With a little help of friends.

— Как? — задал вопрос Скотт. Крис был с Эллисон, а Ноа со Стайлзом, поэтому вся стая (которая не лежала на больничной койке или обычной кровати при смерти) в настоящее время сидела в гостиной дома Стилински. — Нам нужно говорить с ними, как если бы мы были уверены, что они слушают нас, — сказал Дерек, — просто уберите дурные вещи из своего сердца. Расскажите им о том, чем вы занимались. Но самое главное, скажите им, зачем они вам нужны. — Это хорошая идея, — кивнула Лидия, — и даже если не сработает, это никому не повредит.        В течение следующих нескольких дней каждый из стаи разговаривал с обоим друзьям. Близнецам было нечего сказать, кроме того, что они узнали о счастливой стае, которая была сильна, и без этих двоих, без человеческих бойцов, стая стала другой. Она стала похожа на холодную глыбу, все знали, что кто-то пропал, и им нужно вернуть их, чтобы вновь стать полной стаей. Что было довольно иронично, но правдиво.        Айзек рассказывал Эллисон о том, каким грустным выглядел Скотт все это время, что он действует ему на нервы. Он пытался шутить, но все знали, что мальчик сломлен. Он сказал ей, что школа — отстой, потому что Арджент не было рядом, чтобы помогать ему с уроками, а Лидия была слишком разбита, чтобы учиться.        Он рассказал Стайлзу обо всех ресторанах, которые видел в городе и которые хотел бы посетить вместе с ним. Он также купил ему комикс и положил его на тумбочку. Однажды ночью, когда Скотт проиграл в борьбе со сном, Стилински положил руку на комикс и заплакал. Он не чувствовал, что заслуживает такого подарка, но его сердце согревалось при этой мысли. Поэтому он больше отзывался, когда Скотт разговаривал с ним утром, и пытался послушать, как он говорит о том, что лакросс не станет прежним без него, и что он нуждался в нем. Скотт увидел Эллисон и сказал ей, что любит ее и что ей нужно бороться, как всегда, он был уверен, что скоро она вернётся в его объятия. Лидия рассказала ей том, как ее окружали парни и что Эллисон нужно поскорее проснуться, иначе она сойдёт с ума. Она бы никогда не бросила свою подругу в таком состоянии. Сидя рядом со Стайлзом, единственное, что она могла сказать, это то, что в этом нет его вины, и что она всегда будет рядом с ним.        Парень заметил, что его друзья приходят и уходят, он слышал большую часть того, что они говорили, но не мог понять их. Он все ещё был настолько придавлен чувством вины, что слышал её в своей голове. Все они сказали, что хотят, чтобы он вернулся, но не сказал, почему они так отчаянно нуждались в его возвращении.        Казалось, Стайлз их все же слушал. Иногда он заставлял их замолчать или просил уйти, и в большинстве случаев он действительно смотрел на них, когда они разговаривали с ним. Казалось, он возвращался к ним всё чаще и чаще, но этого было недостаточно. Никто не осмелился рассказать Арджент о Стайлзе. Но Дерек этого не хотел, ему нужно было сказать правду. Итак, через две недели он пошел в больницу, чтобы увидеть ее. — Привет, Эллисон, — он сел рядом с кроватью. — Я знаю, что мы не очень хорошо ладили, но… Я считаю тебя стаей. Ты спасла нам жизнь в два раза больше, чем угрожала нам, поэтому, думаю, я могу тебе доверять. Мне нужно тебе кое-что сказать. Никто из других не осмелился, но я думаю, что тебе нужно знать. Может быть, это поможет тебе вернуться. Это про Стайлза, он пытался покончить с собой после того, что с тобой сделал Ногицунэ. Вы оба были жертвами по-настоящему жестокой игры, через которую никто из нас не должен был пройти. В любом случае… Мы наблюдаем за ним днём ​​и ночью, и он, похоже, не хочет сделать это снова, но мы никогда не можем быть уверены, верно? Я думаю, ему нужно увидеть, что ты жива, что ты проснулась. Думаю, это поможет ему прийти в себя. Эллисон, ты ему нужна. Ты должна проснуться не только для себя, твоего отца и стаи, но и для него. Возможно, ты единственный человек, который может вывести его из этого состояния. Пока Дерек рассказывал, что-то изменилось в ее жизненно важных показателях, и доктор вошёл в комнату, чтобы проверить ее. — На мгновение показалось, что она просыпается, — сообщил он Дереку, — что бы вы ни сказали ей, думаю, это помогало ей бороться. — Я просто говорил ей правду, — пожал плечами Дерек. — Ну, понимаете. В коме она похожа на человека, у которого есть фиксированная точка зрения. Иногда может быть только жестокая правда, она приветствуется или нежелательна, но она может вывести из этого состояния. О чем бы вы с ней ни говорили, расскажите подробнее. Если это был человек, приведите их сюда, — посоветовал доктор. И тогда Дерек понял. Ему не нужна была Эллисон, чтобы разбудить Стайлза, но ему нужно было, чтобы Стайлз разбудил Эллисон. Чтобы разбудить Арджент, ему нужно было привести к ней Стилински. Но вывести Стайлза из его транса будет непросто. Ни Скотт, ни Лидия не смогли сделать этого, и даже у Ноа не получилось заставить сына встать с постели, поесть или пообщаться с ними. Но, возможно, доктор был прав. Никто из них не сказал ему правду, зачем он им нужен, особенно Дерек. И, возможно, это была повседневная обязанность Дерека как альфы, просто раскрыть ему эту правду. Возможно, лучший способ вывести Стайлза из объявленной им комы — это рассказать ему правду. Все вокруг него старались быть сильными, но ни у кого не получалось, и, может быть, ему просто нужно было услышать, как сильно его не хватает. Волку нужно было хотя бы попробовать, и, помня об этом, он ехал из больницы и набирался храбрости, чтобы избавиться от некоторых мыслей.