Предназначение демона

      Всю неделю я старательно избегала встречи с Люцифером. Много училась, сидела в библиотеке, и как только его энергия появлялась поблизости, незаметно, как мне казалось, ускользала куда подальше. Хватит с меня дворцовых интриг и высоких отношений. Перерыва хотелось, как воздуха.       Возможно, он понимал мои чувства, или даже разделял их, наслаждаясь свободой ослабления взаимного влияния. Демон не навязывал своего общества и не стремился к встречам.       Постепенно, почти все наладилось. Школа немного погудела от новостей. Пару дней, наверное, все ожидали бурных объятий и страстных поцелуев посреди двора, но когда этого не последовало, сплетни сами собой сошли на нет. Даже Ади уже редко возвращался к теме любовного треугольника между мной, Люцифером и Мими.       Я сидела на газоне и дочитывала книгу по истории, для завтрашнего урока, когда темно-синяя энергия возвестила о приближении Геральда.       — Ты, смотрю, за голову взялась, Уокер. — Обычный насмешливый тон свидетельствовал о благодушном настроении преподавателя.       — Решила подтянуть историю бессмертных.       — Поговорим?       Поспешно поднявшись, я порывисто развернулась к учителю. Не хотелось, чтобы демон решил, что я отношусь пренебрежительно к его вниманию.       — Разумеется… Что-то случилось?       Он пригласительно вытянул руку в сторону прогулочной дорожки.       — Пройдемся?       Мы шли молча некоторое время.       — Значит предназначение Люцифера?       Из груди, против воли вырвался раздраженный вздох.       — В общем, да.       — И как?       Мои брови поползли вверх, выдавая самое искреннее удивление его вниманием.       — Что как?       — Справляешься как, — низко расхохотался Геральд, снимая общее напряжение.       — Плохо, — мое сознание спохватилось, но было уже поздно, не выходило из меня чопорной и надменной принцессы ада, вот просто никак. Говорила, что думала, делала, что считала нужным; неподходящая партия. Во всех смыслах. — Ничего не получается. Я слишком слабая.       — Для чего?       — Для своей великой миссии. — Раздражение почти не поддавалось контролю.       — Какой?       — Не знаю.       Он помолчал, мерными шагами отсчитывая секунды.       — Теперь твоя сила в компетенции ада, а там мне не доверяют, но что-то подсказывает — ничерта они не увидели в тебе.       — Вы про цвет?       — И он тоже. Ты не слабая, Уокер, далеко. Но с тобой нужно работать.       — Вы правда так считаете? — Надежда окрылила болезненно сжавшуюся душу.       Он усмехнулся.       — Знаешь почему я выбрал школу?       — Нет.       — Ненавижу спесь.       Теперь усмешка тронула мои губы.       — В аду ее в избытке.       Геральд повернулся ко мне, вынуждая остановиться.       — Ты разнесла остров в прах. Как?       Немного поколебавшись, я вкратце рассказала, что сделала и впервые увидела в глазах бессмертного одобрение и уважение к моим собственным силам.       — Тебя нужно тренировать. — Повторил демон, задумчиво усмехаясь.       — Вы поможете мне?       — Кураторство над предназначением принца тьмы — дело не моего ранга.       Гнев заполнил до краев измученную душу, пока от этого самого ВИП статуса мне виделись одни беды и расстройства.       — Но я могу приглядеть.       — Спасибо! — переполняясь щенячьим восторгом, я едва вновь не бросилась ему на шею, но преподаватель предусмотрительно шагнул назад, увеличивая дистанцию и, тем самым, призывая к соблюдению субординации.

