Кицунэ и Охотник

— Подожди… Фэн Синь… — Му Цин попытался оттолкнуть от себя Фэн Синя, который шарил руками по его телу. — Стой…       Фэн Синь, в свою очередь, не слушал Му Цина, которого взял на руки, после чего положил на кровать, накрывая губы лиса своими. — Ммм… Стой…       Только расслабившись, как Му Цин в третий раз за последние два часа слышит лисье рычание детей. — Они снова ссорятся!.. Фэн Синь! — Чёрт… Не обращай внимания. Они так каждый день. — Но А-Синь… — Ладно. — со вздохом ответил Фэн Синь.       Злой и неудовлетворённый Фэн Синь направился к двум подросткам, которые чуть до драки не дошли. Нань Фэн и Фу Яо, увидев отца, сразу замолчали и отошли друг от друга на десять шагов. Злой отец — страшный отец. Фэн Синь молчит, сложив руки на груди. Смотрит на детей грозным взглядом. Думал, как лучше с этими двумя поступить. Му Цин встал рядом с мужем, переводя обеспокоенный взгляд с него на детей и обратно. — Фэн Синь… — ещё не начавшуюся речь Му Цина, Фэн Синь прервал, всего лишь посмотрев на лиса. Кицунэ опустил ушки. — Во-первых, сколько это может продолжаться, во-вторых, из-за чего весь сыр-бор, в третьих, сколько можно заставлять волноваться папу, и в четвёртых, вы, что, хотите, чтобы мы вас отправили к мико? Будете в РАЗНЫХ храмах. И не вернётесь, пока не получите все четыре хвоста. А это сколько лет пройдёт? Вот столько вы и не увидите ни нас, ни друг друга. Если только не перестанете так сильно ссориться. — на все слова отца подростки всё ниже опускали голову. — Фэн Синь- — Му Цин, молчи. — названный лишь фыркнул, отвернувшись. — Мы… Почему он такой гордый?! Он даже обыкновенную помощь не хочет принимать! Хотя видно, что у него ничего не получается! — взмахивая руками, выкрикивает Нань Фэн. — Нечего мне помогать! Я сам могу всё сделать! — Сам да сам! Да ничего ты не можешь сделать сам! — Только из-за этого? Серьёзно? Только из-за этого вы всегда собачитесь? — тяжело вздохнув, охотник продолжил: — Если всё так продолжится, то мы действительно отправим вас в разные храмы. Может быть, вам это пойдёт на пользу.       Му Цин начал покрывать лицо Фэн Синя поцелуями-бабочками, чтобы тот больше не злился. Фэн Синь же позволял ему это делать. — Ну зачем же с ними так строго? Им там будет тяжело… — Ничего страшного. — Му Цин лишь вздохнул на такой ответ мужа.       На следующий день всё повторилось, но в этот раз подростки действительно подрались. Это было последней каплей терпения для Фэн Синя. — Это намного лучше, чем видеть твоё лицо каждый день. — говорит Фу Яо, направляясь вместе с братом в мистический лес. — Ох, это взаимно. Больше не увижу твои грёбанные закатанные глаза. — Хмф. Теперь не увижу родителей около шести столетий… И всё из-за тебя! — Из-за меня?!       Му Цин сидел за низким столиком, махая хвостами. Он волновался за своих детей. Как они будут жить отдельно, с чем столкнутся, не будут ли их обижать и так далее. Кицунэ вздрогнул: на его макушку легла ладонь. — Уже волнуешься. — Угу… Не жестоко ли?.. Всё таки шесть сотен лет не увидим их… — Мм… Но ты же сказал им про то место, о котором знают лишь единицы? — сев рядом, спросил Фэн Синь.       Неловко прокашлявшись, Му Цин начал подлизываться: покрывал шею мужчины лёгкими влажными поцелуями. ***       Уже как полгода подростки живут, работают в разных храмах. Один на юге, другой на севере. Нань Фэн жил достаточно хорошо. У него всё было. Он относился к другим мико так же, как и они к нему — дружелюбно. Его уважали. Ему повезло. Но не Фу Яо. Всё было в порядке. В первый месяц.       