Стёртая

       — Том, отдай! — я кинулась к нему, но он уворачивался, то и дело перехватывая мою универсальную ключ-карту из руки в руку.        — Расскажешь, зачем она тебе — отдам! — он взглянул на меня одним из своих взглядов, которые могут ярко и чётко выражать всё недовольство и как бы говорить: «Не делай такие глаза! В этот раз не прокатит!»        — Ну, Томми! Верни, это моя собственность!        — Не доросла ещё, чтобы собственничество выказывать, — упрямо сказал брат, вновь перехватывая карту в другую руку и поднимая ее в воздух так, чтобы я не могла дотянуться, — Просто признайся.        — Я хочу посмотреть на некоторые анализы крови. Теперь вернёшь? — я вытянула вперёд раскрытую ладонь, в которую тут же опустилась пластмассовая вещица.        — Анализы тех новеньких, которых доставили в Лабораторию пару дней назад?        — Именно. Спасибо, — я уже развернулась и зашагала к выходу, но парень перегородил мне дорогу, встав посреди нее и облокачиваясь о дверь.        — Ты же понимаешь, что тебя могут поймать? — я кивнула, — И всё равно пойдёшь туда? Одна?        — Да, ты всё правильно понял, а теперь, будь любезен — пропусти меня, — я потянула руку к дверной ручке, но была остановлена.        — Я иду с тобой, — твёрдо заявил Томас, схватив меня за кисть.        — Это глупо.        — И, не смотря на это, ты поступаешь точно так же, а я иду с тобой, чтобы в очередной раз прикрыть твою спину от Дженсона.        — Ты смотри, мистер Благородие! Ладно, дурачок, пошли, — я легко пихнула его в бок, вызывая у брата улыбку.        — За тобой должок! — услышала я, когда уже покинула стены своей комнаты, а после за моей спиной последовали быстро приближающиеся шаги.        — Ага, сейчас! Бегу и спотыкаюсь, — я закатила глаза, ухмыляясь. Конечно же, я верну долг. Только, я сделаю это один раз, а Томми увяжется за мной ещё раз двести, следя за каждым движением и наблюдая за тем, чтобы меня не вышвырнули из ПОРОКа раньше времени.

***

      Я очнулась в своей хижине. Судя по освещению, сейчас было раннее утро. Сквозь сон почувствовав невыносимую головную боль, я открыла глаза и не увидела абсолютно ничего, пребывая в полном мраке. Я почувствовала, как в левой руке что-то отдаёт неприятными ощущениями, а моих пальцев слегка касается тонкая трубка. Наконец, когда глаза привыкли к темноте, я увидела капельницу, а после — стоящую на прикроватной тумбе лампу и потянула к ней забинтованную на тыльной стороне ладони руку, чтобы включить свет, но — вот чёрт — я не заметила почти до краёв наполненный водой стеклянный стакан. Зацепленный мной, сосуд полетел на пол и громко разбился, а находящаяся в нём жидкость разлилась в небольшую лужицу. От звука в ушах появился звон, и я невольно зажмурилась, а уже через секунду нажала на включатель и посмотрела на осколки.       Просто класс, — подумала я и уже хотела встать, как дверь в комнату медленно, со скрипом открылась, и с порога на меня смотрели три пары глаз, принадлежавшие Мэри, Терезе и Минхо.        — Трис, слава Богу, — женщина подошла к моей кровати и осторожно поправила катетер, переступая через острое разбитое стекло, — Ты как?        — М-м, не знаю… Не поняла ещё, — чуть слышно ответила я. Странно, но каждое слово давалось мне с трудом, язык еле поворачивался, полностью отказываясь работать. По всему телу ощущалась слабость, — Что случилось?        — Скорее всего, это обморок на фоне сильного стресса. Я вколола тебе успокоительное, — объяснила Мэри. Я хотела сама убрать осколки стакана и разлитую воду, поэтому решила подняться, но женщина остановила меня, прижав своей рукой обратно к кровати.        — Я сама всё уберу. Отдыхай.        — Чёрт, принцесса, ты так нас напугала! — сказал подошедший Минхо, присаживаясь на корточки, — Больше так не делай, лады?        — Не могу обещать, — усмехнулась я уголками губ, а потом обратилась к Мэри, — Почему вы не спите? Вы же собирались завтра выдвигаться в новое место…        — Мы с Винсом решили отложить переезд, поскольку случились некоторые… Трудности.       Увидев мой вопросительный взгляд, она продолжила:        — Как оказалось, на всех людей не хватит провизии, а путь, как ты можешь догадаться, будет очень долгим. Поэтому пришлось перенести поход, чтобы добыть побольше еды, приготовить и законсервировать ее.        — Трис, тебе не о чем беспокоиться. К тому же, никто бы не оставил тебя тут в таком состоянии, — уверила Тереза, стоя у окна и прислонившись спиной к стене.        — А где остальные? Фрай, Эрис, Ньют… Том? — на последнем имени голос предательски дрогнул. При одном упоминании того, что произошло вчера, по телу пробегала мелкая дрожь, а сердце сжалось, наверняка, до микроскопических размеров. Я понимала, что он говорил сгоряча, но всё-таки глубоко в душе затаилась обида.       Не дождавшись ответа от подруги, я перевела взгляд на азиата, который водил глазами по кругу, как мне показалось, лишь бы не смотреть в мои глаза.        — Фрайпан помогал на кухне. Его руки там явно не лишние. Я видел, как он ушёл спать. Эрис разговаривает со своими подружками из Лабиринта.        — А Томас?       Все молчали. Я оглядела каждого из присутствующих, словно пытаясь заглянуть им в головы и прочитать мысли.        — Минхо, где Томас? — уже более строго спросила я. Куратор бегунов тяжело выдохнул, но вскоре, не найдя отмазки, признался.        — После вашего разговора он хотел побыть один. Но Ньют пошёл за ним, чтобы, как он выразился, «образумить» твоего неугомонного братца, — ответил он, — Ни один из них до сих пор не вернулся.       Мои глаза расширились то ли от удивления, то ли от страха. Ой, да ладно, напридумывала! Они же лучшие друзья, что они могут сделать друг с другом? Правильно — ничего. А потому и волноваться нет причин.        — Вы их не искали? Куда они пошли? — приподнявшись, поинтересовалась я, стараясь унять волнение.        — Сначала Том направился к скалам, но потом скрылся за ними. Скорее всего, он ушёл в пустыню. Вряд ли куда-то далеко. Он, вроде как, не глупый, — пояснила Тереза, смотря куда-то в пол.        — Так… — протянула я и села на край кровати в надежде, что смогу уйти из домика, но меня резко остановила рука, уперавшаяся о моё плечо. Мэри тут же зашикала, приказывая лечь обратно.        — Тебе ещё нельзя вставать, Трис. Ты слишком слаба. Восстановишься, и сможешь идти.        — А как же… — я не успела договорить, как меня нагло перебил Минхо.        — Ты слишком много на себя берёшь, подруга. Будь проще! В конце концов, Ньют всё уладит. Ничего с ними не случится. Успокойся и дай своему организму отдых, если не хочешь, чтобы ситуация повторилась. Ты нам нужна живая и здоровая, поняла? — я коротко кивнула и откинулась на спинку кровати, бегая глазами по потолку.       Мэри, закончив с уборкой, встала в полный рост и, внимательно посмотрев на меня, сказала:        — Думаю, мы уже пойдём. Я загляну к тебе позже, — с этими словами, она открыла входную дверь и удалилась. Ребята последовали за ней.        — Не переживай. Если они объявятся, мы тебе сообщим, — напоследок произнесла девушка, а затем покинула хижину, плотно закрывая за собой дверь.       Мне оставалось лежать на одном месте. А что я ещё могла сделать? Одна, в темноте — уж точно ничего, к тому же, по словам Дока, мне нужно время на восстановление.       Кстати, раз уж я задумалась о здоровье, то нужно будет рассказать Мэри о своей проблеме с коленным суставом. Всё-таки, мучаться и хромать всю свою жизнь я не готова.       Поскольку сейчас я не могла встать и отправиться на прогулку, как я обычно делала это в Глэйде, я решила лечь спать. Выключив свет, я натянула тёплый плед и закрыла глаза, погружаясь в глубокий сон.