***

      Следующие несколько дней прошли в упорной работе над способностями. Вместе с наставником, мы выяснили, что мне подвластны силы бессмертных, через прикосновение, и даже немного через взгляд, а со временем, я смогла транслировать чужие эмоции в неизменном виде или смешивать их, как краски и преобразовывать, но пока цветная энергия, не станет черной, использовать ее для собственных нужд не получалось. Мое сознание просто проводило силу от источника к объекту, не поглощая ее.       В течение дня, я собирала частички энергий разных бессмертных, а по вечерам рисовала ими словно красками, формируя в сгустки побольше. Геральд не давал этим творениям взорваться, поскольку контролю они никак не поддавались, по крайней мере с моей стороны. Преподаватель предположил, что подобное может быть связано с чужеродностью транслируемой энергии, ведь по происхождению она не была моей собственной.       — Завтра практическое занятие, покажешь часть того, что умеешь.       — Я их поубиваю.       — Сделай маленький сгусток. И не бойся, ты умница. — Он одобрительно похлопал меня по плечу.       Сердце наполнилось чистой радостью от признания моих собственных, не подаренных высокими покровителями, заслуг, таких важных и значимых для меня. На дне сознания блеснула алая энергия Люцифера, как отголосок незримого участия, но нежелание пускать его в личную, никому, кроме меня, не принадлежащую работу, побудило проигнорировать вспышку.       Перед уроком непризнанные толпились отдельно от бессмертных. Мне нравилось стоять с ними, среди своих, таких же как я. Знакомая теплая энергия коснулась спины, темная, словно кровь. Я взволнованно передёрнула плечами, стараясь унять предательское сердце.       — Итак, — громкий голос Геральда привлек внимание класса, — Сегодня поговорим о проявлениях силы. Бессмертные рождаются со своей энергией, и хотя ее потоки можно немного изменить, а иногда значительно расширить, но суть воздействия поменять нельзя. Сейчас вам продемонстрируют два основных направления: разрушение и созидание.       Учитель позвал Люцифера.       — Покажи им огонь.       По группе прокатился шепоток.       — Насколько сильно приложить? — Принц не бравировал своей мощью, а серьезно и собранно спрашивал, какого удара ждет от него преподаватель.       — Чтобы тряхнуло, но не покалечило.       Алоглазый вальяжно щёлкнул пальцами в воздухе, и на их кончиках загорелся огонек, словно от зажигалки. Он стряхнул пламя на ладонь, а затем перебросил в другую руку. Словно подчиняясь воле хозяина, маленький сгусток танцевал между изящных пальцев, постепенно разрастаясь все больше и его свет отражался в пылающих глазах демона страстным удовольствием, какой-то дикой, чуть безумной любовью. Когда огненный шар достиг размера футбольного мяча, ателинг отпустил его и направил рукой в землю. Едва сгусток коснулся твердой поверхности, как взрывная волна отбросила первые ряды учеников, и пошатнула последующие.       Люцифер самодовольно усмехнулся и отправился на свое место.       — Теперь Дино. — Подозвал Геральд.       Вперёд вышел ангел, лицо его было серьезно и сосредоточено. Раскрыв ладонь, белокрылый приложил ее к обгоревшей, от удара демона земле, и трава выбралась из нее, восстанавливая покров.       — Спасибо.       Юноша коротко кивнул и отошёл.       — В отличие от рождённых, непризнанные владеют энергией без направления, их сила определяется постепенно. Они могут, как разрушать так и созидать одновременно. Виктория, покажи. — Улыбка учителя стала шире, он гордился мной.       Я вышла к группе, незаметно коснулась взглядом демона в первом ряду, забирая его краску, темно-фиолетовую, затем сформировала узор и отпустила его. Без поддержки сгусток упал к моим ногам и сжёг растительность. Мне не хотелось использовать связь предназначения, чтобы потянуть на себя энергию Люцифера, хотя легко было все тут в клочья разнести, мои собственные силы имели гораздо большее значение.       