Фу Яо сидел в своей комнате, мокрым полотенцем вытирая кровь с костяшек рук. Шмыгая носом, Фу Яо силился понять, что он такого сделал своим «товарищам», что они его гнобят. До сих пор не понимал, чего им не хватает. Жаловаться Фу Яо не собирался. Он всё перетерпит. Главное — это отгадать, как пройти к водопаду, где собралось много духовной энергии. Поглотив её, кицунэ ускорит своё развитие. Намного.       Вытерев с уголков глаз непрошенные слёзы, Фу Яо принялся за чтение книги, ожидая брата, который каждый месяц навещал его. Добровольно или так сказал ему папа — неизвестно.       Идя на север уже в шестой раз, Нань Фэн уже хотел вернуться обратно на юг. На севере холодно. Зимой вообще мороз. Часто дожди идут. Летом может пойти снег. «Ужасные погодные условия, словно резкая смена настроения у Фу Яо…»       Нань Фэн покачал головой, изгоняя ненужные мысли, продолжая подниматься на высокую крутую гору. Благо погода сегодня была солнечная, поэтому дорога была не склизкой, а совершенно сухой, что было удобно, ведь так лис доберётся до пункта назначения быстрее.       Справа и слева от тропинки был один лишь лес. Природа в северной части была странная: с одной стороны дороги деревья могли выглядеть так, словно была середина осени. С другой же стороны деревья могли быть зелёными — лето. Как уже было сказано, мог пойти снег, который сразу же тает, как только касается земли. Но несмотря на все эти странности, Нань Фэну на самом-то деле нравилось здесь. Здесь тихо и мирно, совсем не так как на юге, где каждый день в любое время суток жители могли устроить какой-нибудь праздник в честь чего-то или просто так, повеселиться. Здесь, на севере можно было спокойно посидеть, отдохнуть. Каким бы ни был Нань Фэн душой компании, он тоже любил побыть в тишине.       Но что раздражает лиса так это то, чтобы подняться на вершину горы, где находится большой храм, нужно было идти по обрывам, прижимаясь спиной к каменной стене позади себя, чтобы не упасть в глубокую пропасть, покрытую туманом. После чего пройти через лес, больше напоминающий джунгли. Высокая трава, какие-то лианы свисают с деревьев. Полно разной живности, такие как змеи, пауки… Ядовитые растения. Ветки, мешающие пути, Нань Фэну приходилось разрубать.       И наконец, последнее, что нужно было осилить, это лестница. Крутая, мраморная, с огромным количеством ступенек. Именно сейчас Нань Фэн, тяжело дыша, поднимался на лестницу, проклиная её и того, кто её построил, и, вообще, кто придумал лестницы. — Всё… Я сейчас помру… — чуть ли не ползя, Нань Фэн еле поднимал ноги. — Ну ты долго ещё? — послышался ленивый голос сверху.       На конце лестницы стоял Фу Яо в белой рубашке с широкими рукавами и такими же широкими красными штанами, жуя яблоко. — Не раздражай меня! Как, чёрт возьми, я могу быстрее?! Словно ты туда-сюда каждый день… — Да. По нескольку раз. Ну я жду. — перевесив вес на правую ногу, Фу Яо смотрел на поднимающегося брата, который готов был уже ползти на четвереньках и плевать ему, что другие будут смотреть на него странно.       Нань Фэн шёл позади брата, смотря тому в спину. Ноги ужасно гудели, он готов был упасть на пол и начать капризничать как маленький ребёнок, но Нань Фэн держался. Не мог же он уступить брату, который всю боль терпит.       