***

      Я проснулась довольно рано — по крайней мере, раньше друзей. Сон длился всего пару часов, может, чуть больше. Вскоре, после долгого разглядывания «интереснейшего» деревянного потолка и тусклых стен, ко мне зашла Мэри с кучей препаратов в руках.        — Как себя чувствуешь? — задала она вопрос, подойдя к кровати и осторожно сняла систему капельницы и отсоединила катетер.        — Хорошо. Можно я уже пойду? — попросила я, умоляюще сложа руки.        — Уверена, что в порядке?        — Да, уверена. Мне нужно поговорить с братом, это очень важно.        — Ладно. Только давай, я для начала осмотрю твою ногу. Где болит?        — Как вы узнали? — серьёзно, я не понимаю, как она догадалась? Я оттянула штанину.        — Я ещё вчера заметила, как ты прихрамываешь. Ты предпочитаешь наступать на левую ногу, что свидетельствует об очевидной травме, — сказала Мэри, дотрагиваясь до колена, — Тебе оказывали медицинскую помощь?        — Да. В Глэйде у нас имелись медаки, которые помогали мне. Джефф говорил, что мне нужно время, чтобы сустав нормализовал работу, но это было слишком долго. Тогда я только нашла выход из Лабиринта и не хотела, чтобы остальные проторчали там, пока я не смогу работать, как прежде.        — Что ж… Медаки, конечно, не смогли справиться с твоим упрямством, но всё же делали всё возможное. И это уже хорошо, — женщина улыбнулась, доставая из принесённого с собой рюкзака шприц, наполненный прозрачной жидкостью, и суппорт*.        — Что это?        — Обезболивающее и противовоспалительное. А это, — Мэри указала на наколенник, — Фиксатор. Такие бандажи предназначены для защиты коленного сустава от травм при значительных нагрузках или для его реабилитации после повреждения.       Настало молчание, затянувшееся до тех пор, пока она не закончила лечение. Увидев мой грустный вид — во время тишины я сидела неподвижно, глядя в одну точку — Мэри неожиданно завела разговор.        — Слушай, насчёт вчерашнего…        — Это было на эмоциях, — я поспешила с ответом, потому что Док хотела поговорить совершенно не о Скарлет или моём срыве, что было понятно по следующему предложению.        — Я не об этом. Я говорю о твоих анализах крови. Правда, я не знаю, почему ты родилась с такой… «Мутацией», если можно так выразиться.        — Хотела спросить. Значит, в случае чего, я не смогу спасти кого-нибудь из заражённых? — поинтересовалась я. Ещё вчера подумывала задать этот вопрос, но не решалась.        — Вероятно, нет. Твой организм не вырабатывает энзим, а, как ты знаешь, лекарство добывается только с его помощью. Конечно, есть небольшая вероятность того, что ты сможешь помочь кому-нибудь, но шансов практически нет. В любом случае, даже если и сможешь, то твоей крови будет недостаточно. Потребуется кто-то другой.       Получается, я не смогу помочь друзьям, если вдруг кто-то из них не имеет иммунитета… Это очень-очень плохо. Это просто ужасно! Всё же, мне кажется невероятно странным тот факт, что я — иммун, не способный выработать лекарство.        — Я могу идти? — наконец спросила я, переждав паузу, чтобы осмыслить сказанное и переварить мысли.        — Да, можешь.        — Спасибо, — поблагодарила я за оказанную помощь и разрешение выйти из хижины на свежий воздух, вставая с края кровати. Удивительно, но колено болело в несколько раз меньше, нежели раньше.       