Потом я повернулась к неприятному ангелу, что вырвал мне крыло на чемпионате, взяла его мутно-зеленую ауру и нарисовала траву заново. Получилось даже гуще, чем раньше.       В группе заговорили.       — Это не ее способности! Она предназначена Люциферу, его мощь и использовала.       Властный голос Геральда заставил всех умолкнуть.       — Люцифер — демон, в нем нет созидания. Разрушить за счёт него, Виктория могла, но не сотворить.       Тупая боль пронзила грудь. Глаза метнулись к наследнику. Он стоял молча, глядя перед собой, и только остро очерченные скулы выдавали эмоции.       В нем нет созидания. Одно разрушение.       Как только урок окончился, принц ада резко развернулся и быстрой, пружинистой походкой, покинул двор. Не долго думая я бросилась за ним.       — Люцифер!       Он сбавил шаг, а потом совсем остановился и замер, словно каменная статуя, не оборачиваясь. Мне пришлось обойти его кругом, чтобы заглянуть в лицо.       — Что? — тихий, угрожающе спокойный голос не сулил лёгкого разговора.       Было трудно подобрать слова, чтобы выразить собственные эмоции, поэтому я уверенно шагнула вперёд и взяла его за руку. Горячие пальцы на секунду дрогнули, в попытке отстраниться, но тут же сжали мою ладонь до хруста костей.       — Не боишься? — Он намеренно причинял боль.       Мое волнение выдавали только чуть дрожащие крылья, в то время, как глаза легко выдержали злой взор наследника.       — С чего?       — Я само разрушение.       — Есть вещи, которые неизбежно должны быть разрушены.       — Но есть и те, целостность которых неприкосновенна. — Жёсткий голос зазвенел и смягчился, крупные крылья расправились, а мое сознание заполнилось янтарным теплом, успокаивающегося предназначенного.       — Для правильного выбора нужны только глаза.       — Моя ярость абсолютно слепа.       Наследник ослабил хватку и теперь поглаживал узкую ладонь, словно извиняясь.       — Но ведь у тебя есть предназначение. Я стану твоим зрением.       Стена отчуждения рухнула. С облегченной усмешкой Люцифер обнял меня за плечи и коснулся губами виска.       — Отважная птичка.       — Как тебе сегодняшнее выступление?       Попытка перемены темы, удалась, поскольку теплая энергия ещё посветлела и потекла ровными, ласкающими волнами.       — У тебя прекрасно получается. Я горжусь.       — Мне тяжело, Люци. — Откровенное признание неожиданно, словно против воли, сорвалось с губ.       — Знаю, птичка. Мне тоже. — Горячая ладонь соскользнула с плеча и вновь сомкнулась вокруг запястья.       — Пожалуйста, давай будем говорить друг с другом, обсуждать решения вместе. — Только усилие воли не давало слезам пролиться, но он прекрасно чувствовал, как в душе, я искренне ревела от непонимания и смятения граничащего с отчаянием.       — Я не умею обсуждать. — Слова покидали широкую грудь, словно через силу, и мне мгновенно стало понятно, как тяжело они давались наследнику адского престола, самому принцу Люциферу.       — По-другому нам не выжить. Мне не выжить, понимаешь?       Пылающий взгляд демона поймал в капкан мой. Он злился, но держал себя в стальных тисках воли, намеренно заставляя идти на, столь непривычный для него, компромисс, подчиняться, сознавая, что его непоколебимый, тоталитарный контроль рвет меня на части.       — Да.       Облегченный вздох сорвался с губ, демонстрируя самую искреннюю благодарность, на которую только способна была моя вымотанная предназначением душа.       Реагируя на неосознанный порыв, энергия Люцифера мгновенно наполнилась пурпурными сполохами, он уверенно потянул меня к себе, смыкая объятья, но я упёрлась руками в широкую грудь.       — Это неуместно.       Янтарный взгляд наследника стал непонимающим.       — Есть много способов проявить привязанность, помимо… — Смятение мешало подбирать слова. — Тех, что используешь ты.       Напряжённый, светлый, словно лава огонь его глаз окрасился бордовым. Терпению демона пришел конец. Крепкие объятия раскрылись в гневе. Его Высочество развел руки в стороны, расправил крылья и отвернулся, выражая каждым жестом раздражение.       — Менять меня вздумала, непризнанная?       Злость мгновенно вскипела, заполняя сознание. Возможно потому, что его чувства удваивали мои, но контролю разума обида никак не хотела подчиняться.       — Я не фаворитка для постельных утех! — Голос поднимался, срываясь на крик, слезы подступили к глазам.       Демон развернулся и впился в меня пристальным, темным взглядом.       — Это определенно.       Его раздражение стократно усиливало мои эмоции, заставляя крылья дрожать. Голову неприятно жгло королевской яростью и разочарованием.       — Не устраивает — найди подходящую! — Случайные бессмертные начали оглядываться на мои крики, некоторые останавливались, с интересом наблюдая, чем закончится перепалка.       Наследник мгновенно приблизился вплотную и замер нависая надо мной. Удушливые кровавые волны царственной злости, почти ощутимо обжигали, окатывая меня пламенеющими потоками.       — Когда я это сделаю, ты узнаешь первой.       Холодная ладонь взметнулась к грубому лицу, в попытке ударить, но, мгновенно почуяв мои намерения, Люцифер перехватил ее и больно сдавил в горячих пальцах. Страх начал вытеснять все другие чувства из проясняющегося сознания и, мгновенно, неприязнь алоглазого втекла горькой примесью в голову.       — Аду не нужна трусливая королева. — Отбросив мою руку от себя, он расправил крылья и взлетел, не потрудившись сделать шаг назад.       Нисходящими потоками меня отбросило, спровоцировав ощутимое падение. Слезы уже стояли в глазах, но сила воли не позволяла им пролиться на радость наблюдающим.       — Пойдем, бестия. — Теплые ладошки Мими легли на плечи, помогая подняться.

***

      Я сидела молча, поджав губы, на полу перед своей кроватью, растирая ладонями слезы по испачканным щекам. Говорить совсем не хотелось и, понимая это, дьяволица предпочла оставить меня в одиночестве. Постоянное, бесконечное давление душило почти физически, накапливая неприятные эмоции в постепенно темнеющем восприятии. Ну что?! Что я делаю не так?!       — Ничего. Ты просто моя предназначенная.       Плечи вздрогнули, взволнованно раскрывая крылья, почти истерично, резко взгляд поднялся, реагируя на низкий звук знакомого голоса. В проеме, облокотившись на дверной косяк, стоял Люцифер. Хотелось сказать так много, но я молчала.       — Идем, птичка, нам давно пора. — Демон подошел и протянул открытую ладонь, приглашая подняться.       Мутный взор сфокусировался на суровом, сосредоточенном лице наследника.       — Если аду не нужна такая королева, зачем ты пришел?       Саркастически усмехнувшись, алоглазый опустился на покрывало, рядом со мной. Прозрачный взгляд уперся в пол, избегая меня, но острое, отчетливое чувство вины мигом наполнило голову ощущением сожаления.       — Потому что мне плевать на ад.       — Что? Ты — наследник трона, который однажды станет Сатаной. — Удивление лилось из груди вместе с взволнованными звуками высокого голоса.       — Я эгоист. Меня всегда интересовало только то, что необходимо лично мне. — Демон произносил слова легко, но их смысл причинял королевскому сознанию боль.       — И что же сейчас тебе так нужно, Люцифер?       — Моя слабая, трусливая птичка. — Произнес демон, усмехаясь, словно сознавался в смертном грехе, понимая, что за этим последует казнь.       Задыхаясь слезами облегчения и полного, абсолютного, безграничного счастья, я бросилась на шею предназначенного, с восторгом ощущая, как крепкие объятья смыкаются на моей вздрагивающей от рыданий спине.       Прошло немного времени, буря эмоций улеглась и пришло страшное осознание.       — Это не твои слова. Так считает Сатана. Ему не нужна слабая королева.       Янтарная энергия сгустилась и приобрела бордовый оттенок.       — Плевать, что думает мой отец. Свой шанс он упустил, не ему судить нас. — Люцифер поднялся и аккуратно поставил меня на ноги.       — Куда мы пойдем? — Тихая паника понемногу заполняла голову. Почуяв ее, алоглазый вновь неприязненно скривился.       — Нужно развивать связь, если мы хотим справиться со всем… этим. — Он рассеянно повел в воздухе рукой, описывая широкий круг.       — Нам придется спуститься в ад? — памятуя, о высказанных Адмироном Винчесто и одобренных директором Кроули, правилах, мои крылья вжались в спину, выдавая волнение.       — Не сегодня.       Невольный вздох облегчения сорвался с губ.       — Мне нужно умыться. — Он нехотя выпустил меня, позволяя отстраниться.       Наспех приведя себя в порядок, я последовала за предназначенным во двор школы. Едва мы достигли края поляны заднего двора, как удерживая меня за руку, Люцифер быстро взлетел. Мне с трудом удавалось поспевать за ним, со стороны выглядело, будто он тащит меня насильно.       — Почему не телепорт?       Наследник смерил мою растрепанную фигуру саркастическим взглядом и усмехнулся.       — Учись летать, птичка. Пригодится.       Мне померещилась лавандовая энергия Дино где-то на самом краю восприятия, однако внимание снова быстро переключилось на полет и предназначенного.       Место, предполагаемого проведения первой тренировки, я узнала сразу.       — Обрыв?       — Да, — задумчиво усмехнулся Люцифер, — Мы, с ангелом, часто тут… Выясняем отношения.       — Ты дерешься с Дино?       Демон посмотрел на меня пренебрежительно, с высоты своего роста.       — Нет. Просто так мы оба выпускаем злость. А, кроме белокрылого зануды, дать мне отпор особенно-то и некому.       — Почему обрыв?       — Не знаю. — Он помолчал, задумчиво глядя в даль, на крупные облака. — Ладно, хватит лирики. Работаем.       Люцифер расстегнул ещё две пуговицы на своей черной рубашке и подошёл вплотную.       — Давай птичка, установи связь.       Я приложила ладонь к печати. Горячая волна, всколыхнулась, соединяя наши силы. Мысли опять спутались, полностью сливаясь.       Мальчик с алыми крыльями вновь пронесся мимо меня по винтовой лестнице вниз. Я отчётливо осознавала, что должна заставить его остаться, но как?       Постой!       Ребенок не отреагировал продолжая быстро спускаться. Сознание судорожно перебирало варианты, а воздух вокруг начал наполняться знакомым запахом гари. Взбудораженные мысли улавливали изменения в потоках энергии Люцифера, возвещающие о его преображении, но так легко сдаваться, в мои планы не входило.       Собрав весь свой самоконтроль в кулак, я стала методично отыскивать и вливать в его полыхающую душу, любое даже самое мимолётное положительное воспоминание, каждый вздох, что приносил радость или облегчение. Мощь наследника постепенно начала уравновешиваться.        Я, с опаской открыла глаза, отчаянно цепляясь за связь, чтобы не потерять удерживающего потока. Создавалось ощущение, что мне удалось оседлать тайфун.       Одежда на плечах демона дымилась и расползалась, голова была опущена, глаза закрыты, расправленные во всю ширину крылья чуть подрагивали от напряжения, но алоглазый держался. Я кожей чувствовала, как немеют его мышцы, но преображения не наступало. Чистое, безудержное счастье наполнило меня до краев.       Дыхание сбилось, энергия посветлела и потекла, через связь, разбавляя густую, тягучую магму наследника. Веки его дрогнули, но не поднялись, сердцебиение усилилось, разливая по венам огонь, и тут, в светлеющем сознании Люцифера отчётливо всплыли слова Винчесто о том, что признание меня ангелом, повлечет немедленную казнь.       Похоже, Люцифер принял мои лучистые потоки, за подтверждение возможности перехода на райскую сторону, потому, контроль был мгновенно утерян.       Почуяв опасность каждой клеткой, я стала судорожно искать способ утешить демона, но ничего не выходило. Страх потери предназначенной застилал алые глаза, лишая способности к сопротивлению. Скоро необходимость прервать связь стала очевидна, но я боялась, что отпустив его окончательно разрушу то, чего удалось добиться.        Веки наследника дрогнули, он лишь слегка поднял ладонь и повернул ее в мою сторону, но меня тут же отбросило на десяток метров. Только приземлившись, я осознала, что нахожусь… В крепких руках Дино!       