Блуждая по бесчисленным коридорам, братья наконец зашли в комнату Фу Яо. Нань Фэн осмотрелся: как всегда всё чисто и свежо, нет разбросанных вещей, всё лежит на своих местах. Кровать у окна, с другой стороны двери зеркало со всякой ненужной, по мнению, барахлом: заколки, шпильки… В середине комнаты стоял низкий столик, на котором лежали множество книг. — Чай будешь, братец? — фальшиво ласково поинтересовался Фу Яо.       Нань Фэн посмотрел на него взглядом, который выражал: «ты издеваешься? Страх потерял?» Рассмеявшись, Фу Яо вышел из комнаты со словами: — Располагайся. Я скоро вернусь.       Нань Фэн остался в комнате один. Пока брат где-то ходил, лис рассматривал содержимое в книгах, но ничего интересного не нашёл. В книгах были истории разных рас, их навыки, разновидности… Всё, что Нань Фэн знает. Вздыхая, кицунэ принялся вертеть в руках аксессуары Фу Яо для волос, но забросил эту затею, уколовшись шпилькой.       Нань Фэн навещал брата не только из-за наказа Му Цина, но и из-за того, что сам хотел этого. Какие бы ни были большие между ними разногласия, Нань Фэн всё же дико волнуется за младшего брата.       И сейчас, найдя у Фу Яо полотенце с капельками крови, Нань Фэн хотел защитить, забрать к себе брата, чтобы его больше никто не обижал. — Я вернулся. — в дверном проёме появился Фу Яо, держа поднос с чаем и печеньками. — Это что? — тихо спрашивает Нань Фэн, поднимая руку с полотенцем выше. — Упал. Пришлось вытирать полотенцем. А что? — поставив поднос на столик, Фу Яо забрал окровавленный предмет.       Только сейчас Нань Фэн заметил разбитые костяшки брата. Поджав губы, лис кивнул самому себе. — Садись, ешь и уходи.       Ещё раз кивнув, Нань Фэн взял в руки чашку с горячим ароматным чаем. Просидев несколько минут в напряжённом молчании, лис решает прервать тишину: — Как… Твоё развитие? — Видишь два хвоста? — Фу Яо сидел напротив, сложив руки на груди. — У тебя?       Нань Фэн начал демонстративно махать одним чёрным хвостом. — Пей уже и проваливай. Надоел мне своим видом. — сказал Фу Яо, раздражённо закатывая глаза. — Ты можешь хоть раз просто помолчать? — Хмф.       Нань Фэн покачал головой: бесполезно рассчитывать на нормальный, спокойный разговор с братом, тем более, когда он закрылся. Отбросив все вопросы про то, не обижают ли Фу Яо, Нань Фэн говорит: — Надо как-то решать проблему со входом в то место. — Он просто не пропускает меня. Тебя также? — Да… Может… — Нань Фэн замолчал. — «Может» что? — Может, нам вместе? — — Нет. Я не собираюсь с тобой водиться! — Нам так легче будет! — А мне нет! — Именно так мы сможем пройти дальше! — Нет! — неуклонно повторил Фу Яо. — Упрямый! — встав на ноги, Нань Фэн уходит, громко топая. — Раздражаешь! — Взаимно! — кричал вслед Фу Яо.

«Упрямый Фу Яо! Глупое соревнование, которое возникло случайным образом! Бесит всё!»

«Глупый Нань Фэн! Не понимает, что я могу всё сделать сам?! Мне не нужна ничья помощь!.. Я хочу сейчас защиту…»

      Наплевав на всю работу, которую ему нужно сделать, Фу Яо плюхнулся на застеленную мягкую кровать, досадно прокричав в подушку, коря себя за то, что такой непреклонный. Противоречивый.       Через полчаса Фу Яо всё же поднял свою тушку с кровати, принимаясь за работу, ибо его могут наказать за это, а также из-за насмешек со стороны других мико.       Подметая у входа в храм, к нему вскоре подошли задиры.       Злой Нань Фэн руками убирал со своей дороги ветки, лианы. Его сейчас всё раздражало. Даже он сам.

«Нет, чтобы умерить свой нрав и спокойно дальше говорить, я как всегда вспылил! Мне нужно где-то набраться терпения для того, чтобы разговаривать с Фу Яо!.»

