Стёртая

      Ньют направился к Томасу и Терезе, которые в это время что-то активно обсуждали, но, как только блондин оказался рядом, замолкли, переглядываясь друг с другом.        — О чём разговариваете? — поинтересовался бывший Куратор бегунов.        — Обо всём, что с нами сейчас происходит… — ответил Томас, тяжело вздохнув.        — Ребят… Не хочу портить настроение, но мне кажется, что Уинстон не выживет. Его поразила Вспышка, и вскоре он превратится в такого же шиза, как и те, от которых мы недавно убежали, — сказала Тереза, сочувственно глядя издалека на спящего бедолагу.        — Его ведь можно вылечить? — с надеждой в голосе, спросил Том.        — К сожалению, — голубоглазая опустила глаза, — Как нам известно, лекарство ещё не найдено. Именно поэтому мы и оказались в Лабиринте. ПОРОК выбирает иммунов и…        — Что-то выкачивает из них… — закончил за подругу Томас. Он то, как раз, больше остальных наблюдал, что происходит в лабораториях ПОРОКа. И, кажется, он до сих пор не может оправиться от увиденного. Что-то глубоко в душе кольнуло из-за ощущения, что жизнь безумно несправедлива. Те ребята, что остались в помещениях здания, больше никогда не смогут жить по прежнему. Их используют, словно лабораторных крыс для опытов. Бедные, невинные подростки страдают, их держат взаперти, контролируют, будто они какие-то животные.        Pov Tris       Боль так и не хотела покидать моё повреждённое колено. Ребята были правы: Если бы здесь были Джефф или Клинт, положение было бы не на много, но хотя бы чуть лучше. Теперь я не могу ходить, не опираясь обо что-нибудь, а моя правая нога даёт о себе знать чуть ли не каждые пол секунды, вызывая неприятные и болевые ощущения, не давая сконцентрироваться на чём-либо другом, помимо этого. Я сидела на тёплом песке, разминая колено и пытаясь отвлечься от печальных мыслей.       Моё занятие прервал протяжный стон, который издал Уинстон. Он, резко распахнув глаза, которые были красными, словно в нём лопнули абсолютно все сосуды, метнулся к одному из наших рюкзаков и вытащил пистолет. Я даже не успела понять всю ситуацию, что сейчас происходит. Разум был слегка затуманен, отчего было сложно понять — сон это или же реальность?       Уинстон направил оружие на меня, заставив мои руки дрожать. Фрайпан, который всё это время сидел рядом с другом с закрытыми глазами, распахнул их и осторожно начал отходить назад. Минхо и Эрис, находившиеся в паре метров от меня, метнулись в нашу сторону, но были остановлены криком.        — Нет! Стой! Иначе я ее пристрелю! — переводя взгляд с меня на бегуна, Уинстон поднялся на колени, упираясь одной рукой в землю, чтобы не потерять равновесие.       Я увидела, как к нам бегут ребята. Глаза мои наполнились страхом за каждого из них, ведь Куратор Скотобойни не контролирует ни себя, ни своё тело, а значит, может навредить любому, помимо своей воли. А я не могла ничего сделать, ведь встать сейчас — было очень проблематичным делом.        — Уинст, успокойся… — стал медленно говорить Ньют, останавливаясь справа от меня, — Положи пистолет.        — Он прав, друг. Ты чего? Ты же не такой! — поддержал Минхо, показывая руками знак примирения.        — Я… Я… не могу… — запинаясь и тяжело дыша, проговорил заражённый. Его рука, в которой он крепко сжимал оружие, сильно тряслась, а пальцы заметно напряглись, что заставило моё сердце сжаться от переживания.        — Уинстон… Пожалуйста, не делай этого… — осторожно отозвалась я, пытаясь отодвинуться от парня подальше.        — Послушай, ты не контролируешь себя, не понимаешь, что делаешь, — Ньют сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между нами.        — Стой там! — крикнул Уинстон, сильнее сжимая пистолет и поставив палец на курок, — Я становлюсь одним из них… Я так не могу… — он приставил пистолет к своему виску, жалобно глядя на каждого из нас.        — Уинст, нет! Остановись! — Минхо подбежал к другу и выбил оружие, повалив того на спину.        — Прошу… Я не хочу превратиться в шиза… — кажется, все мы поняли, о чём нас хочет попросить Куратор скотобойни. Осознав это, я прикрыла рот рукой.       Ньют подобрал лежащий у его ног пистолет и подошёл к Уинстону и Минхо, который сидел рядом. Блондин опустился на корточки и, опустив голову, сказал:        — Мы будем скучать, друг… — он протянул оружие Уинстону и, не дождавшись ответной реакции, положил его рядом с ним.        — Спасибо… — выдохнув так, словно его жизнь облегчилась в сотню раз, парень через силу улыбнулся и подобрал пистолет, стараясь унять дрожь по телу.       Ньют подошёл ко мне, наблюдая за моими действиями. Я попыталась встать самостоятельно, но ощущая нестабильности в коленном суставе, прекратила это занятие, чувствуя безнадёжность. Следом за Ньютом подошли и Томас с Эрисом, взволнованно глядя на меня.        — Томми, будь добр, принеси носилку, — попросил светловолосый.       Томас коротко кивнул и направился за предметом.        — Ньют, не нужно, — запротестовала я, но тут же поняла, что спорить с парнем было точно так же, как с эхом.        — Не нужно? Да ты встать не можешь, что уж говорить о длительной ходьбе!        — Мне лучше, правда. Я пойду. Не хочу быть обузой для вас, — я оперлась о небольшой камень и, пытаясь не переносить всю тяжесть тела на повреждённую ногу, наконец поднялась с песка.       Ньют хотел было помочь мне, подставив руки, но я отрицательно покачала головой и, сделав голос как можно убедительнее и твёрже, сказала:        — Сама справлюсь.        — Ну-ну, — подключился Эрис, сложив руки на груди, — Нам нужно продолжать идти, пока не стемнеет. Постараемся сделать как можно меньше привалов, чтобы пройти ещё хотя бы семь километров до полуночи. По времени, учитывая наш темп, это займет примерно два-три часа.        — Хорошо.       Мы отошли на достаточное расстояние от места привала, но не на столько, чтобы не услышать выстрел. Уинстона больше нет. Нас стало на одного меньше…       Ньют шёл рядом со мной, готовый в любую секунду придержать меня, если я начну заваливаться. Я же шла довольно быстро, слегка облокотившись о блондина и правильно распределяя вес тела, как мне говорил Клинт.       Чёртов Гривер! Из-за него я теперь всё жизнь буду мучиться с правой ногой, хромая так же, как и Ньют. Хотя, у него другая ситуация… Ньют почти забыл о своей травме, как только мы вышли за стены Лабиринта и оказались в плену ПОРОКа. Он даже почти перестал прихрамывать. Надо же, как быстро сложившаяся ситуация повлияла на физиологию и характер каждого из нас…       Вот мы уже идём полтора часа, без остановок, перерывов на отдых и перекус. Честно сказать, мне сложно. Неприятные ощущения остались после того, как я помучилась с невыносимой болью в суставе. К тому же, вся эта история с беднягой Уинстоном, и с нами в целом, заставляет меня задуматься… И не только о тех, кого мы потеряли по пути, но и о многом другом.        — Ты как? — поинтересовался Ньют, заметив угасающую искру в моих глазах, и придал меня ближе к себе.        — Бывало и лучше. Мне… больно от осознания того, скольких друзей мы лишились. А ради чего? Из всех нас, я думаю, до Лагеря Правой Руки дойдут человека три! Получается, что все наши действия были напрасны? Значит, можно было остаться в Глэйде, как и те, котого мы не смогли уговорить идти с нами, потому что они, скорее всего, там в безопасности.        — Не думай, что ты одна что-то потеряла. Потерянного уже не вернуть. Думай о том, что у тебя осталось, — спокойно сказал Ньют, отчего я непонимающе посмотрела на него, — Ну, правда, Трис. Ты постоянно задумываешься над тем, что было. Нужно думать о настоящем, что происходит именно сейчас. Так доберёмся же до Денвера ради тех, кто погиб за это дело.        — Ты так уверен в том, что мы сможем?..        — Почему бы не попробовать? Пусть будет то, что будет.        — Ладно. Умеешь ты поддержать, — усмехнулась я и продолжила смотреть вперёд, на дорогу.       Вокруг была сплошная пустыня, и лишь вдалеке находились горы, до которых нам предстоит дойти.