — Комната и два обеда. С вас четыре серебряных. Когда будет готово, я подам, просто скажите, где сядете. И на кого мне записать комнату? — Слушай, Бандо, — начал Джеймс, — а этот Гэндальф любитель компании? — Я его редко вижу с кем-нибудь, — пожал плечами хоббит. — Так что? На кого записываю? — Джеймс Поттер, — парень выложил четыре сиклей на стол. Бармен аккуратно взял монету и стал рассматривать её, а затем и самих клиентов. — Проблемы? — уточнил Сириус. — Да нет, — хмыкнул хоббит после того как повзвешивал монету Джеймса и того Гэндальфа. — Вроде серебро, как серебро. Вы сядете к Гэндальфу? — Да, туда, — подтвердили ребята.       Протискиваясь мимо пьяных хоббитов, Мародёры добрались до стола в углу зала, где и сидел старик. При его рассмотрении он очень походил на Дамблдора, однако его причуды отличались от дамблдоровских. Гэндальф курил трубку, прикрыв глаза и не замечая шума, который стоял в таверне, а его губы часто шевелились, приговаривая что-то, понятное лишь ему. Но когда парни отодвинули стулья, чтобы подсесть к нему, тот почти сразу очнулся. — Здравствуйте, господа. Чем могу служить? — не будь в Британии сейчас войны, Джеймс бы просто подумал, что старик немного чудной, однако его движения ему напоминали одновременно и Дамблдора, и Грюма. Какая-то беззаботность и бдительность. Непредсказуемость и опасность. Джеймс бы не хотел сражаться против такой смеси. — Здравствуйте, мистер Гэндальф, извините, что потревожили вас… — вежливо начал Сириус. Длинноватые волосы Блэка растрепались в дороге и сам он выглядел не лучшим образом, но, к счастью, Бродяга всегда умел выставить себя в выгодном свете и привлечь к себе внимание, когда это нужно. Увы, когда не нужно, тоже срабатывает. — Мы хотели спросить вас об… — продолжил он за своего друга, как вдруг понял. А о чём они хотят его спросить? Кто такие хоббиты? Что он тут делает? Все эти вопросы потом можно задать и им и в лучшем случае, они станут объектом насмешек. — Спросить о Средиземье… — О чём конкретно? — Гэндальф нахмурился и начал буравить их взглядом. Ранее добрые и искристые голубые глаза, стали настоящими грозовыми тучами, готовыми пускать в них молнии. — Видите ли, мистер Гэндальф, — перенял инициативу на себя Сириус, — мы с другом… Не отсюда. Не в смысле, не из Хоббитауна… А вообще… Джеймс, покажи ему листок, — Джеймс полез за листком в нагрудный карман рубашки и протянул его старцу. Поттер не понимал, почему среди всех существ, которых они встретили по пути, решили довериться именно Гэндальфу. Тот прежде чем разложить его, посмотрел прямо в серые глаза Блэка. — Хоббитон. Не Хоббитаун, — поправил его Гэндальф и принялся читать. Мародёры видели как его глаза бежали по строком, как менялось его лицо с недовольного на смятение, а потом и на удивление. В конце концов он слегка повёл пальцами над трубкой, заставив табак тлеть и закурил. — Эру… Элберет Гилтониэль… — Простите? — прервал его Джеймс частично удивленный способностью старика к беспалочковой магии. Гэндальф оторвал взгляд от записки и посмотрел на ребят. — Откуда у вас это? — Ну, если коротко, — начал рассказывать Сириус. Он рассказал и про их волшебное происхождение, и про ещё троих человек, которые сейчас находятся не пойми где, и про книгу и про прочитанное заклинание. — И вот мы пробудились в лесу. Нас только двое, а остальных мы не нашли. — Значит, говорите, вы волшебники? — спросил старик. — Как же вас зовут? — Меня зовут Джеймс Поттер, — представился Сохатый. — Сириус Блэк. — И чем вы докажите, что это правда? Вы, мистер Блэк, знали Финрода Фелагунда? — продолжил Гэндальф. — Этот лист подписан неким Ликорусом Блэком. — Так я и рассказываю, мистер Гэндальф, — вздохнул Сириус. — Это мой далёкий предок, я даже не знаю в каком он веке жил! — Но судя по вам, вы его знаете, — перешёл в наступление Джеймс. — Вы тоже волшебник, я видел как вы зажгли трубку. И ваше лицо изменилось, когда вы читали про… — Финрод умер давным-давно, — отрезал Гэндальф. — А Нарготронд давно в морской пучине.       