      Через некоторое время кицунэ нашёл озеро, скрытое в пещере за свисающей листвой. Решив здесь успокоиться, Нань Фэн зашёл внутрь, осторожно ступая, даже имея при себе маленький огонёк на кончике пальца. На удивление, каменный пол был не скользким. По нему можно было спокойно идти, не боясь, что ты упадёшь.       Нань Фэн не ожидал увидеть здесь кого-то ещё, помимо него. Приглядевшись, он узнал в сидящем силуэте брата, который усиленно тёр нос.       Оставив огонёк жить своей жизнью, Нань Фэн подбежал к Фу Яо, который сразу же повернулся к старшему спиной, прикрывая лицо. — Что случилось? — взволнованно спрашивает Нань Фэн, увидев алую жидкость на камне. — Не твоё дело. — Так и знал, а. — оторвав ткань рукава, Нань Фэн обмочил его в ледяном озере. — Подними голову, слегка наклонив вбок. — Фу Яо выполнил просьбу только через несколько долгих секунд.       Нань Фэн приложил мокрую ткань на переносицу. Целым рукавом Нань Фэн вытирал кровь, которая залила весь подбородок Фу Яо, капая на белоснежную ткань рубашки, но в итоге лис сделал только хуже.       Фу Яо раздражённо выдохнул. — Успокойся. Пусть сначала кровь перестанет течь. — Ладно… Прости. — Меня раздражают твои бесполезные и не понятно за что извинения. — Почему ты никогда не рассказываешь ничего?.. Я же беспокоюсь. И не только я. — через долгую минуту молчания, спросил Нань Фэн, сидя рядом с братом, который до сих пор держал мокрую ткань на носу. — Мои проблемы. Сам решу. — Хорошо. Решай. А я посмотрю, как ты потом прибежишь за помощью.       Оба отвернулись друг от друга. — Но к водопаду мы пойдём вместе. — Не- — Не спорь со мной!       Зарычав, Фу Яо отбросил оторванную ткань в сторону.       В пещере было темно. Свет шёл только от прозрачного холодного озера и жёлтых огоньков, что кружили вокруг братьев. Не до конца вытеревшаяся кровь высохла на губах, подбородке, даже на щеках она имелась из-за того, что Нань Фэн пытался её стереть. И всё это на бледном лице Фу Яо. Выглядело жутко. Словно Фу Яо съел какую-то живность. — Ополосни лицо, и пойдём обратно. — сказал Нань Фэн, поднимаясь на ноги.       Несколько дней Нань Фэн ходил за Фу Яо хвостиком, раздражая этим последнего. Нань Фэн желал увидеть обидчиков брата и задать им хорошую трёпку, но после, поразмыслив, он понял, что это не возымеет никакого эффекта, станет только хуже. Плюс к этому Фу Яо его будет люто ненавидеть, потому что: «Ты с ума сошёл?! Кто тебя просил?! Я сам могу постоять за себя! Идиот!»       В конце недели это надоело Фу Яо, поэтому он, проклиная всё и вся, собирал необходимые вещи и свои, и Нань Фэна, которые магическим образом очутились в его комнате. Старший лишь сидел на полу в позе лотоса, следя за передвижениями брата, который сейчас не понятно за что ругал его. — Вот надо было тебе остаться здесь, а! Ты не мог уехать ещё в первый же день своего прибытия? Уйди! Мешаешь. — Я просто сижу. — Заткнись. — Ладно.       Через некоторое время Нань Фэн вновь подаёт голос: — Так, зачем ты собираешь вещи?       На вопрос Фу Яо лишь злобно посмотрел на него, словно всё было до крайности очевидно, и это должен был понять Нань Фэн. Но понимая, что его старший брат не додумается, Фу Яо ответил: — Мы идём к водопаду. Ни слова больше! Бесишь.       Нань Фэн непроизвольно начал восторженно махать хвостом. Может быть, удастся сломать бесполезное соревнование?.. И Фу Яо поймёт, что просить помощи, тем более у близких, это не слабость?.. Главное — набраться терпения и прикусывать язык, не начиная опять же бессмысленный спор. ***       Нань Фэн и Фу Яо стояли на открытой местности. Светло. Тепло. Голубая тихая река спокойно текла, разделяя братьев от высокого и притягательного водопада, что мощно бил водой по камням и небольшому озерцу под ним. Пахло цветами. Свежестью. — Так просто? — чувствуя подвох, спрашивает Нань Фэн.       