Последний демократ

      Любое разумное существо Галактики или же «разумное разумное», как говорят современные ученые, желая потешить доставить собственной расе удовольствие, способно творить чудеса, вне зависимости от того, отбывает оно срок на рудниках Кесселя, ведет оно праведную жизнь крестьянина из далекого уголка Галактики, работает ли для своей Родине в Галактическом Сенате или, наделенное Силой, служит Высшему совету. Всегда мысль существа, которому первое прилагательное «разумный» наука дала не просто так, его упорство и желание способны разрушить козни сил, известных как «злые». Другого мнения об этом лорд ситхов Дарт Сидиус. Что с его точки зрения преступник, сосланный за какой-то из собрания своих грехов на Кессель? Обделенный жизнью неудачник, обиженный на весь свет за собственную глупость, идеальный материал для создания себе верного и преданного слуги, которого к тому же не жалко, когда неумолимая Судьба потребует, отдать на растерзание Смерти. Что есть для лорда ситхов крестьянин из провинции? Презреннейший болт его будущего механизма Нового Порядка, который он вынужден терпеть, чтобы механизм работал. Что есть для него сенатор? Зажравшийся политик, которого нетрудно привлечь на свою сторону, такой же болтик в механизме, только значительно толще, и выглядит подороже. Что есть для этого человека наконец джедай? Завербованный с раннего детства на службу Свету слуга Республики, верный только магистру Йоде и убивающий по его косвенному приказу. Тяжело жить человеку, чья душа наполнена презрением, ненавистью и страхом. Но с этим поделать ничего нельзя: Палпатин родился амбициозным, вырос безнаказанным убийцей и превратился в отвратительнейшего ситха. Хотя неужели поделать ничего нельзя? Неужели некое мистическое зло, которое порой так щедро вкладывает в наши души Судьба, не может быть побеждено без насилия над человеческой природой? Неужели необходимо, чтобы человеческая оболочка зла от выпада светового меча распалась на части, а зло покинуло это бренное тело и отправилось искать себе новую жертву? Что в сущности есть борьба со злом с мечом в руках? Когда-то давным-давно, когда людям далеко еще было до путешествия по просторам космоса, ходили среди них сказания о чудовище, которое отращивает новую голову на месте отрубленной. Для Галактики сейчас ничего необъяснимого в этом нет: многие существа имеют много голов и при этом способны к регенерации. Но почему так настойчиво сражались друг с другом «чудовище» и люди, если верить древнейшим из сказок? Почему для людей это чудище было воплощением зла? Много ответов сокрыто в глубине истории, и не нужны они ни Республике, ни людям, безразличным ко всему, кроме их собственного брюха. Нельзя, хуля людей, сказать доброе слово о прочих расах. Все они вырождаются, замерзшие, ибо слишком долго гревшей их звездой была иллюзия хороших времен, призрак вместо раскаленной звезды.       Впрочем, какое дело джедаям до тайн и загадок, выдуманных миротворцами? Рубить головы — дело достаточно хитрое. Зачем ломать голову над тем, откуда Галактика кишит не только ситхами, но и всякой мерзкой нечистью: бандитами, коррупционерами, преступниками всех сортов и мастей, боссами картелей, продажными профессионалами своего дела. Ужели мистика охватила их души, пленила и завлекла в свои сети? Неужели это все хитрый план желтоглазого человека, скрывающего от своих союзников свою личность в капюшоне? Кто тот враг, что вдохнул в людей пороки, растлевающие их и заставляющие складываться лесенкой перед владыкой Сидиусом? Это карманный владыка ситхов каждого человека, личный дракон, личный мерзкий слизняк из глав картелей, личный прожорливый коррупционер.       Оставим прения. Они хороши, когда позволяют скрасить время томительного ожидания. Однако с пронзительным шумом корабль с Квай-Гоном, Оби-Ваном, Китом Фисто, Ки-Ади-Мунди, королевой Набу, мальчиком с Татуина и Верховным Канцлером Галактической Республики вошел в атмосферу Набу, планеты, про которую еще пару месяцев назад можно было сказать с претензией на поэзию: «девственные леса, нетронутая цивилизацией природа в соседстве с мирным и гармоничным человеком». Но с противным человеческому уху звуком падают деревья под натиском транспортеров и артиллерийских орудий Торговой Федерации.       — Это не война за интересы Республики и торговые пошлины, — с грустью, абсолютно его лицу не свойственной, заявляет Кит Фисто. — Это война за спокойствие и спасение от беспутства и жадности этого тихого уголка.       — Это был прекрасный мир, я боролся за его счастье двадцать лет, и вся гармония пала в один миг! — восклицает Верховный канцлер. — Федерация должна поплатиться за это!       Между тем кораблю самое время приземлиться, а приземление вышло весьма жарким, как бы ни было это ожидаемо. С криком «Оби-Ван, останься с королевой и канцлером!» Ки-Ади-Мунди, не переставая вращаться, каковые действия подкреплялись не только Силой, но и удачной для этого формой головы, выпрыгнул из корабля и принялся отбиваться от тучи выстрелов дроидов. Ганрей усыпал своей армию абсолютно всю планету, и теперь цереанин и подскочившие к нему на выручку Кит Фисто и Квай-Гон Джинн отбивали проход к озеру. Битва с дроидами достаточно скучна, чтобы закрыть на нее глаза. Летающие железяки, некогда бывшие органами дроидов, просто куски металла, расплавленного металла, противные звуки стрельбы и вторящие им соприкосновения мечей с выстрелами. Кроме того, Палпатин пока что не подтасовывает карты, и бой идет превосходно. Вскоре в округе не осталось ни одного целого, способного двигаться дроида.       Все люди покинули корабль и, оказавшись один на один с неизвестной опасностью, пронизавшей целую планету, предпочли оценить ситуацию.       -Мы с моим падаваном уже знакомы с гунганами. Я думаю, нам удастся их убедить. Ваша же задача добраться до дворца и освободить придворных. Там же останьтесь вместе с нашими уважаемыми королевой, канцлером и мальчиком. Мы постараемся прибыть достаточно быстро, чтобы вместе принять бой ситха. Да прибудет с вами сила!       Следует сказать хоть немного о мальчике, известном под именем Энакин Скайуокер, чтобы он не волочился недвижимым грузом за повествованием. Квай-Гон Джинн уверен, что это Избранный, исполнящий пророчество и восстановящий баланс между Темной и Светлой стороной. Так уж сложилось, что джедаи охвачены убеждением, что баланс равносилен истреблению оставшихся Ситхов и воцарению Светлой стороны. Истины не знает никто, кроме одиночек-форсюзеров, отрешившихся от политики и общества ради скитаний и постижения этой самой истины. Но они ничего не скажут.       Итак, этот мальчик, оберегаемый на этой планете сперва Оби-Ваном, а затем по совету Квай-Гона магистром Ки-Ади-Мунди и Китом Фисто, познавал тем временем бой и джедаев как людей. Надо сказать, что от озера, куда спускаются в подводный город гунганов Квай-Гон Джинн с падаваном до Тида путь не близок, поэтому, чтобы скоротать его, Палпатин обучает мерзостям республиканской политики Падме, а джедаи повествуют Энакину о своей благородной службе.       -Почему ситхи уцелели?       -Никто не знает.       А ответ то на поверхности, в том числе и Корусанта, если поверхностью считать его Нижние миры. Тьму питают человеческие пороки. И ситхи лишь побочный эффект, орды испоганенных судеб покрывают планеты Галактики. Всех их сделли такими их братья по планете, часто в действительности братья. Но не говорит этого Кит Фисто. Почему? Неужели действительно нужно оберегать ребенка от этого кошмара, именующегося «реальность»? Но Кит Фисто сам ослеплен. Он знает, что мальчик восстановит баланс и в мире наступит процветание и благодать.       -Знаете, почему Торговая Федерация уцелела, ваше величество? — параллельно говорит канцлер Палпатин Амидале. — Бешеные деньги с доходов Федерации идут на их лоббирование в Сенате. Я могу перечислить тех, кто, я уверен, берет эти деньги: Тунбак Тура, Пассел Ардженте, Тиккес… Знаете, как они сами это называют? Оплачивать лояльность.       -Я надеюсь, канцлер, Вы сможете победить коррупцию и оправдаете доверие честного Сената.       Палпатин невесело рассмеялся, всячески стараясь продемонстрировать, что его позабавило последнее словосочетание королевы.       -Честный сенат, ваше величество, это парочка провинциалов, которые еще не догадались, что можно зарабатывать на этом деньги. Я думал, Вы уже увидели это и убедились. Очень мерзко смотреть на коррупционеров, но пока что я не могу ничего поделать. Слишком плотно укоренилась бюрократия, выращиваемая Валорумом и его предшественниками. Увы, вот и результат.       