Оказавшись на улице, я почувствовала приятный запах: недалеко от главной палатки пятеро парней разожгли костёр и стали что-то жарить. Ветер приятно окутывал всё тело с головы до ног, освежая и раскидывая по воздуху пряди моих волос.       Так, Трис, соберись. Ты пришла не погодой наслаждаться, а искать Томаса и Ньюта.       Я направилась к тем самым скалам, об которые я разбила костяшки на обеих руках. Я не стала поднимать вверх, по импровизированной лестнице из гладких камней, а обошла огромные булыжники стороной и направилась по прямой дороге, теряя лагерь из виду.       О, какая удача! Навстречу мне шли две фигуры, тонкости которых я выучила давным-давно. Я рванула к Ньюту и набросилась на него с объятиями, чуть не сбив его с ног.        — Трис, ты в порядке? — спросил блондин, отвечая на внезапные обнимашки.        — Как часто ты мне задаёшь один и тот же вопрос? — вопросом на вопрос ответила я, с улыбкой на лице посмотрев на него.        — А как часто ты пугаешь меня регулярной потерей сознания? — хах, ладно, отыгрался. 1:1.        — Где вы были? — я отстранилась и перевела взгляд с Ньюта на Томаса.        — Захотелось побыть в тишине, — довольно грубо ответил Том, быстрыми шагами направившись обратно в лагерь, — Но, к сожалению, этого сделать не удалось.        — Почему вы были так долго? — тихо поинтересовалась я после того, как Ньют склонился ко мне для короткого поцелуя.        — Разговаривали.        — О чём?        — Тебе правда интересно? — парень окинул меня немного удивлённым взглядом.        — Раз спрашиваю, значит интересно.        — По большей части — обо всём, что с нами происходит. Я пытался уговорить его помириться с тобой, но, как видишь, безуспешно.        — Спасибо, что хоть попытался. Что ж, хорошо. Хочет войны, будет ему война. Я не собираюсь оправдываться, тем более перед ним, — мой взгляд переменился со спокойного и уравновешенного на безразличный, — Он ведь должен понимать своим мелким мозгом, что я сделала это ради него.        — Ему просто нужно время, чтобы осознать.       Дальнейший недолгий путь мы провели в тишине, держась за руки. Дойдя до лагеря, я увидела, как возле нескольких разожённых костров сидели подростки. В их руках были консервы и пластиковые тарелки, наполненные завтраком, состоящим из жареного картофеля и салата. Найдя глазами друзей — ну, и угрюмого Томаса — мы подошли к ним и сели рядом.        — Какие люди, — с ухмылкой сказал Минхо, — Трис, ты как-то слишком хорошо выглядишь для человека, который ещё вчера рухнул в обморок.        — Магия, — разжав кулаки, произнесла я с абсолютным равнодушием.        — А здесь довольно уютно. Я уже не так сильно скучаю по Глэйду, — мечтательно вздохнул Фрайпан, — Даже не верится, что мы наконец в безопасности.        — Винс не сообщал, когда именно они решили выдвигаться? — спросила я, откладывая принесённую Терезой порцию еды.        — Сказал, через несколько дней, но не назвал точно. Сбор запасов — дело не быстрое. Тем более в пустыне.        — Согласна. Но нужно узнать, когда именно Правая Рука собирается уходить. Всё-таки, нам бы тоже не помешало подготовиться… Хотя бы морально, — предположила Тера, сидевшая напротив меня.        — Да, ты права, — подтвердил Томас и опустил голову, продолжая ковырять землю всё это время находившейся в его руке палкой.       Я, окунувшись в свои мысли, перестала слышать дальнейший разговор ребят, лишь изредка замечая долетавшие до меня части фраз. Тарелка, которая продолжала стоять у моих ног, так и осталась незатронутой.