Они всего лишь прикоснулись руками к камню, который скрывал это прекрасное и тихое место от взора чужаков. — Не думаю. — медленно проговорил Фу Яо, идя к реке. — Как папа один прошёл сюда, если мы не смогли? — Ты меня спрашиваешь? — А, забыл, что ты ничего не знаешь. — Эй!       Фу Яо подошёл к довольно широкой реке, осматриваясь. В воде были камни, по которым можно было пройти на другую сторону, но кицунэ не решался это сделать. Вдруг эта самая вода, что казалась тихой, начала бурлить, пуская пузыри. Внезапно она начала подниматься, приобретая форму, неся с собой угнетающую ауру.       Нань Фэн, взяв брата за запястье, отошёл вместе с ним на пару метров. Вода в это время приобрела форму длинного животного с такими же усами по обе стороны морды. Существо было прозрачным, но в тоже время и нет. Водная чешуя, если это так можно назвать, переливалась на солнце радугой. Существо смотрела на братьев сверху вниз. Оно выглядело величественным. Весь его вид говорил о том, что существо доброжелательное, но не аура: величественная, мощная. У неё было невероятное давление, что говорило том, что существо жило порядком пяти тысяч лет, многое повидало, хорошее развитие. — Дракон! Это дракон, Нань Фэн! — Я думал, они вымерли давно! Он не выглядит дружелюбным. Фу Яо, давай уйдём. — Но он же не напа-       Не успел Фу Яо договорить, как водяной дракон хвостом, ударил по земле, заставляя её содрогнуться. Капли воды от дракона попали на одежду кицунэ. — А, не, валим.       Кицунэ побежали скорее к выходу: большому валуну. Прикоснувшись к нему, они ожидали, когда он отодвинется. Но этого не произошло. Недоумённо переглянувшись, братья пытались понять, что же не так. Они ведь точно также вошли. А дракон вновь нанёс удар в пару метров от кицунэ. Вздрогнув, Фу Яо невольно подошёл ближе к брату, ища защиту. — Что делать будем? — спрашивает Фу Яо, встретившись со злым взглядом дракона. — Бегать от него? Противостоять-то ему мы не сможем. — И почему папа ничего об этом не сказал?..       Фу Яо хотел было выйти вперёд, чтобы попытаться поговорить с драконом, но у него и Нань Фэна резко потемнело в глазах. Перестали чувствовать запахи. Перестали слышать. Потерялись в пространстве, в итоге упав, но не почувствовав никакой боли. ***       Фу Яо открыл глаза. Он сразу понял, что не может встать. Тело болело, особенно в области груди. Сердце сжималось. Кислорода в лёгких не хватало. Кашляя, Фу Яо разодрал себе стенки горла, из которого и так текла струйка крови. Вокруг была неразбериха. Что-то горело. Вроде, это было небольшое поселение. Фу Яо не мог разглядеть из-за помутнённого зрения. Уши готовы были взорваться от большого количества звуков: крики, звук выстрела из оружия, его собственный кашель, стук сердца…       В ночном небе не было видно ни звёзд, ни луны. Всю эту красоту закрыл собой чёрный дым. Опустив взгляд на свою быстро вздымающуюся грудь, Фу Яо сразу же закрыл глаза. В груди была дыра, из которой обильно вытекала красная жидкость. Кровь. Его же. Фу Яо стало страшно. Он не понимал, что происходит. Он же был рядом с братом. Как так случилось, что теперь он умирает? Один.       Или Нань Фэна уже убили?..       Фу Яо с усилием воли, превозмогая боль, перевернулся на живот, стараясь приподняться на локтях. Не получалось. Вонзив пальцы в сырую, залитую кровью землю, которая сразу пробралась под ногти, доставляя неприятное ощущение. Но сейчас Фу Яо было плевать. Его главной задачей было найти брата.       