Концовка речи получилась эффектной, потому что как раз в этот момент показался дворец, заложники-придворные, схваченные пилоты, дроиды, шатающиеся без дела и алчные неймодианцы, предпринимающие попытки разграбить официальную резиденцию королевы.       -Проведи королеву и канцлера во дворец, — говорил Ки-Ади-Мунди Киту Фисто, когда они все прятались от дроидов за углом. — Я постараюсь перерезать дроидов, и тогда сможем дать бой ситху, если он придет.       -Он придет, — скривил фирменную свою улыбку Фисто. — Я чувствую его.       После этих слов и началась резня, сопровождавшаяся криками: недоумения — дроидов, торжества — каждого из жителей Набу. Территория оказалась свободна, в Нута Ганрея целилась Амидала, а вся свита и Палпатин побежали к Сио Бибблу и «придворным» Тида.       -Я рад, что Вы спаслись, Ваше величество, — откланялся тот. — Сенатор Палпатин, неужели дипломатические переговоры ни к чему не привели?       -Я вижу, у вас здесь связь блокируется наглухо. Сенат избрал меня канцлером Галактической республики, — пряча самодовольную усмешку, провозгласил Палпатин. — В Сенате затянулись дебаты, необходимо было положить конфликту конец.       Пока Сио Биббл, весьма удивленный, с чувствами смешанными, поздравлял Палпатина с высоким постом, освобожденные пилоты заняли свои истребители, а то ли из-за серьезной промышленной мощи Набу, то ли, что более вероятно, многих пилотов Федерация уже перебила, многие истребители остались пустовать, и в один из них, в надежде ли спрятаться, наполненный ли мечтой о славе и подвигах, залез мальчик.       А обмен любезностями прервал крик Фисто «Магистр!» и появление вдалеке, в лабиринтах Тида ситха, выставившего вперед меч, два красных раскаленных луча, направленные в разные стороны.       -Если Квай-Гон и Оби-Ван не поспешат, сюда придет целая армия дроидов, — добавил для большего эффекта отчаяния Фисто и прыгнул навстречу неизвестности в лице этого угрюмого размалеванного забрака.       Пока уполномоченные лица укрылись в главной зале дворцы в сопровождении отряда самоорганизованной охраны из повстанцев и людей капитана Панаки, Ки-Ади-Мунди и Кит Фисто безмолвно распределились, взяв по стороне меча ситха, и начали его бесцеремонно жать по направлению к генераторной Тида, помещению, чья пустота нарушалась перпендикулярными проходами разных уровней и огромными лучами, исходящими из-под земли и демонстрировавшими работу генераторной. Кит Фисто смог зайти со спины ситха, но тот, выставив меч вертикально, одновременно отражал удары обоих джедаев. Поистине многому таинственный лорд ситхов обучил своего обиженного судьбой забрака. Наконец, развернувшись, он отталкивает Кита Фисто ногой, тому, падая, едва удается зацепиться за один из проходов рукой, и, навалившись всей своей мощью на Ки-Ади-Мунди ситх гонит его в новый зал, подальше от Кита Фисто. Но тот прыгает, и оказывается рядом с Ки-Ади-Мунди. Еще вспышки скрещивающихся световых мечей. Ситх не желает больше отступать ни шагу и по очереди опускает световой меч то на одного, то на другого, надеясь больше на мощь своего стиля. Джедаи в замешательстве отражают его нападки. Наконец он снова отбегает, джедаи за ним, и вот роковое движение световым мечом. Рубанув вдоль, забрак в надежде убрать меч и отскочить наклонился. Красный лазерный меч вошел в тело Киа Фисто, одновременно вспарывая ему брюхо и прижигая рану. Но из последних сил умирающий джедай остановил своим мечом новое движение забрака. Не ожидав сопротивления, тот оказался в ловушке своего соственного равновесия, и Ки-Ади-Мунди, вынужденный стать самым главным участником этой трагичной сцены, перерезал своим мечом ситха поперек, начиная с его правого плеча. Две неравноправные половинки, покрытые запекшейся и приженной кровью, упали тут же, рядом с еще живым Китом Фисто.       -Эйла…- прошептал тот, когда Ки-Ади-Мунди приподнял его на свое колено. Здесь его глаза перестали источать жизненную энергию и бесмысленно устремились куда-то в потолок.       Ки-Ади-Мунди склонил в знак скорби голову и простоял так, пока его не вернули к жестокой реальности звуки стрельбы. Решив разобраться с телом позже, он схватил меч и побежал на звуки.       