Стёртая

      Во время Метаморфозы Трис чувствовала себя как в тумане. Она узнала много нового, но в то же время ещё сильнее запуталась в собственных воспоминаниях. Она ощущала пустоту и холод. Время тянулось бесконечно. Постепенно страх сменился любопытством, а оно — скукой. Вскоре девушка начала чувствовать боль, а последующий за ней туман окутал мозг, не желая выпускать из своих крепких объятий. Перед глазами бурным потоком стали литься воспоминания из прошлого.

***

       — Трис.       Далёкий голос прозвучал словно эхов тоннеле.        — Трис, ты меня слышишь?       Ей не хотелось отвечать. Сквозь веки она видела белый свет, но глаз так и не открыла.        — Трис, это Чак. Ты как?       И тут кареглазая всё вспоминала: Глэйд, Гриверы, как она неслась на них, чтобы те ее ужалили и она всё вспоминала. Лабиринт не имеет разгадки. Она была раздавлена отчаянием. Застонав, она усилием заставила себя приоткрыть веки и увидела перед собой пухлое лицо Чака.        — Она очнулась! — закричал мальчик, — Трис очнулась!        — Чак, твою мать! Обязательно так орать? Мне так погано.        — Извини, я просто очень рад, что ты выжила, — он подошёл поближе к подруге и обнял ее. Впрочем, Трис была не так уж и против и поддалась ему.        — Долго я провалялась? — спросила она.        — Три дня. В целях безопасности тебя посадили в Кутузку.        — Гриверы появлялись?       Восторг Чака угас в мгновение.        — Да. Схватили Зарта и ещё двоих. По одному каждую ночь. Как и сказал Галли. Минхо с остальными бегунами снова бегали в Лабиринт, пытаясь найти выход или хоть что-то, куда можно ввести тот дурацкий код. Тухлый номер, — объяснил мальчик, потупив взгляд.        — Где Ньют?.. Нужно созвать совет.        — Ты не шутишь?        — А разве похоже на шутку? Чакки, пойми, мне срочно нужно обо всём рассказать Ньюту и Томасу. Они обязаны это знать. Найди их, — настойчиво произнесла Беатрис, на что Чак кивнул и побежал в сторону Хомстеда. Трис, неспеша, поднялась и последовала за ним.