Ползя, словно солдат, который пытается быть незамеченным, Фу Яо так «прошёл» метров сто, пока, не подняв взгляд, не увидел брата, спокойно стоящего впереди. Целёхонький. Смотрел куда-то вдаль. Всё, что происходило вокруг его не касалось. Так казалось Фу Яо, который протянул руку навстречу Нань Фэну. — Нань Фэн… Нань Фэн! Помоги мне!..       Названный, как только услышал своё имя, подошёл к Фу Яо, который готов был заплакать от облегчения. — Нань Фэн… Прошу помоги мне…       Нань Фэн долго смотрел на брата. С безразличным видом. Наконец, через долгую минуту, Нань Фэн отвечает совершенно спокойно: — Нет.       Вытянутая рука Фу Яо так и осталась висеть в воздухе. Он не знал, что ответить. Смотрел ошарашенными глазами на брата, открывая и закрывая рот, как рыба в воде. — Что?.. — только и смог выдавить из себя Фу Яо. — «Я сам всё сделаю!» — процитировал старший слова Фу Яо, что сейчас больно кольнули. — Так делай. Тебе не нужна моя помощь.       Развернувшись, Нань Фэн направился вглубь леса, не оборачиваясь. — Стой… — подтягивая себя руками, Фу Яо старался ползти вслед за братом. — Не оставляй меня!.. Брат!.. Старший брат! — дрожащим голосом, кицунэ пытался докричаться до старшего, который уже скрылся в лесу. — Нет… Нет-нет! Подожди…       Фу Яо свернулся калачиком на земле. Из глаз катились горькие бусинки слёз. Он продолжал звать. Никто не приходил. Никто не отзывался.       Перед глазами пролетела вся его жизнь. Как они с Нань Фэном вместе росли, дурачились, учились чему-то новому, ссорились, спорили, кого из них родители любили больше, как они обижались друг на друга, потом мирились, снова ссорились, снова мирились… И так всегда. Но они всегда были дружны.       Нань Фэн всегда приходил после ссоры первым. Даже тогда, когда был невиноват. Когда Фу Яо разбивал коленку или просто порезался, то Нань Фэн всегда дул на ранку, потом вёл плачущего Фу Яо к папе, что с нежной улыбкой обрабатывал рану. Но Фу Яо не успокаивался: продолжал плакать. Тогда отец брал его на руки, прижимая ближе к сердцу, гладя по мохнатым волосам.       Но сейчас никого из близких ему людей не было рядом. Фу Яо сильней сжал ткань в области груди, ожидая свою кончину. ***       Нань Фэн резко сел, тяжело дыша. Ему привиделось, что пришли настоящие родители. Забрали и его, и Фу Яо, не подумав о чувствах Му Цина и Фэн Синя. Живя у настоящих родителей, которые не шибко-то о них заботились, братья в конец поссорились, больше не разговаривая друг с другом. Не желали видеть друг друга.       Фу Яо говорил ему много обидных слов. Нань Фэн отвечал ему тем же. Они ничего не могли сделать вместе. Больно. Горестно. В итоге, они разошлись. Нань Фэн остался один у «родителей». Фу Яо ушёл. Оставил его.       Судорожно выдохнув, Нань Фэн старался успокоить своё бешено колотящееся сердце. — Это всего лишь иллюзия… — Ага. Но твой брат ещё не очнулся.       Вздрогнув от испуга, Нань Фэн вскочил на ноги, уставившись на голубого дракона, который наконец-таки имел нормальную чешую, а не состоял из воды.       Дракон спокойно сидел у реки, синими, словно ночное небо, смотрел на Нань Фэна. — Что… Что ты сделал?! — Да ничего. Просто решил позабавиться с вами, глупые лисята. — Позабавиться?.. Фу Яо!       Рядом лежал Фу Яо, который до сих пор находился под властью иллюзии. Нань Фэн сел на колени рядом с ним. Аккуратно подняв голову, старший положил её на колени. — Тебе что, делать нечего, раз решил позабавиться? — Конечно же да! Мне тут так одиноко одному. Знаешь сколько мне лет? — Не знаю, и знать не хочу.       Словно Нань Фэн волновался о каком-то старом драконе. Ему важнее его брат, что хмурит брови и тихо зовёт его. — Я здесь. — убирая отросшую чёлку с лица Фу Яо, шепчет Нань Фэн. — Имей уважение к старшим, негодник! Эй! Слушай меня! — Что это за место? — Долина. — Долина чего? — … Просто Долина. — Но у неё же есть название. — Ну. Долина. — Долина Долина? — Что?.. Ты тупой, что ли? Это место так и называется-Долина.       