Белокрылый выпрыгнул из-за скалы и перехватил мое падение, удерживая фактически над самым обрывом. Взволнованный взгляд на мгновение поднялся к сосредоточенно сияющему ангелу и тут же бешеная злость заполнила грудь, почти нестерпимым гневом Люцифера.       Понимая, что демон сейчас убьет соперника, я схватилась за нарастающую бордовую энергию и начала отчаянно искать в потухающем сознании предназначенного методику проведения телепорта, полагая, что этот выход единственный, поскольку улететь мгновенно ясноглазый просто не смог бы.       Всем своим существом ощущая, как ярость рвется из стальной клетки слабеющего самоконтроля наследника, мне наконец удалось отыскать нужное воспоминание. Глубоко вздохнув и собрав в руках всю мощь, что только смогла вместить, я громко щелкнула дрожащими пальцами в воздухе и, ухватив Дино за руку, перенесла нас к черту на рога, совершенно не понимая куда именно приземлюсь.       Мрак рассеялся. Мы оказались возле пустого павильона, в котором проводились негласные студенческие тусовки. Ангел встревоженно и непонимающе взирал на меня, а я злилась, дико, безудержно.       — Какого… Ты творишь?! — мой голос звенел набирая высоту и децибелы.       — Я увидел, как этот демон вновь потащил тебя куда-то и испугался, что он причинит тебе вред.       — Этот демон мой предназначенный! — я кричала, напрягая связки настолько, что горло начало жечь.       — Но он мог покалечить тебя. — Не сдавался Дино.       — Это его полное право! Я рождена для него! Все во мне принадлежит только ему! И если Люцифер захочет мою жизнь, я сама выну из груди сердце и положу к его ногам! Не смей вставать между нами, Дино!       Ангел ошарашенно смотрел на меня.       — Но ты перенесла нас, потому что испугалась за наши жизни.       — Я испугалась только за твою жизнь! Потому что ты не имеешь к нам никакого отношения! — Ярость начала стихать, выплеснувшись криком. — Люцифер никогда, слышишь, никогда не причинит мне вреда. Что бы он не говорил и как бы себя не вел, я — то единственное, что ему безгранично дорого, его предназначение.       Тон пришлось сбавить, напрочь охрипнув, а душу понемногу заполняло янтарное тепло, возвещая о том, что алоглазый слышал каждое мое слово. Его мечущееся сознание цеплялось за меня, успокаивалось, наполнялось благодарным облегчением, сжимая ярость все больше, подчиняя ее осознанной воле демона. Дышать постепенно стало легче.       Дино расправил крылья.       — Хочешь сказать, что я третий-лишний?       — Да. Именно это я и хочу сказать.       С тихим хлопком позади появился Люцифер. Темная, горячая энергия, уже не была обжигающей, ровное мерное дыхание, стекающее тёплыми волнами по спине, говорило об обретении самоконтроля.       Ангел, поджав губы, ещё пару минут смотрел на нас, но потом с места взлетел мгновенно скрываясь в облаках.       Я боялась шевелиться. Стояла молча, сложив крылья и опустив голову. Люцифер медленно приблизился вплотную и обнял меня, положив одну ладонь на живот, а вторую на плечо. Его дыхание запуталось в моих волосах и обжигало затылок, мысли неслись так быстро, что уловить их суть никак не удавалось, но я понимала его — он был благодарен. За все: за доверие, за преданность, за понимание и нежелание осуждать… Впервые я ощущала истинные эмоции предназначенного. Чистые и искренние, не обременённые положением, статусом или обязанностями. Простое тепло души, которое мог позволить себе испытывать любой обычный бессмертный, не важно кем он являлся: демоном, ангелом или непризнанным, но только не наследник адского трона, принц Люцифер: всегда решительный, уверенный, знающий, как поступить правильно.       Алоглазый не умел справляться с подобными чувствами, да и выразить их тоже не мог. Потому мы так и замерли, слушая дыхание друг друга, ровное биение сердец, внимая объединяющему потоку Истинной Воли Шепфа, созидающему из двоих, таких разных, бессмертных; одно непобедимое, неистребимое, вечное предназначение.