Парни посмотрели в немом удивлении. Умер? В записке сказано, что они бессмертны! Или нет? Хотелось услышать от Гэндальфа что-то вроде: «Я пошутил!» Но маг сидел, курил и продолжал изучать их. — Я не разу не слышал о вашем Ликорусе Блэке, но, судя по всему, он был здесь достаточно давно, если всё написанное — правда, — продолжил Гэндальф. — Финрод Фелагунд погиб на Тол-ин-Гаурхот больше шести тысяч лет назад. — Шесть тысяч?! — одновременно воскликнули Поттер и Блэк. — Совсем немного эльфов, живших в ту эпоху, до сих пор обитают здесь. Я думаю, что даже госпожа Галадриэль, сестра Финрода, вряд ли может пролить свет на эту ситуацию, — рассуждал старец. — Тогда проход на Заокраенный Запад был закрыт. Вашему предку сильно повезло попасть в Тирион и просить милостыню у Финарфина. Сейчас прибытие туда доступно лишь эльфам. — Но нам нужно туда! — возразил Джеймс. — Мы должны найти ребят и Лили и вернуться домой!       Маг сидел неподвижно и курил трубку. Даже появление Бандо с едой не отвлекло старика от дум. Парням, не смотря на долгий переход, кусок в горло не лез. Отдав им ключ, хоббит поспешил удалиться, но никто из троих собеседников не нарушал образовавшееся молчание. В конце концов Гэндальф пододвинулся. — Есть один вариант, при котором у вас есть шанс найти ваших друзей. Не стану вас убеждать, что это лучшая идея или что она точно вас к чему-то приведёт — это не так. Но вы сказали, что заклинание, которым вы искали ваших друзей повело вас на восток? На восток я вас отправить и хочу. Это будет опасно. Смертельно опасно. И те, с кем вы пойдёте в поход не будут столь благосклонны к вам. Но я смогу их убедить взять вас с собой. При одном условии, — Гэндальф слегка прищурился и улыбнулся. — Вы мне покажите по одному вашему волшебству.       Переглянувшись, парни улыбнулись и достали палочки.

***

      Комната встретила Мародёров тишиной. Пусть дверной проём был невысоким, потолки в номере были подходящими. Сириус, пройдя к кровати, упал лицом в подушку и, успустив стон, решил не двигаться. Джеймс лишь присел на кровать и также устало выдохнул. Увидев, как одна вилка заплесала на своих зубчиках от заклинания Сириуса, а Джеймс трансфигурировал ложку в платок, Гэндальф удивился и согласился поговорить с лидером грядущего похода. После этого волшебник куда-то ушёл и больше не возвращался. Парни в свою очередь плотно пообедали, а затем и отужинали и решили лечь спать пораньше — очень много сил они потратили сегодня. Поттер уже хотел провалиться в сон, как вдруг к ним в комнату залетела серебристая дымка Патронуса, принявшего облик лани. — Лили! — успел выдохнуть Джеймс. Сириус, увидев свет, сначала проверил что это, а, осознав, постарался принять вертикальное положение. — Джейми, я, Римус и Питер в порядке. Мы не знаем, где находимся. Мы шли вдоль реки... Бруинен... Сейчас идём в сторону... Ост... Ост-ин-Эдиля, затем должны повернуть обратно, вдоль реки до Имладриса. Надеюсь это может как-то помочь вам добраться до нас...— говорил Патронус. Он передавал голос Лили. Его Лили. Уставший, дрожащий, но её голос. — Ремус и Питер рады, что вы с Сириусом живы и здоровы. Лунатик передаёт ему подзатыльник, — парни усмехнулись: Джеймс с искренней радостью, Сириус с неподдельной горечью. — Мы пока не придумали как нам действовать при полнолунии, но надеемся, что до этого не дойдёт… И Джеймс… Я люблю тебя… Пожалуйста, найди нас…       Джеймс уже было подскочил к лани, как она растаяла без следа. Он тут же схватил палочку. — Экспекто Патронум! — произнёс Поттер, но из палочки просочился лишь серебристый дымок. — Экспекто Патронум! — снова неудача. — Экспе… Экспекто Патронум!       Сириус, видя неудачи друга, сочувственно глянул на Джеймса. Блэк был выжат эмоционально и физически, а Джеймс напуган. Факт того, что они живы, конечно придаёт сил. Но за этими разговорами с Гэндальфом и попытками выяснить что-то о Средиземье, Мародёры, к своему стыду, совсем забыли о «пушистой» проблеме Римуса. Встав с постели, Сириус выглянул в круглое окно и посмотрел на небо. Звезды были видны, однако луны на небосводе не видать. Новолуние. Сириус повернулся к Джеймсу. — У нас примерно две недели на их поиски.