Нань Фэн перестал обращать внимания на старого дракона. Сейчас он не испытывал к нему никакого страха, как было вначале. Сейчас он наоборот раздражал своим присутствием. — Как долго он ещё будет?.. — Глупый лис, он не очнётся, пока не поймёт, что всё, что ему видится, это обычная злая иллюзия. — Но ты водный дракон. Какого чёрта ты умеешь наводить иллюзии? — Во-первых, «вы», а не «ты». Во-вторых, я просто обратил вашу силу против вас же. — А что, если он не очнётся?.. — тихо спрашивает Нань Фэн, боясь ответа. — Очнётся. Если всё будет плохо, то я помогу ему, но тогда я вышвырну твоего брата из Долины. — Почему? — Скажем так, это некое испытание. Ты прошёл его. Значит, ты остаёшься. А твой брат… — Мы либо вместе остаёмся здесь, либо уходим также вместе!       Дракон лишь тяжело вздохнул, качая своей удлинённой большой головой.       Прошло пять минут. Десять. Полчаса. А Фу Яо всё ещё не очнулся. Всё это время Нань Фэн напряжённо вглядывался в лицо брата, внимательно смотря на изменения. Тишину прерывал голос дракона, который о чём-то говорил. Нань Фэн не слушал. Даже ушки не поворачивал в сторону голоса.       Прошло ещё несколько минут, прежде чем дракон внезапно замолчал.       Поднявшись, он подошёл к двум кицунэ. — Что не так? — спрашивает Нань Фэн, подняв голову на дракона. — Я его разбужу.

«Но тогда он не пройдет это «испытание»…»

— Нет! Он проснется сам! — обняв брата, который в это время хмурил свои прямые брови, Нань Фэн отодвинулся от дракона. — Глупый лис. В своей иллюзии он может умереть. — Он проснется… — пробормотал лис. — Фу Яо, давай просыпался. Это всего лишь иллюзия. Фу Яо…       Фу Яо, что лежал в позе эмбриона, резко переслал слышать крики и треск горящих деревьев. Открыв слезящиеся глаза, Фу Яо осмотрелся. Всё также: звери бегут прочь, лес горит.

«Почему я всё ещё жив? Куда пропала боль?»

      Словно это всё сон. Ненастоящее. Иллюзия.       Голос. Тихий. Обеспокоенный. Родной.       Фу Яо сел. Начал смеяться.

«Настолько сильно повяз в иллюзии. Не смог понять этого сразу.»

— Бред какой-то. Нань Фэн, я иду.       Иллюзия разрушилась, красиво падая разноцветными осколками. Осталось только пустое пространство, из которого Фу Яо быстро нашего выход, идя на голос старшего брата.       Фу Яо открыл черные глаза. В его поле зрение сразу же попало обеспокоенное лицо Нань Фэна. — Брат… — хриплым голосом пробормотал Фу Яо.       Не сдержавшись, Фу Яо сел, крепко вцепился за плечи брата. — Ты же меня не бросишь? Ты же поможешь мне, если я буду… — лис всхлипнул, дрожа всем телом.       Нань Фэну не нужно продолжение фразы. Мягко поглаживая волосы Фу Яо, кицунэ шёпотом говорил утешающие слова, что всё хорошо, это просто иллюзия, то, что ты видел, никогда не произойдет, что даже если рассорятся окончательно, он всё равно поможет. Не только он. Есть родители, которые его любят. Их любят. — Я не только твой старший брат, но и лучший друг. Навсегда. Так что всё, давай забывай то, что увидел. Это фу, кака.       Вытирая горячие слёзки, Фу Яо тихо рассмеялся. Улыбнувшись, Нань Фэн принялся рукавами темно-зеленого кимоно вытирать мокрые пухлые щеки брата. Тот поморщился. — Что у тебя за привычка такая: рукавами вытирать? — Ну уж какая есть. — просто пожал плечами Нань Фэн. — Как это мило. — прозвучал обиженный голос дракона, про которого все забыли.       Кицунэ синхронно повернули головы. Фу Яо насторожился. Почувствовав, что младший напрягся, Нань Фэн начал гладить его плечи. — Всё в порядке. Он нам ничего не сделает. — Ты в этом так уверен? — Он обычный старикашка, которому одиноко. — Да. Я старикашка. И мне одиноко. Поговорите со мной.       