Там уже бились прибывшие без гунганов (те бежали в неизведанные им леса) Квай-Гон и Оби-Ван против новейших машин неймодианцев, а где-то высоко в космосе корабли атаковали станцию Торговой Федерации. Молча к ним присоединившись, Ки-Ади-Мунди удостоверился, что канцлер читает королеве нотации, что означало, что все, кого джедаи должны охранять, в целости и сохранности.       Однако в пылу драки и скорби смерти все забыли про мальчика, который взмыл вместе с остальными пилотами в космос, случайно или по наущению честолюбия, и сейчас активно пытался при поддержке дроида разобраться в управлении своим транспортным средством. Так уж устроены торговые станции у Федерации, что многое в них зависит от рока, фатума. Пилоты обстреливали станцию, пытаясь прорвать защитное поле, — мальчику достаточно было сделать выстрел по направлению к атомному реактору. В миг торговая станция охватилась огнем. Неизвестно, сгорел Долтей Дофайн заживо или сперва полетел ко всем чертям вместе с обломком станции. Надо думать, что все же сгорел под ликующие крики пилотов Набу, красиво летящих на фоне разваливающейся станции. В несколько секунд от станции Торговой Федерации осталось одно жалкое название, и как следствие — от всей армии на Набу, управляющейся Долтеем Дофайном.       Ганрей и Рун Хаако были схвачены и на месте предстали перед Верховным Канцлером. Как только связь была восстановлена, он обратился к Сенату.       -Я увидел своими глазами, как страдал народ Набу, — так вещала в грибовидном зале голограмма Палпатина. — Жадные и мстительные управленцы Торговой Федерации — вот тому причина. Они надеялись сломить Республику, надеялись, что их вторжения, этот акт насилия сможет уничтожить самое ценное, что есть у народов Республики — веру в демократию, в Сенат, в наши идеалы. Да, этот кризис выявил наши слабости, недостатки сформировавшейся системы. Но это лишь повод устранить эти недостатки, что снова над Галактикой засияло солнце спокойствия и гармонии! Победа эта далась тяжелой ценой. Джедай погиб, сражаясь за Набу. Но теперь мы покараем Федерацию. Новые договоры не дадут ей больше давать Галактике повод для беспокойства. Здесь же, на месте мы с королевой Амидалой и вице-канцлером подпишем новые договоры, и теперь никто не осмелится возмущаться законным требованиям Республики.       Голограмме раздались апплодисменты, и Мас Амедда там, на Корусанте, завершил собрание Сената.       Конфликт, именуемый Набуанским кризисом, закончился тогда, когда тело наутоланина, объятое пламенем погребального костра, скрылось из виду.       Так и заканчиваются войны, ведшиеся за лишний кошелек, который можно будет пригвоздить к своему толстому поясу. Они заканчиваются не за столом переговоров, будь они мирные или такие, какие произошли только что на наших изумленных глазах. Они заканчиваются, когда хоронят доблестных солдат, достойных владельцев не только этих глупых кошельков, но и всего мирного неба, коптящегося кострами победителей мнимых — толстосума-сенатора и отсидевшегося вне боевых действий, мерзкого и толстого Босса Насса, который после победы Набу соизволил пойти с королевой на контакт и сотрудничество. Они пируют и веселятся, пока стоят джедаи, опустив голову, освещаемые костром, которому дает пропитание зеленое наутоланское тело. И Йода хмуро глядит, понурив голову. Он уже исполнил свою скорбящую миссию, и теперь голову его занимали останки забрака, вернее, учитель бывшего целого забрака, и хмурился и хмыкал Йода не в силах личность владыки ситхов разгадать.       Мерцание костра, пожирающего тело Кита Фисто, освещало и согревало своим жутким, покойным теплом лица многих джедаев. Тут был и склонивший свою продолговатую голову Ки-Ади-Мунди, и Иит Кот, и Квай-Гон Джинн с падаваном. И, сторонясь ото всех, стоял богато одетый человек, пламя, дохнувшее на него, показывало его короткую светлую бороду и склоненную голову. Это был граф Дуку. Разочарованный в Ордене, он не мог не почтить память Кита Фисто, этой жертвы игры Сената славным Орденом Джедаев.       Камень упал в спокойное озеро Набу, и от него пошли в стороны круги, тревожащие тихую гладь водного зеркала.       