***

       — Ты спятила?! Трис, ты чем думала, твою мать?! — первым на девушку накинулся Ньют. Он схватил ее за плечи и начал трясти, словно пытаясь образумить ее.        — Честно, я думала что убью тебя, если ты не проснёшься, — Тереза скрестила руки на груди.        — Ты поступила отчасти глупо. Поступок, конечно, героический, но идиотский, — Минхо с укором взглянул на Трис. Остальные присутствующие обвели ее суровыми взглядами.        — Так надо было, — это был весь ее ответ. Она проигнорировала недовольный взгляд блондина и прошла дальше в комнату. Сев на стул и уперевшись локтями о круглый стол, Трис начала:        — ПОРОК ведёт отбор. Проверяет, не поддадимся ли мы отчаянию и не махнём ли на всё рукой, выбирает лучших и отсеивает слабых. Обрушивает на нас проверку за проверкой — они называют их Переменными проверками, или просто Переменными — вынуждая нас сдаться. Тестируют наши способности к борьбе и выживанию. Отправка сюда Терезы и прекращение нормального функционирования Глэйда — это финальная часть, дополнительный, последний анализ. Теперь пришло время для главного испытания — побега. Каждый из нас был отобран, когда мы были совсем мелкими. Не помню, как и что — у меня остались только клочки воспоминаний и ощущений, но мир изменился, в нём произошли страшные вещи. Понятия не имею, какие. Создатели украли нас, и, думаю, они считали себя вправе это сделать. Как-то им удалось вычислить, что наш коэффициент умственного развития намного превышает средний уровень — поэтому нас и выбрали. Не… не знаю… многое помнится так… клочками, урывками… Да ладно, неважно. Все наши имена — это просто дурацкие клички, которые придумали Создатели.        — Так значит, наши имена, и то ненастоящие?.. — удивлённо спросил Минхо, на что получил лишь кивок.        — По всему похоже, что мы одарены особыми способностями. Каждый наш шаг тщательно изучается, каждый поступок подвергается анализу. Они следят, смотрят, кто сдастся, а кто нет. Кто выживет. Неудивительно, что здесь кишат жуки-стукачи. Кроме того, с некоторыми из нас… ну-у, они вмешались в наши мозги. Создатели каким-то образом стёрли нашу память, поместили в Лифт и присылали сюда. Всё было подстроено так, чтобы заставить нас думать, что решение имеется. Так вот, его нет, — Беатрис скрестила пальцы в замок. Вид у неё был задумчивый и слегка отстранённый.       Комната взорвалась гомоном голосов — все заговорили разом, засыпая Трис вопросами. Она подняла руку вверх, призывая к тишине.        — Ваша реакция только подтверждает мои слова. Большинство людей к этому времени уже бы сдались. Но мы с вами отличаемся от большинства людей. Мы не могли примириться с тем, что загадка неразрешима — особенно если дело касается такой простой штуки, как Лабиринт. И мы продолжали бороться, невзирая на полную безнадёжность борьбы.        — А то, что люди погибли? Это тоже часть их плана?! — Фрайпан вышел вперёд, делая стремительный шаг к кареглазой.        — Да, Котелок, гибель людей тоже входит в план. Причина, почему Гриверы убивают только по одному за ночь, в том, чтобы мы все не оказались на том свете слишком быстро — нам дают время найти верный путь. И в конце этого пути выживут самые приспособленные. Отсюда вырвутся только лучшие из нас.       Фрай с досады дал пинка своему стулу.        — Тогда заканчивай с разглагольствованиями и переходи к фокусу с побегом!        — Перейдёт, — тихо сказал Ньют. — Заткнись и слушай.       Минхо, который большую часть времени сидел молча, прочистил горло.        — Что-то мне подсказывает — то, что я сейчас услышу, не заставит меня плясать от радости        — Создатели использовали нас с Томасом и Терезой. Если бы вы сохранили воспоминания о прошлой жизни, то наверняка захотели бы разделаться с нами. Но я просто обязана была рассказать об этом, чтобы вы поняли — теперь нам можно доверять. Чтобы вы поверили мне, когда я расскажу о единственно возможном пути отсюда, — Трис обвела лица Кураторов внимательным взглядом, вновь задаваясь вопросом — стоит ли ей продолжать? Поймут ли они ее? Но выхода не было — она должна рассказать всё без утайки. Должна и всё.       Она глубоко вдохнула и кинулась как в омут:        — Мы помогали конструировать Лабиринт. Мы помогали в организации всего этого.       Все по-прежнему пребывали в таком ошеломлении, что никто не смог выдавить из себя ни слова.        — Это всё правда, и я прошу прощения. Но вот что я вам скажу — мы теперь в одной лодке. Терезу, Томаса и меня послали сюда наравне со всеми другими, и мы можем погибнуть — точно так же, как и другие. Создатели увидели достаточно, так что пришло время финального испытания. Мне необходимо было пройти через Метаморфозу, чтобы уложить последний кусочек мозаики на место. Как бы там ни было, мне хотелось, чтобы вы знали правду. Знали, что у нас есть шанс пройти проверку до конца.       Ньют обвёл глазами остальных.        — Во всём виноваты Создатели, а не вы. И они поплатятся за это, — уверенно сказал он.        — Мне, например, плевать на них до тех пор, пока мы здесь. Давай уже, говори, где чёртов выход! — добавил азиат.        — В одном месте, где мы и не искали никогда, стоит компьютер. Код откроет дверь, через которую мы сможем покинуть Лабиринт. По сигналу Гриверы отключатся и не смогут последовать за нами… Если, конечно, нам удастся дожить до этого момента.        — Где это место? — спросил Клинт.        — В седьмом секторе. Нам нужно будет обойти Нору Гриверов.        — Да ты спятила! Это самоубийство!        — Если мы останемся здесь, мы все погибнем! — воскликнул Минхо. — Разве может быть что-то хуже этого?!        — Я иду с Трис, — заявил Томас, вставая со своего места и сплетя свою ладонь с ладонью девушки.        — Конечно же ты со мной, — улыбнулась та, — Куда же ты денешься от своей любимой сестрёнки?        — Стой, стой, стой! И как же мы пройдём через Гриверов? Предлагаешь отдать одного несчастного шанка им на растерзание, чтобы остальные прошли целёхонькие? — поинтересовался Уинстон.        — Да. И по-моему ясно, кто должен стать этим несчастным, — протянула Трис.        — Да ну? — спросил Уинстон, — И кто же?       Каштановолосая ткнула себе в грудь.        — Я.       Снова разразились яростные споры. Ньют спокойно поднялся, подошёл к Трис, схватил ее за локоть и потащил к двери.        — Уходи. Быстро!        — Почему?!        — Думаю, для одного собрания ты нагородила достаточно. Нам надо всё обсудить и решить, как поступать — без тебя. — Они как раз добрались до двери, и Ньют ненавязчиво выпер девушку за дверь. — Подожди меня у Лифта. Когда мы тут закончим, нужно будет поговорить.       Он было развернулся, чтобы уйти, но Трис задержал его:        — Ты должен мне поверить, Ньют! Это единственный путь отсюда. И мы сможем им пройти! Для этого нас и готовили.       Ньют наклонился и яростно прошипел прямо в лицо Трис:        — Ага, особенно мне по душе та часть, где ты предлагаешь себя в жертву гриверам.        — Послушай, я знаю, на что соглашаюсь. Это мой выбор. И я готова к этому.        — Ах вот как! — саркастически протянул Ньют, — Да ты, никак, само благородство, а?        — Причём здесь благородство? Моя вина, что это всё вообще происходит! — она замолчала и втянула в себя воздух, стараясь успокоиться, — Ладно, можешь говорить всё что угодно, но я это сделаю — так что лучше не упустите шанс.        — Даже если это правда, что ты помогала конструктировать Лабиринт, это не твоя вина, Трис. Тебя просто принудили, а ты не могла сопротивляться.        — Я просто… Мне надо всех спасти. Искупить вину.       Ньют отступил и медленно покачал головой.        — Знаешь, что самое смешное?       Увидев улыбку на лице парня, Трис недовольно хмыкнула, но всё же спросила:        — Что?..        — Да то, что я тебе верю. По глазам вижу — ни капельки не врёшь. А сейчас скажу такое, что сам никогда бы не поверил, что скажу. — Пауза, — Я иду обратно и приложу все усилия, чтобы убедить этих шенков поступить по-твоему — пройти через Нору Гриверов. Лучше драться с Гриверами, чем сидеть здесь и ждать, когда они прикончат нас всех по одному, — Он воздел палец, — Но слушай сюда! Кончай нести околесицу про самопожертвование и прочий геройский кланк. Если мы пойдём на прорыв, то пойдём все вместе — и будь что будет. Поняла?       В ответ он получил одобрительный кивок и сияющую улыбку на лице кареглазой. Она пошла прочь от Хомстеда, ожидая вердикта. Оставалось только уповать на то, что Ньюту удастся убедить других глэйдеров.