Фу Яо, нахмурив брови, посмотрел на брата, взглядом спрашивая, что происходит. Нань Фэн лишь отмахнулся, не желая ничего объяснять. — Вредные детишки! — водный дракон опустил свой хвост на землю, заставляя её затрястись. — Не обращай на него внимания. Успокоится. Лучше пойдем исследовать это место. — говорит Нань Фэн, подталкивая брата к озеру. — Тьфу на вас! — дракон окончательно обиделся и отвернулся от двух кицунэ.       За мощным потоком воды имелись пару просторных холодных пещер, в которых кицунэ развивались, поглощая чистую нежную энергию.       Оба брата не беспокоились о том, что их могут искать мико из монастырей, в которых они учились и проживали.       Пусть ищут, всё равно не найдут.       От рассвета до заката кицунэ медитировали. После чего выходили к реке, чтобы развеять одиночество старого дракона. Тот был рад компании.       От безграничной радости вся его чешуя светилась голубым светом, освещая всё вокруг ночью.       Иногда между драконом и Фу Яо были небольшие стычки, но это происходило из-за того, что оба были упрямыми и ворчливыми. Нань Фэн лишь качал головой, слыша их спор, но всякий раз улыбался.       Фу Яо, когда у него ничего не получается, идёт просить помощи у брата, который был этому рад.       Да, поначалу младший не мог и двух слов связать, чтобы адекватно сказать, что ему нужно, поэтому Нань Фэну приходилось угадывать.       Отношения между братьями наладились. Да, всё также спорят и соревнуются, но уже не так, как раньше, что не могло не радовать обоих.       Спустя почти 100 лет они наконец-таки заполучили четвёртый хвост.       Пришло время прощаться. — Вредные детишки, не смейте больше приходить сюда! В порошок сотру! — говорит дракон, смотря на кицунэ. — Ты всё равно будешь скучать по нам. — отвечает ему Фу Яо, закатив глаза. — А вот и нет! Больно вы мне нужны!       Фу Яо фыркнул на такой ответ старого дракона, к которому и он, и Нань Фэн привязались. — Только не начинайте спорить кто по кому сильней скучать будет. — стоя рядом с братом, сказал Нань Фэн. — Идём домой.       Кивнув, Фу Яо пошёл первым. За ним и Нань Фэн. — Засранцы! Я уже скучаю по вам! Всё, пошли вон, иначе заплачу! Я уже заплакал! — как только дракон договорил, внезапно пошёл дождь.       Вздохнув, кицунэ поспешили уйти, пока Долину не затопило, как в прошлый раз, в который дракон просто ударился брюхом об камень. Им тогда пришлось отсиживаться в пещере.       Они могли превратиться в животную форму и за два дня добежать до дома, но решили этого не делать. Оба хотели полюбоваться природой, которую не видели долгие годы.       Осень. Так много чего происходило осенью. Кажется, что это время года самое ценное для их семьи. Даже Долина сменяла сезон. Драгоценные воспоминания в основном были связаны с прекрасной золотой порой.       Золотые и красные оттенки заполнили весь лес, делая его похожим на сокровищницу. Не хватает только пару оттенков, но кицунэ и этого достаточно, чтобы ощущать себя в доме, наполненный дорогими душе счастливыми и не очень моментами. — Папа, мы дома!       Услышав крик детей, Му Цин со скоростью света выбегает на улицу, с намерением задушить двух лисят своими крепким объятиями. — Как же мы скучали по вам! Я не мог усидеть на месте, беспокоясь о вас! — Мы тоже, мы тоже! — Вы так выросли, мои дети. — А меня обнять? — прозвучал сзади голос Фэн Синя, обиженно надувая щёки.       Братья кинулись в объятия отца, повалив того наземь. Тот гладил их по макушкам. — Ну вы же уже не дети, мне тяжело. — Значит потерпишь. — говорит Му Цин, сев рядом и спрятав руки в широких, длинных рукавах алого кимоно.       Вся дружная семья вновь была в сборе.