Это было уже после того, как от славного наутоланина остался прах. Квай-Гон сидел на утесе, обхватив свои колени руками, а рядом в лучах заката сидел, выпятив свое волосатое, покрытое теперь алым светом, лицо граф Дуку.       -Почему, учитель? — спросил Квай-Гон, не выходя из своего положения. — Почему ситхи снова сильны и хотят уничтожить Орден? — с этими словами Квай-Гон, казавшийся в эту минуту таким же не ведающим юнцом, как и Энакин Скайуокер, бросил в озеро еще один камень и проследил, как он упал, и по воде пошли круги.       — Увы, Орден сам сглупил. Кит Фисто был хорошим джедаем, да и личностью неплохой. Но пока Орден будет идти на поводу у коррумпированного Сената, ситхи будут ликовать и процветать.       -Мы служим демократии и Республике, учитель. Сейчас мы спасали даже не казну и не жалкие налоги, которыми облагают Торговую Федерацию. Кит Фисто умер, спасая эту планету, ее девственную природу от механической мощи управляемой ситхами Торговой Федерации.       -И почему это сюда потянуло Торговую Федерацию? — с грустной язвительностью ответил Дуку. — Очередной бессмысленный закон Валорума, желавшего набить свой карман потуже, привел сюда армии дроидов. Дался бы Ганрей, этот жадный честолюбец, чтобы им управляли ситхи, если бы не Сенат, доведший его до этого. Я нисколько не оправдываю Федерацию. То, что здесь было, это ужасно. Но самое страшное, что это была битва двух мерзких созданий, которые уничтожали друг друга, а заодно и девственную природу Набу. И мы вынуждены просто помогать одной из сторон, мерзкому Сенату против мерзкой Федерации. Просто потому, что они прикрываются законом. Уйдем, Квай-Гон, — Дуку с надеждой посмотрел на своего ученика. — Уйдем из Ордена, перестанем быть рабами системы и Сената, заживем нормальной жизнью, будем распоряжаться сами собой.       Квай-Гон покачал головой.       -У меня тоже есть, за что не любить Орден. Но он борется за правду, поверь. Магистр Йода хороший джедай и не дурак, он ведет Орден по правильному пути. Мы должны были сразиться здесь.       -Да речь даже не про эту битву. Вспомни битву на Галидраане. Джедаев в их слепой покорности Сенату просто обвел вокруг пальца какой-то властолюбивый губернатор! Мы убили людей, доверившись ему! Вспомни Балтизаар. Сенат предпочел не тратить войска и послал джедаев. Они пропали без вести. Воса пропала, я даже не знаю, жива ли она. Потом магистр Йода, конечно, одумался, но было поздно. А Сенат так и не утрудился выслать хотя бы отряда для поиска их тел! Я привык считать их погибшими, но ведь Сенат даже не пытался спасти джедаев, которые полегли по их вине! Сенат прогнил! Он коррумпирован, он все чаще посылает джедаев просто потому, что их не жалко! Я не хочу быть игрушкой в руках жадных коррумпированных политиков! Уйдем из Ордена, Квай-Гон. Я поселюсь на Серенно, в Караннии, это чудная планета, вроде этой, — Дуку окинул рукой пейзаж вечернего Набу.       -Мне тоже жаль, учитель, что тучи сгущаются и все чаще джедаи вынуждены погибать в сражениях. Но как раз поэтому нельзя покидать орден! Ситхи вновь вышли из тени, они снова хотят захватить власть! Я должен по крайней мере обучить мальчика, он восстановит баланс.       Дуку ответил язвительной и грустной улыбкой, как бы прощая наивность своего ученика.       -Баланс может восстановить не мальчик, с которым ты возишься, а полное расформирование Сената. Вдумайся, республика могла бы победить парочку зарвавшихся адептов Силы, но ей это невыгодно. Сенат проплачен Торговой Федерацию, которая и работает на этих ситхов. Что твой мальчик против повальной коррупции в государственном аппарате?       -Я не искушен в вопросах политики, — криво усмехнулся Квай-Гон. — Но ведь ситхи должны быть уничтожены! Надо уничтожить противника в бою, и больше не будет бессмысленных войн, интервенции Торговой Федерации, и перестанут погибать в бессмысленных боях джедаи! Ситхи — из-за них по всей Галактике сгущается тьма!       -Ты веришь в это? — скептически глянул Дуку. — Неужели проблему можно решить, отрубив лорду ситхов голову или разрубив его пополам? Так, стало быть, ситхов не двое, если это из-за них помрачнели тучи на горизонте, — усмехнулся джедай. — Что, губернатор Галидраана тоже ситх? А Бандо Гора? Они тоже адепты Силы, размахивающие красными мечами? А сам Нут Ганрей? Ситх он или жадный толстосум, залезший на вершину Торговой Федерации по головам своих товарищей и использующий ситха, чтобы продвигать свое торговое влияние? Ситх — это детская сказка по сравнению с тем, что окружает нас повсюду. Можно каждого толстосума-сенатора вырядить в ситхи и порубить на куски, система от этого не поменяется. На смену вырезанным придут другие до смерти жаждущие денег и власти, и механизм коррупции, остановившись на долю секунды, вновь заработает, принося в Галактику нищету и убийства.       -Но ситхи — это же абсолютное зло! — не сдавался Квай-Гон. — Может, вы и правы, но это забота политиков. Наша задача — сокрушить тех, кто без всяких сомнений виноват, преступников, ослепленных жаждой власти! Это ситхи, они зло, они угроза стабильности республики!       -Ситхов всегда двое, не больше и не меньше, ведь так? Так вот, один из твоих ситхов — прах, пепел, сожженные половинки красного размалеванного забрака. Ситх убит, да здравствует Ки-Ади-Мунди! Стала жизнь лучше? Прекратились убийства джедаев и их печальные церемонии сжигания?       -Это лишь ученик, Совет джедаев уверен в этом. Достаточно убить лорда ситхов, учителя, и многое изменится, поверьте.       -А потом политики снова начнут вас использовать в своих грязных, никому не нужных целях. Сенаторы убийцы. Сенаторы нарушают покой и вредят республике. Это абсолютное зло! Оно порождает и могущественных ситхов, и всякие культы Гора! Пока Орден служит этому злу, просто борясь на одной из двух мерзопакостных сторон, я не намерен служить Ордену!       -Мне жаль, учитель. Я должен обучить мальчика.       -Зачем ты так возишься с мальчиком? Неужели целый Орден не может справиться с одним ситхом?       -Пророчество гласит, что только Избранный может восстановить баланс. Я верю, он и есть этот Избранный.       -Это все сказки, — фыркнул Дуку. — Ситхи порождены злом, которое, увы, заложено в природе живых существ. А мальчик может стать лишь убийцей, служащим Сенату и якобы демократии. Мне его жаль. Ты, кажется, оторвал его от матери?       -Ты не видел Татуин. Он был рабом, каждый сезон рискующим своей жизнью ради барыша своего противного хозяина. Я уверен, он многое бы отдал, чтобы покинуть эту проклятую песочную планету.       -И ты, увидев вживую рабство в нашей цивилизованной Галактике, все еще утверждаешь, что ситхи — зло? Ты неисправимый слуга Ордена, — иронично закончил Дуку.       -Я сам был бы рад покончить с рабством на этой планете. Но она контролируется хаттами. Как бы они ни были мерзкие, какими бы ни были преступниками, они поддерживают на планете порядок, да и к тому же они сотрудничают с республикой…       -Они сотрудничают с Сенатом, — развеселился Дуку. — Вернее, с некоторыми сенаторами. И Корусантские силы безопасности очень бы удивились, если бы им предоставили этому доказательства.       -У вас, однако, доказательств нет, учитель?       -Это очевидно. Республика не стала бы иметь дело с преступниками и контрабандистами, когда бы не коррупция. За этот бич республики крепко держутся хатты, Ксизор и пайки.       Квай-гон пожал плечами.       -Может быть, вы и правы, учитель. Но я обучу мальчика. Он хороший человек и может стать надеждой Ордена в дальнейшем.       И, замечтавшись, о светлом будущем Ордена, Квай-Гон Джинн вновь бросил в воду камешек, от которого вода вновь зарябила, что в наступающей темноте едва заметил Квай-Гон.       -А все-таки я уйду, — задумчиво проговорил Дуку, отрывая взгляд от слабо различимых кругов на воде.       Так они сидели, смотря то на воду, то на почти опустившееся в далекий океан солнце Набу, учитель и его бывший ученик. Ученик так и не выпрямил свои ноги и продолжал обхватывать их руками, задумчиво и с тоскою глядя на пейзажи планеты с такой действительно девственной природой. Учитель наоборот ноги свесил и сидел, стараясь разглядеть во тьме горизонт. Вскоре его редкая борода перестала виднеться, красное зарево более ее не освещало.       Тьма накрыла Набу, и джедаи, синхронно поднявшись, с грустью отправились на корабль, где остался Совет, Оби-Ван с мальчиком и многие неравнодушные к судьбе невинно убиенного Фисто.